Обсуждение в Думе вопроса о сокращении численности вооруженных сил РФ; возможные перемены в руководстве Минобороны; проблема выбора Госси - Геннадий Райков - Интервью - 2000-11-24

24 ноября 2000 года.

В прямом эфире радиостанции Геннадий Райков, лидер группы "Народный депутат".

Ведущий эфира Александр Плющев.

А. ПЛЮЩЕВ - Добрый день!

Г. РАЙКОВ - Добрый день!

А. ПЛЮЩЕВ - Только что Вы слышали в новостях о заявлении Ильи Клебанова о возможности поставок российских вооружений в Иран, и я бы хотел, чтобы Вы прокомментировали это заявление, эту новость о том, что, возможно, и США будут этим недовольны, и они уже заявляли об этом, и т.д. - вот все в комплексе.

Г. РАЙКОВ - Наверное, это процесс закономерный, который сегодня пошел, потому что ведутся широко переговоры не только с Ираном, но с и Китаем, с Индонезией, с Полинезией - т.е. со всем средне-азиатским регионом, регионом тихоокеанско-азиатского плана. Вот, мы только вернулись из Брунея, где по этому вопросу было много переговоров с разными лидерами разных стран о поставках нашего оружия этим странам. Дело в том, что эти страны традиционно являются покупателями нашего оружия, они просто традиционно являются покупателями. Сегодня в Иране на вооружении стоят наши МИГи, стоят наши установки, находятся наши танки, поэтому, если говорить о реакции Америки на эти вопросы - да, Америка будет против, потому что она сегодня, если взять 10 лет назад, допустим, лет 12 назад, у нас был приоритет по продажам оружия на мировом рынке, т.е. на первом месте стояли США и Россия. И в ту сторону другое образование было на территории нашей России. Сегодня мы довольно резко отстаем по данном вопросу, США вышли на абсолютный приоритет по поставкам оружия, но это ведь рынок, самый обыкновенный рынок. А почему не быть на этом рынке конкурентами? А почему бы на этом рынке не поставлять вооружение? Оно все равно будет кем-то поставлено Ирану. Только от того, что Америке не нравится эта страна?

А. ПЛЮЩЕВ - У России с США существовал договор, который вот теперь стал достоянием гласности, точнее, соглашение, о том, что Россия не поставляет оружие Ирану. Договорились вице-президент Гор и тогдашний премьер-министр Черномырдин. Т.е. Вы считаете, что Россия из-за своих интересов, это же в интересах - продавать оружие, может абстрагироваться от этого соглашения, выйти из него?

Г. РАЙКОВ - Сегодня наша внешняя политика, и президент это активно проводит в жизнь, она говорит о том, чтобы все-таки мир был не однополярным. Сегодня мир однополярный, сегодня идет диктат одной стороны. Так не хотят жить многие страны. Поэтому тот договор, который был, этот договор не имел силу государственного договора. Это был не договор, а договоренность - при определенном положении заблокировать определенную страну. Но это не значит, что это был официальный договор, который Россия сегодня прервала. Она просто имеющуюся договоренность в интересах своих решила больше не применять.

А. ПЛЮЩЕВ - Если я Вас правильно понимаю, что ответный ход США, например - выход из договора по ПРО - был бы неадекватным?

Г. РАЙКОВ - Это совершенно другая тема, другой разговор. США там не одни. Договор 72-го года по ПРО подписало очень много стран, в том числе и Англия, Франция, Германия, и на базе договора 72-го года шла ратификация договора СНВ-1, СНВ-2, ведется разработка договора СНВ-3, который говорит об ограничении запасов стратегических ядерных сил в этом мире. Потому что знаете, что? Ну, давайте, я конечно извиняюсь, если у нас оставят даже 500 ракет и из них 20 долетит до Европы, то Европы просто не будет. А если встречно все полетит, то мы должны представлять, что произойдет на нашем земном шаре, а он не очень большой для того, чтобы закончить нашу цивилизацию на каком-то 21 веке. Наверное, уже все это отлично понимают. Много катастроф, который произошли типа Чернобыля, и не только в Чернобыле - и "Маяк" на Урале, и т.д., показали и последствия этих катастроф. А ведь чернобыльская катастрофа - 1/10 одной мощной баллистической ракеты, которая может ударить по любому объекту. Поэтому здесь мы должны вести политику - как можно меньше иметь такого смертоносного для всего мира оружия. И это говорит договор СНВ-2, договор 72-го года. И если США создает отдельное, национальное, как они говорят, ПРО, то я думаю не только о России, но о Америке, почему они сегодня не принимают решения - их не поддержит их партнеры, которые в договоре 72-го года. Это большой межгосударственный договор. А соглашение между двумя главами правительств - это есть соглашение между двумя главами правительств, тем более, джентельменское в некотором смысле соглашение.

А. ПЛЮЩЕВ - Раз уж зашла у нас речь о поставках оружия, сегодня Ваш коллега по Госдуме, вице-спикер Владимир Жириновский сказал о том, что нужно бы продать оружия и Палестине сейчас, т.к. Палестина тоже такой традиционный союзник и традиционный покупатель России, во всяком случае, на Ближнем Востоке, и было бы неплохо сейчас продать оружие. Как Вы считаете, имеем ли мы право сейчас одной из сторон продавать оружие, являясь еще одновременно ко-спонсором мирного процесса?

Г. РАЙКОВ - Владимир Вольфович у нас - очень горячий человек и имеет определенную ориентацию, понимаете.

А. ПЛЮЩЕВ - Что Вы имеете ввиду?

Г. РАЙКОВ - Восточную, я имею ввиду. Поэтому я думаю, что он здесь горячится. Почему? Потому что, во-первых, Палестина пока не является государством, она получила право автономии. Во-вторых, события, которые завязываются в Палестине, очень многих горячих политиков Запада начинают отрезвлять, если так можно выразиться, когда они говорят о событиях у нас в Чечне. Это примерно одно и то же, что какая-то из сторон, например, США, дай Бог, чтобы они не обиделись, я просто как пример говорю, или иная третья сторона, начала поставлять вооружение чеченским сепаратистам. Это примерная аналогия. Когда говорят о нарушениях прав человека в Чечне, вот сейчас была миссия ОБСЕ вместе с депутатом нашей группы Дмитрием Олеговичем Рогозиным, он как представитель ОБСЕ ездил туда.

А. ПЛЮЩЕВ - Он у нас был буквально час назад.

Г. РАЙКОВ - Поэтому они даже убедились в том, что... Поэтому в Палестине назревает аналогичный конфликт. Поэтому совсем другие вещи. И вообще поставка оружия не для того, чтобы его применять, а для усиления обороноспособности страны в случае нападения на нее какой-то третьей страны. Ведь поставлять оружие заведомым агрессорам, конечно, никто никогда не будет, потому что каждая страна и больше стран мира, они присоединились к тому, что они держат мобильные, подвижные армейские группировки для защиты собственных границ в случае, дай Бог, чтобы никогда этих случаев не было, нападения третьей стороны на территорию какой-то страны. Допустим, Ирак - Кувейт - это есть независимая сторона, которую Ирак добросовестным образом оккупировал, забрал чужую территорию. Да, вот это такой случай, когда надо иметь вооруженные силы, иметь мобильность, подвижность, иметь умение дать отпор агрессору, но не самому стать агрессором. Когда идут конфликты подобного плана, а это конфликты, где, в общем-то, с применением больших сил бандформирований, бандиты всего мира с арабской ориентацией готовы приехать в Палестину для того, чтобы конфликт разгорался. Это этнические конфликты. Здесь надо каким-либо образом, мировое сообщество обязано погашать эти конфликты, так же как оно обязано сегодня поддерживать тактику по погашению конфликта в Чечне.

А. ПЛЮЩЕВ - И раз мы заговорили о Чечне, сегодня некоторые официальные лица, в том числе и начальник Генштаба Квашнин, отвечали на вопросы о возможных переговорах. В частности, Квашнин сказал, что мы будем говорить со всеми, у кого есть мозги в голове и у кого руки не запятнаны большой кровью. Что в Госдуме, что лично Вы, что ваша группа "Народный депутат" думает по поводу возможности переговоров как способа завершения чеченского конфликта?

Г. РАЙКОВ - Я могу только посочувствовать Квашнину в этом вопросе, потому что ему просто не с кем вести переговоры. Сегодня в Чечне те силы, которые противостоят, у всех запятнаны руки в крови, у всех не совсем нормально с головой, 50% сегодня в организованных подразделениях, я не говорю, там, о мелких бандгруппах, которые рассосались и совершают теракты вроде нападения на главу администрации Гудермеса, сожжение школ, участков - ну, это же вандализм, варварство. В этих организованных подразделениях 50% иностранных наемников, это никто уже не скрывает. С кем же Квашнин собирается переговариваться? С Кадыровым или с Гантамировым? Так они вообще-то на стороне наведения порядка. Поэтому такое заявление, я считаю, начальника Генштаба, не совсем обдуманное.

А. ПЛЮЩЕВ - И еще несколько разных вопросов, не связанных с предыдущими темами. У нас много вопросов от слушателей поступает, не только в ходе нашей беседы, но и в ходе других различных разговоров, о возможности ввоза радиоактивных отходов из-за рубежа. Мы как раз с Вами до эфира говорили на эту тему. Будет Дума рассматривать законопроект в ближайшее время об этом?

Г. РАЙКОВ - Дума должна была рассматривать 3 закона, там блок трех законов, три закона в среду. Но автор законов Нигматулин - это большой ученый, кстати, известный ученый, академик, снял эти законы ввиду не совсем их подготовленности.

А. ПЛЮЩЕВ - Т.е. Минатом снял, да?

Г. РАЙКОВ - Ну, автор законов снял. Минатом просто поддерживает законы, а есть там конкретный автор - Роберт Нигматулин. Почему снял? Потому что, в общем, не во всех группах и фракциях прошло обсуждение этих законов. Если оно прошло во фракции "Единство", фракции "Народный депутат", то ряд групп и фракций не обсуждали эти законы, поэтому приняли решение, что пройти все группы, найти общее мнение по данному вопросу, ряд законов требует некоторой подправки в данном вопросе, ну, к примеру, закон, когда ведется ввоз из-за рубежа, из других стран на переработку контейнерную...

А. ПЛЮЩЕВ - Вот этого все и боятся.

Г. РАЙКОВ - Контейнерную переработку, то Дума желает, чтобы это было записано как закон о разделе соглашений продукции, чтобы это понималось законом Думы, чтобы, допустим, к примеру, из какой-то страны завозить сколько, количество, как, цена и прочее - это утверждалось законом Думы. Это, наверное, было бы правильней, чем распоряжением правительства, потому что очень сложный подконтрольный вариант прохождения. Но сегодня, которые боятся завозить отходы, сегодня мы завозим отходы из других стран. Почему? Потому что если мы поставляем там, где наши атомные электростанции, ну, допустим, в Чехословакии, точнее, в Словакии, на Украине, в Иране, где мы строили электростанции, где стоят наши блоки, международная практика и договор сразу подписывается, что отработанный блок поставляется в ту страну, которая поставила электростанцию. Т.е. мы и сегодня завозим. В чем опасность процессов замедления, допустим, принятия этого закона? Потому что для того, чтобы построить нормальную технологию переработки, а французы построили демонстративно завод по переработке этих отходов, он в курорте, который называется Ницца, известнейший курорт во Франции, вот там стоит завод по переработке. И никто ничего. Но он небольшой завод, он не может переработать весь мир, как говориться, но ряд стран свозят свои контейнеры и перерабатывают, то процесс этот строительства тех технологий, который безопасны абсолютно - это примерно 6 лет. Вот, допустим, Красноярск-26 - сегодня примерно на 1/3 хранилища заполнены отходами. Вот, чем дольше мы будем затягивать процесс, тем быстрее мы заполним хранилище в Красноярске-26. А потом куда это будем девать? В подмосковные леса или в леса Красноярска? Процесс неизбежен, нам неизбежно придется строить заводы по переработке с высоко квалифицированными технологиями. Они очень дорого стоят, и мы просто не в состоянии самостоятельно их построить. Поэтому мы должны кооперироваться с рядом стран для того, чтобы построить заводы и для того, чтобы вести переработку этих отходов. У нас 120 атомных лодок стоят с непереработанным топливом.

А. ПЛЮЩЕВ - Т.е. мы и со своим пока не справляемся?

Г. РАЙКОВ - Да, мы просто сами себя, если не построим заводы переработки, превратим себя в ядерную помойку. Мы почти в нее на какие-то проценты уже превратились. Поэтому эти законы будут где-то через месяц вынесены в Думу, после внимательного обсуждения, доработки, нахождения общего мнения по ряду вопросов, и они будут приняты, я думаю.

А. ПЛЮЩЕВ - Спасибо большое! Я благодарю Геннадия Райкова, лидера группы "Народный депутат".