программа "Большие родители" - Константин Смирнов - Интервью - 2000-12-10

10 декабря 2000 года.

В прямом эфире радиостанции Константин Смирнов, ведущий программы "Большие родители".

Ведущая эфира Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА - Добрый день!

К. СМИРНОВ - Добрый!

К. ЛАРИНА - Программа "Большие родители" выходит на НТВ по воскресеньям. Сегодня как раз будет.

К. СМИРНОВ - Да, в 16:25.

К. ЛАРИНА - А кто будет сегодня?

К. СМИРНОВ - Сегодня вторая часть, Алена Галич.

К. ЛАРИНА - Дочка Александра Галича. Напомню наш пейджер 788-00-88 для абонента "Эхо Москвы". Уже очень много вопросов нашему гостю. Программа пользуется большой популярностью. Их интересует естественно процесс, вся эта кухня, как это все происходит. Но давайте начнем с вас. Кто ваши большие родители?

К. СМИРНОВ - Не могу сказать, что они такие большие. Ну, батюшка у меня покойный - Сергей Сергеевич Смирнов, довольно известный в свое время писатель, автор "Брестской крепости", лауреат Ленинской премии. Матушка у меня пенсионер, она недоучившийся музыкант. Ну, брат мой довольно известен - это Андрей Смирнов, кинорежиссер.

К. ЛАРИНА - "Иван Бунин".

К. СМИРНОВ - "Клад Белорусского вокзала", а теперь - "Иван Бунин". Вот, собственно.

К. ЛАРИНА - С братом собираетесь программу сделать?

К. СМИРНОВ - Вы знаете, это вообще в течении долгого времени составляло мою боль, потому что я хотел сделать с ним программу. Он категорически отказывался, употребляя всякие выражения, нетривиальные, что называется. Но все-таки мне удалось его уговорить, потому что в этом году несколько месяцев назад нашему отцу исполнилось 85 лет, и только вот этот не убиенный аргумент заставил его согласиться, и мы записали программу с ним, я сейчас ее монтирую. По-моему, получилось довольно интересно.

К. ЛАРИНА - Ваш брат - кинорежиссер. А вы как попали на телевидение? Нельзя же вас назвать просто телеведущим - это абстрактный человек.

К. СМИРНОВ - Нет, я не телевизионный человек вообще, я - пишущий журналист. Я начинал после филфака МГУ в "Комсомольской правда", потом работал в "Социалистической индустрии" - была такая газета, сейчас называется "Рабочая трибуна". А с 1988 году я в "Огоньке" был. Ну, и до 1992, потом я ушел. И довольно случайно я попал на телевидение, причем вовсе не с этой программой, которую я сейчас веду и которую я придумал когда-то, а была когда-то такая программа, игра "Балда". Она была на разных каналах, и я пытался тоже ее вести вместе, соведущим, с Сережей Крыловым, потом с Сашей Панкратовым-Черным, и вот мне это было интересно, поскольку новый вид деятельности, интересно было, что получится. Ну, вот так я и попал на телевидении. А потом я придумал эту программу, придумал довольно давно. Ну, исходя, видимо, из того, что я сам каким-то боком принадлежу к детям больших родителей, раньше у меня это называлось "Детский мир". Придумали мы ее вместе с моим близким другом, ныне покойным, такой был писатель и телепродюсер Николай Викторович Лам, он умер в прошлом году, к сожалению. Ну вот, и начали делать эту программу.

К. ЛАРИНА - Понятно, что интерес к ушедшей эпохе никогда не ослабеет по разным причинам, хотя причина понятна - это наша история, которая в нас находится, пока мы по капле не выдавливаем из себя, да, ничего у нас не получается.

К. СМИРНОВ - Боюсь, что это процесс едва ли удастся завершить когда-нибудь.

К. ЛАРИНА - Но с другой стороны, программу вашу ностальгической не назовешь, это не ностальгия по ушедшей эпохе - это, наверное, может, вы меня поправите, для меня, почему она мне интересна, это понять мир, в котором мы жили через конкретных людей, через истории семьи. Вот очень часто таким приемом пользуются писатели. Это самая благодатная почва для исследования времени - это история семьи. Я понимаю, что монтировать, может быть, сложно такую передачу, ведь есть вещи, которые вы не рискнете дать в эфир. Часть приходится об этом думать?

К. СМИРНОВ - Вы знаете, я хочу воспользоваться случаем и сказать два слова о группе, с которой мы работаем. Потому что условия у нас очень тяжелые, в первую очередь финансовые, поэтому мы лишены каких-то вещей и возможностей, которыми располагают другие подобные проекты.

К. ЛАРИНА - Т.е. в роскоши не купаетесь?

К. СМИРНОВ - Нет, совсем нет. И должен сказать, что я удивляюсь, вот мой продюсер Михаил Широков, я удивляюсь, каким образом ему еще удается удерживать эту программу на плаву, потому что жизнь у нас тяжелая. Что же касается самого процесс производства, конечно, тут играет роль то, что у нас замечательный редактор Ира Смелявская - это такой телевизионный человек, действительно, в отличии от меня. Очень хороший режиссер, у нас менялись режиссеры, вот сейчас наконец этот процесс стабилизировался, у нас молодой хороший режиссер Арами Сабитов, прекрасная операторская группа, т.е. команда действительно творческая. И мы понимаем друг друга, мы уже притерлись друг к другу. Но я подчеркиваю, что роль редактора здесь очень велика. Вторым редактором у нас, кстати, тоже работает как бы потомок больших родителей - внук Анатолия Гребнева и племянник Саши Мендат, Сандрик, вот, так что люди очень хорошие и ценящие эту программу. И то, что касается монтажа - да, конечно, всегда есть какие-то вещи, которые не всегда можно показать, хотя я, например, сторонник того, чтобы показывать практически все. Потому что это говорю не я, а это говорит мой собеседник.

К. ЛАРИНА - Разговорить трудно?

К. СМИРНОВ - Вы знаете, да, бывает, разные люди. Бывают такие закрытые люди. Хотя в основном удается.

К. ЛАРИНА - Они как-то к вам так расположены. У меня даже возникла мысль, что многих людей вы просто знали и до записи, потому что к вам обращаются как к человеку близкому.

К. СМИРНОВ - Кого-то знал, да. Но вы знаете, видимо тут сказывается уже опыт мой работы в газете, потому что интервью для меня, в общем, довольно привычный жанр. И, в общем, видимо личные качества, потому что удается разговорить людей в 9 из 10 случаев. У нас за все время существования программы был только один отказ - это Юрий Леонидович Брежнев отказался. Ну, я уважаю право любого человека согласиться или отказаться, хотя мне кажется, что учитывая общий пафос нашей программы, мы не пытаемся никого обвинить или раздавать какие-то оценки. Вот сейчас было 2 программы с Серго Лаврентьевичем Берией.

К. ЛАРИНА - Который недавно скончался, да?

К. СМИРНОВ - Он не дожил до премьеры программы буквально 10 дней. Так что жаль, когда такие вот отказы. Но я повторяю еще раз, это право каждого человека. А так в основном отказов не было, люди охотно идут на контакт.

К. ЛАРИНА - Существуют еще и такие неприятные вещи в ряду потомков великих людей, таки внутрисемейные разборки - я имею ввиду всякие права на наследство и прочее, кто был ближе, брачные, небрачные дети. Как вам этого удается избежать? Ведь у каждого из больших родителей, о которых вы говорите, такая история своей личной жизни, которая потянет на многотомное сочинение.

К. СМИРНОВ - Да, вы знаете, это-то собственно и стало причиной того, что появилась эта программа, потому что я, проанализировав как-то дружеские связи с рядом этих людей, я вдруг понял, что это, ну, казалось бы, люди все первого ряда, у который били и деньги, и ордена, и поездки за границы, пайки, машины, дачи...

К. ЛАРИНА - И побочные дети.

К. СМИРНОВ - Все, что угодно. Ну, казалось бы, они - ну, звезды и все счастливо живут на небосводе. А потом выяснилось, что нет, в каждой истории есть свои невидимые миру слезы, как говорил Чехов, есть свои трагедии, и все они связаны с этой властью, с той эпохой, в которую нам довелось жить. И все это достаточно драматургично.

К. ЛАРИНА - Вас часто упрекает критика, во всяком случае, то, что я читала, я думаю, что вы тоже с интересом это проглядываете - разные телевизионные обозрения в газетах, что вот, как он так вот благостно с ними разговаривает, там, допустим, сын Берии или еще кого-то, у него там руки в крови, а ему говорят, что мой папа не виноват, а вот Константин Смирнов все это слушает и не возражает. Как вы это объясните?

К. СМИРНОВ - Это моя цель - не возражать, по той простой причине, что передо мной сидит сын человека, пусть даже сын Гилера, сын Сталина, сын Берии - мне безразлично. Но для него-то это папа, который его воспитывал, читал ему сказки, подтирал ему попку и т.д. Ну как же он может говорить гадости о собственном отце? Вот, скажем, Серго Лаврентьевич Берия, я его вел, вел к этому в течении разговора, так он в конце сказал, что конечно, мой отец был преступником, но в той же степени, в которой были преступниками все эти люди, его окружавшие, т.к. режим сам был криминальным. Вот это, по-моему, главная задача, чтобы человек сам сказал. Я могу оценивать это, могу не оценивать, но моя задача в том, чтобы наоборот дать зрителю возможность оценить это. Вот как бы та живая ткань эпохи, а уж вы давайте думайте сами и оценивайте. Понимаете, не надо делать из зрителя слюнявого малютку, которому надо все время все разжевывать, класть в рот. Это его задача, взрослые люди. А мое отношение к этой эпохе и к этой власти, я думаю, достаточно четко читается из комментариев, да и из того, как я на все это смотрю.

К. ЛАРИНА - А любимчики у вас есть среди ваших гостей?

К. СМИРНОВ - Да, разумеется, говорю это сразу. Я абсолютно влюблен в Раду Никитичну Аджубей - дочку Никиты Сергеевича Хрущева. Я влюблен абсолютно опять же в Веру Ивановну Прохорову - дочь последнего владельца и директора мануфактуры Трехгорной. Совершенно замечательная Наталья Алексеевна Рыкова. Т.е. конечно, я вот в течении этого времени, что у нас есть программа, я встретился с удивительными, уникальными людьми, и в основном, как это ни поразительно, это женщины, прожившие тяжелейшую, страшную жизнь. Как Наталья Алексеевна Рыкова или Вера Ивановна Прохорова, да и Рада Никитичну Аджубей. понимаете, при этом они сумели себя сохранить, сумели пройти все это, не расплескав того, что в них заложено. Ну, и еще я с большой нежностью, т.е. с любовью, повторяю, отношусь к Юлии Леонидовне Хрущевой - внучке Никиты Сергеевича. Но она будет у нас в программе, хотя у нас внуков нет, но она - удочеренная внучка. И у нее совершенно фантастическая история, трагическая история. Но не буду предвосхищать. Мы будем ее снимать.

К. ЛАРИНА - Не хватает уже, конечно, историй про самих персонажей, потому что больше программа посвящена истории жизни родителей, да? Вы в конце даете такую коротенькую справочку про ваших героев, и мне вот думается, что наверняка ведь зреют планы Константина Смирнова когда-нибудь приступить к новому циклу именно про больших детей.

К. СМИРНОВ - Вы знаете, не думаю, что будет такой цикл про больших детей. Ну, какие-то мысли там у меня есть, но пока что еще в очень зародышевом состоянии.

К. ЛАРИНА - Но действительно, согласитесь, что многие из ваших гостей заслуживают отдельной программы именно про себя, да?

К. СМИРНОВ - Но вы знаете, в какой-то степени это и программа про них. А кроме того, очень многие из них - это знаменитые люди. Сергей Петрович Капица, да? Костя Райкин - это мой друг детства, просто я так позволяю себе называть Константина Аркадьевича.

К. ЛАРИНА - А вы из Ленинграда?

К. СМИРНОВ - Нет, из Москвы, но он бывал просто очень часто на даче у Льва Абрамовича Кассиля, а это было буквально за забором - мы жили в Переделкино на соседних дачах, и я его знаю, наверное, лет с восьми, своих восьми - чуть-чуть старше меня. И даже в воспоминаниях Корнея Ивановича Чуковского сказано о том, как мы с Костей за ним шпионили, играя с ним в Шерлока Холмса и т.д.

К. ЛАРИНА - У меня тоже есть свои любимчики среди ваших гостей. Мне, допустим, очень понравилась программа, посвященная Фадееву, очень интересная передача была. Совсем по-другому для меня человек открылся, я прежде всего говорю об Александре Фадееве. Ну, Чкалов - это просто замечательно! Порода - вот что самое главное, вот что в этих людях есть, вот что никуда не спрячешь!

К. СМИРНОВ - Это меня как раз потрясло в детях Маленкова, потому что, конечно, Георгий Максимилианович Маленков был один из самых кровавых сотрапезников Сталина. И надо сказать, что если вы вспомните фотографии Маленкова периода, когда он был у власти, это ужасно неприятное лицо. И вот двое детей, двое сыновей. Один замечательный кажется биофизик, Андрей Георгиевич, а второй - кристаллограф, причем всемирно признанный, он входит в десятку крупнейших специалистов по воде, Георгий Георгиевич Маленков. Совершенно поразительное лицо и удивительный духовный багаж у них. Это люди, которым удалось, я не знаю, каким образом их отцу удалось воспитать таких детей. Непонятно. То ли одни жили в каком-то действительно замкнутом пространстве и не имели столкновений с той жизнью, которая была.

К. ЛАРИНА - Никаких негативных эмоций.

К. СМИРНОВ - Да, но это поразительно. Вы знаете, причем Георгий Георгиевич пишет стихи, он знает массу языков. Будучи ученым, он при этом занимается семиотикой, по-моему, и теорией стихосложения, я уж просто сейчас подзабыл. Ну, просто совершенно выдающиеся люди.

К. ЛАРИНА - Пришло время ответить на ваши вопросы. Константин Сергеевич, вопросов очень много, и пожеланий. Очень много предложений позвать дочку Екатерины Фурцевой.

К. СМИРНОВ - Да, вы знаете, у нас это в планах есть. Мы ее довольно долго искали, но вот вчера они была на ОРТ, и я думаю, что в ближайшее время мы ее будем снимать.

К. ЛАРИНА - "У Сталина был внебрачный сын. Хотелось бы о нем услышать"

К. СМИРНОВ - Вы знаете, я не располагаю такой информацией. Если есть точная информация об этом - то с удовольствием.

К. ЛАРИНА - То присылайте. Так, дочка Фурцевой - очень много пожеланий. Я думаю, что вам нужно обязательно сделать передачу.

К. СМИРНОВ - Да, у нас стоит в планах.

К. ЛАРИНА - "Пожалуйста, повторите, кто будет сегодня в вашей передаче".

К. СМИРНОВ - Сегодня вторая часть программы с Аленой Александровной Галич, дочерью Александр Галича, выдающегося нашего барда, писателя, драматурга и артиста.

К. ЛАРИНА - Просто Галича! "Сделайте программу с Константином Райкиным. Костя прекрасный рассказчик и очень любящий сын - чувствую это по всему"

К. СМИРНОВ - Да, с Костей у нас будет, вот я сегодня с ним буду разговаривать, с Костей мы обязательно будет записывать программу.

К. ЛАРИНА - Просят очень дочку Фрунзе.

К. СМИРНОВ - Значит, дочка Фрунзе у нас тоже есть в планах, но пока не в самых ближайших.

К. ЛАРИНА - Хороший вопрос пришел: "Счастливы ли дети больших родителей?"

К. СМИРНОВ - Вы знаете, сложно. По-разному, как все люди. Бывает, что и счастливы, бывает, наверное, что и не очень.

К. ЛАРИНА - А были ли у вас ощущения когда-нибудь, что люди стыдятся своего прошлого, своих связей с этим человеком?

К. СМИРНОВ - Нет, таких ощущений не было ни разу.

К. ЛАРИНА - Ни разу? Т.е. не предают?

К. СМИРНОВ - Нет, нет, таких ощущений не было.

К. ЛАРИНА - Просят сделать передачу о Юрии Лазаревиче Кагановиче.

К. СМИРНОВ - Вы знаете, я уговаривал Майю Лазаревну Каганович в течение 2 лет, но она, к сожалению, в весьма преклонном возрасте, неважно себя чувствует, поэтому не получается пока что. А Юрий Лазаревич - пока что мы его не нашли.

К. ЛАРИНА - Еще одно впечатление, негативное, очень странно, почему возникло такое ощущение: "Смотря ваши передачи, я возмущаюсь, как вы ловко, живо склоняете своих собеседников, чтобы опорочить руководство бывшего союза. Причем в этом столько лжи, что становится очень неприятно за то, что в нашей стране есть такие люди".

К. СМИРНОВ - Ну что же, спасибо за пинок, скажем так. Но видите ли, порочить высшее руководство союза нет необходимости - оно себя опорочило настолько, что что тут говорить. Руководство страны, в которой были истреблены 60 миллионов сограждан, на что оно может претендовать, о чем вы говорите? Я считаю, что наоборот то, что мы не раздаем никаких оценок - это величайшая заслуга нашей программы. А оценки - вот видите, вы сами понимаете, о чем идет речь, потому что я ведь ни разу, по-моему, не давал оснований заподозрить меня в какой-то предвзятости.

К. ЛАРИНА - Пропаганде, да.

К. СМИРНОВ - Просто мы показываем звериный оскал той власти, которая здесь существовала в течение 70 лет. И к сожалению, только что мы получили подтверждение тому, что они пытаются пойти на реванш.

К. ЛАРИНА - Ваше отношение к этому событию - к возвращению советского гимна в нашу жизнь сегодняшнюю?

К. СМИРНОВ - Я не буду сейчас оценивать это событие.

К. ЛАРИНА - А почему? Вы ведь гражданин РФ, имеете право!

К. СМИРНОВ - Совершенно верно. Но вы понимаете, я - законопослушный гражданин, раз гимн существует в таком виде, значит, пусть он существует. Но отношение мое к этому факту - ну, я даже не знаю, нужно ли тут что-то говорить, понимаете. Еще раз повторю: в течение 70 лет эта власть истребляла собственный народ. И не только собственный народ, но и к сожалению, им удалось обхватить своим тлетворным влиянием еще ряд стран Европы и Азии, и Латинской Америки, и все это сопровождалось кровью. Я с этим гимном прожил всю жизнь, к сожалению. Ну, что же, видимо придется и умереть под звуки этого...Замнем!

К. ЛАРИНА - Хочу напомнить, не хочу заминать, что Андрей Сергеевич Смирнов был в числе как раз подписавших письмо против возвращения гимна СССР.

К. СМИРНОВ - На следующий день в "Известиях" был материал очень большой. Да, конечно, я с ним абсолютно солидарен, но я повторяю - событие произошло. Оценивать его уже поздно.

К. ЛАРИНА - Вот в этом и состоит мой вопрос: не кажется ли вам, что мы все время бежим уже вслед уходящему событию? Я имею ввиду то, что называется общественным мнением? Возможно ли, на ваш взгляд, каким-то образом оказывать влияние на власть, если мы говорим об интеллигенции, прежде всего - о писателях, поэтах, журналистах, артистах и прочее? Или это в принципе невозможно?

К. СМИРНОВ - Вы знаете, к сожалению традиция этой власти, т.е. власти, к которой привыкла Россия, она показывает, что это, к сожалению, малоэффективно. Но тем не менее, я считаю, что это необходимо делать, и делать всеми доступными и недоступными способами. Влиять на власть только и может в общем-то эта небольшая по отношению к остальному проценту народа группа людей, которая способна вступить в открытый диалог с властью в силу своих интеллектуальных заслуг, какой-то известности, если на то пошло. Это необходимо, это единственное, что нам остается - вот, открытая позитивная оппозиция власти. Конечно, это необходимо.

К. ЛАРИНА - А церковь какую роль может играть?

К. СМИРНОВ - Вы знаете, я крестился в 32 года, крестился сознательно. Но к сожалению, я считаю, что, я, правда, не храмовый христианин, дурной христианин - редко бываю в церкви, тем не менее, конечно я с большим сожалением оцениваю действие сегодняшней русской православной церкви, т.к. она в какой-то степени заменила собой партию. Ведь раньше на каждом заседании сидел секретарь райкома, горкома, политбюро, еще чего-нибудь, то теперь обязательно сидит священник или кто-то из иерархов церкви. И конечно, меня потрясла последняя история с утверждением гимна, когда высших иерарх церкви поддержал это - это было удивительно. Под этот гимн истреблялась русская церковь, что же говорить...

К. ЛАРИНА - В течении 70 лет так долго формировался в СМИ, тогда советских, образ такого продажного попа, да, что мне кажется, что это легло каким-то таким тяжким клеймом, к сожалению, на русскую православную церковь, если мы говорим о церкви как об институте. Вот то покаяние, о котором мы говорили в начале перестройки, фильм "Покаяние", который, как мы рассчитывали, вернет нам что-нибудь в наши души - ничего этого не случилось. Не знаю, чья это вина. Вот вы сказали, что церковь теперь заменила партию. В другом смысле, так и должно было произойти, потому что потеряв идеологию, мы должны были что-то приобрести взамен, да? Думалось, что это будет церковь, но этого не произошло.

К. СМИРНОВ - Видите, вы сами сказали слово покаяние. И конечно, церковь должна была покаяться. Но не только церковь должна была покаяться - весь народ должен был покаяться в том, что произошло тогда, понимаете, за исключением очень небольшого числа людей, может быть. Весь народ. Этого не произошло и никогда не произойдет. К сожалению, как мне кажется, я не навязываю никому своего мнения, мне кажется, что сам внутренний образ нашего народа, который он культивирует в себе же, он таков, что он не способен к покаянию. За исключением, повторяю еще раз, редких единиц в этой общности. А именно потому, что не произошло покаяния ни власти, ни церкви, ни народа перед самим собой, именно поэтому здесь мало что меняется и мало что изменилось, понимаете.

К. ЛАРИНА - А вот если вернуться к героям вашей программы "Большие родители", все-таки эти люди, кем они себя ощущают - представителями советского народа или нет? Это советские люди?

К. СМИРНОВ - Трудно сказать. да, во-первых, это все очень индивидуально. А во-вторых, вот поди знай. Вот вам пример опять, я приведу пример дамы, о которой я уже говорил - Рады Никитичны Аджубей. Ну, казалось бы, дочь руководителя государства, причем обладавшего полной властью, Никиты Сергеевича Хрущева. Она закончила журфак МГУ, потом она закончила биофак, и она всю жизнь проработала в крохотной редакции журнала "Наука и жизнь". Никуда она никогда не лезла, и по сей день она ходит туда, на Мясницкую, на эту работу. Прожила тяжелейшую жизнь. Когда скинули отца, тут же, в течение нескольких часов скинули ее мужа, Алексея Ивановича Аджубея, на мой взгляд, выдающегося журналиста. Другое дело, у него были свои недостатки, но он был выдающийся журналист. В течение часа его не стало ни в каком виде. Т.е. физически он был жив, слава Богу, но он не мог ни работать, ничего. Их хотели выслать чуть ли не в Комсомольск-на-Амуре, Бог знает куда. Ну, и кто она, советская? Она от этой власти тоже натерпелась достаточно. И тем не менее, замечательный, прекрасный человек, с удивительным лицом, с невероятными глазами, глубокими, полными внутренней духовной жизни. Это удивительно!

К. ЛАРИНА - А вы с ними говорите за кадром о политике наверняка?

К. СМИРНОВ - Говорю, конечно.

К. ЛАРИНА - И как они относятся к нынешней эпохе? Если мы говорим не о вещах, которые происходят сегодня, не гимн - Бог с ним, а с этой попыткой все-таки вылезти из советской жизни?

К. СМИРНОВ - Ну, ведь большинство из них - люди нравственные. И на самом деле, конечно, попытка вылезти из советской жизни, она не может не радовать любого человека, ну, мне так кажется. И для них это, конечно, тоже много значит. Ну, разные люди, конечно. Скажем, вот Юрий Трофимович Лысенко, он остался как бы в том времени.

К. ЛАРИНА - Это спорная программа, кстати, была.

К. СМИРНОВ - А что не спорное? Понимаете, вот был Юрий Николаевич Вавилов, потом был Юрий Трофимович Лысенко.

К. ЛАРИНА - Вы честны, вы объективно подходите.

К. СМИРНОВ - Но ведь это же было! Почему же мы будем вычеркивать? Это было, это происходило с нашей страной. Я не считаю, что мы имеем право замалчивать что-то. Мне тоже кое-кто сказал - зачем вот Лысенко? Почему же нет? Лысенко был, реально существовал.

К. ЛАРИНА - Прибавилось вопросов к нашему гостю. Естественно, много подключается людей к нашей попытке философского разговора. Вот, например: "Вы предлагаете покаяться за советские годы, за то, что построили могучее государство без всякой иностранной помощи, сделали столько хорошего!"

К. СМИРНОВ - Ну, во-первых, давайте говорить прямо: не известно, что бы мы сделали, если бы не было этого могучего государства, если бы не было этой власти. Государство, когда все это, к сожалению, начиналось, оно было не менее могучим. Но естественно, в сравнении с тем временем. Но я-то считаю, что все, что сделано было, было сделано не благодаря, а вопреки. И как же можно забыть о тех реках крови, которые были пролиты? Реки крови! Ведь все это на костях. Вы знаете, мой отец, в свое время очень популярный телеведущий, так вот он говорил когда-то, что нет в стране практически ни одной семьи, которая бы не потеряла кого-то на войне. Но на мой взгляд, это очень сильное преувеличение, потому что есть масса семей, который никого не потеряли, но практически нет ни одной семьи, которая бы каким-то образом не пострадала от советской власти - или кто-то сидел, или кто-то расстрелян, или выслан, или поражен в правах и т.д., и т.п. Кто-то обязательно, причем даже у тех, кто в это время сидел у кормила власти. У Хрущева невестку посадили, у Молотова жену посадили, у Калинина - жену, и т.д. Так что это было только вопреки, а не благодаря. А потом, вот, говорят о нашей великой победе. Конечно, победа великая. Но давайте вспомним, какую чудовищную цену мы за нее заплатили - 20 миллионов, и сегодня считают, что эта цифра преуменьшена. А сколько не родилось детей, сколько не родилось гениев. Что вы, это же цена. Давайте еще поспорим, победа это или поражение. Конечно, мы пришли в логово, что называется, фашизма, но какой ценой. Это же страшно!

К. ЛАРИНА - Еще одна реплика к нашему разговору о том, как мы все-таки любим перекладывать вину на другого, на соседа: "Вы все время призываете к какому-то покаянию, а каяться должны потомки большевиков и палачей. Мне и моим родителям каяться не в чем. Мы всю жизнь честно трудились".

К. СМИРНОВ - Вы знаете, потомки большевиков - да, конечно. Но я говорю вообще о народу, а то ведь разве только большевики занимались стукачеством, писали доносы, это что, только большевики? Нет, там было и масса беспартийных, ведь это же известно. И когда недавно я читал в какой-то документальной книге о том, что чуть ли не 86% было посажено по доносам и только 14% было посажено по разработке органов. Ну, разве это нормально? Так что я считаю, что каяться надо всем миром, что ж тут делиться? Вы и ваши родители честно работали, это нормально на самом деле - честно работать, не воровать. Что ж, это хорошо конечно, но, извините, за это памятник ставить тоже странно.

К. ЛАРИНА - Есть предложение от слушателей, вполне естественное, если говорить о вашей программе, но не знаю, насколько оно исполнимо - позвать Татьяну Дьяченко в качестве дочки больших родителей. В этом есть логика, кстати.

К. СМИРНОВ - В этом логика есть, но должен вам сказать, что я хотел бы как можно дольше не видеть Татьяну Борисовну у себя в программе, потому что там существуют определенные условия. Могу их раскрыть, конечно - ну, у нас дети только покойных родителей, потому что иначе теряет смысл разговор, потому что если жив родитель, то зачем нам тогда ребенок? Проще обратиться к самим родителям. А во-вторых, дети при живых родителях, конечно, никогда не скажут то, что они говорят, когда родителей уже нет. Так что я желаю Татьяне Борисовне как можно дольше не появляться у меня в программе, и вообще всем ныне здравствующим большим родителям желаю как можно дольше жить, здравствовать и не иметь дела с моей программой.

К. ЛАРИНА - Напомню еще раз, у нас в гостях Константин Смирнов. Программа "Большие родители" ждет своих зрителей сегодня в 16:25. И вот наше время уже потихонечку заканчивается. Я их вопрос или предложение, которое, может быть, поможет вам в вашей дальнейшей работа. Ну, вот, например: "Сделайте, пожалуйста, передачи с детьми мхатовских стариков - Яншина, Грибова, Прудкин и других" - мне кажется, это хорошая идея.

К. СМИРНОВ - Да, идею замечательная. У нас все это как бы и стоит в повестке дня. Ну, у нас была замечательная программа Светланы Николаевны Баталовой, дочки Баталова и Андровской Ольги Николаевны.

К. ЛАРИНА - Да, дочки "Путевки в жизнь", прекрасно помню эту передачу.

К. СМИРНОВ - И конечно, у нас впереди еще много. Я надеюсь, программа будет еще существовать, и вы посмотрите любезных вашему сердцу людей.

К. ЛАРИНА - Ну, и в конце зачитаю приятную телеграмму. Здесь много, кстати, хороших вещей, много спорных. Но это нормально, вы же понимаете, что программа должна вызывать разные мнения, и это очень хорошо.

К. СМИРНОВ - И это меня радует.

К. ЛАРИНА - Итак: "Это прекрасно, что именно вы ведете эту передачу!" Многие ваши зрители желают вам долгих творческих лет, чтобы подольше программа продержалась в эфире, не важно, какого канала, важно, чтобы она шла. Я вам желаю того же. Константин Сергеевич, большое вам спасибо за то, что пришли! И до встречи на радио и на телевидении.

К. СМИРНОВ - Спасибо большое!

К. ЛАРИНА - И всего доброго!