премьера спектакля "Цена" - Леонид Трушкин - Интервью - 2000-12-10

Эфир 10 декабря 2000 года.

В прямом эфире радиостанции Леонид Трушкин, гл. режиссер театра Антона Чехова.

Ведущая эфира Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА - Леня, добрый день!

Л. ТРУШКИН - Привет!

К. ЛАРИНА - Как мы будем? Давай - на "ты"?

Л. ТРУШКИН - Давай!

К. ЛАРИНА - Вот тут тот случай, когда скромничать не надо, т.к. мы с Леней знакомы очень давно. Очень приятно видеть Леонида в нашей студии, тем более, что речь пойдет о премьере - это всегда приятный повод. Я уже говорила, когда анонсировала нашу встречу, что вот буквально на днях, с минуты на минуту, должна состояться премьера спектакля по пьесе Артура Миллера "Цена". Олег Басилашвили в главной роли, да?

Л. ТРУШКИН - Я бы так не сказал. скорее, если говорить о главной роли - это Валерий Золотухин. Хотя там нет главных и не главных ролей, строго говоря, все главные.

К. ЛАРИНА - Давайте с этого и начнем. Во второй части программы мы разыграем билеты в театр Антона Чехова, но, к сожалению, не на премьеру пока, но есть, что посмотреть. В репертуаре театра много популярных работ, на которые билеты не достать, как мы выяснили сейчас перед началом программы. Но все же, "Цена" Миллера - с чего все началось? Я знаю, что "любви случайной" у Лени не бывает к пьесам, это возникает такая страсть. Почему эта страсть возникла?

Л. ТРУШКИН - Это очень интересная история. Впервые об этой пьесе сказал мне покойный Евгений Александрович Евстигнеев. Он говорит - давай я сыграю после "Вишневого сада", вот, Солмона из "Цены" Миллера. Я прочел пьесу, был 1990 год, я ничего не понял. Я сказал - Евгений Александрович, извините, я просто не понимаю, зачем это ставить. Второй раз сказал об этой пьесе мне Олег Валерианович Басилашвили на гастролях на Украине где-то между Киевом и Харьковом по дороге, мы курили, выйдя из автобуса. Я обещал пьесу перечитать, перечитал, и она меня просто поразила. Она меня даже напугала злободневностью, не современностью, а злободневностью. Я узнавал проблемы наши, проблемы 1998 года после дефолта. А потом, подумав еще год, я решил эту пьесу ставить, потому что она не злободневна, она - современна все-таки и вечна. Речь идет не об обстоятельствах дефолта, а о гораздо более сложных вещах - речь идет о проблеме выбора. И о цене этого выбора. А выбор, он возникает и в следствии дефолта, и вследствие подъема, и вследствие чего угодно. Каждый день.

К. ЛАРИНА - Сокращал пьесу?

Л. ТРУШКИН - По сути - нет, по тексту - очень сильно.

К. ЛАРИНА - Потому что она многословная, на сколько я знаю, тяжеловесная такая вещь.

Л. ТРУШКИН - Очень. Мне кажется, что там очень много просто лишних слов именно и ни одного лишнего события. Вот, все события остались. Все слова, все признаки американского общества меня не интересуют в этом аспекте, и все это убрано. И вообще эта пьеса не касается Америки, России или Японии. Она касается людей.

К. ЛАРИНА - А где у нас шла в Москве, если вспомнить, история ее постановок?

Л. ТРУШКИН - Честно говоря, я слушал об очень удачном спектакле Товстоногова, и слышал еще о двух постановках - у Розовского и в театре Моссовета. Но я не видел спектакля ни одного.

К. ЛАРИНА - Еще об актерах - мы назвали Олега Басилашвили и Валерия Золотухина. Какие там еще актеры?

Л. ТРУШКИН - Анатолий Равикович Солмана репетирует и Вера Воронкова - Эстер, жену Виктора.

К. ЛАРИНА - А еще? Все выходные данные, что всегда интересует - художник...

Л. ТРУШКИН - Художник - Михаил Михайлович Курилко-Рюмин, знаменитый художник, интеллигентнейший человек, когда слово интеллигент можно произносить без опаски быть неправильно понятым. И это отец нашего завпоста - тоже Михаила Миахйловича Курилко-Рюмина. Композитор - Энио Морриконею, который писал эту музыку специально не для нас, а для фильма "Однажды в Америке".

К. ЛАРИНА - Теперь по поводу второй родины Леонида Трушкина - город Ленинград, Санкт-Петербург.

Л. ТРУШКИН - Первой родины, я бы сказал.

К. ЛАРИНА - Ну да, первая родина. Сейчас ленинградские артисты как-то уж сильно прикипели к театру Антона Чехова.

Л. ТРУШКИН - Это я к ним прикипел просто.

К. ЛАРИНА - Не можешь ты без них! Но все-таки, существует какая-то разница между московскими и ленинградскими артистами? Я думаю, что вряд ли...

Л. ТРУШКИН - Я даже думаю, что между голливудскими и московскими не существует разницы. Существует разница между хорошими и плохими.

К. ЛАРИНА - Но они себя так хорошо чувствуют в твоих спектаклях?

Л. ТРУШКИН - Ну, хочется надеяться на это.

К. ЛАРИНА - Я просто хочу напомнить, где работает Равикович и где работает Олег Басилашвили, в каких спектаклях - это "Ужин с дураком", да?

Л. ТРУШКИН - Да, и "Поза эмигранта".

К. ЛАРИНА - Еще раз напомню, что премьера 18 декабря, и, естественно, вопрос: где работает сейчас театр Антона Чехова?

Л. ТРУШКИН - Вот этот спектакль мы будем выпускать на сцене театра Эстрады, премьера там будет.

К. ЛАРИНА - Давай сделаем так: т.к. у нас есть билеты на спектакль, я сейчас зачитаю вопросы для наших слушателей. Итак, внимание, 3 вопроса и 3 пригласительных билета, естественно, на 2 лица, для поклонников театра вообще и театра Антона Чехова в частности. Вопрос первый: на каких театральных площадках сегодня идут спектакли театра Антона Чехова? В каком году состоялась первая премьера театра Антона Чехова и что это был за спектакль? Вопрос третий: какие артисты эстрады были заняты в спектаклях театра Антона Чехова? За правильные ответы, которые вы нам расскажите по телефону 203-19-22, вы получаете приглашение на спектакли: "Пизанская башня" 18 декабря в 19:00, "Поза эмигранта" на 13 декабря, и еще одно приглашение на спектакль "Там же, тогда же" 26 декабря. Плюс к этому я решила сделать вам такой двойной подарок, и к каждому билету прилагается еще и видеокассета, тоже предмет нашего разговора, я бы очень хотела на эту тему с Леней поговорить, мне очень интересно, что он скажет о своей работе и об этом фильме, который называется "Зависть богов". Неоднозначное очень отношение к этой работе, но я фильм посмотрела, мне очень понравилось.

Л. ТРУШКИН - Спасибо!

К. ЛАРИНА - Я иду против течения, поэтому говорю честно. Фильм мне очень понравился! Итак, дорогие друзья, обращаюсь я к нашим слушателям, на пейджер не присылайте, пожалуйста, ответы, потому что мы их примем по нашему телефону чуть позже, а не пейджер можете слать вопросы к нашему гостю. Напомню еще раз номер: 788-00-88 для абонента "Эхо Москвы". Много тем для разговора, но задам такой вопрос: Леня, не секрет, что критика достаточно скептически относится к театру Антона Чехова.

Л. ТРУШКИН - У нас это взаимно.

К. ЛАРИНА - Ну да, мы к этому привыкли и не реагируем. А зрители, которые приходят на твои спектакли, это что-то особенное? Это пошлые, омерзительные люди, которые ничего не понимают в искусстве?

Л. ТРУШКИН - Вы знаете, мне кажется, что вообще пошлые люди в своей основе не ходят в театр, они ходят в другие места, если вообще куда-то ходят. Ой, эта тема, Ксюш...

К. ЛАРИНА - А почему? Ты как-то для себя объяснял, почему?

Л. ТРУШКИН - Нет, я, честное слова, я пытался понять природу такого биологического неприятия, и не нашел для себя. Т.е. я понимаю, что вообще можно не нравится, это нормальная вещь, и она не радует, но это естественно, когда ты кому-то не нравишься. Ну, глупо обижаться на девушку за то, что она не отвечает взаимностью. Ну, печально, но бывает. Другое дело, что когда вот все девушки не отвечают взаимностью, то начинаешь думать, что с тобой что-то не так. Но при этом некорректный пример, потому что все-таки театр существует не для группы людей, а для людей, и когда залы полны, тьфу-тьфу-тьфу еще раз, критика неистовствует по этому поводу, и, в общем, говоря о том, что мы плохи, говорят о том, что публика плоха. Но тогда я думаю, может быть, дело не так уж в нас? Может быть, все-таки что-то и с критикой происходит, а не только с нами? Вообще ведь настало время, во всяком случае, на театральном рынке, когда человек может выбирать. Раньше - комплексный обед, вот ешь или вообще не ешь, или ешь, что дают. А сегодня появилось меню, говорят вот таким гастрономическим языком, и люди выбирают, что они хотят. Я как бы не изучал специально спрос, а всегда, за исключением только одной пьесы, ставил то, что волновало только меня, и часто это совпадало с тем, что волновало публику.

К. ЛАРИНА - А какую пьесу ты поставил против своей воли?

Л. ТРУШКИН - Не против своей воли, а мотивом была не пьеса, а желание работать с актрисой. И я для нее искал пьесу, и это была наиболее, как мне казалось, подходящая пьеса для нее. Т.е. мотив был не пьеса, а желание работать с актрисой. И актриса работала блестяще, актриса великолепная, и я не был вдохновенным в этой работе, и работа по моей части получилась холодной.

К. ЛАРИНА - Это что за спектакль?

Л. ТРУШКИН - "Недосягаемая".

К. ЛАРИНА - С Людмилой Марковной Гурченко.

Л. ТРУШКИН - Да, где она блестяще работала, а я был не на высоте, вот, сам для себя не на высоте, может быть, я не на высоте везде, но вот сам для себя я был не на высоте. Именно потому, что мотивом к работе не была пьеса, основным мотивом. А так я всегда ставлю то, что меня волнует. И часто это совпадает с тем, что волнует публику. И очень беспокоит критиков, в том смысле, что это плохо.

К. ЛАРИНА - В репертуаре театра Антона Чехова есть своя "Синяя птица" или свои "Двое на качелях" - спектакль, с которым Леня никак не хочет расставаться - это "Там же, тогда же". Вот уже новый состав играет, более молодой. Когда-то начинали его играть Константин Райкин и Любовь Полищук.

Л. ТРУШКИН - Еще и Татьяна Васильева.

К. ЛАРИНА - Да. Девушка сменилась. А почему ты так прикипел к этой работе, почему не хочешь с ней расставаться?

Л. ТРУШКИН - Да что-то, я не знаю... Мне просто кажется, что это такая хорошая пьеса и, в общем, неплохой спектакль. Но пьеса блестящая просто. И тема, которая меня не оставляет, к счастью, оно не перестает меня волновать. Вот, это очень наш спектакль еще, нашего театра, я имею ввиду. Все-таки он до такой степени о любви, до такой степени, что жалко выбрасывать это. А ведь спектакль перестал идти не потому, что к нему исчез интерес зрителей, а по причинам, не связанных с нашим театром. Просто вот актеры по разным причинам рассыпались, а спектакль мне показался, ну, современным и до сих пор таким кажется. И мне захотелось попробовать с молодыми. И я не жалею о том, что я это сделал, потому что и для актеров это хорошо - это как бы наша, семейная радость, а вот публика, как мне кажется, получает то, чего мне хотелось бы, чтобы она получала.

К. ЛАРИНА - Я очень часто вспоминаю сцену из этого спектакля, очень актуальную для нашей страны, когда - выборы, и когда по политическим разногласиям любви не случилось, постель не произошла.

Л. ТРУШКИН - Да, но к счастью, все менее актуальной становится эта сцена, потому что люди уже как-то, я думаю, более философски относятся, все больше и больше они смотрят на эту историю с улыбкой. Мне бы так хотелось думать, во всяком случае.

К. ЛАРИНА - Театр начинал свою жизнь, больше связывая себя с классическим репертуаром, скажем так. В ту пору был и "Гамлет", ну, я не буду называть еще одно произведение, которое является ответом на наш вопрос. Но сейчас в основном современная драматургия представлена в репертуаре. Почему так произошло?

Л. ТРУШКИН - Не знаю. Потому что, наверное, не читается классика мной. Вот, как бы я не открываю этого резонанса между классическим произведением и нашим временем. Это вопрос мой, это не вопрос времени. Это мой вопрос и, в этом смысле, вопрос времени. Может быть ,я не становлюсь моложе, что очевидно.

К. ЛАРИНА - А Антон Чехов не обидится?

Л. ТРУШКИН - Да он, может быть, порадуется, что я от него отвязался, но на самом деле, если говорить всерьез, я совсем даже не отвязался и очень даже прикипел к "Дяде Ване".

К. ЛАРИНА - Тоже давняя мечта, да?

Л. ТРУШКИН - Да. Но она просто действительно нереализуема на чужой сцене, это должен быть построен дом, понимаешь? Двухэтажный дом с интерьером и экстерьером. Мы убьем этот спектакль при первой же перевозке. Ну, я не буду загружать сейчас наших слушателей проблемами, короче говоря, это невозможно точно по техническим причинам, вот, а по всем остальным это только в процессе эксперимента может стать ясным, возможно или нет. У меня ощущение, что есть решение, и решение, ну, свежее, относительно того, что я видел в своей жизни по этой пьесе. Вот так. Мы не будем, потому что это грустная тема, я начинаю сразу скучать.

К. ЛАРИНА - Но все равно задам этот вопрос - что касается помещения, потому что театральный люд, он в курсе, что помещение театру Трушкина дали. Ну, а где оно?

Л. ТРУШКИН - Потирает руки от счастья. Оно на прежнем месте. Но там сидит столовая, которая сидит там незаконно. Это доказано целым рядом судов. Но потом дело оттягивается, и уже назначаются исполнители к выселению этой столовой и т.д. Опять скучная тема. Давай о любви что ли?

К. ЛАРИНА - Хорошо. Там вообще в недрах театра много изменений произошло. Мне тоже кажется, может быть, ты со мной согласишься, что начинался театр как антрепризный, когда группа людей собралась на спектакль...

Л. ТРУШКИН - Он и продолжается.

К. ЛАРИНА - Не знаю, сегодня ощущение есть, что есть некая команда Трушкина, все равно, как бы ты не отказывался от этого.

Л. ТРУШКИН - А я не отказываюсь, я очень люблю артистов, с которыми я работаю, и это счастье вообще - работать с людьми, которых ты любишь. Но это добровольные отношения, понимаешь? Это не то, что они у мен в труппе, и я чешу затылок - как бы их занять? А сколько любимых мною артистов не заняты сегодня или вчера, и завтра не будут заняты? С которыми я работал. Я все-таки занимаю их не по принципу - как бы занять, а по принципу- как бы выиграть дело, как бы было бы интересно и им, и мне. Понимаешь, у меня нет обязательств, я не беру на себя обязательств, которые ведут к сильнейшим компромиссам. Вот я взял бы, скажем, в труппу Ольгу Владимировну Волкову, которую я очень люблю, и она бы сидела в труппе у меня. Если в труппе, значит, я беру обязательства ее занимать. И что? И я стесняюсь в коридоре поднять глаза на нее, потому что ну, нет сегодня в пьесе роли, которую бы ей надо играть. Ни ей это не надо, ни мне. Ну, вот нет в этой пьесе такой роли! И я назову еще, немного, но назову артистов, с которыми я бы очень хотел работать, с которыми я уже работал, но нет повода творческого их занимать. И тогда они свободны от меня, и никто никого не предает. Понимаешь, в чем нравственность системы, я говорю о системе, и в чем безнравственность привычной системы, когда сидит 85 человек в труппе, а то и больше, и с завистью смотрят на артистов, которые заняты, желая им сломать ногу или, будучи людьми нравственными, подавляя в себе это желание, да? И режиссер, который раздираем командами, которые возникают внутри этой труппы.

К. ЛАРИНА - Вот, я сейчас с грустью смотрю на Бориса Ивановича Морозова...

Л. ТРУШКИН - Замечательный, кстати, режиссер, очень мною уважаемый и любимый.

К. ЛАРИНА - Такой театрище тянуть!

Л. ТРУШКИН - Система не верна, я об этом говорю все 10 лет, что существует наш театр. И я не говорю, что наш театр -хороший, а другие плохие. Я говорю о системе. Вот система наша правильная. Ну, 56 театров, построенных на системе театра Армии, о котором, например, говоришь ты - и МХАТ, и Вахтанговский, и Маяковского, и т.д., и т.д. И каждый год туда приходит молодежь, которая встает в очередь за ролями. И к 30 годам, переставая быть актерами, к 50 - точно, да... Нет ротации кадров, посмотри, что сегодня происходит в театре Сатиры - это же, вообще говоря, абсолютная ерунда.

К. ЛАРИНА - Хочу обратить твое внимание, естественно, этот вопрос очень многих волнует, и наши слушатели просят тебя высказать твое отношение к этой ситуации. Вообще, эта тема - театр и пенсия - очень деликатная, но необходимая.

Л. ТРУШКИН - Но на самом деле, абсолютно естественная. Ведь вопрос же, понимаешь, вот, поставь меня в положение, скажем вот Плучека, уважаемого мной человека, говорю я с полной ответственностью - да я бы, наверное, тоже не радовался, что меня... Все должно быть оговорено заранее. Вот когда снимается спектакль у меня с репертуара, ведь актеры же не рвут на голове волосы, не говорят - как же, ты нам обещал! Я ничего не обещал. Я обещал, что они будут играть этот спектакль до тех пор, пока этот спектакль будет интересен публике, пока публика за билеты платить деньги, и мне будет чем расплачиваться с актерами. Наступает момент, когда спектакль перестает быть интересным. Этот момент может быть на следующий день после премьеры или через 10 лет не наступить, как это с "Там же, тогда же" происходит. И тогда спектакль продолжает идти. Вот такая же ситуация должна быть с худруками. Посмотри, мы выбираем уже президентов, так выбираем, иначе, технологии, не технологии, но мы их выбираем. Де-факто и де-юре мы их выбираем. А худрук не выбирается. У меня нет претензий ни к Плучеку, ни к его коллегам, которым сильно за 70 и т.д., к ним у меня нет претензий. У меня претензии к государственным чиновникам, которые не создают системы ротации кадров. Ведь, ну можно представить себе теоретически, что человек в 85 лет рождает нечто свежее, ну, представим себе, что это возможно. тогда почему с этим человеком не заключить контракт еще на 3 года?

К. ЛАРИНА - Как Люибмов, кстати.

Л. ТРУШКИН - Ну, например. И все, и заключайте контракт. Или в 45 лет человек не может ничего генерировать уже, такой тоже бывает - значит, не заключайте с ним контракт! Это не должно быть вопросом возраста, это должно быть вопросом творческой жизнеспособности, вот и все. она связана с биологической жизнеспособностью, конечно, но не всегда впрямую. Бывает очень здоровый человек абсолютно бездарным. Такое случается. В 25 лет он может таскать гири и не поставить сцену, например. Такое же бывает, да?

К. ЛАРИНА - Подожди, попытка демократии была предпринята в театре в начале 80-х, когда Морозов был подвергнут вот такому ужасу на собрании коллектива театра Пушкина, ты помнишь эту историю?

Л. ТРУШКИН - Я не помню.

К. ЛАРИНА - Он попал под колеса демократии. Ну, просто артисты собрались и проголосовали, что им не нужен Морозов.

Л. ТРУШКИН - Нет, артисты не должны голосовать. Артисты должны наниматься худруком, а вот худрук должен наниматься чиновниками. В частности, например, начальником культуры управления Москвы или министром культуру союза, в зависимости, какой это театр - союзного или городского подчинения. Все! артистов должен нанимать худрук. Меняется худрук, назначается новый - новый должен нанимать новых артистов, оставляя прежних или нет, но тогда это живой организм. Мы же создаем мавзолей. Ведь загнивают же театры, это же очевидно! И я надеюсь, не только мне, да, к сожалению? Но ведь понятно же от чего - не от того, что люди плохие, ну, потому что других нет, а потом, и не такие уж плохие мы, уверяю. Вопрос в том, что систему должны делать умные люди. Вот создавать систему должны умные люди. А система должна предполагать умных людей. Дурак в системе или лентяй не должен выживать. Вот, что такое рынок, чем он хорош? Если это рынок, а не то, что у нас происходит сейчас. Вот если рынок, чем это хорошо? Это конкуренция. Он регулирует все, включая нравственность. Потому что, предположим, приходит хозяин жадный и он всю прибыль забирает себе и не делится с людьми, которые наняты им. А рядом - хозяин не жадный, который делится с людьми. Значит, куда пойдут люди, лучшие кадры? Пойдут к нежадному. Т.о. рынок, например, регулирует такой порок человеческий как жадность, невыгодно становится быть жадным. Не выгодно экономически, вот я о чем говорю. Я говорю все время о системе, а мне пытаются сказать - нет, ну почему, вот это же хороший человек, и у него будет, а вот это плохой человек, и у него не будет. Не надо назначать никого, не надо никого снимать. Надо продлевать контракт или не продлевать. В исключительных случаях прерывать его, например, напился человек на работе - просто контракт автоматически прерывается. Юридическая это должна быть история, а не морально-этическая, когда вот удобно снимать человека, который проруководил театром. Да это вообще не вопрос этики, это вопрос чисто юридический. Ведь назначаются тоже не молодые люди сегодня и во МХАТ, и в театр Сатиры. А говорю - где молодые? Да мы никогда не узнаем, где они, потому что старикам везде у нас дорога, да, или наоборот - старикам почет, но и дорога. Ну, в общем понятно. Речь идет о том, что мне кажется, что это недоработка государственной системы. Они хотят управлять, а надо создать систему, которая будет саморегулировать. А управлять - это мы проходили, мы знаем.

К. ЛАРИНА - Спасибо! Давайте мы небольшую паузу сделаем, чтобы принять ответы на вопросы, чтобы наши слушатели отправились в театр. Напомню еще раз вопросы. Вопрос первый: на каких театральных площадках сегодня идут спектакли театра Антона Чехова? Второй: в каком году состоялась первая премьера театра Антона Чехова и что это был за спектакль? Вопрос третий: какие артисты эстрады были заняты в спектаклях театра Антона Чехова? За правильные ответы вы получаете билеты либо на "Позу эмигранта", либо на "Там же, тогда же", либо на "Пизанскую башню". Итак, 203-19-22. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ - Добрый день! Ответ на третий вопрос - Геннадий Хазанов.

Л. ТРУШКИН - Не полный ответ.

К. ЛАРИНА - Еще подождем? Хорошо. Я, правда, не помню второго человека. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте! Может быть, это еще Шифрин?

Л. ТРУШКИН - Нет.

К. ЛАРИНА - Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте! Это Лариса Петровна. Я хотела ответить на первый вопрос. Я знаю, что идет в театре Вахтангова, потом в театре Маяковского и, по-моему, в театре Моссовета. Ну, и театр Эстрады вы уже говорили.

К. ЛАРИНА - Ну, можно принять этот ответ?

Л. ТРУШКИН - Да, конечно.

К. ЛАРИНА - Какой спектакль вы выбираете?

СЛУШАТЕЛЬ - Я смотрела только "Позу эмигранта".

К. ЛАРИНА - Хорошо, тогда давайте пригласим вас на спектакль "Там же, тогда же", не кладите трубочку, оставьте свой телефон. Спасибо! Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте! Там Хазанов и Ахеджакова.

Л. ТРУШКИН - Ахеджакова - театральная актриса, но она не занята в нашем спектакле.

К. ЛАРИНА - Ну, подскажи как-нибудь?

Л. ТРУШКИН - Ну, хорошо - певица.

К. ЛАРИНА - А, вот, что имеется ввиду! Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте! Это Виталий. Первая премьера была "Вишневый сад". Это было в начале 90-х годов, 1992, 1991...

Л. ТРУШКИН - 1990 год.

К. ЛАРИНА - Да, 10 лет отмечает театр в этом году?

Л. ТРУШКИН - Да, уже.

К. ЛАРИНА - Хорошо, какой спектакль вы выбираете?

СЛУШАТЕЛЬ - "Пиазнская башня".

К. ЛАРИНА - Хорошо, ваши билеты остаются здесь, а вы оставляете нам свой телефон. И еще один вопрос у нас остался - про артистов эстрады, которые заняты в спектаклях театра Антона Чехова. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте! Вот в "Позу эмигранта" еще принимала участие певица, вот я никак не могу вспомнить ее фамилию, она жена Леонида Агутина.

Л. ТРУШКИН - Неплохо!

К. ЛАРИНА - Красиво, конечно, но правильно - Анжелика Варум. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Зоя.

К. ЛАРИНА - Вот вам "Поза эмигранта" достается.

СЛУШАТЕЛЬ - Ой, я с удовольствием! А это на 2 билета?

К. ЛАРИНА - Естественно, на 2 лица, конечно. Спасибо, оставьте, пожалуйста, свой телефон. Значит, теперь я еще раз доложу всем нашим победителям, что мы всем дарим еще и фильм "Зависть богов". Я хочу закончить нашу встречу с Леней короткой репликой именно об этом фильме "Зависть богов" - это режиссер Владимир Меньшов, напомню, в главной роли, конечно же, Вера Алентова, и Леонид Трушкин там сыграл роль...

Л. ТРУШКИН - Эпизод.

К. ЛАРИНА - Нет, это все-таки роль, это не эпизод - такой товарищ советский, международный комментатор, который все рассказывает, как там плохо, а сам мечтает свалить на запад. Лень, скажи мне, вот почему этот фильм не полюбили критики?

Л. ТРУШКИН - Вот, честное слово, я не знаю, потому что мне кажется, что он еще достаточно эстетически как бы такой, непростой, т.е. мне кажется, что он и критикам должен был бы понравится. Не знаю.

К. ЛАРИНА - М не это очень странно. Я много слышала всяких неприятных вещей, сказанных об этом фильме, в том числе и в нашем эфире. И взяла я кассету домой посмотреть. Вот мы вместе с мужем смотрели и получили просто удовольствие! Настоящее кино, замечательная история, прекрасные актерские работы

Л. ТРУШКИН - Да-да.

К. ЛАРИНА - Актер театра Маяковского, замечательный актер. И история замечательная, и фильм сделан очень осторожно, очень уважительно по отношению ко всему.

Л. ТРУШКИН - И ко времени.

К. ЛАРИНА - Да, и к эпохе, и к героям, и к истории - ко всему. И к себе тоже - я имею ввиду режиссера Владимира Меньшова. Мне кажется, что это удачная работа. Я бы ее смело поставила в один ряд с фильмом "Москва слезам не верит" по уровню, по глубине, в конце концов. И мне очень странно, что этот фильм так восприняли в штыки. Все, что касается сцен, там, эротические, все говорили, что вот, позор - где там позор?

Л. ТРУШКИН - Нет, ну я тоже считаю, что там есть возможность сокращения этих сцен, но никакого позора нет. Просто, я не знаю, дело в том, что я еще особый зритель в этом смысле. Я очень редко бываю доволен такого рода сценами в кино. Очень редко мне это нравится, почти никогда. В советском кино - просто никогда. Но дело же не в этом, Господи Боже! Я просто смотрю то кино, которое хвалят, и вот что меня огорчает - у меня вообще ощущение какой-то политики. Мы вообще с Володей говорили на эту тему много. Ну, я себя не сравниваю с ним ни в коем случае, он - мэтр, я только учусь, но вообще такое как бы априорное отношение - нравится людям, значит - плохо. Ну, может быть, это род компенсации, т.о. я ставлю себя несколько выше основной массы, причем подсознательная компенсация, критики как бы сами себе не признаются в этом, но подсознательно они себя ощущают исключительными.

К. ЛАРИНА - И еще хочу сказать о фильме опять же, что мне кажется, что даже неприлично такими словами разбрасываться резкими, потому что фильм очень искренний.

Л. ТРУШКИН - Ну, я про тон вообще не говорю...

К. ЛАРИНА - Да, человек очень искренне рассказал о себе, предельно искренне, такие вещи надо чувствовать и уважать.

Л. ТРУШКИН - Я хочу поздравить в эфире Владимира Меньшова и Веру Алентову с замечательной работой, поздравить просто искренне!

К. ЛАРИНА - Я думаю, что теперь случился абсолютный повод пригласить к нам Веру Алентову и Владимира Меньшова, я думаю, что мы это сделаем.

Л. ТРУШКИН - Я постараюсь посодействовать.

К. ЛАРИНА - Леня, большое спасибо!

Л. ТРУШКИН - Спасибо!

К. ЛАРИНА - Ни пуха!

Л. ТРУШКИН - К черту!

К. ЛАРИНА - И пока!

Л. ТРУШКИН - До встречи!

К. ЛАРИНА - Счастливо!