К 80-летию со дня рождения австрийской оперной певицы Риты Штрайх - Владимир Рыжков - Интервью - 2000-12-18

18 декабря 2000 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" программа "И музыка, и слово".

В гостях - Владимир Рыжков, депутат Государственной думы.

Программу ведут Алексей Парин и Сергей Бунтман.

С.БУНТМАН: Это программа "И музыка, и слово", которую ведет Алексей Парин и Сергей Бунтман. У нас в гостях депутат Госдумы Владимир Рыжков. Володя, добрый вечер.

В.РЫЖКОВ: Добрый вечер.

С.БУНТМАН: Только, пожалуйста, не вздумайте сейчас на пейджер 788-00-88 для абонента "Эхо Москвы" задавать вопросы Володе как депутату. Мы сегодня поговорим совершенно о другом. Сегодня исполняется 80 лет со дня рождения певицы Риты Штрайх. Естественно, у многих слушателей будет возникать вопрос, почему вдруг Владимир Рыжков, во-первых, позвонил, во-вторых, мы его с радостью пригласили в передачу с записями певицы.

А.ПАРИН: Я хочу сказать два слова. Я просто понял, почему нашу передачу перенесли с пятницы на понедельник, чтобы мы имели возможность отпраздновать день в день день рождения Риты Штрайх.

С.БУНТМАН: Это был тайный ход провидения.

А.ПАРИН: Именно сегодня певице бы исполнилось 80 лет.

С.БУНТМАН: Володя, какая была отправная точка?

В.РЫЖКОВ: Отправной точкой была радиопрограмма, где я случайно услышал, что Рита Штрайх, одна из лучших колоратурных сопрано 20-го века, родилась в Барнауле.

А.ПАРИН: Я когда через Вас и через Бунтмана узнал об этом, я ужаснулся и подумал, как это может быть? Полез в энциклопедию и прочитал, что она и, правда, родилась в Барнауле.

В.РЫЖКОВ: Я был точно также поражен и подумал, что это какая-то ошибка. Потом стал разбираться, и выяснилось, что это, действительно, так, и когда я стал выяснять все новые и новые детали, я обнаружил, что это удивительная история, и судьба этого человека это весь 20-й век. Она родилась как дитя Первой мировой войны, дебютировала в самые страшные дни Второй мировой войны.

С.БУНТМАН: Насколько я понял, ее отец был военнопленным?

В.РЫЖКОВ: Да, дело было так. Первая мировая война, Россия против Германии. Молодой немецкий военнослужащий попадает в плен к русским, и его, как и тысячи его соотечественников, отправляют в Сибирь. Сначала их держали в лагерях, потом отпустили на вольные хлеба они должны были приходить отмечаться. Просто государство не хотело их содержать, поэтому они там бродили и как-то кормились. Потом в России началась гражданская война, и каким-то образом этот немец сошелся с молодой русской женщиной, и у них в декабре 1920 года в Барнауле родилась девочка. Девочку назвали Ритой, и в будущем она стала одной из самых великих послевоенных немецких оперных певиц.

С.БУНТМАН: А сколько они прожили там, когда они уехали?

В.РЫЖКОВ: Сейчас очень трудно установить истину, потому что была гражданская война. Я искал в алтайских архивах, никаких следов лютеранские архивы не сохранились, католические архивы не сохранились, и даже советские архивы не сохранились или сохранились, но очень мало. Я с историками обсуждал эту тему, и у нас сложилось такое мнение, что это были 1923-25 года. Советская власть по международным конвенциям отпускала военнопленных обратно на Родину.

А.ПАРИН: То есть, она, по крайней мере, научилась говорить по-русски.

С.БУНТМАН: Это что нансеновские дела, эти конвенции?

В.РЫЖКОВ: Совершенно верно. Это была взаимная выдача военнопленных, и, видимо, отец и мать вывезли девочку, она там получила образование, получила какие-то основы музыкальной грамоты. Мы ее обнаруживаем уже в конце 30-х годов в Берлине, когда она вдруг оказывается ученицей трех величайших мастеров вокала Алексей Моисеевич может подтвердить, что это, действительно, так. Это Эрна Бергер, Мария Ифильгер и Вилли Домграф Фосбендер. Она дебютирует в 1943 году, причем дебютирует сразу в сложнейшей роли Царбинетты в одной из опер Рихарда Штрауса "Ариадна на Наксосе". И, в принципе, мы могли бы уже с этого и начать.

А.ПАРИН: Да, я думаю это правильно. От жизни, от Барнаула, от заснеженного декабря мы сразу перейдем к одному из самых искусственных созданий 20-го века - Царбинетте. Это одна из самых искусственных опер Рихарда Штрауса. Царбинетта, которая, издеваясь над Ариадной, говорит, что это не ее покинули, а она сама неверная, что она, Царбинетта, никогда мужиков своих не осуждала и они все ей очень нравятся. Я думаю, что в монологе Риты Штрайх, в ее голосе все это услышим.

-

А.ПАРИН: Я хочу сказать несколько слов об этой записи. Эта запись, действительно, одна из лучших записей этой оперы, и Рита Штрайх считалась лучшей Царбинеттой своего времени. Я как раз подумал, что Царбинетты рождаются не в Германии и не в Австрии, а в Барнауле, Эдита Груберова, лучшая Царбинетта 70-х, родилась в Братиславе, сегодня лучшая Царбинетта Натали Дессей во Франции, а потенциально лучшая Царбинетта 2000-х годов Люба Петрова, наша соотечественница, родилась в Екатеринбурге.

С.БУНТМАН: Россия Родина Царбинетт.

А.ПАРИН: По-видимому, так. А в этой записи дирижирует Караян, участвуют Элизабет Шварцкопф и Ирмгард Зейфрид. И певицы и запись, действительно, выдающиеся, мы это слышим.

С.БУНТМАН: Мы слышим какого-то удивительного, в великолепной форме, ироничного, энергичного Караяна, который владеет каждой точечкой оркестра.

В.РЫЖКОВ: Это, все-таки, Лондонский филармонический оркестр. Он специально собирал участников.

С.БУНТМАН: Надо учесть, что это было 45 лет назад. Это совершенно изумительный Караян. Что было дальше? Как сказал Володя, мы нашли Риту Штрайх в конце 30-х годов.

А.ПАРИН: Уже обученную.

В.РЫЖКОВ: До этого было еще кое-что. Я хочу сказать, что у нее были неприятности в гитлеровском рейхе, потому что некоторые источники пишут о том, что у нее был довольно сильный акцент. Я предполагаю, что это был славянский акцент, акцент от мамы. Ее однажды из-за этого чуть не арестовали, то есть, я бы не сказал, что у нее была гладкая судьба.

А.ПАРИН: Неужели ее рождение в России отложило такой отпечаток на ее жизнь?

С.БУНТМАН: И удивительно, что человек, обладающий таким удивительным слухом

А.ПАРИН: Да, и вы услышите, какой у нее французский и итальянский

В.РЫЖКОВ: Но, тем не менее, этот факт отмечен в истории.

С.БУНТМАН: А вполне может быть и то, что нацистские товарищи могли сделать производную из ее биографии

В.РЫЖКОВ: Да, родилась в России, мать русская и мало ли, что еще. Она дебютирует в 1943 году в городе Аусиге, ей тогда было 23 года. Дебютирует она с огромным успехом, и уже в 1946 году Рита оказалась в основной труппе Берлинской государственной оперы, и там она дебютировала как Олимпия в "Сказках Гофмана" Оффенбаха.

А.ПАРИН: Как знаменитая Натали Дессей.

В.РЫЖКОВ: Может быть, у нас будет возможность это послушать.

А.ПАРИН: Да, Вы собрали достаточно большее количество записей Риты Штрайх.

В.РЫЖКОВ: Дальше в ее судьбе довольно драматический поворот. И, вообще, вся ее судьба это драматические повороты. В 1949 году Берлин, как вы знаете, разделяют на две части, и очень большая часть труппы Берлинской государственной оперы оказывается в Западном Берлине, где немедленно образуется Городская опера, и она оказывается в Городской опере. У нас есть запись, которую мы будем слушать, где дирижирует Курт Гебель. Первая часть этой пластинки записана в восточной части города, а вторая часть пластинки записана уже в западной части города, так что вся ее судьба это раскол: семья, разделенная между двумя культурами, немецкой и русской, город, разделенный на восточную и западную часть, Германия, разделенная между Западом и Востоком. И мне кажется, что в этом нить ее судьбы, весь 20-й век с его трагизмом проходит через ее жизнь.

А.ПАРИН: Это с одной стороны. А с другой стороны, послушаем, как эта женщина, которая, действительно, в такой сильной степени испытала на себе все, что есть драматического с 20-м веком, поет самое легкомысленное, что только может быть в репертуаре колоратурного сопрано. Это куплеты Адели из оперетты Иоганна Штрауса "Летучая мышь". Это запись с Караяном 1960 года, прямая запись с новогоднего спектакля ровно 40 лет назад, где Рита Штрайх во всем своем блеске.

-

С.БУНТМАН: Действительно, браво, потому что сколько раз мы слышали "дешевые бумажки конфетти" вместо куплетов Адели. Замечательно, что это спектакль, что слышно каждое дыхание.

А.ПАРИН: Там в зале много народа смеялось, но и я сейчас очень смеялся. Заразительность удивительная не ноты поет, а смысл.

С.БУНТМАН: Это тоже Герберт фон Караян, 1960 год.

В.РЫЖКОВ: Как раз в этот период он был художественным руководителем и главным дирижером Венской государственной оперы. И я могу себе представить это Вена, это новогодний вечер, это роскошная публика, зал набит битком, есть приглашенные гости, в частности Джузеппе ди Стефано, который специально приехал на это представление, чтобы спеть "О, соле мио".

С.БУНТМАН: Там всегда есть специальный сюрприз.

В.РЫЖКОВ: И все это идет в прямом эфире на всю Австрию это транслируется по австрийскому радио. Это совершено удивительно.

А.ПАРИН: В Австрии, вообще, до сих пор по первой программе радио такие огромные передачи. Например, там бывает двухчасовая интервью-беседа с певцом.

В.РЫЖКОВ: Я как раз хотел сказать о том, что у Риты, в основном, творческая судьба была связана именно с Веной, потому что она в 1949 году оказалась в Западном Берлине, а уже в 1953 году она вошла в основной состав труппы Венской государственной оперы и после этого с ней уже не расставалась. До 1972 года она была в труппе Венской государственной оперы, помимо этого она очень много ездила по Европе она пела в "Ла Скала", она пела в "Ковент-Гарден", она пела в Парижской опере, в Римской опере, она пела на фестивалях в Зальцбурге и Байройте, она гастролировала в Японии, Новой Зеландии, Австралии, она пела в "Метрополитен-опера", в Канаде, в Сан-Франциско и так далее. То есть, она, действительно, была по тем временам безусловной звездой, у нее было огромное количество контрактов и записей.

А.ПАРИН: И были у нее, конечно, роли не только субретки мы слышали Царбинетту и Адель, типичных субреток. Но этим амплуа Штрайх не ограничивалась, и я думаю, нам самое время послушать замечательную лирическую арию, абсолютный шедевр Дворжака, арию Русалки из оперы "Русалка". Мы ее с вами в последних передачах слушали в исполнении замечательной американской певицы Рене Флеминг, слушали и словацкую певицу Лючию Поп. Послушаем теперь, как эту музыку поет Рита Штрайх.

-

А.ПАРИН: Сейчас мне первый раз в этой музыке почувствовалась Татьяна Чайковского, именно у Риты Штрайх. Это простая ассоциация, но у других певиц она так не звучит. У Риты Штрайх здесь теплый голос, несмотря на то, что она была колоратурным сопрано. Это теплый, мягкий по-славянски голос.

В.РЫЖКОВ: Мне даже показалось, что она поет как будто на родном языке. Очень органична.

С.БУНТМАН: Органична абсолютно. Теплый голос, который может становиться разным.

А.ПАРИН: Да, и в следующем номере мы услышим совершенно другую Риту Штрайх, потому что она будет настолько идиоматически французской в "Болеро" Делиба, что мы скажем, что это абсолютно естественно и это ее стихия.

-

С.БУНТМАН: Сегодняшняя программа "И музыка, и слово" посвящена Рите Штрайх. Ее ведут Алексей Парин и Сергей Бунтман. У нас в гостях Владимир Рыжков, который как раз и принес нам эти записи и который сейчас занялся изучением жизни Риты Штрайх. Здесь мы видим, что это французская певица, до Барнаула здесь очень далеко, да и до Берлина тоже.

В.РЫЖКОВ: В 50-е годы ее записи продавались огромными тиражами, и, что удивительно, все принимали ее за свою. Французы очень ее любили за французский, итальянцы за итальянский, она могла петь японские песни, прекрасно пела немецкие народные песни. Она, на самом деле, была человеком с удивительным слухом языка.

С.БУНТМАН: Причем не просто языка, это природа.

А.ПАРИН: Вайгель на последних мастер-классах говорил: "Язык это не значит выучить фонетику в деталях. Надо залезть внутрь, это совершенно другая логика мышления".

В.РЫЖКОВ: Когда Рита закончила свою карьеру - в 1972 году она ушла с профессиональной сцены - она преподавала. Она была профессором Венской Академии музыки и открыла свою собственную школу в Ницце, не случайно во Франции. Вообще, во Франции ее очень любили, и есть свидетельства о том, что уже после окончания сценической карьеры она очень часто приезжала во Францию, пела в маленьких и больших залах, пела на благотворительных концертах. Ее очень любили во Франции, а она очень любила французскую музыку и французскую культуру.

А.ПАРИН: А скажите несколько слов о ее других ролях.

В.РЫЖКОВ: Она очень много пела в операх Моцарта. Она была очень известна в роли Царицы Ночи в "Волшебной флейте", она прекрасно исполняла роль Амура в опере "Орфей и Эвридика" Глюка, она прекрасно пела Анхен в "Вольном стрелке" Вебера, так что среди ее ролей было много совершенно разных композиторов. Также она очень много исполняла с разными известными дирижерами например, ее очень любил Йогель Йохум, основатель Оркестра Баварского радио, и было сделано много записей. Ну, Караяна вы уже сегодня слышали несколько записей.

С.БУНТМАН: У меня сразу вопрос о записях. А видеоряд есть?

В.РЫЖКОВ: Я пытался что-нибудь найти, недавно был пару раз в Европе

А.ПАРИН: Вообще, должно быть, тем более Зальцбург.

В.РЫЖКОВ: Думаю, что удастся найти.

А.ПАРИН: Мне кажется, что есть ее Церлина, это была ее одна из коронных ролей.

С.БУНТМАН: Потому что очень бы хотелось бы посмотреть ее в живой записи, например, "Летучей мыши".

В.РЫЖКОВ: Кстати, о театральности. Она была потрясающе театральна, в ней было невероятно много юмора, она прекрасно играла, и, действительно, это вторая часть ее дарования. У нее не только голос, но и театральный талант был великолепен.

А.ПАРИН: Я думаю, нам пора еще раз убедиться, как она глубоко изнутри ведет иностранный язык, она поет на нем, как на своем родном. Мы послушаем песню Верди "Трубочист", которую она, естественно, поет по-итальянски.

-

А.ПАРИН: Мне кажется, эта последняя фермата была очень итальянской.

А.БУНТМАН: Кстати, когда мы слушали "Болеро", последнее украшение тоже было абсолютно французским. А сейчас давайте вернемся к истокам.

В.РЫЖКОВ: Мы вернемся к истокам и попытаемся определить, что у нее осталось от мамы, потому что я думаю, что в детстве звучала русская речь в семье, и я совершенно уверен в том, что Рита хотя бы в раннем детстве говорила по-русски.

А.ПАРИН: Я хочу еще сказать, что Владимир продолжает заниматься ее судьбой. Уже стало известно, что у нее есть 44-летний сын Фердинанд, и, может быть, там есть какой-то архив и

В.РЫЖКОВ: Да, я связался в Мюнхене с Вашим знакомым Александром фон Шлиппе, который на Баварском радио ведет программу по оперной музыке. Он уже, кстати, сделал часовую программу о Рите Штрайх, я даже не исключаю, что она вышла в эфир сегодня, так же как и у нас. Он мне обещал прислать пленку, он сказал, что ее все знают в Мюнхене, она часто там бывала и выступала, так что, я думаю, что я продолжу поиски и что выяснится много интересного.

А.ПАРИН: А сейчас мы не будем объявлять, что будет вы сами все узнаете. И судите сами, сколько русского осталось в Рите Штрайх.

-

С.БУНТМАН: Это замечательно. Все равно, что тут есть "тебья", "любьила" это непринципиально. Принципиально "ох" и принципиально "люблю", принципиален выдох.

А.ПАРИН: И потом, это те же годы, когда она записывает Царбинетту

В.РЫЖКОВ: У нас просто нет времени, но следующей на этой пластинке идет колыбельная "Спи, младенец", которую она поет просто удивительно, с такой нежностью и с такой ностальгией. Я думаю, это ностальгия по маме.

А.ПАРИН: И здесь, мне кажется, салонная романсовость в хорошем смысле этого слова. Она удивительно чувствует стиль этого пения.

С.БУНТМАН: Она понимает, как это, откуда, о чем, почему, зачем. Это удивительное свойство, которое сегодня, конечно, нонсенс.

А.ПАРИН: Да, это действительно, наше открытие. Спасибо Вам большое, что Вы с Ритой Штрайх к нам пришли. Сегодня, действительно, у нас вечер открытия, праздника. И приятно, что сегодня день в день Рите Штрайх исполнилось бы 80 лет. Это выдающаяся немецкая певица, которая родилась в Барнауле, блистала в Вене, Берлине, Мюнхене и во многих других городах, которая вошла в историю искусства, которая во всех энциклопедиях, которая участвует в самых лучших записях, в том числе с Гербертом фон Караяном. Это певица первого разряда, и приятно, что она немножко имеет отношение к нам. Мы в этом убедимся, прощаясь с вами, в ее последнем номере, который тоже объявлять не надо.