Андрей Черкизов - Интервью - 2000-10-30

30 октября 2000 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Андрей Черкизов, политический обозреватель.

Эфир ведет Сергей Корзун.

С.КОРЗУН: Добрый вечер. Я сказал, что ты немного умиротворенный после той ночи. Это соответствует действительности или нет?

А.ЧЕРКИЗОВ: В общем, да. 7 часов свое влияние оказывают.

С.КОРЗУН: Поскольку ты имел возможность так обширно общаться со слушателями, но не все, видимо, тебя слушали, а может быть хочется по второму разу, что было главным в вопросах, которые задавали?

А.ЧЕРКИЗОВ: Во-первых, главным было обилие. Я очень боялся, что то, что называется "час между собакой и волком" - от 5 до 7 по старому времени - не будет звонков, я подготовил какие-то повторы Ничего подобного! Звонки были до упора. Я должен сразу принести извинения перед радиослушателями. Я первый раз в жизни работал с пейджером и где-то в полшестого сообразил, что я отвечаю на вопросы, поступившие где-то в полтретьего ночи. И потом мне пришлось срочно уходить назад, в самый конец, и смотреть, что пришло. Что при этом поразило: не было дорогих товарищей "пациентов". Чуть-чуть антисемитов, но это не смертельно. Не было хамских звонков по телефону. Я предложил тем, кто очень хочет до меня дозвониться, оставить свои телефоны звукорежиссеру, а я их вызвоню. Разговоры были довольно серьезные, по-моему, ты слышал один, связанный с "Курском", с подлодкой.

С.КОРЗУН: Что еще было, кроме подлодки?

А.ЧЕРКИЗОВ: Ну, Путин вечная тема. Что он делает много хорошего, а я к нему скверно отношусь. Я, правда, тупо задавал один и тот же вопрос: а что он делает? Я даже предложил: ну, назовите мне что-нибудь, что он сделал такого уж очень полезного пока что. Ну, может быть, сделает, кто против Естественно, Израиль-Палестина. Всем, кто звонил по этим сюжетам, мы в конце моего эфира сделали подарок: он закрылся мелодией "Шолом-Алейхем".

С.КОРЗУН: Это, кстати, ответ Генриетты на пейджер: "Для Андрея Черкизова. Вы большая умница, совершенно прекрасен был последний музыкальный номер". Это он и был?

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, это он и был. Я сказал, что всю западную музыку подготовил ты в рамках проекта "10-2000", русские на моей совести, а последняя мелодия это он нас всех троих, от Надежды Орловой, Зубовой и от меня.

С.КОРЗУН: Было в вопросах или в ходе беседы что-нибудь, что тебя удивило?

А.ЧЕРКИЗОВ: Были вопросы, которые меня немножко заставили думать. В частности, что мне не нравится в жизни западных стран и что мне нравится в жизни моей страны. Я дал слово, что я буду думать и когда додумаюсь

С.КОРЗУН: То есть сегодня еще не готов ответить?

А.ЧЕРКИЗОВ: В самых общих чертах я говорил это немножко другими словами в ночь субботы. В жизни западных стран мне нравятся их человеческие измерения, их уютность, их соразмерность человеку. Как хороший костюм: нигде ничего не вытарчивает. Не нравится, естественно, мне в жизни моей страны (хотя меня об этом не спрашивали) такая неухоженность, заброшенность, неаккуратность. Вообще это очень сложно. Что мне нравится в папе и в маме? Что мне нравится в моей стране? То, что она есть, что это страна моего любимого языка, потрясающей культуры. И мне нравится то не очень заметное упрямство, с которым энная часть граждан моей страны встает с колен и начинает торить свою тропу. То неожиданное количество self-made manов Хотя мне очень не нравится, что в моей стране мои сограждане так много ноют. Но помимо нытиков есть люди, которые тихо и аккуратно, в очень неудобных условиях, потому что государство им ни коим образом не помогает, а наоборот, только морочит головы Я бы, например, сейчас, в 2000-м году не рискнул завести свой собственный бизнес. Потому что еще такое количество преград и препон, что это не для меня. И поэтому люди, которые хотя бы свой мелкий бизнес создают, пытаются жить отдельно от государства, обеспечивают себя, свою семью, своих родных, любимых и не ноют вот это мне очень нравится в моих согражданах. И мне очень нравится в моих согражданах, как ни странно, их терпимость. Они не громят магазины, ларьки, киоски. Я никогда не забуду эту ночь с 3 на 4 октября 1993 года, мы еще жили на Никольской. Если ты помнишь, у нас тогда кончились все сигареты, я тогда собрал деньги и пошел искать курево. И нашел курево, единственный киоск работал возле "Националя". Милиции не было видно, никого. Ходили люди, немножко нетрезвые, немножко с арматурой в руках, но я не видел ни одной разбитой витрины! Вот это то, что меня потрясло. И абсолютный порядок. Очередь стояла за табаком от "Националя" до мэрии. Когда я показал ксиву, что я "Эхо Москвы", вот денежка на сигареты, чувак вышел и говорит: "Так, пипл, чувак с "Эха Москвы" просит сигареты, их осталось мало. Можно продать?" И очередь, представляешь, разом сказала: "Продайте!" Вот то, что граждане моей страны не бандиты в своей массе, а цивилизованные люди, мне очень нравится, и поэтому мне очень приятно, что я имею в моей стране к моим согражданам некоторое касательство.

С.КОРЗУН: Очень много комплиментов и вопросов по поводу того, будет ли продолжаться

А.ЧЕРКИЗОВ: Это не ко мне, это к руководству радиостанции.

С.КОРЗУН: Вот приедет Леша и скажет.

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, Леша, Бунтман, Корзун вы там решайте. А Баба Яга за.

С.КОРЗУН: На самом деле, если есть драйв на это дело почему бы нет

А.ЧЕРКИЗОВ: Страшно было до жути, но ничего. Как сказали звукорежиссеры (а я сел за пульт специально), накладок было на удивление мало. Значит, талант не пропьешь и не забудешь.

-

С.КОРЗУН: С прошедшей ночью закончили, есть вопросы новые на пейджер. "Почему нельзя Иерусалим сделать городом-государством под охраной ЮНЕСКО и ООН?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Может быть и можно, это разумно. Папа Римский предложил сделать Иерусалим городом под охраной Господа Бога. Только для этого надо, чтобы представители Израиля и представители Палестины сняли каждый свой лозунг: "Иерусалим наша столица, единая и неделимая". А покуда Израиль говорит, что наша, единая и неделимая, а Арафат говорит: "Восточный Иерусалим". Если и когда этот лозунг будет снят, станет понятно, что, как говорил Александр Лившиц, делиться надо, надо уходить от максималистических требований, тогда, может быть, можно придумать какую-то человеческую форму, никого не обижающую и дающую возможность и мусульманам, и иудеям, и христианам общаться со своими святынями, которая устроит всех.

С.КОРЗУН: Следующий вопрос от Ильи: "Андрей, скажите пожалуйста, что Вы думаете о публикации в "Новой газете" про выборы в регионах?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Я абсолютно доверяю этим документам. Я думаю, что это честная утечка, которая показала тот механизм, который использует администрация президента. Мне он не нравится в принципе, но мне нравится, что этот механизм основывается на законе и на судебной процедуре. Значит, надо еще раз продумывать законы, чтобы они не превращались в дубину в руках господина Путина и его администрации, значит, надо усиливать независимость судей от местных властей, чтобы на них нельзя было давить ни собственно местным властям, ни Кремлю, а вот такая независимость действительная и настоящая. И эта изощренность кремлевской администрации лишает возможности избирателей высказать свою волю. Но эта изощренность представляется мне вполне цивилизованной, поэтому таких правовых возражений у меня нет, хотя этические и моральные, конечно, есть.

С.КОРЗУН: "Прошу высказать Ваше личное отношение к шахматному матчу Каспаров-Крамник и Ваше отношение к Карпову".

А.ЧЕРКИЗОВ: К Карпову у меня нет никакого отношения. Это великий шахматист, и если бы я играл в шахматы, я мог бы каким-то образом оценивать его шахматное творчество. В шахматах я, естественно, знаю две вещи: ход е-2 е-4 и что конь ходит буквой "Г", три к одному. Вот все, что я знаю. Еще, по-моему, ладья ходит по диагонали.

С.КОРЗУН: Наоборот.

А.ЧЕРКИЗОВ: Это доказывает, что я не знаю. Как я отношусь к мачту Каспаров-Крамник? Я вижу, что Гарри себе не подбирал удобного противника, я вижу, что на смену Каспарову, гениальному шахматисту, приходит, как мне кажется, не менее сильный шахматист. Я очень хочу, чтобы Гарри выиграл. Я болею вообще за Каспарова, еще с его первых матчей Каспаров-Карпов, а во-вторых, я всегда болею за тех, кто проигрывает.

С.КОРЗУН: Соображение от Федора по поводу аудитории: "Господин Черкизов, аудитория "Эха Москвы" по сравнению с 91-м годом резко изменилась, стало больше националистов и людей, которые слушают Вас с недоверием, только чтобы возражать".

А.ЧЕРКИЗОВ: Я не говорил ни слова об аудитории "Эха Москвы". Я говорил о своих согражданах. Но то, что я читал на пейджере (я не все читал, там было огромное количество посланий), то, что я слышал по телефону, то, что мне говорили люди в Интернете, показывает абсолютную вменяемость нашей аудитории, как и то, что товарищи "пациенты" не проявились в том количестве, которое потребовало бы от меня резкости, наездов на них, может быть, откровенной грубости.

С.КОРЗУН: У меня даже есть версия. Может быть, это замечание отчасти верное. Аудитория наша расширилась с 91-го и с 93-го года, и слушают не только те, кто поддерживал в эти годы начинающиеся демократические преобразования, но и другие, поскольку мы стали источником информации для всех. Ровно поэтому и спорят.

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, ровно поэтому и аудитория разная. Но что мне чрезвычайно приятно что даже если слушатель крайне негативно относится к Черкизову, он Черкизова слушает. Очень хорошо.

С.КОРЗУН: Подтверждений на пейджере огромное количество. Вопрос от Сергея: "Как Вы относитесь к слухам о том, что Лужков решил баллотироваться через 3 года на 3-й срок, и кого Вы видите его преемником?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Ой, рано, сыро еще, дайте Юрию Михайловичу второй срок отработать.

С.КОРЗУН: Его "Коммерсантъ" чуть не отстранил.

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, был такой материал. Не знаю я, не могу сказать 30 октября 2000 года, кто будет конкурентом Лужкова в 2003 году. Я не знаю, кто будет конкурентом Путину, а вы говорите о Лужкове. Дайте дожить.

С.КОРЗУН: Андрей просит прокомментировать ситуацию с организацией "Скинхэд". Не кажется ли Вам, что это представляет определенную угрозу? Был об этом разговор ночью?

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, разговора не было. К скинхэдам я отношусь с точным неприятием и негодованием, но я считаю, что это организация, которой должны пристально заниматься, как и всякими хулиганами. Тем более что это не просто хулиганы, это хулиганы организованные, хулиганы расиствующие. Ими должны заниматься органы правопорядка. То, что наши органы правопорядка чрезвычайно либеральны по отношению ко всему этому дерьму, это, наверно, проблема наших органов правопорядка.

С.КОРЗУН: Просят прокомментировать прошедший в воскресенье пикет молодого "Яблока" по поводу профессиональной армии.

А.ЧЕРКИЗОВ: Если бы я про это что-нибудь знал Моя позиция по отношению к профессиональной армии давно всем известна. Я считаю, что во-первых, профессиональная армия должна создаваться, во-вторых, планомерно и продуманно, в-третьих, деньги на это жалеть нельзя. Но мне бы хотелось, чтобы это была армия профессионалов, а не армия наемников или контрактников, тех, которые сегодня воюют в Чечне. Как известно, даже офицеры, воюющие в Чечне, полагают многих контрактников отморозками. Вот мне бы хотелось, чтобы это была действительно профессиональная армия (и этим надо очень серьезно заниматься), а не банда профессионалов.

С.КОРЗУН: Вопрос от Кирюши: "Скажите пожалуйста, что такое "драйв"?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Посыл какой-то внутренний. Как это слово с английского переводится, понятия не имею, но по-французски, наверно, синоним - "courage". Это некий внутренний посыл, который движет вашими действиями, который дает вам энергетику, дает вам ускорение

С.КОРЗУН: Адреналин в крови, среди прочего

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. Мой любимый Даль про это, к сожалению, ничего не говорил, такого слова не было в русском языке. Но главное что оно зажило. И мне представляется, что многим людям это слово понятно. Я могу сказать, что когда-то покойный Юлиан Семенов, говоря о том или ином произведении, неважно, кто был автор, проза или кино, говорил: "Пойди посмотри (почитай), там есть яйца!" Вот для него это было высшей характеристикой. То есть есть нерв, есть характер.

С.КОРЗУН: Мужской напор.

А.ЧЕРКИЗОВ: Напор, энергетика Вот драйв это когда "есть яйца", если уж совсем перевести с английского на русский.

С.КОРЗУН: Наушники, пожалуйста. Слушаем вопрос по телефону. Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Это Игорь из Чебоксар. Я хотел бы спросить у Андрея по той же теме вечной, о Путине. Всегда Путин берется за уздцы и вводится туда, куда Вам надо. А я хотел спросить: что если Ваше такое напористое отношение к нему приведет к тому, что Вы его все-таки дискредитируете и народ действительно усомнится в его качествах и изберет другого президента, допустим, Жириновского?

А.ЧЕРКИЗОВ: Если поведение и поступки Путина будут вызывать у меня несогласие и это мое несогласие станет убедительным для большинства моих сограждан, я себя только поглажу по голове и скажу: "Черкизов умный!" Если при этом мои сограждане изберут Жириновского президентом, я скажу: "Черкизов умный, а народ дурак!" Вот и все, что я скажу. И тоже буду с новой позиции критиковать нового президента.

С.КОРЗУН: Собственно, это и есть функции публицистики, поскольку, видимо, "публицистика" - наиболее точное описание жанра, которым занимается в журналистике Андрей Черкизов.

-

С.КОРЗУН: Игорь: "Почему Вы обзываете организации, которые Вам не нравятся? Вот если бы Вас так назвали, да еще и на всю страну!" Это хамство, считает Игорь.

А.ЧЕРКИЗОВ: Например.

С.КОРЗУН: Нет примера не пейджере.

А.ЧЕРКИЗОВ: Организации, которые мне не нравятся Почему я их обзываю? Я их не обзываю, а диагноз ставлю. На доктора не обижаются. А вот не нравится мне гэбуха, ФСБ, с ее методами, которые совершенно не изменились. Она мне не нравится и не будет нравиться. И подбирать добрые слова по отношению к этой организации я не буду. А к офицерам и служащим у меня могут быть совершенно разные отношения.

С.КОРЗУН: Наталья дает сведения по слову "драйв", но мне кажется, твой вариант все-таки лучше. Здесь идет "привод", "передача", "движущий механизм", "приводить в действие", "движущая сила", "двигатель", "запуск".

А.ЧЕРКИЗОВ: Ну бога ради!

С.КОРЗУН: Но твой лучше. "Как Вы относитесь к масонству? Вы сами масон?" вопрос от Людмилы Александровны.

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, я католик. Как я отношусь к масонству? В историческом плане с безумным интересом, потому что то, что я знаю о масонах Я не бог весть какой специалист в этом, я не могу сказать, что эта тема меня всегда безумно интересовала, ну, книжка есть, почитаю. В частности, по-моему, Георгий Вернадский, сын академика Вернадского, эмигрировал после 17-го года, у него серьезные исследования о масонах в жизни России, я когда-то его читал с интересом. Я думаю, еще предстоит рассказать о серьезном вкладе масонов в переход европейского общества от абсолютизма, от Средневековья к Новому времени. Если говорить о масонах сегодня, я про них чрезвычайно мало знаю, потому что, как известно, масоны достаточно законспирированы, я туда не допущен. Кроме того, у них есть запреты обсуждать, если ты туда допущен. Был бы допущен тоже ничего не мог бы говорить. Поэтому не знаю. Когда-то была история этой околомасонской и псевдомасонской ложи "По-2" итальянской, которую возглавлял Личо Джелли, которая ставила не повестку дня переворот в Италии и антиконституционные действия, но их разгромили. Переворотническая деятельность, заговорщическая, если она происходит внутри демократического государства, вызывает у меня возражения, несогласие, потому что демократическое государство дает возможности совершать все перемены легальным путем. Вот Молдавия: была президентская, стала парламентская.

С.КОРЗУН: Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Я бы хотела знать, как вы относитесь к Григорию Явлинскому. Потому что когда были выборы президентские, я голосовала за него.

А.ЧЕРКИЗОВ: И я голосовал за него.

СЛУШАТЕЛЬ: Я очень рада.

А.ЧЕРКИЗОВ: Как я отношусь к Григорию Алексеевичу Явлинскому? С уважением. Ничего больше.

С.КОРЗУН: Аня на пейджер: "Моя 12-летняя дочь интересуется, что бы Вы сделали в первую очередь, если бы стали президентом".

А.ЧЕРКИЗОВ: Насчет того, стал бы или не стал, я давно говорю: лучший президент РФ это я, только об этом никто не знает. За это, кстати, пострадал в свое время совершенно невиновный человек. Что бы я сделал первое? Хороший вопрос. Я подумаю до следующего понедельника и отвечу.

С.КОРЗУН: Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я очень рада, что было мало хамства, а был просто спор ночью.

А.ЧЕРКИЗОВ: Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ: И еще. Меня интересует позиция Евросоюза сейчас по отношению к Путину. Это некое заискивание

А.ЧЕРКИЗОВ: Евросоюз, равно как и граждане РФ, может действовать только в предлагаемых обстоятельствах. У Евросоюза есть данность: Путин В.В. легально избранный и признанный президент государства, которое называется Российская Федерация, постоянный член Совбеза, имеет ядерное оружие и кучу других проблем. Дальше есть два варианта поведения: послать этого Путина В.В. за его нехорошее поведение, тем самым дать ему такую возможность распоясаться, такую возможность делать то, что он хочет, а еще встать в позу обиженного, возбудить в России антизападные настроения ("Как же, нас вышвырнули вон!"), что коммунопатриоты только об этом мечтать могут. Есть другой вариант поведения: втаскивать в обсуждение проблем, обволакивать обязательствами, выражать свое недоумение, недовольство, задавать вопросы, то есть держать Путина за равного собеседника (а он, между прочим, равный собеседник, такой же глава государства, как и они) и понуждать волей-неволей Путина В.В. идти в нужном направлении для Западной Европы, стало быть, и для нас, для либерально настроенных граждан. Стало быть, они выбирают, как я пока вижу, второй, с моей точки зрения наиболее разумный путь. И слава богу Что бы я сделал первым, если бы стал президентом РФ

С.КОРЗУН: Придумал?

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. Я подписал бы указ о захоронении Владимира Ильича Ленина в Санкт-Петербурге на Волковом кладбище, о превращении Мавзолея в музей тоталитаризма, потому что это все-таки исторический памятник. И второе: я собрал бы родственников захороненных у Кремлевской стены и в Кремлевской стене и попросил бы их подумать над вопросом о переносе праха. Немыслимо, когда главная площадь государства погост. Это мое глубочайшее убеждение, я его высказывал еще когда только пришел на "Эхо Москвы", еще и до этого. Вот что бы я сделал. Я понимаю, что я возбудил бы общество, может быть, до избыточного градуса, но я бы объяснил людям, почему я считаю это необходимым. А раз они меня избрали, значит Но я думаю, что если бы я шел на выборы, я бы об этом говорил как о своей программе, я не держал бы это в кармане как такой неприятный сюрприз для граждан страны.

С.КОРЗУН: Ирина просит напомнить, когда ты будешь в "Старом телевизоре"

А.ЧЕРКИЗОВ: Фильм будет 6,7,8 ноября в "Старом телевизоре" в 14 с копейками. Я буду (правда, в записи) 6 ноября. Лев Юрьевич Новоженов со мной общался 20 минут.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Андрей Черкизов, политический обозреватель.

30 октября 2000 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Андрей Черкизов, политический обозреватель.

Эфир ведет Сергей Корзун.

С.КОРЗУН: Добрый вечер. Я сказал, что ты немного умиротворенный после той ночи. Это соответствует действительности или нет?

А.ЧЕРКИЗОВ: В общем, да. 7 часов свое влияние оказывают.

С.КОРЗУН: Поскольку ты имел возможность так обширно общаться со слушателями, но не все, видимо, тебя слушали, а может быть хочется по второму разу, что было главным в вопросах, которые задавали?

А.ЧЕРКИЗОВ: Во-первых, главным было обилие. Я очень боялся, что то, что называется "час между собакой и волком" - от 5 до 7 по старому времени - не будет звонков, я подготовил какие-то повторы Ничего подобного! Звонки были до упора. Я должен сразу принести извинения перед радиослушателями. Я первый раз в жизни работал с пейджером и где-то в полшестого сообразил, что я отвечаю на вопросы, поступившие где-то в полтретьего ночи. И потом мне пришлось срочно уходить назад, в самый конец, и смотреть, что пришло. Что при этом поразило: не было дорогих товарищей "пациентов". Чуть-чуть антисемитов, но это не смертельно. Не было хамских звонков по телефону. Я предложил тем, кто очень хочет до меня дозвониться, оставить свои телефоны звукорежиссеру, а я их вызвоню. Разговоры были довольно серьезные, по-моему, ты слышал один, связанный с "Курском", с подлодкой.

С.КОРЗУН: Что еще было, кроме подлодки?

А.ЧЕРКИЗОВ: Ну, Путин вечная тема. Что он делает много хорошего, а я к нему скверно отношусь. Я, правда, тупо задавал один и тот же вопрос: а что он делает? Я даже предложил: ну, назовите мне что-нибудь, что он сделал такого уж очень полезного пока что. Ну, может быть, сделает, кто против Естественно, Израиль-Палестина. Всем, кто звонил по этим сюжетам, мы в конце моего эфира сделали подарок: он закрылся мелодией "Шолом-Алейхем".

С.КОРЗУН: Это, кстати, ответ Генриетты на пейджер: "Для Андрея Черкизова. Вы большая умница, совершенно прекрасен был последний музыкальный номер". Это он и был?

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, это он и был. Я сказал, что всю западную музыку подготовил ты в рамках проекта "10-2000", русские на моей совести, а последняя мелодия это он нас всех троих, от Надежды Орловой, Зубовой и от меня.

С.КОРЗУН: Было в вопросах или в ходе беседы что-нибудь, что тебя удивило?

А.ЧЕРКИЗОВ: Были вопросы, которые меня немножко заставили думать. В частности, что мне не нравится в жизни западных стран и что мне нравится в жизни моей страны. Я дал слово, что я буду думать и когда додумаюсь

С.КОРЗУН: То есть сегодня еще не готов ответить?

А.ЧЕРКИЗОВ: В самых общих чертах я говорил это немножко другими словами в ночь субботы. В жизни западных стран мне нравятся их человеческие измерения, их уютность, их соразмерность человеку. Как хороший костюм: нигде ничего не вытарчивает. Не нравится, естественно, мне в жизни моей страны (хотя меня об этом не спрашивали) такая неухоженность, заброшенность, неаккуратность. Вообще это очень сложно. Что мне нравится в папе и в маме? Что мне нравится в моей стране? То, что она есть, что это страна моего любимого языка, потрясающей культуры. И мне нравится то не очень заметное упрямство, с которым энная часть граждан моей страны встает с колен и начинает торить свою тропу. То неожиданное количество self-made manов Хотя мне очень не нравится, что в моей стране мои сограждане так много ноют. Но помимо нытиков есть люди, которые тихо и аккуратно, в очень неудобных условиях, потому что государство им ни коим образом не помогает, а наоборот, только морочит головы Я бы, например, сейчас, в 2000-м году не рискнул завести свой собственный бизнес. Потому что еще такое количество преград и препон, что это не для меня. И поэтому люди, которые хотя бы свой мелкий бизнес создают, пытаются жить отдельно от государства, обеспечивают себя, свою семью, своих родных, любимых и не ноют вот это мне очень нравится в моих согражданах. И мне очень нравится в моих согражданах, как ни странно, их терпимость. Они не громят магазины, ларьки, киоски. Я никогда не забуду эту ночь с 3 на 4 октября 1993 года, мы еще жили на Никольской. Если ты помнишь, у нас тогда кончились все сигареты, я тогда собрал деньги и пошел искать курево. И нашел курево, единственный киоск работал возле "Националя". Милиции не было видно, никого. Ходили люди, немножко нетрезвые, немножко с арматурой в руках, но я не видел ни одной разбитой витрины! Вот это то, что меня потрясло. И абсолютный порядок. Очередь стояла за табаком от "Националя" до мэрии. Когда я показал ксиву, что я "Эхо Москвы", вот денежка на сигареты, чувак вышел и говорит: "Так, пипл, чувак с "Эха Москвы" просит сигареты, их осталось мало. Можно продать?" И очередь, представляешь, разом сказала: "Продайте!" Вот то, что граждане моей страны не бандиты в своей массе, а цивилизованные люди, мне очень нравится, и поэтому мне очень приятно, что я имею в моей стране к моим согражданам некоторое касательство.

С.КОРЗУН: Очень много комплиментов и вопросов по поводу того, будет ли продолжаться

А.ЧЕРКИЗОВ: Это не ко мне, это к руководству радиостанции.

С.КОРЗУН: Вот приедет Леша и скажет.

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, Леша, Бунтман, Корзун вы там решайте. А Баба Яга за.

С.КОРЗУН: На самом деле, если есть драйв на это дело почему бы нет

А.ЧЕРКИЗОВ: Страшно было до жути, но ничего. Как сказали звукорежиссеры (а я сел за пульт специально), накладок было на удивление мало. Значит, талант не пропьешь и не забудешь.

-

С.КОРЗУН: С прошедшей ночью закончили, есть вопросы новые на пейджер. "Почему нельзя Иерусалим сделать городом-государством под охраной ЮНЕСКО и ООН?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Может быть и можно, это разумно. Папа Римский предложил сделать Иерусалим городом под охраной Господа Бога. Только для этого надо, чтобы представители Израиля и представители Палестины сняли каждый свой лозунг: "Иерусалим наша столица, единая и неделимая". А покуда Израиль говорит, что наша, единая и неделимая, а Арафат говорит: "Восточный Иерусалим". Если и когда этот лозунг будет снят, станет понятно, что, как говорил Александр Лившиц, делиться надо, надо уходить от максималистических требований, тогда, может быть, можно придумать какую-то человеческую форму, никого не обижающую и дающую возможность и мусульманам, и иудеям, и христианам общаться со своими святынями, которая устроит всех.

С.КОРЗУН: Следующий вопрос от Ильи: "Андрей, скажите пожалуйста, что Вы думаете о публикации в "Новой газете" про выборы в регионах?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Я абсолютно доверяю этим документам. Я думаю, что это честная утечка, которая показала тот механизм, который использует администрация президента. Мне он не нравится в принципе, но мне нравится, что этот механизм основывается на законе и на судебной процедуре. Значит, надо еще раз продумывать законы, чтобы они не превращались в дубину в руках господина Путина и его администрации, значит, надо усиливать независимость судей от местных властей, чтобы на них нельзя было давить ни собственно местным властям, ни Кремлю, а вот такая независимость действительная и настоящая. И эта изощренность кремлевской администрации лишает возможности избирателей высказать свою волю. Но эта изощренность представляется мне вполне цивилизованной, поэтому таких правовых возражений у меня нет, хотя этические и моральные, конечно, есть.

С.КОРЗУН: "Прошу высказать Ваше личное отношение к шахматному матчу Каспаров-Крамник и Ваше отношение к Карпову".

А.ЧЕРКИЗОВ: К Карпову у меня нет никакого отношения. Это великий шахматист, и если бы я играл в шахматы, я мог бы каким-то образом оценивать его шахматное творчество. В шахматах я, естественно, знаю две вещи: ход е-2 е-4 и что конь ходит буквой "Г", три к одному. Вот все, что я знаю. Еще, по-моему, ладья ходит по диагонали.

С.КОРЗУН: Наоборот.

А.ЧЕРКИЗОВ: Это доказывает, что я не знаю. Как я отношусь к мачту Каспаров-Крамник? Я вижу, что Гарри себе не подбирал удобного противника, я вижу, что на смену Каспарову, гениальному шахматисту, приходит, как мне кажется, не менее сильный шахматист. Я очень хочу, чтобы Гарри выиграл. Я болею вообще за Каспарова, еще с его первых матчей Каспаров-Карпов, а во-вторых, я всегда болею за тех, кто проигрывает.

С.КОРЗУН: Соображение от Федора по поводу аудитории: "Господин Черкизов, аудитория "Эха Москвы" по сравнению с 91-м годом резко изменилась, стало больше националистов и людей, которые слушают Вас с недоверием, только чтобы возражать".

А.ЧЕРКИЗОВ: Я не говорил ни слова об аудитории "Эха Москвы". Я говорил о своих согражданах. Но то, что я читал на пейджере (я не все читал, там было огромное количество посланий), то, что я слышал по телефону, то, что мне говорили люди в Интернете, показывает абсолютную вменяемость нашей аудитории, как и то, что товарищи "пациенты" не проявились в том количестве, которое потребовало бы от меня резкости, наездов на них, может быть, откровенной грубости.

С.КОРЗУН: У меня даже есть версия. Может быть, это замечание отчасти верное. Аудитория наша расширилась с 91-го и с 93-го года, и слушают не только те, кто поддерживал в эти годы начинающиеся демократические преобразования, но и другие, поскольку мы стали источником информации для всех. Ровно поэтому и спорят.

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, ровно поэтому и аудитория разная. Но что мне чрезвычайно приятно что даже если слушатель крайне негативно относится к Черкизову, он Черкизова слушает. Очень хорошо.

С.КОРЗУН: Подтверждений на пейджере огромное количество. Вопрос от Сергея: "Как Вы относитесь к слухам о том, что Лужков решил баллотироваться через 3 года на 3-й срок, и кого Вы видите его преемником?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Ой, рано, сыро еще, дайте Юрию Михайловичу второй срок отработать.

С.КОРЗУН: Его "Коммерсантъ" чуть не отстранил.

А.ЧЕРКИЗОВ: Да, был такой материал. Не знаю я, не могу сказать 30 октября 2000 года, кто будет конкурентом Лужкова в 2003 году. Я не знаю, кто будет конкурентом Путину, а вы говорите о Лужкове. Дайте дожить.

С.КОРЗУН: Андрей просит прокомментировать ситуацию с организацией "Скинхэд". Не кажется ли Вам, что это представляет определенную угрозу? Был об этом разговор ночью?

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, разговора не было. К скинхэдам я отношусь с точным неприятием и негодованием, но я считаю, что это организация, которой должны пристально заниматься, как и всякими хулиганами. Тем более что это не просто хулиганы, это хулиганы организованные, хулиганы расиствующие. Ими должны заниматься органы правопорядка. То, что наши органы правопорядка чрезвычайно либеральны по отношению ко всему этому дерьму, это, наверно, проблема наших органов правопорядка.

С.КОРЗУН: Просят прокомментировать прошедший в воскресенье пикет молодого "Яблока" по поводу профессиональной армии.

А.ЧЕРКИЗОВ: Если бы я про это что-нибудь знал Моя позиция по отношению к профессиональной армии давно всем известна. Я считаю, что во-первых, профессиональная армия должна создаваться, во-вторых, планомерно и продуманно, в-третьих, деньги на это жалеть нельзя. Но мне бы хотелось, чтобы это была армия профессионалов, а не армия наемников или контрактников, тех, которые сегодня воюют в Чечне. Как известно, даже офицеры, воюющие в Чечне, полагают многих контрактников отморозками. Вот мне бы хотелось, чтобы это была действительно профессиональная армия (и этим надо очень серьезно заниматься), а не банда профессионалов.

С.КОРЗУН: Вопрос от Кирюши: "Скажите пожалуйста, что такое "драйв"?"

А.ЧЕРКИЗОВ: Посыл какой-то внутренний. Как это слово с английского переводится, понятия не имею, но по-французски, наверно, синоним - "courage". Это некий внутренний посыл, который движет вашими действиями, который дает вам энергетику, дает вам ускорение

С.КОРЗУН: Адреналин в крови, среди прочего

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. Мой любимый Даль про это, к сожалению, ничего не говорил, такого слова не было в русском языке. Но главное что оно зажило. И мне представляется, что многим людям это слово понятно. Я могу сказать, что когда-то покойный Юлиан Семенов, говоря о том или ином произведении, неважно, кто был автор, проза или кино, говорил: "Пойди посмотри (почитай), там есть яйца!" Вот для него это было высшей характеристикой. То есть есть нерв, есть характер.

С.КОРЗУН: Мужской напор.

А.ЧЕРКИЗОВ: Напор, энергетика Вот драйв это когда "есть яйца", если уж совсем перевести с английского на русский.

С.КОРЗУН: Наушники, пожалуйста. Слушаем вопрос по телефону. Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Это Игорь из Чебоксар. Я хотел бы спросить у Андрея по той же теме вечной, о Путине. Всегда Путин берется за уздцы и вводится туда, куда Вам надо. А я хотел спросить: что если Ваше такое напористое отношение к нему приведет к тому, что Вы его все-таки дискредитируете и народ действительно усомнится в его качествах и изберет другого президента, допустим, Жириновского?

А.ЧЕРКИЗОВ: Если поведение и поступки Путина будут вызывать у меня несогласие и это мое несогласие станет убедительным для большинства моих сограждан, я себя только поглажу по голове и скажу: "Черкизов умный!" Если при этом мои сограждане изберут Жириновского президентом, я скажу: "Черкизов умный, а народ дурак!" Вот и все, что я скажу. И тоже буду с новой позиции критиковать нового президента.

С.КОРЗУН: Собственно, это и есть функции публицистики, поскольку, видимо, "публицистика" - наиболее точное описание жанра, которым занимается в журналистике Андрей Черкизов.

-

С.КОРЗУН: Игорь: "Почему Вы обзываете организации, которые Вам не нравятся? Вот если бы Вас так назвали, да еще и на всю страну!" Это хамство, считает Игорь.

А.ЧЕРКИЗОВ: Например.

С.КОРЗУН: Нет примера не пейджере.

А.ЧЕРКИЗОВ: Организации, которые мне не нравятся Почему я их обзываю? Я их не обзываю, а диагноз ставлю. На доктора не обижаются. А вот не нравится мне гэбуха, ФСБ, с ее методами, которые совершенно не изменились. Она мне не нравится и не будет нравиться. И подбирать добрые слова по отношению к этой организации я не буду. А к офицерам и служащим у меня могут быть совершенно разные отношения.

С.КОРЗУН: Наталья дает сведения по слову "драйв", но мне кажется, твой вариант все-таки лучше. Здесь идет "привод", "передача", "движущий механизм", "приводить в действие", "движущая сила", "двигатель", "запуск".

А.ЧЕРКИЗОВ: Ну бога ради!

С.КОРЗУН: Но твой лучше. "Как Вы относитесь к масонству? Вы сами масон?" вопрос от Людмилы Александровны.

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, я католик. Как я отношусь к масонству? В историческом плане с безумным интересом, потому что то, что я знаю о масонах Я не бог весть какой специалист в этом, я не могу сказать, что эта тема меня всегда безумно интересовала, ну, книжка есть, почитаю. В частности, по-моему, Георгий Вернадский, сын академика Вернадского, эмигрировал после 17-го года, у него серьезные исследования о масонах в жизни России, я когда-то его читал с интересом. Я думаю, еще предстоит рассказать о серьезном вкладе масонов в переход европейского общества от абсолютизма, от Средневековья к Новому времени. Если говорить о масонах сегодня, я про них чрезвычайно мало знаю, потому что, как известно, масоны достаточно законспирированы, я туда не допущен. Кроме того, у них есть запреты обсуждать, если ты туда допущен. Был бы допущен тоже ничего не мог бы говорить. Поэтому не знаю. Когда-то была история этой околомасонской и псевдомасонской ложи "По-2" итальянской, которую возглавлял Личо Джелли, которая ставила не повестку дня переворот в Италии и антиконституционные действия, но их разгромили. Переворотническая деятельность, заговорщическая, если она происходит внутри демократического государства, вызывает у меня возражения, несогласие, потому что демократическое государство дает возможности совершать все перемены легальным путем. Вот Молдавия: была президентская, стала парламентская.

С.КОРЗУН: Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Я бы хотела знать, как вы относитесь к Григорию Явлинскому. Потому что когда были выборы президентские, я голосовала за него.

А.ЧЕРКИЗОВ: И я голосовал за него.

СЛУШАТЕЛЬ: Я очень рада.

А.ЧЕРКИЗОВ: Как я отношусь к Григорию Алексеевичу Явлинскому? С уважением. Ничего больше.

С.КОРЗУН: Аня на пейджер: "Моя 12-летняя дочь интересуется, что бы Вы сделали в первую очередь, если бы стали президентом".

А.ЧЕРКИЗОВ: Насчет того, стал бы или не стал, я давно говорю: лучший президент РФ это я, только об этом никто не знает. За это, кстати, пострадал в свое время совершенно невиновный человек. Что бы я сделал первое? Хороший вопрос. Я подумаю до следующего понедельника и отвечу.

С.КОРЗУН: Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я очень рада, что было мало хамства, а был просто спор ночью.

А.ЧЕРКИЗОВ: Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ: И еще. Меня интересует позиция Евросоюза сейчас по отношению к Путину. Это некое заискивание

А.ЧЕРКИЗОВ: Евросоюз, равно как и граждане РФ, может действовать только в предлагаемых обстоятельствах. У Евросоюза есть данность: Путин В.В. легально избранный и признанный президент государства, которое называется Российская Федерация, постоянный член Совбеза, имеет ядерное оружие и кучу других проблем. Дальше есть два варианта поведения: послать этого Путина В.В. за его нехорошее поведение, тем самым дать ему такую возможность распоясаться, такую возможность делать то, что он хочет, а еще встать в позу обиженного, возбудить в России антизападные настроения ("Как же, нас вышвырнули вон!"), что коммунопатриоты только об этом мечтать могут. Есть другой вариант поведения: втаскивать в обсуждение проблем, обволакивать обязательствами, выражать свое недоумение, недовольство, задавать вопросы, то есть держать Путина за равного собеседника (а он, между прочим, равный собеседник, такой же глава государства, как и они) и понуждать волей-неволей Путина В.В. идти в нужном направлении для Западной Европы, стало быть, и для нас, для либерально настроенных граждан. Стало быть, они выбирают, как я пока вижу, второй, с моей точки зрения наиболее разумный путь. И слава богу Что бы я сделал первым, если бы стал президентом РФ

С.КОРЗУН: Придумал?

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. Я подписал бы указ о захоронении Владимира Ильича Ленина в Санкт-Петербурге на Волковом кладбище, о превращении Мавзолея в музей тоталитаризма, потому что это все-таки исторический памятник. И второе: я собрал бы родственников захороненных у Кремлевской стены и в Кремлевской стене и попросил бы их подумать над вопросом о переносе праха. Немыслимо, когда главная площадь государства погост. Это мое глубочайшее убеждение, я его высказывал еще когда только пришел на "Эхо Москвы", еще и до этого. Вот что бы я сделал. Я понимаю, что я возбудил бы общество, может быть, до избыточного градуса, но я бы объяснил людям, почему я считаю это необходимым. А раз они меня избрали, значит Но я думаю, что если бы я шел на выборы, я бы об этом говорил как о своей программе, я не держал бы это в кармане как такой неприятный сюрприз для граждан страны.

С.КОРЗУН: Ирина просит напомнить, когда ты будешь в "Старом телевизоре"

А.ЧЕРКИЗОВ: Фильм будет 6,7,8 ноября в "Старом телевизоре" в 14 с копейками. Я буду (правда, в записи) 6 ноября. Лев Юрьевич Новоженов со мной общался 20 минут.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Андрей Черкизов, политический обозреватель.