Юрий Маликов, Дмитрий Маликов - Интервью - 2000-12-16

16 декабря 2000 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Юрий и Дмитрий Маликовы.

Программу ведет Сергей Корзун.

С.КОРЗУН: Добрый вечер. Доводилось ли выступать психоаналитиком друг для друга?

Ю.МАЛИКОВ: Нет, я первый раз.

С.КОРЗУН: То есть, сын к Вам со своими вопросами не обращался?

Ю.МАЛИКОВ: Нет, я имею в виду на широкой аудитории. А так конечно.

Д.МАЛИКОВ: А я, как говорится модным словом, "лечу" папу достаточно часто, но в семейном кругу.

С.КОРЗУН: Значит, проблемами делитесь, не скрываете их друг от друга?

Д.МАЛИКОВ: Нет, не скрываем проблемы. Мы находимся на равных, у нас нет приоритета. Естественно, я отца очень уважаю и прислушиваюсь к его мнению, но, в принципе, мы общаемся на равных. Я уже и сам отец.

С.КОРЗУН: Сколько всего поколений в вашей семье сейчас?

Ю.МАЛИКОВ: С нами живет бабушка

Д.МАЛИКОВ: То есть, прабабушка моей дочери.

Ю.МАЛИКОВ: Еще у меня есть внук от дочери, дочь родила мне внука Дмитрия, кстати говоря. А у Дмитрия моя внучка Стефания. То есть, четыре поколения.

С.КОРЗУН: Ну что ж, теперь я перелагаю всю свою работу на вас и предлагаю вам для начала представить друг друга. А после этого будете вытаскивать карточки с темами, читать их и отвечать на все вопросы, которые есть.

Ю.МАЛИКОВ: Я представлю Дмитрия очень легко. Заслуженный артист России, композитор, певец, пианист Дмитрий Маликов.

Д.МАЛИКОВ: А я не так легко представлю своего папу. Потому что, во-первых, это единственный мой родной отец, которого я очень люблю. Во-вторых, он человек заслуженный, и не только заслуженный артист, но, на мой взгляд, человек народный, потому что именно ему, одному из немногих, удалось в начале 70-х годов создать на нашей эстраде для того времени новый жанр жанра ВИА. Он является создателем и бессменным руководителем уже на протяжении 30 лет ансамбля "Самоцветы", который и поныне живет и здравствует и пользуется большим успехом. Поэтому сегодня в вашей студии заслуженный артист России, тоже композитор, исполнитель, бессменный руководитель ансамбля "Самоцветы" Юрий Федорович Маликов.

С.КОРЗУН: Давайте договоримся, о музыке не говорим. Программа называется "Дочки матери, отцы и дети". Правила игры чрезвычайно просты. У меня есть несколько тем на карточках, вы выбираете тему и мы вполне серьезно с нашими слушателями ее обсуждаем. Ваши комментарии и вопросы, мои дорогие слушатели, мы слушаем по телефону 203-19-22, а также предложения новых тем из жизни отцов и детей мы принимаем на пейджер 788-00-88 для абонента "Эхо Москвы". Между прочим, важный жест кто кому предлагает вытянуть карточку. Сын предложил отцу. Что там у нас?

Ю.МАЛИКОВ: Разговоры об интимном.

С.КОРЗУН: Ну, с этого прямо и начали.

Ю.МАЛИКОВ: Хорошая тема.

С.КОРЗУН: Во сколько лет вы сочли нужным с Дмитрием поговорить об этом?

Ю.МАЛИКОВ: Так получилось, что первый период после рождения сына меня, практически, не было дома, потому что началась активная гастрольная жизнь ансамбля и мы приезжали домой на два-три дня, успевали только привести себя немножко в порядок. Забежать на радио, телевидение, на "Мелодию", записать песенку и обратно на гастроли. И так получалось, что где-то первые пять лет я сына своего совсем не видел. Его воспитывали бабушка и дедушка.

С.КОРЗУН: То есть, Вы жалеете, что не говорили с ним о сексе в первые пять лет его жизни?

Ю.МАЛИКОВ: Нет, я просто рассказываю. Потом я стал меньше ездить. Естественно, он поступил в музыкальную школу, у него появились уже друзья во дворе, друзья в музыкальной школе. Вообще, за мальчиком надо следить особенно в это время, потому что возможны всякие проблемы и чисто физиологического свойства, и гигиенического свойства, еще пока не интимного, а чисто детского свойства. Здесь, конечно, большую часть на себя взяла мама. Она артистка балет, и она тоже со мной ездила все это время, около шести лет она гастролировала, а потом она ушла в декрет, мы уже ждали девочку.

С.КОРЗУН: Это правильно, что мама говорила, на Ваш взгляд, или Вы бы предпочли сами?

Ю.МАЛИКОВ: Я включился уже в более поздний период.

Д.МАЛИКОВ: На самом деле, когда папа захотел поговорить со мной о сексе и об этих вещах, я уже все попробовал.

С.КОРЗУН: А откуда Вы все это узнали?

Д.МАЛИКОВ: Я сейчас остановлюсь на этом. Я просто хочу сказать, что я и особенно мой отец очень стеснительные люди. Я думаю, что определенная доля стеснения в этом вопросе, все-таки, в его комментариях по отношению ко мне присутствовала в те годы. Сейчас это уже в меньшей степени, потому что мы можем уже свободно говорить на эти темы. Тем не менее, я не получил большой лекции в те годы, но, собственно, я в ней и не нуждался.

С.КОРЗУН: А откуда информация?

Д.МАЛИКОВ: У меня была дурацкая советская книжка, которая, на самом деле, оказалась очень полезной, она называлась "Молодым супругам". Я не был никаким супругом, мне было тогда 12-13 лет, но там обо всем достаточно доходчиво писалось. Со многим я сейчас уже не согласен, но, тем не менее, это был такой маленький ликбез, и все было нормально. Плюс, жизнь, она учит, и первый сексуальный опыт, говорят родители или нет, все равно он случается.

С.КОРЗУН: Дмитрий, а насколько Вы были откровенны в разговорах с родителями о том

Д.МАЛИКОВ: Нет, я не был откровенен ни с мамой, ни с папой.

Ю.МАЛИКОВ: Но мы все это видели.

Д.МАЛИКОВ: У меня было свое понимание всего, оно, собственно говоря, и сейчас есть.

Ю.МАЛИКОВ: Потом у нас еще был дедушка, который тоже скромный человек.

С.КОРЗУН: То есть, дедушку тоже надо было учить жизни или как?

Д.МАЛИКОВ: Нет, он тоже учил, но я не особенно с ним делился. Мне, слава богу, хватило какого-то своего мироощущения и понимания для того, чтобы самому разобраться во всем. Опыт старших товарищей, в основном.

С.КОРЗУН: Вообще, было принято в вашей семье говорить об этих вещах? И, вообще, шли какие-то фривольные разговоры между отцом и сыном о девушках, женщинах?

Д.МАЛИКОВ: Не особо.

Ю.МАЛИКОВ: Это появилось чуть позднее, когда уже появились у Димы какие-то увлечения, он учился уже в 8-9 классе, потом поступил в училище. Конечно, мы уже понимали, что об этом надо поговорить. И наша главная задача состояла в том, чтобы направить его на нормальное человеческое развитие и чтобы он себе выбрал нормального человека, к которому он был бы привязан. И самое главное, чтобы он был порядочен.

С.КОРЗУН: Это скорее уже не об интимном, а о друзьях. А, кстати, вы делите это на духовное и на телесное, физическое? Есть какая-то разница?

Ю.МАЛИКОВ: Да, в основном вопросы касались психологии создания семьи и отношений с девушкой, чтобы не было у меня травм, поскольку в юном возрасте это часто бывает. А конкретно, интимные вещи затрагивались со стороны мамы и носили гигиенический характер. Но конкретно сексуальные темы, все-таки, были объектом стеснения.

С.КОРЗУН: Ну, а, скажем, слово "презерватив" могло было быть сказано в семье громко?

Д.МАЛИКОВ: Могло, но в те годы это было не так актуально. Сейчас актуально, это, да.

С.КОРЗУН: Дмитрий, а с Вашими детьми?

Д.МАЛИКОВ: Моей дочери 10 месяцев, и с ней пока рано говорить на такие темы. Я полностью здесь доверяю ее маме, потому что она, наверняка, сможет ее правильно воспитать. А я, соответственно, менее стеснительный, чем мой папа, и я буду стараться ее оградить от пагубного влияния улицы. Да, в улице есть и хорошие моменты в общении и так далее. Но сейчас другие проблемы, сейчас очень сильно стоит проблема безопасного секса в плане заболевания, это первое. Второе это колоссальная наркомания. Это даже почище, чем сексуальные проблемы, потому что молодой человек подчас может лишиться всего будущего, и это приобрело какие-то просто космогонические масштабы, насколько я понимаю. Я недавно слышал по вашей радиостанции, что был какой-то съезд, где чуть ли ни патриарх выступал на эту тему. То есть, это колоссальное бедствие не только для нашей страны. Но у русских все так до конца, с головой в омут.

Ю.МАЛИКОВ: Я думаю вот что. В 70-е годы все боялись парткомов, поэтому вели себя прилично. (Смеются)

Д.МАЛИКОВ: Кстати, одна из откровенных для меня школ была, когда мы ездили с моими родителями на гастроли. В их многочисленном ансамбле было много холостых ребят. Я был тогда в подростковом возрасте, мне было 15-16 лет, это был возраст не только полового созревания, но и такого юношеского Гастроли были по Ялте, Сочи, и эти ребята, особенно ребята из светтехперсонала, очень любили погулять. Аппаратуру сложили и Присутствовал и алкоголь, что греха таить. А родители не препятствовали моему общению с ними, хотя, по идее, надо было создать какую-то субординацию, но у нас была демократичная обстановка. И вот там, в разговорах с ними я получал необходимые для меня сведения.

С.КОРЗУН: Ну, и, наверное, чтобы завершить эту тему, последний вопрос. Журнал эротического или даже чисто порнографического характера может лежать в вашем доме?

Ю.МАЛИКОВ: Не только журнал, но у нас висит и картина высокая голая женщина.

Д.МАЛИКОВ: Но это не порнография.

С.КОРЗУН: Это эротика.

Ю.МАЛИКОВ: Это современный художник. Картина висит в спальне, а журналы лежат, но не порно.

Д.МАЛИКОВ: Не жесткое порно, не "дас ист фантастиш". Это просто не прилично. К нам приходит много людей, няня, женщины. Дело в том, что я к такой литературе и к таким картинкам, как это ни странно, отношусь достаточно нормально, то есть, я люблю женское обнаженное тело и ничего не вижу в этом дурного. Я - немножко эротоман. Но, тем не менее, откровенную порнографию дома на виду я не держу.

Ю.МАЛИКОВ: Я однажды поехал в Данию на съезд коммунистической партии. Я был в составе культурной группы, и там я впервые попал в эротический магазин.

Д.МАЛИКОВ: Вообще, Дания страна очень развратная.

Ю.МАЛИКОВ: Причем попал туда совершенно случайно. Он был рядом с гостиницей, я смотрю, туда все заходят, ну, и я зашел. Смотрю, кино показывают прямо здесь же, я, естественно, остановился, потому что увидел первый раз. Там продавались уже эти кассеты, это было в середине 80-х годов.

Д.МАЛИКОВ: Вообще, как ты рассказывал, Дания страна очень свободных нравов, слишком свободных нравов. А мой первый опыт знакомства с такой литературой был в раннем детстве. Не знаю, хорошо это или плохо, может, это на меня плохо подействовало, может, наоборот, хорошо, но когда мне было лет 6, у нас на пятом этаже жил какой-то баянист и у него был сын Сева. Этот баянист много путешествовал по миру и привез порнографический журнал. Его сын, очевидно, узнал, где он лежит, собирал нас и показывал нам. А там такое было, что стыдно даже в эфире говорить. На меня это произвело сильнейшее впечатление, естественно, - ну, мне было тогда 6 лет. С тех пор я люблю эротику.

С.КОРЗУН: Вы чего-нибудь в жизни выигрывали?

Д.МАЛИКОВ: Нам не везет в карты, но везет в любви.

Ю.МАЛИКОВ: Я один раз выиграл в казино 300 долларов.

Д.МАЛИКОВ: А я выиграл тысячу долларов в казино.

Ю.МАЛИКОВ: Да, я еще выиграл в какой-то игре с радиослушателями. Мы с одной женщиной что-то выиграли на двоих.

С.КОРЗУН: То есть, вы люди азартные.

Д.МАЛИКОВ: Да, мы люди азартные. Но так как нам деньги тяжело достаются, то мы предпочитаем не играть, так как, в основном, все проигрываем.

С.КОРЗУН: Ну что ж, следующая тема. Кто выбирает? Дмитрий выбирает.

Д.МАЛИКОВ: Карманные деньги.

С.КОРЗУН: Карманные деньги - тема, которую мы обсуждаем.

Д.МАЛИКОВ: Хорошая тема.

Ю.МАЛИКОВ: Раньше было тоже не принято говорить о деньгах. Это было как-то неудобно зарплата вроде и была, а денег вроде и не было. Про социализм говорят, что мы делали вид, что мы работаем, а государство делало вид, что нам платит.

С.КОРЗУН: Как платили, так и работали. Но, между прочим, и до сих пор некоторые так работают.

Д.МАЛИКОВ: Я хотел бы сказать несколько слов о своих ощущениях. Почему я сказал, что хорошая тема Я с пяти лет учился в музыкальной школе. Она находилась здесь недалеко, на Никитских воротах, это школа при Консерватории. Меня, в основном, всегда водила бабушка, а когда мне стало лет 12, я стал ездить один. И часто я пользовался такой привилегией я ездил на такси. Мы тогда жили на Красносельской, и такси стоил три рубля. И почему-то у меня эти деньги два-три раза в неделю находились. Я хочу сказать, что я никогда не испытывал сильную потребность в карманных деньгах и не клянчил у родителей. Я не знаю, откуда они брались, то ли у меня родители были достаточно щедрыми в этом отношении, но всегда 10-30 рублей у меня было. Потом я получал хорошую стипендию в училище, чуть ли ни ленинскую. У меня родители никогда не были слишком состоятельными людьми, но деньги в доме водились они очень много работали, много путешествовали. Я не помню, на что они мне были нужны еще, особо ни на что.

С.КОРЗУН: То есть, первый урок жизни деньги берутся из кармана. А как они попадают в карман?

Ю.МАЛИКОВ: У меня была более сложная ситуация. Когда я поступил в техникум, еще до музыкального училища, я жил на то, что я зарабатывал. Я жил в общежитии в Подольске, учился в индустриальном техникуме, занимался еще в музыкальной школе. Конечно, родители давали немного денег, была небольшая стипендия, поэтому приходилось подрабатывать. То были погрузочно-разгрузочные угольные работы. А потом я очень рано стал зарабатывать как музыкант вначале я немного играл на аккордеоне в ансамбле, а потом появился блестящий инструмент контрабас, и он достался мне. Я очень долго его осваивал, целых полгода, чтобы выйти на танцевальную эстраду. А потому меня пригласили в хороший эстрадный оркестр в городе Подольске, который, кстати, существует до сих пор и играет настоящий джаз. Там я стал получать деньги.

С.КОРЗУН: Заработок это заработок, но не будем далеко уходить от темы карманных денег. Скажем, в ваших семьях есть какой-нибудь общий фонд, из которого жена мужу или муж жене выдает какие-то карманные деньги?

Ю.МАЛИКОВ: Нет, у нас все работают.

Д.МАЛИКОВ: У меня просто в определенном месте лежит сумма денег, не большая и не маленькая, по моим возможностям. И туда имеет право без всяких вопросов, скажем, залезть моя жена и взять денег столько, сколько ей нужно на то, на что ей нужно. Я ее не спрашиваю об этом.

С.КОРЗУН: То есть, сейчас понятия карманных денег у вас нет?

Ю.МАЛИКОВ: Нет, старшая дочка в этом году поступила в институт, в МГИМО. Они с мамой это решают так, что она должна быть скоромной в своих запросах. Если ей что-то явно нужно купить, мы ей покупаем, а так - приучаем ее не разбрасываться деньгами, потому что это пригодится в жизни. В жизни всякие бывают ситуации сегодня густо, завтра пусто.

С.КОРЗУН: А во сколько лет, вообще, надо давать ребенку карманные деньги и для чего? Чтобы он не чувствовал себя обделенным?

Д.МАЛИКОВ: Чтобы он знал счет деньгам. Я не знаю, с какого возраста надо его приучать, мне трудно сказать, я на эту тему еще не думал. Но надо, чтобы человек знал, что за эти деньги не нужно цепляться, не нужно из них делать кумира, ни в коем случае, но, тем не менее, хорошо, когда они есть. Ничего в этом плохого нет. Лучше, конечно, когда их много, чем мало. Если ребенка приучить к тому, что у него будет денег очень много, то тогда он будет так и по жизни. А аппетиты могут так вырасти, что сегодня, например, я хочу купить какие-то джинсы, которые мне понравились в 10 лет, а завтра я захочу купить картину Моне, которая стоит 100 миллионов долларов.

Ю.МАЛИКОВ: А потом придут друзья и скажут: "Возьми у родителей деньги, вроде как взаймы."

Д.МАЛИКОВ: В общем, бывают всякие ситуации с деньгами.

Ю.МАЛИКОВ: Вместе с тем, это еще и ограничитель, который должен быть в семье. Они должны быть, но их как бы нет.

Д.МАЛИКОВ: Их не надо очень сильно любить, но, тем не менее, их надо уметь зарабатывать.

С.КОРЗУН: Ну что ж, следующая карточка выбирается из этой пачки. Она чуть-чуть поредела, но выбор еще есть. Что у нас?

Ю.МАЛИКОВ: Разговоры о политике.

Д.МАЛИКОВ: Я Вам скажу честно, это любимая тема моего папы, потому что он очень сильно интересуется политикой, у него в машине радио всегда настроено на "Эхо Москвы". Я, как и любой другой обыватель, меньше люблю политику и не хочу особо ею интересоваться, потому что это, конечно, интересно, но без нее спокойнее. В основном, я слушаю политическую информацию во время каких-то серьезных событий и потрясений, к сожалению, в основном, негативных. Я, вообще, считаю, что из моего папы бы получился хороший депутат Государственной думы.

С.КОРЗУН: Юрий, Вас не смущает, что Дмитрий не особенно думает о политике? Может быть, это, вообще, типично для поколений - до сих пор вы сходились, а в политике ваши мнения могут быть совершенно различными?

Ю.МАЛИКОВ: Нет, Дима немножко преувеличил. Дело в том, что мне это интересно, но я бы никогда не стал профессиональным политиком, потому что я настолько в детстве полюбил музыку, что что бы я ни делал в жизни, я все равно возвращался к музыке. Вот так сложилась ситуация, поэтому надо было бы раньше начать ею заниматься, чтобы чем бы потом ни заниматься, все время возвращаться в политику.

Д.МАЛИКОВ: Политикой заниматься никогда не поздно.

Ю.МАЛИКОВ: Мне это интересно, я переживаю, я стараюсь анализировать какие-то вещи. Вот сегодня я с тревогой услышал, неужели закроют мою любимую радиостанцию "Эхо Москвы", хотя прекрасно отношусь и к "Радио-1", и ко многим эфэмовским радиостанциям. Но мне здесь интересно, потому что здесь очень грамотно идут комментарии. Мне это интересно слушать, более интересно, чем "Радио Свободы", потому что там более сложно и иногда уходит в сторону. А здесь я послушал один час "Эхо Москвы", и мне этого достаточно, я уже в курсе всего.

С.КОРЗУН: Спасибо за комплимент нашей радиостанции, но, все-таки, вернемся к политике. Вы знаете о политических взглядах Вашего сына? Есть они, вообще, или нет?

Ю.МАЛИКОВ: Я думаю, что он - человек, который стал на сторону церкви, принял вероисповедание. Я тоже человек верующий, но в рамках нашего соцреализма. В детстве я мечтал быть батюшкой, потому что у моей бабушки один батюшка снимал комнату. Рядом была церковь, на хуторе Чоботовка в Ростовской области.

С.КОРЗУН: Это, все-таки, к вопросу о свободе совести. А политика и свобода совести это, все-таки, разные вещи. Скажем, за кого голосовал Дмитрий, Вы знаете?

ЮМАЛИКОВ: Честно говоря, мы на эту тему мало говорим и обсуждаем, за кого надо голосовать. Человек идет и голосует.

Д.МАЛИКОВ: Кстати, мы голосуем за разных.

Ю.МАЛИКОВ: Вместе мы голосовали только за Ельцина в 1996 году, потому что мы участвовали в этой компании как артисты, и нам было просто не удобно. А сейчас, практически, не было этой избирательной компании, поэтому можно было бы даже и не ходить на выборы, потому что все было и так ясно, кто победит.

С.КОРЗУН: Политические пристрастия никогда не разделяли вашу семью, Дмитрий?

Д.МАЛИКОВ: Глобально нас трудно разделить, хотя у нас не идеальная семья, у нас тоже бывают конфликты, ссоры.

Ю.МАЛИКОВ: Мы близки к центру, даже если я чуть-чуть в одну сторону, а Дима в другую.

Д.МАЛИКОВ: Мы редко обсуждаем политику. Мы любим программу "Итого", мы ее смотрим и смеемся. Мне этого достаточно. Я, особенно весной, когда было трудное время, очень часто смотрел "Итоги". Но я должен сказать, что все аналитические программы в конце недели совпадают, в основном, с артистическими концертами пятница, суббота, воскресенье. Поэтому редко попадаем на эти передачи.

С.КОРЗУН: Не жалеете о том, что пропускаете их?

Д.МАЛИКОВ: Иногда жалею. Например, когда случилась трагедия с подводной лодкой, я как раз отдыхал в Греции. Там была единственная российская программа "НТВ-Интернешнл", и мы постоянно, приходя с пляжа, смотрели новости.

Ю.МАЛИКОВ: Единение было колоссальным, все одинаково мыслили и переживали, независимо от политических взглядов.

С.КОРЗУН: Сейчас многие вспоминают 1996 год, и вы вспомнили свое участие в компании поддержки. Не жалеете об этом?

Ю.МАЛИКОВ: Я лично не жалею.

С.КОРЗУН: То есть, это соответствовало Вашему политическому выбору?

Вы считаете, что Вы были вправе агитировать своими выступлениями за одного из двух кандидатов?

Ю.МАЛИКОВ: Я понимал, что Явлинский не мог быть президентом в тот момент, и я лично жалею, что он не пошел в тот период работать в правительство, когда его приглашал Ельцин сразу после выборов. Ну, кто? Лебедь для меня немножко непонятная фигура и по сей день, Зюганова мы уже проходили раньше. Не за кого было голосовать.

Д.МАЛИКОВ: А я проще ко всему этому отношусь. Как говорят, "артист, кувыркнись", ну, я и кувыркаюсь.

С.КОРЗУН: Вы предварили мой следующий вопрос. Не боитесь, что Вас используют?

Д.МАЛИКОВ: Элемент этого есть.

Ю.МАЛИКОВ: В общем-то, та музыка, которой я занимался, была более политична. А сейчас та музыка, которой занимается Дима, аполитична.

Д.МАЛИКОВ: Я хотел бы быть подальше от политики, потому что это мне перестало быть интересным. В 1996 году было "прикольно", а сейчас

Ю.МАЛИКОВ: Нет. Я думаю, что было "прикольно" раньше, когда были съезды и так далее. Вот это было "прикольно" и интересно.

Д.МАЛИКОВ: Я тогда еще ничего не соображал. А сейчас я молю Бога, чтобы все наладилось, чтобы была справедливость, чтобы была правда, чтобы была свобода слова, чтобы Владимир Владимирович Путин оправдал ожидания, которые на него возлагаются всей страной.

С.КОРЗУН: Я думаю, что три темы это вполне достаточно. Есть вопросы на пейджер, и я предлагаю сейчас на них ответить. "Как вы оба относитесь к классической музыке? Может ли кто-нибудь из вас написать оперу или балет на любую тему? Константин."

Д.МАЛИКОВ: Очень сложно осуществить такое задание. Дело в том, что опера или балет это колоссально сложная форма, которая требует колоссального напряжения, отказа, практически, от всей работы, и надо несколько лет посвятить только этому. Технически, это возможно, но, практически, это достаточно трудно выполнимо и не очень целесообразно. В данный момент мне бы больше хотелось сделать или мюзикл или музыку к спектаклю.

Ю.МАЛИКОВ: Я бы, вообще, не взялся никогда за крупную форму. Несмотря на то, что я могу написать нормальную песню, за крупную форму я бы никогда не стал браться.

С.КОРЗУН: Комментарий от Любы о карманных деньгах. "Ребенку карманные деньги нужно давать с пяти лет, и дети прекрасно их посчитают." Хороший поворот, между прочим.

Д.МАЛИКОВ: Да, я замешкался, когда думал о возрасте, с какого нужно давать деньги. Я услышал это мнение и, в принципе, с ним согласен.

С.КОРЗУН: "Дима, после фильма "Увидеть Париж и умереть" о чем Вам может рассказать Ваш папа?" Это, видимо, по первой теме. "Расскажите о работе над фильмом "Увидеть Париж и умереть".

Д.МАЛИКОВ: В этом фильме были легкие эротические сцены. Кстати, режиссер Александр Прошкин - очень мудрый человек, и мне было с ним очень интересно, он очень многое дал мне и потрясающий жизненный опыт, и видение жизни. Все постельные сцены, которые были в этом фильме, снимались достаточно неуклюже, поэтому там ничего сверхэротического не было.

С.КОРЗУН: Как Вам было наблюдать за сыном в этом фильме?

Ю.МАЛИКОВ: Честно говоря, мне фильм, вообще, очень понравился. Впервые было соединение высокого искусства в лице классической музыки были съемки в консерватории по ночам, в педагогических классах - такими сценами в постели.

Д.МАЛИКОВ: Даже не у меня, а у Стеклова и Васильевой.

Ю.МАЛИКОВ: Но это жизнь, это правда жизни.

Д.МАЛИКОВ: Это и есть задача художника показать жизнь со всех сторон.

Ю.МАЛИКОВ: То есть, меня это абсолютно не ломало. Наоборот, это мне было интересно.

С.КОРЗУН: Еще вопрос: "Ваше отношение к гимну России, какой вам по душе? Валерий Владимирович."

Д.МАЛИКОВ: Вот здесь, кстати, наши мнения разошлись и очень сильно. Я лично не возражаю против старого гимна, я не знаю, почему. То есть, я считаю, что надо переписать слова, да простят меня те, кто придерживается другой точки зрения. По крайней мере, когда я был маленьким и наши играли с канадцами в хоккей, меня брала гордость, когда мы побеждали. У меня лично детские ощущения по этому поводу. У отца другое поколение, которое застало, может быть, и гнет, и всю ту негативную составляющую, которую несло то время. Поэтому он и моя мама категорически против этого гимна.

Ю.МАЛИКОВ: Мы по сей день поем песню "Мой адрес - Советский Союз", поэтому у меня отвращения к гимну Александрова нет. Мне просто жалко, что даже не попытались написать слова на музыку Глинки и обсудить их. Действительно, что было плохого написано и кем? И почему нельзя было попробовать? Если бы не получилось, и народ сказал бы: "Да, мы не чувствуем текст на музыку Глинки" А заведомо приняли неизвестно какие слова. Если бы и надо было принимать гимн Александрова, то только вместе с новыми словами, потому что слова и музыка две вещи неразделимые, а в гимне особенно. Для нас, для русских людей, для россиян, слово имеет не меньшую силу, чем музыка. Я бы голосовал только вместе.

С.КОРЗУН: Напоследок, вам вопрос от Владимира. "Как вы относитесь к легализации публичных домов?"

Ю.МАЛИКОВ: Я "за".

Д.МАЛИКОВ: Сложный вопрос. Я уже говорил, что в России все принимает гипертрофированные формы, поэтому если это будет сдержанно, то, наверное, это должно быть. А то что, проезжаешь по двору стоят 20 девчонок, какие-то машины и, вообще, непонятно что. Пускай, пусть это будет в каких-то более менее удобных местах, кому это нужно и кому этого хочется.

С.КОРЗУН: Юрий Маликов свое отношение высказал сразу же, вне всяких сомнений.

Д.МАЛИКОВ: Слишком активно, это настораживает.

Ю.МАЛИКОВ: У меня такое же мнение. Мне не хочется, чтобы это было на улице, в подворотне.

С.КОРЗУН: Отец и сын Маликовы были у нас в гостях. Напоследок, что слушаем?

Д.МАЛИКОВ: Напоследок, я хочу представить новую песню "Отпусти 20-й век". Мы живем в удивительное время, на стыке веков, и я хочу всем пожелать, чтобы все плохое осталось в 20-м веке, а все хорошее нас ждало в 21-м веке, и чтобы Россия была самой лучшей, самой богатой и самой счастливой страной.

Ю.МАЛИКОВ: А я хочу поздравить всех с наступающим Новым годом, новым столетием и тысячелетием.

С.КОРЗУН: Это поздравления от Маликовых. А вам огромное спасибо за приход в этот эфир и за откровенный разговор на любые темы. Спасибо.