приключения итальянки в России (10 лет) - Стефания Дзини - Интервью - 2000-12-09

9 декабря 2000 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Стефания Дзини, итальянская подданная, капитан команды автопробега кругосветного автопутешествия на машинах ЗИЛ.

Эфир ведут Ринат Валиулин и Ксения Ларина

К. ЛАРИНА: Стефания, какую музыку вы любите? Вы с собой привезли какую-нибудь итальянскую музыку? Здесь слушаете?

С. ДЗИНИ: Чуть-чуть. Только когда на вашем радио бывает итальянская песня. Я особенно не могу сказать, что я любитель итальянской музыки. И русская музыка мне нравится, и вообще вся?

Р. ВАЛЕУЛИН: Ранацотти сейчас популярен в Италии по-прежнему?

С. ДЗИНИ: Достаточно популярен, конечно. На самом деле, я считаю, что среди итальянцев очень мало тех, кто вышел на мировой уровень.

Р. ВАЛЕУЛИН: Если уж мы заговорили об итальянцах. Как сейчас ощущают у вас сейчас наши старые итальянские кумиры? Ардиано Челентано, например, он по-прежнему также популярен?

С. ДЗИНИ: такое ощущение, что Челентано больше даже популярен в России, чем в Италии. Он, конечно, и в Италии очень популярен, как актер и как певец

Р. ВАЛЕУЛИН: И как ведущий.

С. ДЗИНИ: Да, и как ведущий. Он по-прежнему.

Р. ВАЛЕУЛИН: Такой же, да? Не меняется?

К. ЛАРИНА: Это только пролог нашей встречи, поскольку наши слушатели не знакомы со Стефанией, они впервые с ней встречаются. Мы со Стефанией уже виделись на телевидении. И в ту пору мы говорили об удивительном путешествии на Северный полюс. Я так специально сгущаю краски. Во льду, там мужчины грубые, небритые, и маленькая тоненькая девушка, которая сидела за баранкой огромной советской машиной. Это ЗИЛа, да?

С. ДЗИНИ: Да.

К. ЛАРИНА: Вот, собственно говоря, на эту темы мы и говорили, когда со Стефанией встречались. Я понимала прекрасно, что это свойство характера, вы человек азартный, который любит приключения. Но, наверное, вопрос, почему именно Россия вас так заинтриговала, мне кажется, что на эту тему стоит поподробнее поговорить.

С. ДЗИНИ: Ну, лет 10 тому назад, а точнее в 1989 году, я в первый раз попала в Россию. Не случайно, а потому что я училась в Университете. Я филолог по образованию и специалист по русскому языку. Поэтому я приехала в Россию, и сразу Россия мне понравилась, я влюбилась в Россию. И потом судьба моя все больше и больше связывалась с Россией: сначала по учебе, потом по работе, потом друзья, появилось здесь очень много друзей. Как-то так получилось, что сейчас я почти постоянно нахожусь в Москве и не только в Москве, потому что люблю путешествовать, ознакомляться со всей Россией.

Р. ВАЛЕУЛИН: Скажите. Стефания, чем может понравиться Россия? Я живу здесь, родился, поэтому, может быть, я чего-то не понимаю. Чем сразу может привлечь Россия иностранца?

С. ДЗИНИ: Ну, может быть, поначалу Тогда, в 1989 году, Россия была еще другой.

К. ЛАРИНА: Это был еще Советский Союз.

С. ДЗИНИ: Да, была совершенно другая, чем сейчас. Потому что сейчас Москва это такой мегаполис, я думаю, на таком же уровне, как любой мегаполис европейский или в Штатах. Но тогда она отличалась очень сильно от Милана, моего родного города, от того, что я знала хорошо, от Европы. И, может быть, именно это меня очень сильно заинтриговало.

Р. ВАЛИУЛИН: Чем конкретно отличалась Москва в 1989 году от Европы. От других городов.

С. ДЗИНИ: Это было только начало капитализма, поэтому для меня его как будто еще и не было, то есть я не видела еще вот этого начала. Все, что у нас уже тогда было основано на деньгах, на бизнесе, тут еще этого не было.

Р. ВАЛИУЛИН: Это была эпоха романтического капитализма. Я помню, тогда все что-то продавали или покупали: какие-то компьютеры, вагоны леса и т. д.

С. ДЗИНИ: Но это все было очень романтично, очень Это только начало, было ощущение, что все возможно, это такая страна, какой город, который предоставляет всем любые возможности. Чуть-чуть инициативы и делай, можешь творить все, что хочешь.

Р. ВАЛИУЛИН: Сейчас вы относитесь к нашей экономике. К нашему капитализму по-другому?

К. ЛАРИНА: Стефания принимает активное участие в нашей экономике как предприниматель и бизнесмен.

С. ДЗИНИ: С одной стороны, конечно, то, что все изменилось так сильно, хорошо для всех, но это касается Москвы. И для меня в первую очередь. Это мне дало возможность работать, зарабатывать и дает до сих пор. А с другой стороны, я задумываюсь и бывает очень жалко, что такая романтика потерялась: романтика в отношениях с людьми, - все стало более по- западному.

Р. ВАЛИУЛИН: Более прагматично.

С. ДЗИНИ: Да, более прагматично, похоже на то, что мне было уже знакомо тогда, от чего я, а принципе, убежала. Но такова жизнь и есть сейчас свои плюсы. и очень большие. Я думаю, что для многих есть плюсы, поэтому тут надо только следить за жизнью.

К. ЛАРИНА: Стефания, а вы все наши путчи и перевороты здесь переживали? Или дома?

С. ДЗИНИ: Одни раз, по-моему, я тут оказалась, первый раз. А второй раз я была дома и смотрела все по телевизору. Помню, были мои друзья, знакомые, которые шли посмотреть, как разрушают Белый дом, и я очень сильно переживала за них. Они мне потом звонили и говорили: "Мы были там". Я говорила: "Вы просто сумасшедшие". Это тоже было событие, мы были все очень молодые.

К. ЛАРИНА: А как родители отнеслись к вашему решению надолго переместиться в такую незнакомую страну?

С. ДЗИНИ: Сначала очень сильно сопротивлялись. Не только родители, но и друзья и знакомые, тем более тогда. Мне говорили: "Ты сумасшедшая просто. У тебя все тут есть, тебе только найти работу после окончания университета, и все у тебя будет нормально. Зачем тебе все это бросать и ехать туда, где неизвестно, что будет?" Жизнь показала, что я была права, надо чуть-чуть рисковать. И только тогда, когда ты рискуешь, ты имеешь возможность либо очень много потерять, либо очень много выиграть. Поэтому мне так нравится жить.

Р. ВАЛИУЛИН: Когда вы сюда приехали, вы уже говорили по-русски?

С. ДЗИНИ: Дело в том, что я уже 4 года училась в университете. Но я не могла разговаривать и в принципе ничего не понимала. 4 года учебы на книжках не помогают человеку разговаривать и понимать по-русски, только какие-то примитивные слова, чтобы ходить в магазин, что-то покупать, но даже это с большим трудом.

Р. ВАЛИУЛИН: Самые главные русские слова выучили?

К. ЛАРИНА: Какие? Неприличные? В путешествии, наверное?

С. ДЗИНИ: И в путешествии, и на работе везде. Это достаточно такой лексикон общепринятый, его просто нельзя не знать.

Р. ВАЛИУЛИН: Итальянцы часто пользуются нецензурной лексикой?

С. ДЗИНИ: Очень часто. Причем, конечно, когда я чувствую нецензурный лексикон по-итальянски, это мне не очень приятно.

К. ЛАРИНА: А русское приятно?

С. ДЗИНИ: Я его просто не воспринимаю. Для меня слова как слова, ругаются вроде.

Р. ВАЛИУЛИН: Сами не пользуетесь этими словами?

С. ДЗИНИ: Очень редко. Если кто-то меня очень сильно раздражает, или когда я очень сильно рассержена, тогда бывает, но очень редко.

К. ЛАРИНА: Я так думаю, что Стефания не только специалист по русскому языку, но и специалист по русским мужчинам. Я говорю в хорошем смысле этого слова. Вы познали мужской характер, особенно в путешествиях, это ярко проявляется. Вот, по-вашему, русский мужчина это кто? Как бы вы могли его охарактеризовать?

С. ДЗИНИ: Затрудняюсь немного ответить, потому что я немного забыла каковы итальянские мужчины или зарубежные. Поэтому для уже мужчины это только русские могут быть. Но мне нравится в русских мужчинах то, что они все умеют делать по чуть-чуть. Они умеют выйти из любой ситуации, они не пугаются. В бытовых вещах они умеют найти выход из любого положения.

Р. ВАЛИУЛИН: Как мы говорим, умеют гвоздь забить.

С. ДЗИНИ: Да. А у нас чуть-чуть, насколько я могу вспомнить, немного по-другому. Если, допустим, что-то сломается, сразу есть, кого позвать. Никто особенно не напрягается, не любит пачкать руки. Это не только на бытовом уровне, русские мужчины по жизни более реактивные. Они могут найти решение. По крайней мере, я встречалась с такими мужчинами, которые умели думать, пользоваться мозгами, чтобы принять решение. Но это, может быть, мне просто сильно повезло, не знаю.

К. ЛАРИНА: А что раздражает? Можно так спросить? То, что вы не принимаете именно в русских мужчинах.

С. ДЗИНИ: То, что до сих пор мне не привычно, - это отношение к женщине. Русский мужчина считает, что он должен быть главным обязательно.

Р. ВАЛИУЛИН: В Италии это не так?

С. ДЗИНИ: В Италии и в других странах более привычно думать о том, что женщины и мужчины примерно одинаковые. У этого тоже есть свои плюсы и минусы. Иногда приятно, что мужчина хочет показать себя главным, что женщина может спокойно думать: я не главная, я могу быть просто женщиной, не обязательно должна показать, что я на уровне мужчины. А у нас женщина должна обязательно показать, что она тоже важна. А тут можно немного расслабиться и сказать: берите, делайте за меня.

К. ЛАРИНА: А если говорить о представителях русского бизнеса, новые русские? Вы же, естественно, по работе с ними сталкиваетесь, тут никуда не деться. Что можно сказать о них? Российский бизнес вас больше радует или больше огорчает?

С. ДЗИНИ: Есть и радости и неприятности. Во-первых, так называемые новые русские обычно люди довольно молодые, около 30-35. Конечно, российский бизнес всегда очень напряженный. Поэтому бывает, что от этого напряжения не только мужчины, но и женщины, ведь очень много русских женщин, которые занимаются бизнесом, - люди не совсем адекватно себя ведут: какие-то неприятные

К. ЛАРИНА: Обманывают часто?

С. ДЗИНИ: Не обманывают, а кричат, сердятся неуместно. Бывает, конечно, что обманывают. Из-за того, что люди как-то начали очень рано

К. ЛАРИНА: Учатся на своих ошибках.

С. ДЗИНИ: Нет. В течение короткого времени достигли большого успеха, поэтому не переварили этот успех, который свалился на голову.

Р. ВАЛЕУЛИН: Можно сказать, что русский бизнес нечто особенное, чего нет в других странах?

К. ЛАРИНА: А как же итальянская мафия?

С. ДЗИНИ: Ну, итальянская мафия

Р. ВАЛИУЛИН: До мафии дойдем. Или все развивается по тем же законам, как и во всем мире?

С. ДЗИНИ: Итальянские бизнесмены, с которыми я имею дело, более спокойные, неторопливые, а русские всегда торопятся. Естественно, ритмы жизни тут требуют такого более активного движения. Поэтому не всегда Италия отвечает по скорости с темпами, которые требует московский бизнес. В этом, думаю, самое большое отличие. Там не всегда понимают то, что тут нужно в плане скорости. Потому что все тут меняется со страшной силой.

К. ЛАРИНА: Очень много вопросов приходит Стефании. Я вам могу, Стефания, несколько вопросов задать, если интересно.

С. ДЗИНИ: Да.

К. ЛАРИНА: Конечно, спрашивают про акклиматизацию, потому что солнечная, жаркая страна Италия и такой холодный, грустный здесь климат, скажу так. Вы долго привыкали к этому?

С. ДЗИНИ: Несколько лет, на самом деле, привыкала к климату, потому что не хватало солнца. Бывало, помню, несколько лет назад такие лета, когда солнца практически не было. И поскольку у нас лето начинается в мае месяце и заканчивается в сентябре, может быть, даже в апреле начинается, и когда в Москве в июне или в июле еще 15 градусов, для меня это было просто неприемлемо, я не могла это воспринимать. И это действовало очень сильно, я просто впадала в депрессию. А сейчас я уже привыкла к тому, что не надо на это обращать внимание, надо воспринимать ту погоду, какая есть каждый день.

К. ЛАРИНА: И при этом вас еще понесло на самый север, там вообще холод.

С. ДЗИНИ: Там холод, но это самовоспитание. Помогает, когда в Москве 15-20 градусов холода, кажется, что еще ничего, это очень даже хорошо. Топом, интересно еще испытывать себя, посмотреть, как я реагирую в определенных условиях, которые очень далеки от моих родных, обыкновенных, к которым я привыкла. Я сейчас я настолько привыкла к российскому климату, что, когда возвращаюсь домой, в Италию, в июле-августе, мне даже нехорошо, потому что там очень жарко, душно. И у меня уже такой обратный процесс, надо привыкать обратно.

К. ЛАРИНА: Организм уже привык к российским условиям?

С. ДЗИНИ: Да, я думаю, что да. Особенно потому, что в Италии, особенно в Милане, очень влажно, поэтому я от этого очень сильно страдаю.

К. ЛАРИНА: Но все равно же тоскуете, наверняка, по родине, есть же какая-то ностальгия? Я почему вас спрашиваю? Не то, что вы сидите и рыдаете, вас же не насильно сюда пригнали. Но Италия в вашем доме все-таки существует, где вы живете в Москве? Какие-то талисманы, штучки, книжки, музыка?

С. ДЗИНИ: Очень много книг. Я читаю практически все на итальянском языке, несмотря на все, и очень мало читаю по-русски, поэтому вся моя домашняя библиотека на итальянском языке. И, конечно, фотографий очень много: родителей, родных. Это такой вот кусочек Италии.

Р. ВАЛИУЛИН: А если говорить о еде? Насколько вы привыкли к российской пище? Устраиваете ли вы итальянские обеды для своих друзей?

С. ДЗИНИ: Конечно.

Р. ВАЛЕУЛИН: Что вы готовите?

С. ДЗИНИ: Макароны с разными соусами, лозанью, пиццу, бывало, я готовила. Ну, такие, классические, традиционные.

Р. ВАЛИУЛИН: У меня есть товарищ, который (он работал с итальянцами, много раз бывал в Италии) уже лет 5 обещает сделать макароны со специальным соусом.

К. ЛАРИНА: Соусы бывают разные.

С. ДЗИНИ: Их тысячи.

Р. ВАЛИУЛИН: Расскажите хоть один рецепт хоть одного из таких соусов, потому что для меня это такая загадка.

С. ДЗИНИ: Один из самых простых соусов это красный соус, на основании томатов, помидоров. Эти соусы, на самом деле, уже продаются в банке. Но самое вкусное это когда взять очень много 4 килограмма помидоров и просто их порезать и чуть-чуть маслица, соль и перец по вкусу. И все.

Р. ВАЛИУЛИН: И просто макароны перемешивать с этим соусом?

С. ДЗИНИ: Нет. Надо этот соус потушить где-то два-три часа. И чем больше, тем вкуснее. Но это такой простой томатный соус. Туда можно добавить все, что угодно: мясо, то есть фарш это один соус; если добавить, допустим, белые грибы, получается очень вкусный соус.

Р. ВАЛИУЛИН: А принцип поедания спагетти с соусом, это вы перемешиваете спагетти с этим вот соусом?

С. ДЗЫНИ: Да.

Р. ВАЛИУЛИН: То есть получается не просто отдельно спагетти, отдельно соус?

С. ДЗИНИ: Нет-нет, это все надо перешивать, потом обязательно нас сыр "Пармезан" тертый, немного базилики это такое классическое итальянское блюдо.

К. ЛАРИНА: Тогда вопрос следующий, если мы на кулинарию перешли. А русская кухня вам как?

С. ДЗИНИ: Русская кухня мне очень нравится. Я последнее время пытаюсь научиться готовить какие-то русские блюда. Например, голубцы (фаршированные перцы). То, что я еще не умею, - это супы. Например, борщ я еще не умею делать. По одной простой причине: я не привыкла есть супы, поэтому мне трудно их готовить. Я их не чувствую.

Р. ВАЛИУЛИН: Да, в Италии такого понятия как горячий суп, по-моему, нет. Есть какой-то бульончик По-моему, вы едите даже суп до основного блюда.

С. ДЗИНИ: Да. Это не суп для России.

Р. ВАЛИУЛИН: Скорее, бульон?

С. ДЗИНИ: Да, бульончик. Есть такое понятие как министрона, то есть это такой суп из свежих овощей кусочками. Туда можно добавить рис или мелкие макароны, но не могу сказать, что это любимое блюдо для итальянцев. Но для итальянцев главное хоть раз в день есть макароны или спагетти, или что-то в этом роде. Я, наверное. от этого отвыкла, но когда у меня итальянские гости, я вижу, что они очень сильно страдают, если хотя бы раз в день я их не кормлю макаронами.

Р. ВАЛИУЛИН: Что же в них такого необычного, в этих макаронах?

С. ДЗИНИ: Кто знает? Русские привыкли к картошке. У вас это главный элемент в диете. Ну, я думаю, что макароны имеют такое же значение для итальянцев.

К. ЛАРИНА: Кстати, Стефания, а итальянская кухня в Москве, как, ничего?

С. ДЗИНИ: Сейчас очень много ресторанов, где, на самом деле, очень хорошо готовят. Единственное что, до сих пор я не смогла найти пиццерию, где готовится настоящая пицца. Может быть, мне просто не повезло, я не нашла, я особенно не хожу по ресторанам.

К. ЛАРИНА: Ну да, у нас продаются в основном такие полуфабрикаты.

С. ДЗИНИ: Да. Пиццу настоящую я еще не ела в Москве. А все остальное очень похоже не итальянскую кухню, тем более, что во многих итальянских ресторанах главный шеф-повар итальянец.

К. ЛАРИНА: А у вас есть друзья итальянцы в Москве?

С. ДЗИНИ: В основном у меня русские здесь друзья, поэтому я общаюсь с русскими в Москве намного чаще, чем с итальянцами. Приезжают очень часто гости из Италии: родственники, друзья.

К. ЛАРИНА: Очень много вопросов о личной жизни, что вполне естественно после разговора о русских мужчинах. Нашла ли Стефания свою любовь в России?

С. ДЗИНИ: Временами я нахожу. Но пока какая-то вечная любовь

Р. ВАЛИУЛИН: В процессе поиска.

С. ДЗИНИ: Да, в процессе поиска.

К. ЛАРИНА: А если говорить о московских семьях, поскольку у вас друзей много. Наверняка, особый колорит в московской семье. Это мы, как москвичи, к этому привыкли. А для вас есть какие-то вещи, которые вам приятны, что это именно знак московской семьи?

С. ДЗИНИ: То, что мне нравится и что я считаю чисто московским и русским, что отличается от Италии, что в России (по крайней мере, люди моего поколения) все женились, вышли замуж и рано родили детей, родили очень рано, начиная с 20 лет, что естественно. Для Италии, например, выйти замуж или рожать детей в 20 это очень редкое исключение.

К. ЛАРИНА: Позже?

С. ДЗЫНИ: Намного позже. В 30 это нормально для итальянской женщины.

К. ЛАРИНА: Это было всегда или только в последние годы?

С. ДЗИНИ: Я могу сказать это только для своего поколения. Думаю, что лет 20-30 назад Италия в этом плане была очень похожа на Россию.

К. ЛАРИНА: С чем это связано?

Р. ВАЛИУЛИН: Наверное, с работой, с бизнесом.

К. ЛАРИНА: Какую-то карьеру успеть сделать?

С. ДЗИНИ: Может быть, связано с тем, что, как я говорила, в России женщина осталась женщиной полностью. Мужчина предназначен, чтобы быть важнее, сильнее, главным в семье. А у нас сложилась более феминистическая обстановка, что женщина должна тоже делать карьеру. Важна семья, важно рожать детей, но все же надо учиться, делать карьеру, деньги, иметь работу. И, наверное, это последствия этого. Конечно, женщина не может одновременно закончить университет, потом сразу работу найти, детей рожать. Это невозможно все делать вместе. И поэтому более естественно, что у женщины более мужской путь: заканчивает учиться, находит себе работу, лет пять-шесть поработает, а потом начинает уже думать о том, как создать семью и как рожать детей. Естественно, что это все затягивается по времени: ей уже будет не 20, а 30. Просто невозможно все делать быстрее. И, на самом деле, тот факт, что в России все начинается раньше, мне очень нравится, потому что я считаю, что, в принципе. Молодой человек и молодая женщина в 20 лет должны быть достаточно развитыми, чтобы все уже начинать полноценно свою семейную жизнь.

Р. ВАЛИУЛИН: У нас говорят, что потом будет трудно выбирать, если в 20-25 лет не женишься

К. ЛАРИНА: Да, уже старая дева.

Р. ВАЛИУЛИН: Начнешь потом выбирать: этот не подходит, та не походит. То есть ближе к 30 человек становится более привередливым.

К. ЛАРИНА: Это про мужчин. А про женщин говорят, что в 25 лет замуж не вышла это кошмар, она уже никогда не выйдет, не найдет.

Р. ВАЛИУЛИН: В девках останется.

К. ЛАРИНА: Я хочу опять вернуть Стефанию в 1989 год. Наверняка, у вас было свое представление о России, когда вы собирались туда ехать впервые. Насколько это совпало?

С. ДЗИНИ: Когда я приехала сюда. У меня не было вообще никакого представления о России.

К. ЛАРИНА: Но вы же думали, куда едете.

С. ДЗИНИ: Для меня тогда Россия была только то, что я читала в книгах: Достоевский, Толстой. Поэтому я абсолютно не представляла себе, куда я еду. Россия как Россия, Москва как Москва. Конечно, когда я приехала, я была в шоке. Еще в большем шоке я была, когда вернулась обратно, потому что, пока я жила тут месяц-полтора, я воспринимала то, что я видела: люди другие, поведение другое и все другое. В магазинах тогда не было ничего. Я привыкла ходить в рестораны, в кино. Тогда все это было трудно делать. Пока я тут была в течение полутора месяцев, я все воспринимала. А когда я вернулась, я увидела, какая на самом деле разница между Италией и Россией. Тогда у меня была дикая депрессия. Я целый месяц не могла выйти из дома. Было тяжело воспринимать, что там люди ведут такую жизнь, которая сильно отличается от моей. И мне было не понятно, почему. Я много путешествовала до России, но я была в Европе, в Штатах, где жизнь очень развитая. Это было в первый раз, когда я попала в большой город, который так сильно отличался от моего представления о большом городе, где ни в кино нельзя сходить (показывали такие фильмы, просто никакие), в ресторан трудно сходить, нет никакого места для общения, нет кафе, где можно просто сидеть на улице. Для меня это все было просто дико. Это меня поразило очень сильно.

Р. ВАЛИУЛИН: Вы, как человек, смотрящий на нас со стороны, скажите, за эти 10-11 лет Россия и Москва, в частности, изменились к лучшему или к худшему? Или, может быть, неоднозначно: в чем-то к лучшему, в чем-то к худшему?

С. ДЗИНИ: Как я уже говорила, потерялось немного романтики. Люди стали более целеустремленными, думают более прагматично. Это, может быть, жалко, что вся эта романтика терялась. Конечно, для жизни все изменилось к лучшему, особенно, конечно, в Москве. Сейчас нельзя разговаривать о Москве как о России, здесь совершенно разные вещи.

К. ЛАРИНА: Хочу сказать просто к слову, Стефания, что здесь есть вопросы от наших слушателей. Вот, Люба спрашивает: "Были ли вы в российской глубинке?" Была, конечно.

С. ДЗИНИ: Была. Если говорить о российских поселках, то там жизнь практически не изменилась.

Р. ВАЛИУЛИН: Ваше впечатление от магазина, который вы видели в какой-нибудь деревне или в поселке. Вот, магазин впечатляет?

С. ДЗИНИ: Впечатляет. Поселки разные. Есть поселки, где даже в маленьких магазинчиках можно все найти.

Р. ВАЛИУЛИН: А есть те, где продают в основном хлеб, водку, крупы.

С. ДЗИНИ: Особенно, если взять Россию в целом, как Советский Союз. Например, в Якутии были мы, есть магазины, которые пустуют. Привозят продукты раз в месяц. В начале месяца все есть, потом потихонечку все исчезает. Поэтому говорить о России и говорить о Москве это совершенно разные вещи.

Р. ВАЛИУЛИН: А почему, как вы думаете, не обеспечат эти магазины, которые пустуют продуктами? Почему не находится человек, который это сделает? Ведь это выгодно с точки зрения бизнеса.

С. ДЗИНИ: Я думаю, что не все так просто. Я думаю, что желающие этим заниматься есть. Но бывает отдаленные поселки, куда привозить продукты физически очень трудно, потому что нет дорог, а если перевозить самолетом, это будет слишком дорого. И люли просто не могут покупать эти продукты. Причины очень разные. Зависит не только от того, что хочется. Бывает, что очень трудно все это дело организовать.

Р. ВАЛИУЛИН: И дорого получится.

С. ДЗИНИ: Да. И потом надо учесть, что в деревнях практически все живут с огорода, то есть покупают минимальное количество, то, что строго необходимо, что они сами не могут делать.

К. ЛАРИНА: А как люди там вас встречали, в деревнях, в поселках? Вы же там в домах ночевали, как я понимаю, когда путешествовали?

С. ДЗИНИ: Только в больших поселках мы ночевали в общежитиях или в школах, в разных случаях по-разному. А так мы, в основном, ночевали в машинах.

К. ЛАРИНА: Но вы же общались с местными людьми?

С. ДЗИНИ: Да, конечно. Везде встречали нас очень хорошо. Не было никакой враждебности. Были какие-то случаи, когда нас обворовали, но это мелочи.

Р. ВАЛИУЛИН: В российской глубинке, я так понимаю, человек смотрит на иностранца как-то по-особенному. Вы почувствовали, что на вас смотрят по-другому?

С. ДЗИНИ: Да. Особенно дети с интересом смотрели на меня. Задавали массу вопросов, особенно о жизни в Италии, о моде в Италии, какие сапоги там носятся. Особенно девушки сразу интересовались модой. И, конечно, смотрели, даже автографы брали.

К. ЛАРИНА: Отсюда мы делаем вывод, что в России жить сложно, но можно.

С. ДЗИНИ: Сложно, но можно, и очень интересно.

К. ЛАРИНА: Интересно, можно даже полюбить эту страну, как это сделала Стефания, наша сегодняшняя гостья. Последний вопрос от наших слушателей, чтобы мы закончили на оптимистической ноте. Поскольку вы любите какие-то походы, светские приемы, я это прекрасно понимаю. Где вы отдыхаете? В ночные клубы ходите в какие-нибудь?

С. ДЗИНИ: Практически не хожу. У меня просто на это нет времени. Ну, просто даже необходимости не чувствую, это не мое. Может быть, когда кто-то приглашает.

К. ЛАРИНА: А театр? Кино? Гости?

С. ДЗИНИ: Кино люблю. Хожу в гости. Я живу на даче, поэтому у меня практически постоянные гости, без перерыва. И этого достаточно.

Р. ВАЛИУЛИН: Утомительно, наверное?

С. ДЗИНИ: Нет, мне очень нравится, поэтому я об этом не жалею. У меня место есть, поэтому я заранее всех приглашаю.

К. ЛАРИНА: Спасибо большое, Стефания, очень приятно было вновь с вами встретиться, большой привет вам от наших радиослушателей, здесь очень много теплых слов в ваш адрес сказано. Особенно отмечают наши слушатели ваше замечательное знание русского языка. Удачи в вашей работе, в вашем бизнесе и побольше приключений, которые приносят только удовольствие.

С. ДЗИНИ: Спасибо.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" была С. Дзини