открытие Недели Высокой моды - Андрей Шаров - Интервью - 2000-11-22

22 ноября 2000 года.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" модельер Андрей Шаров.

Ведущий эфира Петр Журавлев.

П. ЖУРАВЛЕВ - Добрый вечер! Я приветствую нашего гостя, Андрея Шарова, добрый вечер! И вот первый вопрос, на самом деле, Вы модельер или дизайнер? Как правильно?

А. ШАРОВ - Ну, вообще я все время предпочитаю, чтобы меня называли просто художником.

П. ЖУРАВЛЕВ - Художник, занимающийся одеждой, да?

А. ШАРОВ - Ну, я занимаюсь не только одеждой, я занимаюсь театром, кино, живописью и многими другими вещами, поэтому...

П. ЖУРАВЛЕВ И, тем не менее, разговор наш сейчас пойдет, прежде всего, наверное, о моде и об одежде в связи с очередной, не помню какой по счету, Неделей высокой моды в Москве, которая проходит сейчас и где представляется Ваша коллекция, которая, как мне подсказали мои коллеги, называется "20 век Андрея Шарова". Судя по названию, речь идет о каком-то, видимо, подведении итогов. Я угадал?

А. ШАРОВ - Ну, может быть, в какой-то степени это и подведение итогов, а с другой стороны - попытка заглянуть уже в грядущее, т.е. то, что будет нам уготовлено после того, как циферка 1 появится на счетчике. Так что это не совсем подведение итогов.

П. ЖУРАВЛЕВ И, тем не менее, не подведя итогов, не поняв, к чему мы пришли, двигаться дальше невозможно. Что такое итог 20 века, по-Вашему, применительно, скажем, к моде?

А. ШАРОВ - Ну, применительно к моде, вы знаете, я думаю, что итог практически незаметен, потому что вот наступит вот эта единичка, и все готовились к чему-то такому сокрушающему, к какой-то революции, потому что вдруг наступит вот эта единица и все изменится. К сожалению, я пришел к мысли, что не изменится практически, по крайней мере, в одежде, ничего, революций никаких на сегодняшний день не наблюдается, таких глобальных, т.е. не в технологиях, ни в подходах к крою, в силуэтных линиях и т.д. Т.е. все будет продолжаться в следующем веке, те же такие особенные тенденции, которые были. Может быть, будут какие-то маленькие локальные революции, но такого глобального, я думаю, не случиться в ближайшее время.

П. ЖУРАВЛЕВ - В этой связи, собственно, мой вопрос как человека, абсолютно подходящего всегда исключительно утилитарно к одежде. Меня всегда интересовала эта проблема и вопрос именно - а что вот это за тенденции, революции, какие-то проявления моды? Что это такое, в чем они выражаются? В форме рукава, я не знаю, количестве карманов, материале, который используется? Что, вот на чем можно вот эту тенденцию модную увидеть?

А. ШАРОВ - Ну, я считаю, что вот это само словосочетание "модная тенденция" - оно применимо ко всему. Это может быть в автомобилях, ручках, в одежде в том числе, в аксессуарах, во всем. А эти модные тенденции рождаются в недрах, как я насколько понимаю, аналитических лабораторий, которые каждый год собирают информацию о цвете, о форме. Это в первую очередь касается тех предприятий, которые занимаются там выделкой меха, выпуском ткани. Они прогнозируют, анализируют на несколько лет вперед. И отсюда эти тенденции появляются. Потом подхватывают модельеры, вносят свою лепту, европейские в основном, и вот так и появляются вот эти модные тенденции, потому что кто-то первый скажет, что вот в этом сезоне цвет теней, там, такого-то изумрудного цвета, и это начинает как бы работать. Под это подстраивается тут же индустрия, и все как бы заработало.

П. ЖУРАВЛЕВ - Для того, чтобы подхватили и начал крутиться этот механизм, человек должен обладать каким-то авторитетом, судя по всему, да?

А. ШАРОВ - Ну, естественно, да. Конечно, для того и возникают имена в мире моды, чтобы они как бы были законодателями, т.е. к ним обращены десятки тысяч, может быть, сотен, а, может быть, и миллионы людей по всему миру, которые как бы прислушиваются. Для них этот человек является как бы...

П. ЖУРАВЛЕВ - И продолжение, собственно, этого вопроса: а вот кто сказал, что, я не знаю, ну, Бог мой, Кристиан Диор - это законодатель мод, а кто-то - нет?

А. ШАРОВ - Правда, сколько людей - столько мнений, но я говорю, что есть какие-то массовые, культовые дома, так скажем, которые имеют потребителей по всему миру. Тот же, кстати, Кристиан Диор, насколько я понимаю, сейчас у него дикие продажи, объемы продаж, и просто эта марка - это легенда уже.

П. ЖУРАВЛЕВ - Спрашивают, чудесный вопрос: "Объясните, что значит высокая мода? В чем отличие от остальной, не высокой?"

А. ШАРОВ - Ну, это отличие основное в том, что существуют как бы 2 понятия, которые делятся очень четко: это мода от кутюр - это ручное производство и, как правило, это единичные экземпляры, которые, может быть, там тиражируются в одной-двух вещах, т.е. это произведения искусства, потому что то же самое, что написать картину, что сделать скульптуру, то же самое можно сделать произведение искусства из одежды, ткани в приложении к нему всяких там аксессуаров и т.д. Т.е. это в принципе фантазийная лаборатория, которая движет моду за собой. А дальше идет, как правило, в каждом уважающем себя доме, есть несколько линий прет-а-порте, которые вот эти модные опять же тенденции, которые вырабатываются в лаборатории высокой моды и показываются, они их потом приземляют, адаптируют к ежедневному ношению, и эти линии прет-а-порте уже по всему миру распускают корни. Поэтому есть специальные показы от кутюр - это ручная, колоссальных денег стоящая продукция, и есть более дешевые одежды - прет-а-порте, которые более массовые, более удобные, более повседневные, более комфортные и т.д.

П. ЖУРАВЛЕВ - Скажите, я думаю, что большинство наших слушателей хоть раз в жизни видели эти модные показы, нечто там фантастическое у женщин на головах или у мужчин там, я не знаю, жутко блестящее, сверкающее что-то, я не знаю, разноцветное - неужели это кто-то покупает, пусть это стоит безумных денег - наверняка найдется, но куда это надеть?

А. ШАРОВ - Ну, я думаю, что, понимаете, вообще вещи от кутюр, насколько я разбираюсь в этом вопросе, покупаются для того, чтобы вообще один раз в жизни надеть, т.е. это нонсенс, когда вещь там надевается... И для этого, конечно, существует определенный случай, допустим, прием в Виндзорском дворце и т.д. - т.е. для нас понятия какие-то такие совершенно. Но, тем не менее, в мире это существует, люди это покупают, тратят колоссальные деньги, потому что до несколько сот тысяч долларов могут стоить эти вещи, да еще плюс к ним украшения, т.е. это очень приличные деньги. И есть ряд клиентов, в мире их осталось, как говорят, не очень много, которые могут себе позволить, есть даже как бы листы ожидания, записи в тех же домах Кристиан Диор и т.д., где клиенты ждут, когда им эти вещи сделают. Т.е. это совершенно определенная, как бы каста, я бы сказал, совершенно определенная жизнь, совершенно определенный стиль. А все это подкрепляется, опять же сам фундамент, базис - это, конечно же, одежда более распространяемая, более носимая, которая продается по всему миру в магазинах.

П. ЖУРАВЛЕВ - Давайте вернемся в Москву. Неделя высокой моды завершается в воскресенье. Когда показывается Ваша коллекция?

А. ШАРОВ - Моя коллекция показывается завтра, это будет 23 число, четверг.

П. ЖУРАВЛЕВ - Что из себя представляет Ваша коллекция, расскажите, может быть, чуть более подробно, если это, конечно, возможно, хотя я понимаю, что по радио описать?...

А. ШАРОВ - Лучше один раз увидеть, чем 100 раз услышать, но, тем не менее, попробую. Коллекция, в этот раз я немножко усилил, сделал акцент на все-таки носимости вещей. Если раньше это были абсолютно фантазийные вещи, я заранее четко знал, что их практически в общем-то невозможно надеть, т.е. это были действительно такие вот экспонаты, хотя многие покупали. В Голландии купили коллекцию 1997 года, но для безумного шоу, то в этом году я все-таки поставил акценты на носимость вещей, на качество, на удобство, т.е. я попытался совместить. Т.е. это уже более приземленные вещи, но с другой стороны, конечно, они будут с достаточной степенью так говориться "крейзы", тут я далеко от себя не отступал. Будет очень интересная музыка, которую писали группа ребят-композиторов, такая "Тетрис" - потрясающие ребята, т.е. там такой чумы...

П. ЖУРАВЛЕВ - Т.е. это - шоу?

А. ШАРОВ - Да, это будет шоу, это будет авторская музыка, авторская коллекция, будет много аксессуаров, опять же сделанных из моих любимых ложек и вилок - это будут браслеты, это будут шейные украшения, каблуки будут из янтаря. А то, что касается материалов, которые я использую, то это будут крашенные в различные цвета шкуры пони, это будет страус, питон, крокодил.

П. ЖУРАВЛЕВ - Экзотик.

А. ШАРОВ - Да, это будет экзотик, поэтому, в общем-то, и коллекция больше зоо-рум напоминает. И это будет отражено и в музыке, и вообще. Вот так, если вкратце описать.

П. ЖУРАВЛЕВ - А скажите, что Вам больше нравится, заниматься часто фантазиями, оторванными от реальной жизни или вот именно более приземленными вещами?

А. ШАРОВ - Нет, ну, конечно, я бы больше улетал в фантазию и в полеты. Но поскольку все-таки приходится по земле ходить ногами, то, конечно, нужно думать уже о производстве, о людях. Как говориться, быть ответственным за тех, кого ты приручил и т.д. Т.е. много, конечно, земных проблем, которые тянут гирями вниз, хотя иногда улетаешь в облака. Ну, в основном, это больше касается каких-то проектов, я имею в виду, может быть, фильмы, спектакли и т.д., которые не имеют...

П. ЖУРАВЛЕВ - Я вот как раз про это и собирался спрашивать. Насколько я понимаю, Вы работаете и в театрах, и над костюмами, и над декорациями.

А. ШАРОВ - Да.

П. ЖУРАВЛЕВ - Что Вы делаете сейчас, если не секрет?

А. ШАРОВ - Ну, вот сейчас у меня как раз в связи с подготовкой к Неделе высокой моды большая пауза образовалась в театре, т.е. я закончил одну работу - это "Черная невеста" в театре Моссовета, которую я сделал с Андреем Житинкиным, и вот с ним же мы сейчас приступим, после того как я покажу свою коллекцию на высокой моде, мы приступим с ним к проекту, это антрепризный проект будет, называется "Портрет Дориана Грея", где главную роль сыграет Саша Домогаров, и будет вообще букет, мне кажется, звезд наших среднего поколения - это Раков, Макаров, Чонишвили.

П. ЖУРАВЛЕВ - Скажите, какая-то специфика работы в театре над костюмами существует? Они чем-то специальным, особым отличаются?

А. ШАРОВ - Ну, конечно, это совершенно отдельная работа, т.е. театральный костюм, конечно, отличается от того, что делается для подиума и для магазина. Во-первых, тут - сущность актера, т.е. с ним нужно очень много работать, его какие-то индивидуальные особенности, его вообще подход к роли, какие-то детали, за которые он цепляется. Т.е. невозможно заставить актера играть хорошо в том костюме, который ему не нравится, а нравится тебе.

П. ЖУРАВЛЕВ - А степень условности в этот момент существует в костюме?

А. ШАРОВ - Конечно, безусловно. И все, конечно, понимаете, художник в театре, я специально иногда себя так приземляю, потому что художник в театре - это человек, который, по крайней мере, номер 3, т.е. существует режиссер с его режиссерской концепцией, существует материал пьесы и существует актер, и с ними со всеми нужно считаться. И вот все вот это увязать - то, что хочешь ты, плюс к тому, что нужно актеру, плюс к тому, что хочет режиссер - это, в общем-то, задача не из легких. Поэтому мне интересно копаться в театре.

П. ЖУРАВЛЕВ - Андрей, 2 последних вопроса наших радиослушателей. Во-первых, что Вы сами предпочитаете носить повседневно?

А. ШАРОВ - Ну, в принципе, как всегда получается - сапожник без сапог, т.е. одеваюсь я, в общем-то, довольно скромно, хотя бывают, конечно, какие-то специфические случаи, когда одежда тоже определяет какие-то вещи. Но так я люблю одеваться удобно, комфортно. Ну, в последнее время у меня много появилось вещей, которые созданы непосредственно при моем участии.

П. ЖУРАВЛЕВ - Какой Ваш любимый цвет?

А. ШАРОВ - Мой любимый цвет - черный.

П. ЖУРАВЛЕВ - У нас в гостях был Андрей Шаров. Я желаю Вам успеха завтра в представлении своего шоу на Неделе высокой моды в столице. Я не знаю, там положена какая-то награда?

А. ШАРОВ - Да, там есть награда - "Золотой манекен", которая вручается лучшему модельеру этой недели.

П. ЖУРАВЛЕВ - Ну, что же, мне остается только Вам пожелать все-таки получить этот "Золотой манекен". Спасибо, что пришли!

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был модельер Андрей Шаров.