Маргарита Эскина - Интервью - 2000-11-26

Эфир 26 ноября 2000 года.

В прямом эфире радиостанции Маргарита Эскина, директор центрального дома актера им. Яблочкиной.

Ведущая эфира Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА - Здравствуйте, Маргарита Александровна!

М. ЭСКИНА - Здравствуйте!

К. ЛАРИНА - Давненько мы с вами не виделись. Я совершенно была поражена масштабам открытия нового сезона в центральном доме актера. Я думаю, что многие наши слушатели были свидетелями этого ажиотажа, потому что об этом много говорили, мало того, вы показали этих людей нам по телевизору - это фантастика! Я знаю, что это ваша давнишняя мечта - вы всегда мечтали собрать всех тех, кто были нашими кумирами в театре и кино из разных республик бывшего СССР, и вот оно получилось. Перечислите всех, кто там был.

М. ЭСКИНА - Их было очень много.

К. ЛАРИНА - Софико Чиаурели была?

М. ЭСКИНА - Ну, у нас же такая встреча была в позапрошлом году, тогда была Чиаурели и Махарадзе, а в этот раз был Кахи Ковсадзес Отаром Гвинета Хуцеси, с Гурандой Габуни, своей женой и актрисой, были Арсен Муралиев и Джамал Сайбентматова из Киргизии - замечательные совершенно актеры, поразительная совершенно трагическая актриса - Джамал, поразительная совершенно! Ну, был Банионис, его не зря назвали первым, потому что это, наверное, звезда из всех звезд первой величины, он поражал. Когда мы пришли на телевидение, на телевидении просто обомлели от того, что они видят Баниониса. Регимента Сагамайтиса, от которого я только-только получила такое трогательное письмо. И Вера Каулшман, и Лита Озелиня, Михай Волонтир. и на этот раз мы решили, что нужно еще добавить и наших друзей из другой страны - из дальнего зарубежья, и приехала по нашему приглашению Анни Жирардо. И я вам должна сказать, во-первых, были потрясающие эти 2-3 дня, и особенно финал, потому что после вечера, который был в большом зале, мы собрались в ресторане, и собрали всех наших актеров, и тех, кто приехал, и было ощущение абсолютно единой семьи, совершенно удивительное. Во-первых, память молодости, во-вторых, абсолютное равенство всех. И даже Анни Жирардо приехала совершенно в одном настроении, а уехала в другом, потому что так все относились, с таким почтением, но без всякой назойливости. Вообще все были спокойны, равны. И даже самых холодных, как мы считаем, наших прибалтийских гостей, они все равно стали совершенно своими родными. И я должна сказать, конечно, мне бы хотелось каждый год, мы это сделали второй раз, первый раз было в позапрошлом году, в прошлом году я не осилила просто, мне бы хотелось, чтобы это было каждый год, но мне бы хотелось, очевидно, что это несбыточно, чтобы каждый раз к тем людям, которые уже были, добавлялось еще 10-12 человек.

К. ЛАРИНА - Ну да, я знаю, что, допустим, дружба с питерскими коллегами, с актерами, она постоянна, это, наверное, легче сделать. Там и Светлана Крючкова приезжает часто, и вечера бывают в доме актера, и Алиса Френдлих, и Олег Басилашвили тоже москвич опять стал...

М. ЭСКИНА - Хотя я вам должна сказать, что на этот год я наметила себе особую программу, вот, единения с Петербургом, потому что мне кажется, что то, что было раньше, все-таки теперь этого нет. Только сейчас я вернулась, я была 2 дня там и встретилась с режиссурой петербургской, средней, молодой, потому что они сейчас как бы вырвались вперед, и все "Золотые маски" они увозят, и все в восторге. И я хочу, и, собственно, уже договорилась - 1-2 марта мы привезем 5-6 ведущих режиссеров среднего поколения Петербурга для встречи с московскими режиссерами и не только. И сделаем и в большом зале, очевидно, вечер, куда привезут они свои видеоклипы своих спектаклей, а, может быть, даже актеров, если они считают, что они выразят каким-то образом главное, что им хочется сказать, а потом встреча в режиссерском клубе. Кроме того, мне очень хочется завершить сезон совместным вечером московским и санкт-петерургским, посвященным Товстоногову. Это не связано ни с какой датой. Это связано только с одним, что уходит век, и в этом веке были люди, которые стали, вот, вершиной что ли. Вот такой вершиной был Георгий Александрович Товстоногов, вот, хочется такой делать совместный вечер, о чем мы уже договорились.

К. ЛАРИНА - Наши слушатели уже присылали свои пожелания для того, чтобы вы смогли бы поподробнее рассказать о двух театрах, которые существуют под вашей крышей, один - музыкальный, другой - драматический. Это приобретение, на сколько я понимаю, не столь давнее, но уже пользуется большой популярностью, да?

М. ЭСКИНА - Да. Вы знаете, это вообще, как вам сказать, очень радостное дело. Радостно было, когда пришел Аркадий Фридрихович Кац, о котором я слышала всякие восторженные слова еще от своей однокурсницы, которая работала в Риге, поэтому вообще имя Каца и его театр..

К. ЛАРИНА - Напомним, он руководил русским драматическим театром в Риге.

М. ЭСКИНА - Да. Он уже работал тогда в театре Вахтангова, это было буквально 2-3 года назад, и пришел и сказал, что он готов был бы сделать какой-то вот такой театр камерный, что пройдя много поисков режиссерских, ему кажется, что вот поиск психологического театра, театра, где главное - актер, разговор и т.д., вот он бы хотел в этом жанре работать с теми актерами, которые соберутся для этого. И такой театр собрался. И первый спектакль, который они сделали, была "Анна Снегина", Есенин, где и пели они, и очень хорошо читали, и который произвел замечательное впечатление на критику, что нечасто бывает. Вообще это театр, достаточно такой, как бы сказать, тихий, как бы традиционный, но мне кажется, что он очень хорош, во-первых, очень интересными, тонкими, точными и спокойными актерскими работами. А для нас он еще важен вот почему - огромное количество актеров, которые имеют право на то, чтобы сейчас реализовать себя, но уже не могут этого сделать. И я счастлива, что среди этих актеров оказался Борис Левенсон, который в мою молодость был звездой Москвы, театра Маяковского, и потом как-то так его судьба сложилась, ну, ровно, будем говорить, и он сыграл у нас свой моно-спектакль, и он получил Народного артиста России, и мы праздновали его юбилей, и был бенефис, и вообще это так приятно, когда разные-разные поколения. Потом я вспоминаю, скажем, далекие годы на телевидении, когда Марьяна Краснянская делала такие, разговор в полголоса, когда молодые актеры читали стихи, актрисы, и среди них была Нина Марушина. А теперь она у нас актриса этого театра, и она читает и поет.

К. ЛАРИНА - Нина Марушина - это театр Пушкина, по-моему?

М. ЭСКИНА - Да-да. Вот, т.е. понимаете, этот театр еще имеет тот смысл, что соединяются люди, просто вот по душе им хорошо в доме, им уютно, они вместе с нами празднуют нашу праздники и т.д.

К. ЛАРИНА - Вот, выдающееся дело для актеров, которые хотят и могу работать, событие, на которое, как мне кажется, мало обратили внимание, к сожалению - это выход фильма, наверняка вы о нем знаете, о Караваевой, который называется "Я - чайка". Фильм, напомню нашим слушателям, документальный, сын, по-моему, Параджанова его сделал.

М. ЭСКИНА - Я, к сожалению, его не видела.

К. ЛАРИНА - Я тоже не видела, но я представляю, что это такое, вы тоже это знаете. Напомню, что актриса, которая из-за катастрофы не смогла больше работать на экране, прославилась ролью Машеньки в фильме замечательном, красавица просто, работала долгие годы на дубляже, дублировала очень многие фильмы иностранные, которые были в нашем прокате. И вот после ее смерти обнаружили пленки в ее квартире, пленки с записями несыгранных ролей, которые она просто записывала у себя в квартире, сама себя записывала. Это, конечно, трагедия жуткая. Я знаю, что актеры не могут этот фильм смотреть, потому что каждый себя узнает.

М. ЭСКИНА - Хотя таких судеб огромное количество. Не у всех хватает сил записать эти роли дома. Поэтому, конечно, даже если 3-4, конечно же, хотелось бы, чтобы сотни актеров получили то, что мы можем, но это нереально. А что касается музыкального театра, то я всегда испытывала какую-то необходимость увеличить музыкальные программы в доме актеров. Мне казалось, что мы уделяем много внимание драматическому театру и как-то в стороне музыкальный. Так всегда бывает, вот, знаете, на помощь приходит что-то неожиданное. Пришла к нам работать Наташа Чернова, которая вела страничку культуры в новостях еще, во "Времени". И я была очень рада, я ее помню девочкой на телевидении. И вот она пришла к нам, но она безумная, как все люди, которые заняты своим делом, а каждый безумный приводит следующего безумного, и она привела Ольгу Иванову, которая оперный режиссер, которая работала и у Покровского, и в театре Станиславского и Немировича, и которая одержима созданием камерного оперного театра. Ну, камерного в совсем камерном смысле этого слова.

К. ЛАРИНА - А где у вас там петь-то?

М. ЭСКИНА - Значит, у нас так. В позапрошлое лето впервые они пели. Пели они всюду, когда они готовились, вообще все лето во всех залах. А в принципе, вот, 1 числа, в этот раз, первого декабря, у нас будет премьера оперы Гербера Скина, которая идет в большом зале. Но, как правило, поют они в малых залах, их оперы идут в т.н. арт-салоне у нас или в голубом зале - там же, где работают дебюты. Это опера камерная. Замечательные ребята молодые, замечательные! певцы божественные! Дивные люди! Вообще когда входишь и видишь их всех, совершенно дрыгая атмосфера вообще в доме. И им хорошо. Вообще надо удивляться - они не то, что, они поют в других театрах, они поют в театре Сац, т.е. они все работающие в основном. Но сила, вернее, жажда вот еще какого-то творчества, она совершенно безумная, невероятная. Поэтому, конечно, меня иногда охватывает ужас, когда приходит в очередной раз Ольга Тимофеевна, что надо в очередной раз шить какие-то костюмы. Последняя была ее настойчивая просьба - это купить пюпитры. Я подумала - Боже мой, пюпитры, где их хранить, где взять деньги?! Но мы купили эти пюпитры, и это слава Богу. Вообще, понимаете, атмосфера становится совершенно другой в доме от того, что там что-то такое творится.

К. ЛАРИНА - Творчество происходит. Мы еще про дебют-центр не говорили.

М. ЭСКИНА - А дебют-центр - это первое начинание. Вообще, если говорить о важности в плане вообще развития театра, то самое важное, это, конечно, дебюты, которые должны открыть новые имена. Ну, я человек наглый в каких-то своих притязаниях, мне кажется, что еще мало открыто. Вообще спектакли хорошие, и у нас в сезон обычно новых 4-5 спектаклей появляется, и они идут как в обычном театре в репертуарном. Но мне бы хотелось, чтобы открытий было больше. Ну, у нас замечательно работал Гарольд Стрелков, у нас по-моему открыт новый такой замечательный режиссер Агеев, который поставил "Месяц в деревне". И я думаю, что к дебютам даже меньше внимания, чем они заслуживают. Весь ужас потом, как мне кажется, в том, как им дальше существовать. И я, кстати, не далее как вчера вечером стала думать о том, что, может быть, мы неправы, когда мы открываем эти имена, и они дальше должны куда-то идти. А может быть, надо создавать что-то...

К. ЛАРИНА - Постоянный театр при центральном доме актера?

М. ЭСКИНА - Может быть, да, поэтому это все, но это дело очень важное. Кстати, вот Казанцев Леша, у которого тоже есть такой центр драматургии, он как бы дальше берет этих людей, очень многих, и они продолжают там. Но в общем-то, это целая проблема. С дебютом у нас тоже хорошо. Хорошо, потому что они, как бы вам сказать, чувствуют себя дома и их никто не проверяет, они свободны, это очень важно. Хотя свобода в масштабах дома актера - это не театральная сцена, это необорудованный театр, и тем не менее, им там хорошо. Поэтому вот эти 3 театра, наверное, и радость нашего дома. Это действительно просто счастье, радость. Даже вне зависимости от того, совершат ли они какое-то открытие вообще в театральном процессе.

К. ЛАРИНА - Вот, кстати, о дебютах - тут наши слушатели спрашивают, не хотите ли вы пригласить Евгения Гришковца в качестве героя творческого вечера какого-нибудь, поскольку это такой авангардный театр, скажем так?

М. ЭСКИНА - С удовольствием пригласим! Это хорошая идея, спасибо за подсказку.

К. ЛАРИНА - Давайте о вечерах немножко поговорим. Чем вы нас можете порадовать в ближайшее время?

М. ЭСКИНА - Вы знаете, вот я когда слушала новости, то подумала, что я должна сразу рассказать о том вечере, который непосредственно с этим связан. Я думаю, что вот та эпоха, которую мы переживаем, смена века - это довольно тяжелое время, оно выпало на нашу жизнь. И все, что происходит сейчас во всех смыслах - и в природе, и в человеческой жизни, я думаю, что во многом это от этого. И этот год в этом смысле был для нас очень тяжелым. Ушло такое количество близких друзей дома актера, как никогда не было. И у меня уже очень давно возникла абсолютно душевная потребность сделать вечер памяти всех этих людей. Всех - не потому, что их много, и нельзя сделать вечер каждого, а потому что мне кажется, что именно важно вспомнить их всех вместе, и каким-то образом взять что-то, с чем мы, оставшиеся на какое-то время, должны войти в новый век. И вот 4 числа такой вечер будет. Надо сказать, что даже перечисление всех этих людей, оно крайне тяжело, потому что есть и такие старые друзья как Ангелина Осиповна Степанова, которая ушла прожив длинную жизнь и на счастье мое, соприкоснулась с домом уже в самые буквально последние годы. И делала у нас вечера, и хотела их делать еще. И наш последний разговор был по телефону, когда она сказала - мы с вами еще что-нибудь сделаем, но сделать уже не успела. И Софья Станиславовна Пилявская, но ушли и самые молодые, и я могу сказать, как бы самые близкие дому - это и Гриша Гурвич, и Женя Дворжецкий, и Гриша Горин, без которого жизнь просто совершенно как-то меняется. И несть им числа, к ужасу нашему. И вот этот вечер памяти, вроде когда задумываешь, думаешь - вот так, и хочешь, то когда мы начали делать, то все мне кажется не так, все мне кажется - либо боишься сделать больно родственникам, потому что они будут сидеть, либо ты думаешь, как бы сказать, нельзя делать грустно, надо делать светлее. Короче говоря, задумать - это одно, сделать труднее. Поэтому я очень волнуюсь, как никогда, но 4 числа такой вечер у нас будет, и мы надеемся, что какими-то видеокусками, которые мы делаем, монтируя в основном из того, что у нас есть, в наших архивах, и плюс те номера, которые по настроению или по ассоциации какой-то, или по какой-то более точной принадлежности должны в этот день звучать - вот такой вечер памяти. Затем, так получилось, что у нас три, очень важных, как мне кажется, вечера, идут подряд, так случайно произошло. 11 числа для нас очень важный вечер - это творческий вечер Татьяны Васильевны Дорониной.

К. ЛАРИНА - Каким образом произошла эта встреча? Кто был инициатором?

М. ЭСКИНА - Вы знаете, тут даже трудно сказать, но как-то желание высказать Татьяне Васильевне любовь и уважение у меня было всегда. И понимаете, дело все в том, что театральная жизнь довольно острая - вот это белое, вот это черное.

К. ЛАРИНА - Это - белое, а это - красное, у нас чуть по-другому.

М. ЭСКИНА - И красное, да, в общем, такие точные цвета. А для меня, может быть, это говорит о какой-то моей неразумности что ли, я их люблю просто за то, что они - актеры. И в данном случае я всегда думала, почему боготворимый мной Олег Ефремов и величайшая актриса Доронина, почему там что-то не складывается? Для меня это, ну, какая-то все-таки боль.

К. ЛАРИНА - Замечательная это идея, потому что Татьяна Васильевна, безусловно, боец, настоящий солдат театральный. Она столько в своей жизни вынесла и тащит на себе театр, работает. Она у нас часть здесь бывает, мы с ней встречались не раз в этой же программе, и мне всегда приятно с ней разговаривать. Она очень умный, тонкий, и человек, который знает цену многим вещам.

М. ЭСКИНА - Вот поэтому вы легче, может быть, даже поймете, как мне хотелось, чтобы этот вечер. Я тоже волнуюсь, потому что она выходит к театральной публике, к которой она выходит редко. Но как бы вам сказать, я надеюсь, что сила желания и любви, которые есть у нас, и у меня, и у Люси Черновской, которая это делает - у всех, кто хочет, чтобы это было, сделает ее жизнь, может быть, посветлее, потому что вообще все, что кажется таким замечательным, такая актриса, а жизнь-то безумно тяжелая! Надо заработать, чтобы накормить актеров, надо готовить спектакли, и когда нет режиссеров - надо ставить, т.е., короче говоря, это тяжелая, и я бы сказала - неженская доля, которую все-таки берет на себя женщина. Поэтому этот вечер для меня особый. И еще один вечер, который случайно оказался у нас, но как только позвонили их Минкультуры, откуда редко звонят, я тут же сказала, еще ничего не зная - да, мы хотим - это вечер 90-летия Екатерины Алексеевны Фурцевой, который будет 7 числа.

К. ЛАРИНА - Ну, это просто какой-то подвиг! И что вы будете делать?

М. ЭСКИНА - Вы знаете, задуман он был раньше, до нас и там, где-то выше, чем мы.

К. ЛАРИНА - Но в этом какое-то лукавство есть, ну, ей Богу! Мне кажется, что уже излишний нимб какой-то подарили вы уже Екатерина Фурцевой. Нет?

М. ЭСКИНА - Ну, вы знаете, как я себе представляю, только не хочу обидеть нынешнего министра культуры, я не сталкивалась вообще с ними ни с кем, но для меня самый живой министр, а живой предполагает всякое, это все-таки Екатерина Алексеевна Фурцева.

К. ЛАРИНА - А чем не живее Николай Николаевич Губенко? Очень живой тоже министр был.

М. ЭСКИНА - Как-то вы мне напомнили, теперь я уже... Я и его люблю, но не в роли министра.

К. ЛАРИНА - А в роли драматической.

М. ЭСКИНА - Да. Вы представляете себе, все-таки то время, женщину, которая должна была кому-то помочь. Она, я знаю, что там было много и разное, но все-таки. Вообще мне кажется, мы меньше говорим о том, что хорошо, и больше о том, что плохо. Это неправильно. И если сейчас вспомнить, наверное, я знаю, что вспоминают многое хорошее, потом - это судьба, это опять, вот, мы говорили с вами о Дорониной - это женщина, в общем-то, из простой, как бы сказать, жизни поднялась до такого уровня, смогла быть на уровне многих-многих людей, которые гораздо выше ее по каким-то другим соображениям. Я не знаю, наверное я, как сказать, романтик, я смотрю на жизнь иначе, но мне хотелось бы прикоснуться к этой судьбе, и я рада, что это будет у нас.

К. ЛАРИНА - А в чем будет заключаться вечер, посвященный 90-летию Фурцевой?

М. ЭСКИНА - Значит, там будут, безусловно, фрагменты документальные, их будет довольно много, потому что фрагмент вечера будет вести Виталий Яковлевич Вульф, который сделал программу о Екатерина Алексеевне. Будут фрагменты, взятые из Госфильмофонда. Возможно, будет фрагмент из фильма, который пойдет, о ней, в один из этих дней по телевидению. Будут выступать люди, которые с ней связаны и которые помнят и знают ее, и помнят многое хорошее, а таких людей немало. И я рада знакомству с ее дочерью, с которой мне сейчас интересно все это вспоминать, Светланой Петровной. Короче говоря, и придут люди, которым, наверное, есть что вспомнить, и, я надеюсь, есть что вспомнить и хорошее тоже. Хотя я понимаю, что всякое... Но если человек начинает отвечать за нечто большое, в какую бы эпоху это не проходило, а сейчас разве не так? Все намешено, и хорошее, и плохое.

К. ЛАРИНА - А вот про сейчас я вас спрошу, здесь есть этот вопрос, и я его задам. Поскольку все знают, что Александр Анатольевич Ширвинд - один из самых близких друзей дома актера, вот, информация, которую мы все обсуждаем в последние 2-3 дня о том, что Минкультуры и управление культуры по Москве приняли решение отправить в отставку, что впервые в истории отечественного театра, главного режиссера театра Сатиры Валентина Плучека, якобы предложили занять место главного режиссера Александру Ширвинду. Может, вы поделитесь какими-то секретными данными по этому, может быть, вы что-то знаете?

М. ЭСКИНА - Честно говоря, я ничего про это не знаю. Так, краем уха слушала про то, что предложили Плучеку. Совершенно не знаю, как к этому относиться. Почему не знаю? Потому что я понимаю, что театр не может находиться так долго в руках у человека, который, ну, в силу уже просто возраста не может как бы им руководить, а держать театр - это с утра до ночи надо работать, другого выхода нет. С другой стороны, там нет человека, который бы стал режиссером наравне с Валентином Николаевичем.

К. ЛАРИНА - А с третьей стороны, ведь вспомните того же Аркадия Райкина, который выходит на сцену до самой своей смерти, говорил о том, что если вы у меня отберете сцену, я умру сразу. Здесь такой очень тонкий момент, здесь очень трудно найти истину, да?

М. ЭСКИНА - Страшный момент!

К. ЛАРИНА - Олега Николаевича Ефремова давайте вспомним - понятно, что болен тяжело, но кто мог позволить сказать - уходите отсюда?

М. ЭСКИНА - Вообще, ну, вот если меня бы, скажем, поставили на какую-то должность, я бы не решилась, несмотря на то, что страдала бы от того, что театр, но сказать бы этого не могла. Наверное, может быть, у нас вся система немножко неправильная, тут дело не в системе, еще в человеческих делах. Конечно, около каждого должен быть кто-то, кто может быть ему подспорьем. Он как бы возглавляет, он как бы до сих пор, а кто-то - рядом. Ну, это легко говорить, потому что я сама уже человек немолодой и я не могу сказать, что вот я вот сейчас...

К. ЛАРИНА - Что преемника воспитываете, да?

М. ЭСКИНА - Нет, это дело не такое простое как кажется, по всяким вопросам, и по самолюбию - да по всем вопросам. Но решиться сказать это очень трудно. А то, что вот за последнее время многим сказали это, я тоже отношу к концу века, потому что, понимаете, это все-таки жестокий довольно момент, может быть, и необходимый. Но я говорю - может быть, потому что, к счастью, не мне решать, но жестокость этого момента очень тяжела. Кроме того, если бы можно было сказать - Валентин Николаевич, вот, смотрите, рядом с вами, вот, Петр Иванович, он просто блистательный режиссер, вы его выучили, и вот дайте ему ставить, а вы там... Но ведь этого тоже нет. Что касается Шуры Ширвинда - я действительно не знала про то, что ему это предложили. Я буду его очень жалеть. Жалеть потому, что он очень хороший, очень мудрый и очень добрый человек, но это другое, и поэтому вот в этой ситуации - взять театр - нужно иметь как бы очень сильный характер и понимать, что ты вынужден это сделать. Это тяжелая ситуация, потому что он столько лет проработал с Валентином Николаевичем, он знает всех актеров, он, в общем, человек определенного амплуа, блистательного, другого такого в его амплуа - в амплуа шоу-мена - я вообще не знаю, никто, ни один человек на телевидении не может сравниться. Тратить себя на это трудно, понимаю, ведь это театр. Я очень часто думаю - какое счастье, что я не стала после ГИТИСа критиком и не должна писать о спектаклях. И вот в таких случаях я думаю - какое счастье, что в доме актера мы можем отстоять от этого и продолжать любить Плучека, и продолжать любить Ширвинда безумно и вообще, потому что это тяжелое решение.

К. ЛАРИНА - Которое человек должен принимать сам.

М. ЭСКИНА - Да.

К. ЛАРИНА - Но как это? Я не знаю на эту тему мы много говорили, кстати, с Григорием Израилевичем, на эту тему, поскольку у него тоже были там проблемы, связанные с его работами, с его спектаклями в театрах некоторых московских, когда главный режиссер, ну, все, уже понятно...Ну, есть же какой-то лимит, в конце концов? Это же невозможно, это же сердце, это творчество, это же не в холостую все это тратиться. А мы живем по законам политбюро, к сожалению.

М. ЭСКИНА - А вот представьте себе человека, который с полным основанием считает, что это не просто его, ну, мне не стыдно сказать - я считаю, что дом актера - мой, хотя это общественная организация, и как вот сказать - нет, ребята, я уже?.. Во-первых, ты думаешь, что ты в силах, и так думает каждый, понимаете. Потом, когда я слышала Плучека, когда он вдруг включался и громким, хорошо поставленным голосом говорил разумные вещи, как вот сказать? Теперь уже вообще это, может быть, самое трудное, что есть - отказаться от того, что ты создал. Это безумно сложно, поэтому я не осуждают никого, кто не может на это решиться. И я не знаю таких примеров, кто бы сам. Не знаю, может быть, я сейчас не вспомню.

К. ЛАРИНА - Я вот тоже не помню.

М. ЭСКИНА - Когда в отставку сам. Нет, и когда бы пришедший следующий, не делаю революции, все бы создал. Ну, вот Любимов создал, но он так сказать взял право убрать тот театр, который был, и на его месте поставить новый. А вообще просто взяться за то, что кто-то создал, и продолжать - это судьба, по-моему, в искусстве просто даже невозможная.

К. ЛАРИНА - А Анатолия Эфроса вспомните, который пытался продлить жизнь театра на Таганке, но любимовского театра.

М. ЭСКИНА - А вот Эфрос - это уже выше вообще ничего нет. Так что это очень сложный моменты. Я думаю, что они в жизни есть не только театра, а вообще в жизни человеческой. Но это очень трагические моменты для всех сторон - и для той стороны, которая берется за это, она не меньшая трагедия, чем для того, кто должен от этого отойти. Ведь представить себе, как должен жить человек, не могу. Но если говорить, но это все бессмысленные слова, конечно, Валентин Николаевич Плучек останется все равно Плучеком, он все равно столько лет держал театр Сатиры, и все равно это его спектакли, и все равно все это - его. Никуда от этого не денешься, с ним это завоевано. Но все равно тяжело.

К. ЛАРИНА - Я напомню, что не случайно прозвучало имя Татьяны Васильевны Дорониной в сегодняшнем эфире, и напомню, что вечер Татьяны Дорониной состоится в центральном доме актера 11 декабря. Это первый творческий вечер Дорониной?

М. ЭСКИНА - Первый.

К. ЛАРИНА - И вот на это событие эксклюзивное есть возможность вам попасть, уважаемые слушатели. Я сейчас задам вам 2 вопроса, которые касаются творчества Татьяны Васильевны, и если вы по телефону 203-19-22 позвоните и правильное ответите, то вы получите пригласительные билеты на 2 лица в центральный дом актера на творческий вечер Татьяны Дорониной, который состоится в центральном доме актера 11 декабря. Итак вопрос первый: слава Татьяны Дорониной началась с драматургии Горького и с ленинградского БДТ. Назовите роль и спектакль, в котором прогремела Татьяна Доронина, и стала после этого самой популярной известной актрисой СССР. И второй: в каком спектакле МХАТа сыграли Татьяна Доронина и Олег Табаков вдвоем? Это уже из истории более близкой. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте! "Варвары".

М. ЭСКИНА - Правильно.

К. ЛАРИНА - А как звали героиню?

СЛУШАТЕЛЬ - Надежда.

К. ЛАРИНА - Надежда Монахова, абсолютно верно! Трубочку не кладите, мы запишем ваш телефон, а затем после программы вам перезвоним. Пока телефон у нас занят, здесь есть к вам предложение от нашей слушательницы, она очень хочет придти к вам работать: "Я врач по профессии, очень хочу у вас работать кем угодно", и она оставила свой телефон.

М. ЭСКИНА - Я запишу этот телефон. Я ничего не обещаю, и тем не менее, я обязательно позвоню.

К. ЛАРИНА - И еще спрашивают, если у вас есть Вульф в качестве ведущего, почему вы не приглашаете Глеба Скороходова?

М. ЭСКИНА - Глеб Скороходов - это наш человек, очень часто у нас ведет вечера. Он председатель нашего такого клуба одного, он наш очень большой друг, и мы его тоже очень любим.

К. ЛАРИНА - Программу его оказывается закрывают, по-моему, "В поисках утраченного".

М. ЭСКИНА - Да, я что-то такое слышала. Программа хорошая, но вы понимаете, жизнь театра, жизнь программы - она ограничена. Я надеюсь, что Скороходов еще найдет возможность еще что-то сделать. У нас он любим и почитаем очень в доме.

К. ЛАРИНА - И второй вопрос. Алло, добрый день!

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте! "Скамейка".

К. ЛАРИНА - Правильно абсолютно. Может быть, автора скажите?

СЛУШАТЕЛЬ - Ой, ну, современного драматурга.

К. ЛАРИНА - Гельман, да, а режиссер Михаил Макеев. Оставляете свой телефон, мы после программы вам перезвоним.

М. ЭСКИНА - А мы вас ждем на вечере.

К. ЛАРИНА - У меня к вам вопрос, уж коль о телевидении мы вспомнили, что у нас там с домом актера по телевидению? Я все время пытаюсь следить, что-то найти, есть акая-то передача постоянная?

М. ЭСКИНА - Да, у нас есть постоянный выход по каналу "Культура" раз в 2 недели по пятницам, в очень хорошее время - где-то в 19:20 выходит передача "Дом актера представляет". Вообще почти все наши вечера потом монтируются и идут в эфире. Для меня это безумно важно, потому что, конечно, мы бы работали, дом актера, так же, но мне очень жаль, часто бывало раньше, что вот эти вечера, которые происходят 1 раз и на которых существует какая-то определенная, особенная атмосфера, что их не видят зрители. И вот, слава Богу, последние 2 года, эти передачи выходят регулярно. Ну, хочется сделать что-то еще, может быть, и большее, но это идет всегда. Вот, в скором времени вы увидите не только вечер, который был 30 октября, на который приехали звезды бывшего СССР, а теперь ближнего и дальнего зарубежья, но очевидно по какой-то из программ выйдет в эфир и новая такая программа, как бы театральная гостиная, которую мы назвали "Ужин после спектакля", потому что то, что происходило потом, в импровизированной гостиной у нас, на 6 этаже, после вечера, было совершенно невероятным! Когдавдруг неожиданно сел за рояль Тынис Мяги, звезда музыкальная, и рядом с ним я подвела и поставила Алину Покровскую, и она вместе пели, и когда Калныньш с кем-то танцевал.

К. ЛАРИНА - Забытые театральные встречи.

М. ЭСКИНА - Да, да, это было замечательно. И всегда жалко, ну, что же я, такая счастливая, все это вижу, а люди этого не видят, тем более, что по телевидению не так много спокойного, приятного и благостного.

К. ЛАРИНА - Вот, кстати, о людях. Спрашивают, могут ли попасть простые граждане на мероприятия вашего дома? Продаете ли билеты?

М. ЭСКИНА - У нас вообще продаются билеты на все спектакли и на кино. Кроме того, мы имеем много организаций, который написали письма и попросили, и всегда, когда можно, с удовольствием мы пускаем, потому что это все-таки не просто люди с улицы, это люди, любящие театр, и у нас существует секция зрителей, поэтому в принципе это возможно. я забыла телефон этого нашего отдела, но позвонив 248-18-05, вы спросите, как позвонить в отдел организации зрителей и в порядке такого исключения и тогда, когда можно, мы с удовольствием примем любого, который этого хочет.

К. ЛАРИНА - На этом мы заканчиваем нашу встречу. Благодарю вас, что пришли. Здоровья вам, не болейте. Ну, домами мы дружим и продолжаем дружить, и обязательно встретимся в доме актера.

М. ЭСКИНА - Всего вам самого хорошего!