плюсы и минусы телевизионной рекламы - Андрей Розников, Лариса Пияшева - Интервью - 2000-11-23

23 ноября 2000 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Андрей Розников, кинорежиссер, и Лариса Пияшева, консультант комитета Совета Федерации по бюджету.

Эфир ведет Нателла Болтянская

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Говорим мы о плюсах и минусах рекламы на телевидении. Разговор перед занавесом. Известно, что недавно было осуществлено некое изобретение, за которое, вообще-то, рекламодатели могут и "темную" в подъезде устроить. Расскажите, пожалуйста, о нем поподробнее.

Л. ПИЯШЕВА: Чтобы не было "темной" в подъезде, мы предусмотрели коллективность этого изобретения.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Деление ответственности на всех.

Л. ПИЯШЕВА: Да, слишком много "темных" надо делать, и оно наследуется. Но суть изобретения заключается в следующем, и порождено это изобретение было тем, что нам надоело смотреть рекламу в том количестве, в каком нам ее предлагает телевидение. Это очень серьезно, потому что, например, я перестала смотреть фильмы по телевизору именно по этой причине: очень длинные рекламные блоки, часто повторяющиеся, достаточно назойливые. И не удается от них никуда деться, вы вынуждены присутствовать. Поэтому, один раз задумавшись, можем ли мы каким-нибудь образом себя защитить от этого, не посягая на бюджет телевидения, ни в коем разе не посягая на работу тех, кто делает рекламу, и ни коим образом не ограничивая тех, кто любит рекламу, смотрит ее и осуществляет покупки в соответствии с этой рекламой, можем ли мы, те, кто не хочет смотреть эту рекламу, себя обезопасить. Этот вопрос нужно решить технически. И если можно, то как? Я просто скажу, что у меня брат конструктор, он умеет все это хорошо делать, поэтому для него не представляло большого труда изобрести механизм, с помощью которого можно обезопасить себя от рекламы. Это изобретение было сделано. Мы ни слова не говорили о том до тех пор, пока мы не получили патенты. Теперь у нас есть патенты (вот, на столе лежит патент), которые устанавливают авторское право. И к ним большая пояснительная записка, которая объясняет, что должно быть. А должно быть следующее. Реклама должна быть кодирована. То есть начинается реклама, дается сигнал, кончается реклама, дается сигнал. Что делаем мы? У меня на пульте стоит блок, который управляет программой, и как только начинается реклама, я слушаю Андрея Макаревича, если я хочу, или смотрю картинку, которую я хочу. Может быть, у меня там будет фотография моего ребенка на экране. То, что я хочу по выбору. Изобретение это предполагает возможность на это время, когда идет реклама, видеть на телеэкране то, что ты хочешь. Как только рекламная программа кончается, тут же сигнал, который оповещает о том, что реклама закончена, автоматически включается кинофильм, который я смотрю. В таком случае, я защищена, если я не хочу смотреть рекламу; я ничего не делаю, если я хочу ее смотреть: она может идти так, как она идет, в своем режиме.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Андрей, что скажете по этому поводу?

А. РОЗНИКОВ: Замечательное, на мой взгляд, изобретение. На самом деле, я думаю, что сподвижников, которые поймут и примут это изобретение, если в скором времени оно дойдет до потребителя, установят специальные декодеры, блоки, специальное оборудование для этого, безусловно, много. Но для меня, если честно, остается загадкой та рекламная пауза, которая будет насыщена какой-то фотографией или какой-то другой информацией, потому что это значит оставаться на месте, что называется. Либо каждый раз надо заниматься, менять фотографию любимого щенка на фотографию соседа, который живет напротив, или как-то заниматься и себя занимать в этом плане. Потому что, на самом деле, хочется дальше смотреть фильм, и любое прерывание это, конечно же, очень хочется смотреть фильм или эту передачу, или новости и т. д.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А скажите, пожалуйста, Вы сейчас говорите как режиссер или как человек, имеющий отношение к рекламе?

А. РОЗНИКОВ: Я говорю сейчас просто как человек.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Тогда возникает сразу один вопрос. Положа руку на сердце Вы смотрите фильм. И вот пошла рекламная пауза (причем, иногда они бывают немаленькие). И известно, что многие наши соотечественники идут на кухню налить чайку или покурить в коридор, или позвонить по телефону. Есть такое дело, да?

А. РОЗНИКОВ: Я не курю, но, тем не менее, было бы глупо отрицать это. Просто как зрителю обыкновенному мне интересно смотреть дальше и меня раздражает то обилие рекламы на телевидении, то засилье однотипных роликов и длиннота тех рекламных блоков, которые есть. Так что, естественно, я как зритель очень рад этому изобретению.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Лариса, уже пришел на пейджер вопрос, где можно купить эту схему немедленно.

Л. ПИЯШЕВА: Пожалуйста, через "Эхо Москвы". Вы первые, где мы озвучиваем, поэтому пожалуйста.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: С другой стороны, я как человек, сотрудничающий со СМИ, могу предположить гипотетически, что применение такого рода изобретения заставит рекламщиков сделать очередной шаг вперед. Можно говорить об этом? Что нас бьют, а мы крепчаем.

А. РОЗНИКОВ: Естественно, какой-то ответный шаг будет. Так и бывает: кто-то делает первый шаг, кто-то отвечает.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Например, делают рекламный блок с рекламой этого самого изобретения. Представляете, как обидно будет самим его отключать. Хорошая идея, правда?

Л. ПИЯШЕВА: Да, идея хорошая. Я хочу сказать о своем потребительском поведении. Когда я смотрю кино, которое меня интересует, как говорит Андрей, начинается реклама, то мое поведение заключается в следующем. Я сижу с пультом. Если я сажусь смотреть кино, я никогда не сажусь без пульта, чтобы он у меня гулял где-нибудь на столе. Он лежит у меня рядом или, скорее всего, в руке. Как только начинается реклама, я начинаю беспорядочно гулять по другим каналам и обнаруживаю, что реклама идет синхронно по всем каналам (это уже предусмотрено, чтобы мы не гуляли): куда ты ни приходишь, кроме канала "Культура", везде идет реклама. Поэтому эти движения становятся бессмысленными. Это раз. А два. Еще пока ты это смотришь, ты где-то что-то засмотрелся и пропустил свой фильм. А есть фильм, который тебе хочется смотреть именно в нормальном режиме и не заниматься вот этим вот щелканьем. Поэтому, как мне представляется, этот вариант кодировки и отключения, является оптимальным, потому что он позволяет не пропустить начало фильма. Дается сигнал у меня автоматически начинает продолжаться этот фильм.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Сообщение на пейджер: "Такое устройство на Западе продается уже несколько месяцев и работает без всяких кодирующих сигналов".

Л. ПИЯШЕВА: Возможно, что это так. Мы, прежде чем заниматься изобретением и брать патент, и все это затевать, очень внимательно просмотрели все патенты, которые существуют в мире, естественно, просидели в этой палате несколько дней, за все годы все просмотрели, убедились, что такого изобретения нет, и поэтому осуществили его, исходя из того, что такого изобретения не было. Но если нас кто-то опередил и они уже продаются, то значит, мы немножко опоздали.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, пожалуйста, как вы считаете, нельзя ли, в некоторой степени, приравнять это изобретение, извините меня, к цензуре? Ведь не зря же по всему миру идут фестивали рекламы, не зря же среди рекламной продукции встречаются, действительно, Вещи с большой буквы. Нет ли в этом попытки ограничить права?

Л. ПИЯШЕВА: Я думаю, что нет, потому что никто не заставляет тебя отключать и не смотреть. Точно также можно сказать, что по телевизору, когда ты выбираешь для себя одни каналы и не смотришь другие, ты тоже осуществляешь цензуру. Я не хочу смотреть рекламу. Я не покупаю те товары, которые рекламируются. Я как потребитель имею право быть защищенным от этого. Мы написали законопроект, кстати, уже подготовили, в Думу хотим передать. Поправка в закон о рекламе и в закон о защите прав потребителя о том, что мы имеем право быть защищены от рекламы в случае, если мы хотим это сделать. Это чисто добровольно. Это форма самозащиты для тех, кому она мешает. И это не мешает никому другому смотреть эту рекламу для тех, кому она нравится, кто ее любит, кто ее хочет смотреть.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Андрей, я могу Вас теперь попросить выступить в другой ипостаси: человека, имеющего отношение к рекламе.

А. РОЗНИКОВ: Можно. Но это будет сделать очень сложно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Будете матом ругаться?

А. РОЗНИКОВ: Нет-нет-нет. Дело все в том, что как только зашел разговор о фильмах, о телеканале "Культура", действительно, о тех передачах, которые приятно и интересно смотреть и не хочется, чтобы они прерывались, я в этом плане абсолютно согласен, у меня нет никаких возражений. Единственная вещь, которая меня немножко обескураживает, это, действительно, если я хочу посмотреть фильм, посмотреть так, чтобы мне никто не мешал это сделать, то для этого существует масса других вещей. Я имею в виду: купить носитель посмотреть фильм. Сейчас я объясню смысл того, как работает на самом деле телевидение (и вы это прекрасно сами знаете). Тот фильм, который демонстрируется, дан этому каналу не бесплатно, канал покупает его на деньги, вырученные от рекламы. Поэтому показывает тот фильм, который вы хотите посмотреть Но, знаете, как раньше было: покупаете ластик, а к нему в советское время купите еще карандаш, который не продается. К сожалению, наш мир устроен таким образом, что картины, видео-продукция все имеет свою цену. И чтобы, соответственно, заработать и показать классический шедевр: фильм или спектакль, - за это надо заплатить. Реклама дает телевидению эти деньги.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: То есть в случае, если, к примеру, изобретение семьи Ларисы будет осуществлено, не исключено, что вообще не будет возможности посмотреть те фильмы, которые вам хотелось бы увидеть?

Л. ПИЯШЕВА: Совсем нет. Потому что, я еще раз говорю, что реклама будет продолжаться в этих фильмах

А. РОЗНИКОВ: Это понятно, вопрос рейтинга существует. Если определяется рейтингом, что все отключают, что никто не смотрит рекламу, тогда рекламодатели не будут давать эту рекламу в эфир. Зачем же платить деньги, если ее никто не смотрит? Соответственно, у телевидения и у канала нет денег, чтобы, собственно, делать кино. А если уж мы говорим об этом, то тенденция, которая сейчас возникла, - это вырученные деньги вкладывать в кинопродукцию.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: То есть, получается, что реклама это, в известной степени, ваш потребительский вклад в возможность смотреть

Л. ПИЯШЕВА: Но при этом я хочу сказать, что я и большинство моих друзей и родственников уже давно перешли на просмотр кассет. Мы практически не смотрим те фильмы, которые показывают по телевизору, и главным образом, за счет рекламы. Для бедных людей, кому покупать кассеты сложно, так вопрос не стоит. Для людей, которые могут себе позволить купить кассеты и смотреть фильмы на кассетах, это означает, что реклама, таким образом, уволит телезрителей от телевизоров. И я знаю многих людей, которые кроме НТВ-шных новостей по телевизору давно уже ничто не смотрят.

А. РОЗНИКОВ: Да, но на это тоже нужны деньги: нужно отправлять репортеров в горячие точки, собирать информацию. Это все стоит денег. А так как у нас капиталистическая система управления, надо где-то зарабатывать эти деньги. Иначе вы и новости будете смотреть на кассете, что глупо, на мой взгляд.

Л. ПИЯШЕВА: Ну, к новостям это отношения не имеет, потому что блок новостей идет без рекламы.

А. РОЗНИКОВ: Неправда: с этого начинается, блок есть перед спортивными новостями.

Л. ПИЯШЕВА: Но это уже мое право Я, например, этот блок уже не смотрю.

А. РОЗНИКОВ: Ну, кто-то спортом интересуется. Это не так все просто.

Л. ПИЯШЕВА: Безусловно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: В данной ситуации, простите меня, это детали. Вполне логично возражение Андрея, а, Ларис?

Л. ПИЯШЕВА: Возражение, что не будут смотреть?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Нет, что смотреть будет вообще нечего.

А. РОЗНИКОВ: Логично. Логично.

Л. ПИЯШЕВА: Вы знаете, я еще хотела бы как потребитель, как налогоплательщик, сказать, что лично я, Лариса Пияшева, готова часть своих налогов платить для того, чтобы телевидение жило не за счет рекламы, а за счет бюджетного финансирования.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Сегодня у нас в гостях Лариса Пияшева, которая выступает как соавтор главного изобретения в борьбе с рекламой, и Андрей Розников, который сегодня выступает как защитник интересов рекламы. Можно так сказать?

А. РОЗНИКОВ: Можно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос, который мы предложили бы обсудить с помощью электронного голосования, таков: "Способна ли реклама заставить вас купить тот или иной товар?" Для тех, кого заставляет такая реклама купить товары, телефон для голосования 995-81-21. Для тех, кто не реагирует таким образом на рекламу 995-81-22. Кстати, Лариса, Вы правильно и честно ответили на этот вопрос как потребитель. Андрей, а Вы? Вас способна реклама уговорить?

А. РОЗНИКОВ: Да, в известной мере, да. Мне кажется, что на самом деле реклама дает определенную информацию, которую очень сложно где-то подцепить. Для того, чтобы купить какой-то рекламный буклет, журнал, надо проявить какое-то действие: надо его купить, просмотреть, полистать, - напрячься, условно говоря.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А тут деваться некуда.

А. РОЗНИКОВ: Тут деваться некуда, и дается реклама: там-там-там продается то-то-то. Дальше

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Забыл.

А. РОЗНИКОВ: А дальше я забыл. Но, тем не менее, что-то хорошее я хотел сказать в пользу рекламы. И хотел сказать, наверное, все-таки следующее Вот, я сидел сейчас и думал, пока рекламный блок шел на "Эхо Москвы".

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошая реклама, правда?

А. РОЗНИКОВ: Я, честно говоря, не вслушивался о чем и что говорится, но, тем не менее, может быть даже какой-то такой элемент отдыха И вот я подумал, что, может быть, это даже и хорошо. Вот, идет какой-нибудь фильм серьезный или какая-то передача. И вдруг какой-то момент отдыха: можно сходить за чашкой чая, просто отвлечься, посмотреть по сторонам, оглядеться. Может, это такая переменка. Вы знаете, в школе бывают переменки, и вот здесь такая же ситуация.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Лариса, у меня вопрос к вам. Вы водите машину?

Л. ПИЯШЕВА: Нет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: В один прекрасный момент Вы поняли, что ее надо, наконец, начать водить.

Л. ПИЯШЕВА: Уже поняла.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: До этого момента Вас совершенно не колыхало все, что происходит вокруг автомобилей. Вдруг у Вас возникает потребность получить информацию. Неужели ни одним глазом в рекламный блок не заглянете? Только честно.

Л. ПИЯШЕВА: В телевизионный нет. Я человек методичный. Я куплю журнал, я сяду и посмотрю все внимательно, обзвоню, и после этого начну действовать. Надо сказать, что этой осень у меня другое возникло увлечение, вдруг, неожиданно. Я увлеклась цветами. Никогда в жизни не сажала, не увлекалась ничего, а здесь вдруг какое-то сумасшествие на меня нашло. Я купила кучу журналов, я прозвонила во все фирмы, я съездила в массу участков, где продают всякие цветы. Но не может быть телевизионная реклама. Потому что мне журнал "Мой любимый сад" Я его открыла там вся реклама, там все телефоны

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Это, кстати, была реклама "Моего любимого сада".

Л. ПИЯШЕВА: Да. Там все телефоны, там все картинки, там перечень всего. Ты поработал, позвонил, узнал, выяснил все, что тебе нужно, поехал, заказал. Это рабочая реклама. А телевизионная реклама действует несколько иначе. Здесь есть такой момент. Может, это наша специфика: достали с крылышками, достали с рекламированием не лучших сортов кофе. Вот такая навязчивая, я бы даже сказала, назойливая реклама не лучших товаров, создала у многих людей отношение к рекламе, что там рекламируют не лучшее, а там рекламируют просто те, у кого есть деньги.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, пожалуйста. Тут есть такая идея. Вы знаете, что такое "джинса", Ларис?

Л. ПИЯШЕВА: Не знаю.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: На жаргоне это непрямая реклама. Не приходит ли Вам в голову, что в новых фильмах после широкого применения вашего с братом изобретения, будет просто очень крупно показана та или иная чашка того или иного кофе, или тот или иной сорт тех или иных напитков. То есть, они тоже, в общем, не дураки, те ребята, которые делают рекламу, правда?

Л. ПИЯШЕВА: Еще раз. Я не поняла. Если я отключила эту рекламу

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы отключили блок. Но вы включаете новые фильмы, например, вы хотите посмотреть какой-то новый фильм, о котором вы читали, слышали. И вдруг вы обращаете внимание, что очень пристально кадр привязывается, например, к чашке кофе, к бутылке напитка.

Л. ПИЯШЕВА: Секундная реклама не мешает смотреть фильм. Мешают смотреть фильм пятиминутные блоки и повторяющиеся пять раз за один фильм.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Андрей, вопрос к Вам. Существует такая спорная очень штука как теория 25-го кадра. Знаете, да, о ней? Не кажется ли Вам, что применение такого изобретения как-то подвигнет рекламистов вступать в известный конфликт с этикой и законом?

Л. ПИЯШЕВА: Это запрещено законом. А то, что мы предлагаем, должно быть разрешено законом.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Куда деваться людям, которым надо как-то продвинуть свой товар на рынке?

Л. ПИЯШЕВА: Еще раз. Им никто не мешает, они могут давать рекламу на радио, на телевидение, в газеты

А. РОЗНИКОВ: Только я ее смотреть не буду.

Л. ПИЯШЕВА: Они имеют право давать рекламу и продавать свой товар, а я как потребитель имею право защитить себя от этой рекламы. Не более и не менее.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давайте подведем итоги. За несколько минут нам позвонил 931 человек. Каких вы ждете результатов, уважаемые гости, в процентах? Ну, почти 1000 человек.

Л. ПИЯШЕВА: 700 не способны, 300 способны.

А. РОЗНИКОВ: Мне нечего сказать, я просто не знаю. Не хочу гадать на кофейной гуще, если разговор о кофе был.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Понятно. Итог такой: 22 % согласны с тем, что реклама на них действует как на потенциальных покупателей, 78 % уверяют, что они совершенно неподкупны.

Л. ПИЯШЕВА: Ну, я ошиблась совсем мало.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ваш комментарий на этот счет, Андрей, как человека, связанного с рекламой?

А. РОЗНИКОВ: На самом деле, ничего удивительного здесь, по-моему, в процентном соотношении не произошло. Люди довольно крепкие живут в России, в том числе в Москве (наверное, москвичей больше перезвонило). И, наверное, что реклама действует и заставляет, побуждает что-то немедленно купить или достать, я думаю, это элемент еще психологический. Много людей не сознаются и бравируют тем, что реклама не действует. Хотя подсознательно где-то биологически, приходят в магазин или стоя где-то в очереди в супермаркете, они выделяют этикетки, названия и т. д., все, что было задействовано в рекламе. Я уверен.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо. Лариса, скажите, пожалуйста, не кажется ли Вам, что можно любить или не любить телевизионную рекламу, но ее можно считать определенным пластом, может быть, кич-культуры? Об этом можно говорить.

Л. ПИЯШЕВА: Я не очень поняла, что такое кич. Я хочу сказать, что качество самой рекламы, как сняты эти ролики

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вас не устраивает качество.

Л. ПИЯШЕВА: Нет, меня очень это устраивает. Вот как раз это сделано все технически безупречно. Люди, которые снимают рекламу, делают это с большим вкусом, с большим интересом и любовью к этому делу. Рекламные ролики бывают намного красивее, чем фильмы или что-то еще, что показывают по телевизору. Здесь мастерство безусловное, и многие люди нашли себя, и дай им Бог, чтобы они продолжали свою художественную работу. Но я опять повторяю только одно: меня как потребителя интересует Я когда посмотрю когда нет. Но я хочу быть защищена, я хочу, когда я не хочу смотреть рекламу, ее не видеть.

А. РОЗНИКОВ: Ну, для меня, вообще, странно. Если Вы не хотите смотреть рекламу, смотрите другой канал.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Где тоже идет рекламная пауза?

А. РОЗНИКОВ: Я не знаю, смотрите канал "Культура", ходите в кино, покупайте кассеты. Я еще раз объясняю свою позицию: в наш век надо где-то брать финансирование, финансирование всего. Если люди по вашей рекламе бросят смотреть рекламу, все повально начнут увлекаться и покупать это изобретение (дай Бог, на самом деле, вам, дело хорошее), но если все купят эти приборы чудодейственные, все перестанут смотреть рекламу, все каналы загнутся в прямом смысле этого слова. Я просто уверен.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вот тут-то, Лариса, Вас и обвинят, извините за такой термин, в наезде на свободу слова в России.

А. РОЗНИКОВ: Будете смотреть CNN.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Или "Лебединое озеро" без конца.

А. РОЗНИКОВ: И без начала.

Л. ПИЯШЕВА: Вы знаете, я ведь выросла в советское время, я выросла без рекламы. Я не могу сказать, что то телевидение меня устраивало больше, чем устраивает это телевидение. Но все-таки мне бы хотелось, чтобы была какая-то умеренность в том, что происходит, потому что эти длинные, бесконечные, назойливые, повторяющиеся рекламные ролики, действительно, формируют поведение, отталкивающее от телевидения, и люди уходят от телевизионных экранов, потому что они не хотят этого видеть в таком количестве и так много. И, действительно, вы правы, если мне хочется посмотреть фильм, я покупаю кассету и смотрю его на кассете, без всяких реклам.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Положа руку на сердце (я понимаю, что вопрос, может быть, такой немножечко скользкий), в числе причин, побудивших Вас прийти сегодня к нам, чему я лично как слушатель очень рада, нет ли желания в некоторой степени, простите, отрекламировать Ваше с братом изобретение?

Л. ПИЯШЕВА: Вот, чего точно нет так нет, Вы знаете.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А я-то надеялась Вас поймать.

Л. ПИЯШЕВА: Я немножко растерялась, потому что, честно сказать, такой мысли и близко не было. Мне хотелось сообщить миру о том, что есть такое изобретение, которое может их защитить.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Очень много вопросов о стоимости такого рода устройства.

Л. ПИЯШЕВА: Стоимость невысокая.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я поэтому и спросила вас.

Л. ПИЯШЕВА: Да. Стоимость невысокая. Но мы рассчитываем на то, что производители телевизоров, в том числе и западные поставщики для российского рынка, будут этот маленький блок встраивать в те телевизоры, которые будут поступать на российский рынок. Мы полагаем, что от этого телевизоры не будут стоить дороже, но наличие этого блока сыграет еще одну роль, от которой мы здесь не сказали. Могут быть благодарны за внедрение такого изобретения родители, которые не хотят, чтобы их дети смотрели определенные программы, определенные фильмы, связанные с сексом, насилием и все остальное. То же самое, если распространить эту идею на те фильмы и те передачи, которые не для детских ушей и глаз, они могут быть точно так же кодированы и в таком случае родители могут, уходя в гости, не бояться, что их семилетние дочки будут смотреть ночные передачи, которые для них не предназначены.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: К сожалению, наше время истекает. Андрей, Ваше последнее слово.

А. РОЗНИКОВ: Я думаю, что телевизоры только дешевле станут, если в них будут вклеивать или встраивать эти приемники. Но если говорить серьезно о воспитании детей. У меня двое детей, два мальчика, которые очень любят посмотреть телевизор

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Почему-то очень рекламу дети любят.

А. РОЗНИКОВ: Очень любят рекламу: она динамичная, активная, красочная и т. д. и т. д. Я думаю, что вопрос воспитания надо ставить больше родителям, а не блоку, который вмонтирован в телевизор: что делают дети, когда родители уходят в гости.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Жаль, что наше время истекает. Но, мне кажется, что все было достойно. Спасибо вам большое.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" были Лариса Пияшева, консультант комитета СФ по бюджету, и Андрей Розников, кинорежиссер