закон о патронажном воспитании - Андрей Васильев - Интервью - 2000-10-31
31 октября 2000 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Владимир Васильев, депутат Мосгордумы.
Эфир ведет Ольга Северская.
О. СЕВЕРСКАЯ - Мы будем говорить о патронатном воспитании. Если соответствующий закон будет принят, то, наверное, будет реализовано на практике одно из важнейших положений конвенции о правах ребенка, конвенции ООН о праве ребенка на семью. Законопроект Владимиром Алексеевичем был внесен уже давно, и даже был принят в первом чтении на заседании Мосгордумы 15 марта. Завтра будет второе чтение законопроекта, которое может обернуться и принятием закона в целом. Владимир Алексеевич, добрый день. Давайте, чтобы наши слушатели понимали, о чем идет речь, все-таки напомним, что такое патронатное воспитание.
В. ВАСИЛЬЕВ - Да. Тот срок, который прошел между первым и вторым чтением, не просто проходил молча, тихо. Мы проводили консультации, в том числе и с общественными, государственными организациями. Надо сказать, что этот законопроект в основном направлен на ликвидацию т.н. социального сиротства, которое сегодня на нас нахлынуло особо сильной волной. Что это значит? Ребенок-сирота - это всем понятно. Совсем нет родителей, его статус четко определен, и государство принимает меры к тому, чтобы этот ребенок получил государственную защиту. У нас предусмотрено по гражданскому кодексу усыновление таких детей, опека, попечительство над ними, приемные семьи. И даже в свое время существовала такая форма, как детские дома семейного типа, когда от 5 до 10 ребятишек должны были проживать под одной крышей с одной мамой. Несмотря на то, что эта форма вроде бы домашняя, все-таки она близка к государственной форме воспитания, когда детей очень много, и одна мама не всегда успевает сделать все, что положено, и дать ребенку все то, что ему положено. Патронат же предполагает определение в семью ребенка, не имеющего статуса именно социального сироты, когда юридически у него родители есть, они живы, но не всегда могут быть здоровы. Иногда они ведут асоциальный образ жизни, а иногда это просто люди или один человек, женщина, которая одна воспитывает ребенка, не может найти себе работу, не может найти средств к существованию, и просто теряется в этой жизни. После этого начинаются последствия. Ребенок предоставлен сам себе, родитель не занимается его воспитанием. Патронат как раз и предполагает помещение такого ребенка в патронатную семью. Это одна из форм, можно сказать, крайняя форма. Еще одна из форм - это социальный патронат над его родной, кровной семьей. Какое четкое отличие от усыновления или от приемной семьи? Во-первых, у ребенка нет статуса сироты, и поэтому помещение его в государственное учреждение или под какой-либо другой вид семейного воспитания невозможен. Во-вторых, ребенок помещается в патронатную семью, но он не разрывает своих связей с кровной семьей и своими родителями. Это не то что не предполагается, а это даже в обратную сторону должно работать.
О. СЕВЕРСКАЯ - То есть, наоборот, предполагается сотрудничество с родителями?
В. ВАСИЛЬЕВ - Да, наоборот, предполагается сотрудничество с той семьей, в которой ребенок родился, и оказание помощи - психологической, педагогической - родителям этого ребенка или, как правило, одному родителю. У меня было несколько консультаций с представителями приемных семей. Они почему-то увидели в данном законопроекте угрозу для своей системы воспитания, что этот проект будет как бы уничтожать по-своему приемные семьи, потому что выгоднее брать ребенка на патронат. Здесь ответственность разделяется между государственной уполномоченной службой и самими патронатными родителями. Единственное, чего они не имеют, - это права на имущество этого ребенка. А когда ребенок усыновляется или передается в приемную семью, то здесь все права родителей, так же, как у кровных, подтверждаются, и это очень часто приводит к ситуациям, когда были такие случаи, когда ребенок вырастает и вдруг говорит: "А зачем вы вообще меня усыновляли? Я узнал о том, что меня усыновили. У меня была квартира, другое имущество, а теперь это все принадлежит вам. Я хотел бы с вами разделить. Не хочу я жить в этой семье". Несмотря на то, что время пребывания ребенка в такой семье не ограничено, сколько нужно ребенку, столько он и будет под патронатом. Если семья находится в ситуации, когда ребенок взят на патронат, и в дальнейшем его родители, например, лишены родительских прав, и ребенок получил статус ребенка-сироты, то эта семья имеет возможность усыновить этого ребенка по обоюдному согласию.
О. СЕВЕРСКАЯ - Владимир Алексеевич, насколько я знаю, еще до принятия законопроекта, с 96 года в Москве начал работать Московский детдом 19, который на практике эти принципы реализовывал. Во-первых, была принята такая политика, что дети проходят только психологическую реабилитацию, когда они закончена, ищут родителей-воспитателей. И родители-воспитатели числятся уже при детдоме, как заключившие с ним трудовой договор, и они получают зарплату. Но не трудно ли детдому работать без соответствующего законодательства? Наверное, статус детдома все-таки не только это предполагает.
В. ВАСИЛЬЕВ - Конечно, трудно. Я бы назвал эту ситуацию "на безрыбье и рак рыба". Когда нет закона, то именно этот детдом 19 начал отработку этой модели. И здесь не надо зацикливаться на том, почему этим занимается детский дом. В конечном итоге этим будет заниматься не детский дом, а специальная уполномоченная служба. То есть имеется вероятность, что тот же детдом 19 после принятия закона будет переименован, будет назваться специальной уполномоченной службой, и именно он будет выполнять функции по помещению таких детей в патронатные семьи. Еще хотелось бы сказать, что этим детским домом была проведена большая работа, в частности по отбору таких родителей.
О. СЕВЕРСКАЯ - Я знаю, что еще в 43-м году была принята инструкция Наркомпроса РСФСР и еще в других соответствующих ведомствах о патронировании, опеке и усыновлении детей. Может быть, за минутку до новостей мы успеем только сказать, насколько ваш законопроект отличается от положений этой инструкции.
В. ВАСИЛЬЕВ - Конечно, он отличается. Тогда все было основано на добровольности и на бесплатности данного проекта. Это действительно было военное время, вторая волна сиротства. Первая была после революции 17-го года. И решали мы ее за счет создания государственных детских домов. В 43-м году мы понимали, что у нас нет для этого финансов, и поэтому правительство обратилось к людям с просьбой просто брать детей тех родителей, о которых не было известно, погибли они или не погибли, они просто исчезли на тот момент. Этих детей принимали в советские семьи. Как раз они и не являлись статусно сиротами, просто были дети без вести пропавших родителей. На сегодняшний день это немножко другой подход, в том числе и со стороны финансов.
-
О. СЕВЕРСКАЯ - Мы говорим с Владимиром Васильевым о его законопроекте о патронатном воспитании. Он будет рассматриваться завтра во втором чтении в Мосгордуме, и возможно, будет принят уже как закон, и это будет действительно хорошо. Мы уже говорили о том, что патронатное воспитание позволяет разграничить ответственность, соответственно, увеличить ответственность по защите прав и законных интересов ребенка, разграничить между родителем, патронатным воспитанием и уполномоченной службой или соответствующим государственным учреждением. То есть дитя получает сразу три няньки, и совершенно не поступается своими правами. Ведь не только интересы ребенка соблюдаются при введении этого законопроекта, но и, наверное, интересы патронатных родителей. Я знаю, что вы проводили очень интересное исследование, и стало известно, кто бы хотел принять участие в этой деятельности, и может быть, решить и какие-то свои проблемы тоже.
В. ВАСИЛЬЕВ - Да. Во-первых, надо сказать, что на первом плане у нас стоят интересы ребенка. Мы должны защитить его и дать ему право, которое подтверждено мировыми конвенциями, что он должен воспитываться в семье. Лучше, конечно, когда он воспитывается в своей родной семье. Но если родная семья не справляется с этими обязанностями и нуждается в помощи, тогда на помощь должен придти патронат. Еще раз подчеркиваю, что ребенок не забирается насовсем, не передается с полными правами патронатным родителям. Таким образом, он как бы в конечном итоге может быть и отдан под любую другую форму семейного воспитания: на усыновление, в приемную семью, под опеку или попечительство. Наверное, будет интересно, часто мне задают такой вопрос: "А что, у нас в Москве много таких семей, которые хотели бы взять?" Действительно, значительно больше, чем мы думали. Хотя, прежде чем попасть в базу данных, каждая семья или отдельные граждане, которые изъявили такое желание, а иногда и неполные семьи, когда один родитель воспитывает своего ребенка и желает взять на патронат другого, когда проводились тестовые исследования, расклад был примерно такой. Из 200 семей в лучшем случае 90-100 проходят определенное тестирование, первый шаг к занесению их в базу данных. Среди людей, которые изъявляют желание взять на патронатное воспитание детей, а сегодня надо сказать, что 82 ребенка уже находятся в 52 таких патронатных семьях, среди тех, кто желает взять таких детей, как правило, люди среднего возраста, от 40 до 50 лет. Это говорит о том, что эти люди уже имеют определенный социальный опыт, определенный статус в обществе.
О. СЕВЕРСКАЯ - Просто зрелые люди.
В. ВАСИЛЬЕВ - Да, уже зрелые люди. Чаще всего это бывают люди, которые не имеют своих детей. 12% прошедших тестирование потеряли своих детей в раннем возрасте, и сегодня они имеют такой возраст, в котором не рискуют рожать своего ребенка. И большое количество семей, где уже есть дети. Мы с вами можем посчитать, в 45-летнем возрасте детям примерно по 17-20 лет. Поэтому семья считает, что она может принять еще одного (или двух) ребенка на такое воспитание и дать ему должный уровень жизни, тепло, опору в этой жизни, и таким образом, помочь ему обрести свое место в нашем обществе.
О. СЕВЕРСКАЯ - Мы говорим о том, кто хотел бы принять участие в этом проекте, и пришел вопрос в тему. Какие критерии при оценке, может или не может семья взять на патронат ребенка? Может, будут предъявляться какие-то особые требования. Как будет определяться, не хочет ли взрослый, как пишет наш слушатель, просто поиграть в куклы, взяв ребенка? Возможен ли при каких-то условиях разрыв договора?
В. ВАСИЛЬЕВ - Это действительно вопрос в тему. Я даже хотел продолжить разговор о том, что иногда есть ощущение, что взрослые люди решают поиграть с ребенком и думают, что это хорошая, очень интересная игрушка, причем не дорогостоящая, а, наоборот, за нее еще и заплатят. Те, кто с такими мыслями пытается придти, как правило, быстро разочаровываются, по следующим обстоятельствам. Во-первых, это выясняется в момент тестирования, мотивы (почему вы берете этого ребенка) всегда должны быть на первом плане. Во-вторых, если уж каким-то путем удалось пройти тестирование и все-таки взять ребенка к себе домой, то они очень быстро убеждаются, что ребенок не выключается тумблером где-то в районе спины, и он может поднять и в 2 часа ночи, и в 4 часа утра объявить о своих проблемах. Здесь эти патронатные неудавшиеся родители четко понимают, что это не для них. Такие случаи редки, потому что тестирование все-таки позволяет выявить истинных желающих взять на патронатное воспитание, но все-таки они были. И были моменты, когда приходилось подбирать ребенку новую семью. Причем она именно подбирается по психологической совместимости, по рассмотрению того, в каких условиях проживает эта семья. Здесь есть один момент, который, кстати, прослеживается и при создании приемных семей. Психологи считают, что не очень правильно, и может быть, даже неэтично выяснять материальное положение семьи, которая хочет взять этого ребенка. Я считаю, что это не совсем верная позиция, потому что любовь к детям, к процессу воспитания - это еще не все, что нужно, для того чтобы этот процесс был удачным. Я встречался с такими приемными семьями, где муж и жена взяли 9 приемных детей, имея трех своих. В конечном итоге семья вообще распалась. Мужчина уже просто не выдержал такого наплыва энергетических затрат, он ушел из семьи, и женщина осталась одна. На сегодняшний день с четырьмя приемными детьми, но, тем не менее, мне кажется, что при всей своей теплоте, при всем своем женском отношении к этому вопросу она очень тяжело переживает и понимает, что не всегда она может дать детям то, что они требуют от нее. Поэтому мне кажется, что, хоть как-то подспудно, но материальный фактор здесь должен присутствовать. Когда отбирают кандидатов в патронатные родители (воспитатели), то, конечно, должно учитываться, в каких условиях проживает эта семья. Ни в коем случае не должно отдаваться с попыткой еще и получить новую жилплощадь под этого ребенка. Я сразу предупреждаю, что законопроект не предполагает никаких дополнительных льгот или предоставления чего-либо вне очереди в связи с тем, что кто-то взял. Хотя мне могут возразить: на Западе есть определенные льготы для тех, кто берет детей на патронат. Там есть такое. Но думаю, что можно будет в дальнейшем рассматривать, предположим, четкое медицинское обслуживание такого ребенка и такой семьи, чтобы не было больших стояний в очередях с этим ребенком. Я думаю, что это можно будет предусмотреть и социально защитить эти семьи от тех моментов, которые присутствуют в нашей каждодневной жизни.
О. СЕВЕРСКАЯ - Слушатели обращают наше внимание еще на один момент. Мы говорили о том, что ребенок, который воспитывается в неполной семье, может получить и патронатных родителей. Но ведь обычно, когда женщина воспитывает ребенка одна, она получает алименты. Как будет решаться вопрос в этом случае? Не может ли отец выступить против того, чтобы ребенок был передан на патронат?
В. ВАСИЛЬЕВ - Во-первых, передача на патронат в лучшем случае должна осуществляться при согласии родителей. То есть они должны быть убеждены, со стороны этой специальной уполномоченной службы Подчеркиваю, что мы не называем, что какой-то детский дом будет этим заниматься, это просто на сегодняшний день этим занялся детдом 19, и показал нам модель этой службы. Так вот, в задачу этой службы входит в первую очередь убеждение родителей в том, что ребенок нуждается в такой помощи. И уж если такого не происходит, и они не занимаются его воспитанием, то, конечно, тогда дело должно быть доведено до суда, и по суду будет принято такое решение. Вы заметили, сейчас много говорят о "Курске", погибшем атомоходе. А Вы знаете, что там появились даже отцы, которых по 20 лет не видели, а сегодня они предъявляют претензии и требуют своей доли от тех материальных возмещений, которые выплачены семьям. Этот поступок можно назвать даже аморальным, но, тем не менее, юридически они имеют на это право. Первое - это согласие родителей и убежденность их в том, что их ребенок нуждается в таком виде помощи.
О. СЕВЕРСКАЯ - Владимир Алексеевич, есть еще один вопрос, боюсь, что уже только на "да" и "нет". Александр Николаевич спрашивает: "Иностранные граждане могут стать патронатными родителями, с Вашей точки зрения?"
В. ВАСИЛЬЕВ - Вопрос интересный. В законопроекте не предполагается передача под патронат именно иностранным воспитателям.
О. СЕВЕРСКАЯ - Может быть, об этом стоит подумать?
В. ВАСИЛЬЕВ - Не знаю. Я думаю, у нас достаточно законодательной базы для того, чтобы передавать в иностранные семьи на усыновление наших детей. Сегодня это у нас не запрещено, хотя к этому у всех разное отношение. Кто говорит о разбазаривании генофонда, кто о том, что, слава богу, что там дети получают должное воспитание, обслуживание, а часто медицинскую помощь, которую они не смогли бы получить на нашей родной грешной земле.
О. СЕВЕРСКАЯ - В общем, это две разные сферы.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Владимир Васильев, депутат Мосгордумы.