победа компании "ВымпелКом": "Би Лайн - GSM" признана брендом года. - Дмитрий Зимин - Интервью - 2000-11-16
16 ноября 2000 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Дмитрий Зимин - генеральный директор АО "ВымпелКом", участник проекта "Российские бизнес-династии".
Эфир ведет Марина Королева.
М. КОРОЛЕВА - Дмитрий Борисович, добрый вечер. Во-первых, я хочу поздравить Вас с таким важным событием для вашей компании. Ваша компания стала победителем конкурса "Брэнд года". Я лингвист, слово "брэнд" встречается мне время от времени, но это не моя сфера, наверное, поэтому я не задумывалась над тем, что это такое. Сегодня впервые выяснила, но Вы, может быть, разъясните слушателям, что это такое.
Д. ЗИМИН - Я тоже не лингвист. Да, это торговая марка. Я тоже удивляюсь, некоторые англоязычные слова сейчас вошли в язык, стали привычны. Вы вспоминаете даже, может быть, по Горькому, "Дело Артамоновых", "контора". Но сейчас никто не скажет "контора", а скажет "офис".
М. КОРОЛЕВА - Конечно, "офис".
Д. ЗИМИН - Да, это привычно. "Торговая марка" и "брэнд" - это в моем понимании полные синонимы. Но может быть только в последние годы, когда мы сами стали раскручивать свою торговую марку, свой брэнд, я понял, насколько это важное достояние компании. Может быть, это сейчас одна из наших основных целей, не материальных.
М. КОРОЛЕВА - На самом деле дело для нас новое. Вспомните советские времена. Что такое торговая марка? Да ничего. Отвыкли мы от этого.
Д. ЗИМИН - Да ее не было практически.
М. КОРОЛЕВА - Хотя в прежней России это наверняка было также важно, просто это брэндом не называли.
Д. ЗИМИН - Дело связано с тем, что в Советском Союзе места для торговых марок не было. Это пример или атрибут рыночной, конкурентной обстановки. Конкуренция торговых марок. Продукты могут быть почти скажем, автомобили. Те выпускают автомобили, другие выпускают автомобили, но торговая марка - это некий синоним чего-то большего, чем сиюминутно выпускаемый продукт. Это философия фирмы, борьба за клиента, это честь фирмы, если хотите. Можно где-то понести убытки, какие-то неуспехи, наверное, у каждого могут быть на рынке. Но избави бог потерять доверие к торговой марке.
М. КОРОЛЕВА - То есть Вы специально об этом думаете, о том, как "пораскручивать" эту марку о доверии, немножко больше. Представим себе, что торговая марка очень "раскручена", но это мало связано с доверием, собственно говоря. Нет?
Д. ЗИМИН - Нет. Тогда два слова о том, что такое "раскручивать". Года 1,5-2 назад, когда наша торговая марка, наш брэнд "Би Лайн" стала "раскручиваться", не только в Москве, но и на периферии, была масса предложений и попыток использовать эту торговую марку для чего-то другого. Например, в Самаре стали выпускать водку под названием "Билайновка". Мы за голову схватились. Причем я получил, у меня до сих пор стоит бутылка. Торговая марка ассоциируется с чем-то определенным. Для нас это не телефон, между прочим. На самом деле это сервис, услуга. Были попытки, предложения делать чуть ли не строительную контору. Те строители, которые у нас работали, тоже хотели использовать "Би Лайн". У нас есть несколько человек, которые работают в области защиты торговой марки, чтобы, избави бог, к ней бы не приклеилось что-то, что выходит за пределы телекоммуникационных услуг. А попытки такие происходят непрерывно.
М. КОРОЛЕВА - Кстати, успеваете отслеживать? Вы сами говорили про водку "Билайновка". Это Вы успели отследить. Я помню, Макаревич рассказывал в интервью о том, что он не очень озабочен тем, чтобы отследить появление этой марки "Смаковка". Он говорит: "Я не могу следить за тем, что на какой-то железнодорожной станции в трехстах километрах от Москвы вдруг появится харчевня под названием "Смак", и мне это все равно". А вам?
Д. ЗИМИН - Нам это совсем не все равно. К тому же, учитывая определенные недоработки, если не сказать дикость российских законов (они исправляются помаленьку), то защита торговой марки - это защита чести фирмы. Мы над этим работаем. Мы далеко не все успеваем отслеживать, но тратим достаточно много сил. Это важный компонент.
М. КОРОЛЕВА - Кстати, в том, что касается законодательства, Вы проявляете недовольство тем, что нет достаточной защиты марки, а в этом направлении Вы не пытаетесь работать? Вы, юристы вашей фирмы. Предлагать, наконец, что-то законодателям?
Д. ЗИМИН - До последнего времени мы этим делом занимались мало. Мы больше жаловались на судьбу, "законы недоработаны", но сейчас мы поняли, что мы должны входить в контакты с законодателем, с Думой, ее комитетами, предлагать законы. Мы видим здесь очень много недоработок. Это совершенно новый образ нашей деятельности, но, по-видимому, любой бизнес должен как-то работать с законодателями.
М. КОРОЛЕВА - Кстати, по-вашему, это называется лоббированием, то есть вы будете заниматься неким лоббизмом?
Д. ЗИМИН - Может быть, даже лоббирование. Только этому надо придать вполне нормальный смысл. Это вполне нормальный формат взаимодействия граждан, бизнеса с обществом, с законодателем. Это вполне нормальная вещь. Насколько я знаю (я могу здесь ошибаться), в Штатах лоббист - это вполне узаконенная фигура, на двери которого висит табличка, который платит налоги, устанавливает связь между фирмами, бизнесом, законодателем. Это вполне нормальный процесс. Депутаты должны быть связаны не только лишь со своими избирателями. Если депутат вошел в тот или иной комитет, по телекоммуникациям, торговле, он должен работать не только лишь с избирателями, но и с той сферой общества и бизнеса, которая работает в этой сфере. А как же? Он сам в этом заинтересован.
М. КОРОЛЕВА - У нас-то проблема в том, что эти взаимоотношения (они ведь тоже существуют, Вы не будете отрицать, не только с избирателями, но в том числе и с бизнесом) приобретают такой полуподпольный, полуподвальный, а часто и криминальный характер. Об этом мы поговорим чуть позже, после кратких новостей и рекламы
-
М. КОРОЛЕВА - Как я понимаю, Дмитрий Борисович, Вы еще и участник Совета по предпринимательству, который работает при правительстве России. Так?
Д. ЗИМИН - Да.
М. КОРОЛЕВА - Неслучайно мы с Вами вышли на эту тему "взаимоотношения бизнеса и общества". Вы говорили о том, что лоббизм на Западе - это вполне нормальное явление, о том, что Вы сейчас об этом задумываетесь. Как Вы считаете, у нас сейчас в современных условиях заниматься лоббизмом - это нормально? Это уложится в рамки закона или неизбежно выйдет за эти рамки, просто потому что общество пока так устроено, не работают законы?
Д. ЗИМИН - Мы опять возвращаемся министр, депутат, естественно, должен находиться в контакте с обществом. Для этого устраиваются круглые столы, конференции, для этого существуют контакты между обществом, властью и законодателем. Без этого не может жить ни общество, ни бизнес, ни законодатель, ни правительство. Это вполне нормальный процесс, без этого общество просто существовать не может. Никто не может жить за закрытыми дверями. Должно быть общение, понятное донесение, причем в две стороны, и до власти, и от власти к бизнесу, кто чем озабочен. Каждый день возникают те или иные конфликты, должна быть понятна процедура их разрешения. Другое дело, что все это должно быть абсолютно открыто.
М. КОРОЛЕВА - Кстати, если задуматься, компания у вас большая, богатая, самодостаточная, производит впечатление таковой. Казалось бы, вы настолько далеки от всякой политики, от всей этой политической суеты. Зачем, собственно говоря, вам власть, зачем вам какие-то тесные контакты с ней?
Д. ЗИМИН - Конечно, достаточно долго, может быть, до последнего времени мы были достаточно далеки от власти, от политики. И в будущем мы не собираемся быть слишком сильно втянуты в эти процессы. Но в целом те шаги, которые предпринимают и само правительство, в частности в организации этого Совета по предпринимательству, которое само идет навстречу усилению этих контактов, мне кажутся весьма позитивным явлением. Кстати, есть очень много вещей, где компании типа нашей те проблемы, которые стоят перед обществом, могут иногда увидеть раньше, чем кто-либо другой. Мы, будучи такой открытой компанией, работаем во многом по законам открытой компании, видим очень много недостатков в нашем законодательстве, например, отсутствие опционного законодательства, которое позволяет интересы менеджмента в лучшем виде фокусировать на общество. Видим определенные недостатки в наших законах о работе акционерного общества, в процессах регулирования лицензионной политики и во многих других вещах. Наверное, надо доносить наши заботы. Мы это собираемся делать. И в том числе этот Совет по предпринимательству, куда я попал, (я это рассматриваю как большую честь), мне эти процессы нравятся, считаю их вполне позитивными.
М. КОРОЛЕВА - То есть, грубо говоря, вы считаете, что у вас есть что сказать, власти в том числе?
Д. ЗИМИН - Да. Так же, как мне очень нравится, что в данном случае правительство, которое, помимо всего прочего, проявляет полезные законодательные инициативы, (вспомнить налоги), устраивает совет с предпринимателями, предварительно опрашивает их мнение на сей счет, прежде чем формировать свою позицию перед Госдумой. Это очень хороший процесс.
М. КОРОЛЕВА - Совет - это хорошо. Но как Вы считаете, к вам прислушиваются? Не лично к Вам, а к участникам этого совета? У Вас нет такого ощущения, что власть сейчас несколько "закручивает гайки" в отношении капитала? Я имею в виду слова об укреплении вертикали власти, о введении каких-то дополнительных чиновничьих институтов, в том числе представителей президента, каких-то промежуточных чиновничьих, административных лесенок.
Д. ЗИМИН - Я думаю, что здесь есть некие моменты, которые вызывают тревогу. Как всегда, есть что-то, что радует, а есть что-то, что вызывает вполне определенную тревогу. Если вообще говорить о взаимодействии бизнеса, власти, может быть, даже в более широком смысле, общества и власти, то мне кажется, что существуют некие вопросы, в которых общество должно помочь власти. Возьмите, например, такое обстоятельство. Я думаю, что все мы сейчас заинтересованы в том, чтобы во власть шли наиболее достойные люди, чтобы туда шла молодежь, чтобы там были мозги. В конце концов, это все-таки голова страны. Смотрите, что происходит. Давайте скажем открытым текстом. Зарплата министра где-нибудь 200 долларов в месяц. Вообще это позор для страны. На самом деле в этом есть некая угроза национальной безопасности. Здесь же дело не в деньгах. Дело в отсутствии политической воли и в известной ментальности населения, которое может воспринять это очень плохо. На самом деле это ошибка. Я думаю, что это надо менять. Об этом надо говорить.
М. КОРОЛЕВА - Дмитрий Борисович, на самом деле ведь все понимают, что его реальная зарплата - никакие не 200 долларов. Все это знают, и тот же самый пенсионер, который возмущается тем, что у чиновника большая зарплата, понимает, что на самом деле он получает реально в 10 раз больше за счет каких-то льгот, персональных машин и т.д.
Д. ЗИМИН - Это очень плохо, ужасно. Потому что с одной стороны мы говорим о том, что бизнес, акционеры должны быть открыты, публиковать все свои отчеты, должна быть прозрачная собственность. Но при этом непрозрачность чиновничества - это очень плохо. Здесь должно быть все ясно. Безусловно, что у руководителей нашего правительства, в том числе и зарплата открытая, понятная, должна быть в десятки раз больше, чем сейчас.
М. КОРОЛЕВА - При этом все остальные льготы с него должны сниматься? То есть он должен за все платить сам, но из своей зарплаты?
Д. ЗИМИН - Я не хотел бы сейчас обсуждать детали, но мне абсолютно ясно, что чиновник, пришедший во власть, должен понимать, что он, его последующая социальная защита, после того как уйдет из власти, тем не менее, помогает ему полностью быть сфокусированным на государственных проблемах, а не думать, как будет жить его семья после того как он уйдет из власти. Мы на самом деле унижаем самих себя, что допускаем такой формат существования правительства. Например, я при удобном случае в соответствующей аудитории готов поставить этот вопрос. Я считаю, что это сейчас нам всем угрожает. Это плохо, это позорно.
М. КОРОЛЕВА - Мне кажется, что это многие понимают наверху, но, видимо, пытаются считаться, как я себе представляю, с менталитетом общества, которое не любит богатых (изначально, давно и сейчас).
Д. ЗИМИН - Если общество себя здесь не переломает, если подобные настроения (на самом деле подобные настроения называются "социальной болезнью"), если эта болезнь будет достаточно широка, глубинна, то общество навсегда и останется нищим. Это очень опасно.
М. КОРОЛЕВА - Кстати, Вы сами как относитесь к богатым людям?
Д. ЗИМИН - К честному богатству я отношусь с большим уважением.
М. КОРОЛЕВА - Дмитрий Борисович, а здесь в России на первом этапе накопления капитала, который можно честно назвать этапом первоначального накопления капитала, вообще возможны были честные состояния?
Д. ЗИМИН - Да, возможны.
М. КОРОЛЕВА - Вы считаете себя богатым человеком?
Д. ЗИМИН - Наверное, да.
М. КОРОЛЕВА - Вы можете (возможно, этот вопрос покажется Вам слишком прямым) раскрыть какие-то секреты создания, накопления честного капитала в России?
Д. ЗИМИН - Пожалуйста, могу. Это касается истории возникновения "ВымпелКома", который начался с полного нуля, ничего не приватизировал. Потом волею судеб мы "раскрутили" этот бизнес, сделали компанию открытой и вывели ее на биржу. А что значит "вывели на биржу"? Одно время компания стоила миллиард. А что значит "стоила компания"? Это стоимость акций, умноженная на общее количество акций. Это означает, что 1% компании стоил 10 млн. долларов. Эти акции были в том числе и у меня, и в тот день, когда мы вышли на биржу, у нас многие стали богатыми. Кстати говоря, это основной источник богатства в мире. Билл Гейтс, 43 млрд. Что это у него за деньги? На самом деле это стоимость его пакета акций. Кстати говоря, если он вдруг захочет продать свой пакет... это отдельная тема разговора, это некая оценка. На самом деле в живые деньги его превратить сложно. Но тем не менее. Вот основной источник богатства, в том числе и у нас.
М. КОРОЛЕВА - Вы не боитесь, что в какой-то момент здесь нечто происходит, и происходит переоценка в том числе и всех капиталов, и как бы все это снова обнуляется? У вас нет такого опасения?
Д. ЗИМИН - Конечно, все может быть. Переживали всякие времена, начиная с революции.
М. КОРОЛЕВА - И что тогда?
Д. ЗИМИН - И стоимость компании может в результате тех или иных действий, правительства или рынка, обрушена. Таков рынок, что поделаешь. Но это в каком-то плане не живые деньги, это то, что есть.
М. КОРОЛЕВА - Мы с Вами говорим, с одной стороны, о том, что здесь всегда можно всего ждать и всего опасаться, с другой стороны Вы участник проекта "Российские бизнес-династии". Бизнес-династия уже предполагает, как я понимаю, не одно поколение. То есть это взгляд вперед. Кстати, что за проект?
Д. ЗИМИН - Мы там не сами лидеры, проект раскручивает журнал "Компания". Мы являемся его участниками. Я очень благодарен авторам этого проекта, и не только им, потому что о том, что у меня такая бизнес-династия, я узнал сам сравнительно в последние годы. Для меня самого здесь было очень много приятных открытий, я не знал об этой фабрике под Орехово-Зуево, о том, что мои предки были достаточно известными промышленниками.
М. КОРОЛЕВА - То есть Вы узнали об этом недавно?
Д. ЗИМИН - Я узнал об этом сравнительно недавно, пару лет тому назад.
М. КОРОЛЕВА - А что за фабрика?
Д. ЗИМИН - Это одна из ткацких фабрик. Там был целый комплекс фабрик. Частью управляли Морозовы, частью Зимины. Зимины, как я узнал, оказались довольно известным родом. Часть из них была промышленниками, часть между прочим, была частная опера Зимина в Москве.
М. КОРОЛЕВА - Да, это было.
Д. ЗИМИН - Оказалось, что это тоже мой родственник.
М. КОРОЛЕВА - И Вам никогда не рассказывали об этом родители, дедушка, бабушка?
Д. ЗИМИН - Нет. Я думаю, что в те времена, когда я рос, еще при Сталине, бабушки и дедушки просто скрывали от меня это дело, по понятным причинам. Были не те времена.
М. КОРОЛЕВА - Как Вы считаете, эти бизнес-династии в России какую-то перспективу имеют? Или мы так и будем "Иванами, не помнящими родства", у которых все обрывается на собственном нажитом капитале, потом снова все куда-то проваливается?
Д. ЗИМИН - Вы сами ответили на этот вопрос. Я думаю, что знание своей истории, своих предков - это очень сильный воспитательный фактор. Это фактор, который придает своим поступкам какую-то дополнительную ответственность, надо держать честь, марку не только себя лично, но за тобой стоит какой-то хвост истории. Это довольно сложная гамма чувств и переживаний. Но я бы ее скорее отнес к разряду да, если нет какой-то гордости, какой-то дополнительной ответственности
М. КОРОЛЕВА - Видимо, ответственности хорошей?
Д. ЗИМИН - В какой-то мере да. Но как начинаешь понимать, что рано или поздно все тайное становится явным, и может быть, самое главное, что есть, имя, которое не только твое, оно оказалось в цепочке каких-то исторических событий, и его надо беречь.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Дмитрий Зимин - генеральный директор АО "ВымпелКом", участник проекта "Российские бизнес-династии".