"Грозит ли России новый финансовый кризис" - Андрей Лусников - Интервью - 2000-09-28
28 сентября 2000 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Андрей Лусников, ведущий эксперт информационного агентства "Финмаркет".
Эфир ведет Ольга Северская.
О. СЕВЕРСКАЯ - То, о чем мы будем говорить, можно сформулировать в виде вопроса, грозит ли России новый финансовый кризис. Я предлагаю начать именно с ответа на этот вопрос, который волнует наших слушателей. Они задают его всем нашим гостям. Наверняка, зададут и Вам. Так все-таки, грозит ли России новый финансовый кризис? Вроде бы все благоприятно: производство растет, цена на нефть тоже.
А. ЛУСНИКОВ - Если говорить кратко и не детализировать, то последние несколько дней вероятность наступления нового финансово-экономического кризиса несколько отдалилась от нас. Сейчас есть надежда на то, что в ближайшее время какого-то полномасштабного кризиса мы не увидим. Вероятность кризиса, разумеется, сохраняется. Об этом нам говорит и то, что динамика международных финансовых рынков далека от идеальной, и то, что тот экономический рост, который мы наблюдаем в России, по-прежнему в основном базируется на благоприятной конъюнктуре рынка энергоносителей. Сейчас принимаются меры против того, чтобы цены на нефть росли и дальше. Для России может оказаться крайне опасным, если цены на нефть снизятся не до 25 долларов за баррель, что является уровнем, который, кажется, устраивает все мировое сообщество, а резко пойдут вниз. Такие прогнозы, конечно же, нельзя сбрасывать со счетов. В том случае, если цены на нефть будут низкими, то в России быстро исчерпается тот самый запас прочности, который сейчас позволяет говорить об устойчивом экономическом положении.
О. СЕВЕРСКАЯ - Андрей, Вы говорите о резком падении цен на нефть. Между тем, экономисты, которые приходили к нам на радиостанцию и высказываются в других СМИ, не прогнозируют резкого падения и говорят, что ОПЕК, может быть, удастся удержать цены, по крайней мере, этой осенью и зимой именно на уровне 27-28. Это самый нижний предел. Но вообще прогнозируют дальнейший рост цен на нефть.
А. ЛУСНИКОВ - Хотелось бы напомнить общую ситуацию. Дело в том, что весной этого года ОПЕК приняла обязательство удерживать цены на нефть в коридоре 22-28 долларов за баррель. Дело в том, что предшествовавший экономический кризис, который был в мире в 97-98 году, характеризовался крайне низкими ценами на нефть. Дело в том, что цены на нефть так же, как объемы нефтедобычи, - это величина крайне инерционная. В том случае, когда цены на нефть снижаются, добывающим странам, компаниям становится невыгодно производить больше нефть, снижаются инвестиции в отрасль, и это явление сказывается только через 1-3 года. Так и произошло. В результате того, что цены на нефть были низкие тогда, сейчас в мире ощущается явный недостаток нефти. Нынешняя ситуация снова очень сильно отклоняется от равновесной. И сейчас мы просто обязаны предполагать, что может реализоваться противоположный сценарий. То есть сейчас очень высокие цены на нефть, очень высокорентабельная нефтедобыча. В результате инвестиции в нефтяную отрасль повышаются, причем и в России, и во всем мире. Соответственно, нефти начинает производиться больше. Но исследования показывают, что мировая экономика сейчас уже прошла наивысшую точку роста. И прогнозы Мирового банка на следующий год говорят о возможном снижении темпов роста экономики. Это означает, что темпы прироста нефтедобычи и нефтеобработки могут оказаться более высокими, чем темпы роста мировой экономики и темпы роста спроса на нефть. Это в результате вполне может привести к тому, что нефти просто станет очень много.
О. СЕВЕРСКАЯ - Андрей, в связи с тем, что говорите о темпах роста экономики, темпах роста цен на нефть, как будет складываться ситуация на мировом фондовом рынке? Потому что нефтяной кризис сразу спровоцировал падение всех курсов акций. Что может происходить в этой двойной вилке?
А. ЛУСНИКОВ - Основная боязнь кризиса напрямую с нефтью не связана. Дело в том, что США, экономика которых растет очень высокими темпами в течение почти 10 последних лет, имеют достаточно большую базу внутренней нефтедобычи. И их экономика от нефти зависит, но все-таки не до такой степени, чтобы высокие цены на нефть повлияли на них радикально. У них проблемы другого рода. Проблемы, связанные с оценками темпов роста, с одной стороны, новой экономики, то есть экономики, связанной с компьютерными технологиями, с развитием сети Интернет и т.д. И с другой стороны, с проблемами их денежной системы, которые заключаются в том, что американцы во многом живут в кредит. И этот фактор, с одной стороны, стимулирует рост их экономики, с другой стороны, создает ту самую неравновесность, которая в результате может выразиться в резком переходе к стагнации. Именно поэтому нынешняя осень считалась временем потенциально опасным для начала такого процесса - перехода американской экономики к стагнации. Это связывалось с президентскими выборами в США, со сменой администрации президента и с возможной сменой курса экономической политики.
Сейчас, по мере того, как приближается этот момент, выясняется, что эти опасения, может быть, излишни, и так или иначе, в США все будет относительно стабильно. То есть резкие колебания цен на фондовом рынке в США имели место на протяжении всего нынешнего года, и в результате цены на акции американских компаний в среднем за год фактически не изменились. Это может оказаться первым годом за последние 3 или 4 года, когда все американские индексы не покажут существенного роста. Это в результате в свою очередь может сказаться на приоритетах инвесторов. Таким образом, тот процесс сползания американского рынка, американской экономики в стагнацию может растянуться, и от нынешней осени он вполне может перейти к началу следующего года. Так или иначе, российский рынок очень сильно зависит от американского рынка. И в связи с этим мы постоянно вынуждены следить за ситуацией на американском рынке. Не только потому, что тенденции в экономике схожие, но еще и потому, что на российском рынке по-прежнему продолжают работать деньги крупнейших американских фондов, пусть спекулятивных фондов, пусть для них это небольшая доля денег. Но для российского рынка, крайне узкого, объемы которого отличаются от американского рынка едва ли не в тысячу раз, даже небольшое изменение в США, в приоритетах инвесторов, может очень сильно ударить по нашему рынку.
О. СЕВЕРСКАЯ - По Вашим прогнозам, как будет складываться ситуация на российском фондовом рынке? За счет чего он вообще может развиваться?
А. ЛУСНИКОВ - Российский фондовый рынок сейчас продолжает восстанавливаться после того кризиса, который был в 98 году. То есть, если говорить о долгосрочных тенденциях, то процесс оживления рынка продолжается. И в этом году было две волны роста. Первая волна роста в начале года была связана с президентскими выборами. Вторая волна роста была в августе. Тогда мы все, инвесторы, надеялись, что будет продолжение этой волны, что рынок выйдет на новые рубежи, и будет поступательное развитие. Этого не произошло, к сожалению. Видимо, ожидания августа оказались несколько завышенными. В августе произошло несколько техногенных катастроф, но они не оказались оценены рынком как предвестники каких-то политических изменений, потрясений сентября. В сентябре же, помимо некоего спада на международных рынках, началось и некое выражение в России непосредственно. С одной стороны, мы все видим тот самый конфликт вокруг СМИ, в частности "Медиа-Моста", с другой стороны, инвесторы получили несколько сигналов, которые говорят о том, что их права собственности очень эфемерны. Три таких сигнала поступило в сентябре. Во-первых, это отзыв частот у "Вымпелкома" и МТС, который потом был оспорен. Как будет развиваться ситуация, мы пока не знаем, но, по крайней мере, те инвесторы, которые вложили в эти компании сотовой связи большие деньги, вдруг оказались перед угрозой, что государство просто одним росчерком пера отберет у компаний значительную часть той самой базы, на которой базировались возможности их дальнейшего роста. Второй фактор - это конфликт вокруг РАО "ЕЭС", который является вялотекущим, идет в течение многих месяцев. Мы просто получили дополнительные свидетельства того, что здесь ситуация может быть разной. Третий фактор - это "Норильский никель", который объявил о планах своей реструктуризации, и мы снова получили свидетельство того, что права инвесторов могут быть ущемлены.
О. СЕВЕРСКАЯ - Между тем, именно инвестиции в российскую экономику могут быть основным фактором дальнейшего ее роста на ближайшее время?
А. ЛУСНИКОВ - Да, безусловно. Как международные, так и внутренние инвестиции, которые потенциально могут быть достаточно высокими. Но, к сожалению, меры по стимулированию инвестиций явно недостаточны. В результате население, как и раньше, вынуждено хранить подавляющее большинство средств либо в американских долларах, либо как-то еще, но, по крайней мере, не вкладывать свои деньги в те активы, которые могли бы способствовать росту российской экономики.
О. СЕВЕРСКАЯ - Означает ли это, что мы стоим на пороге если не сиюминутного кризиса, то, тем не менее, кризиса, который может разразиться через несколько лет? Впрочем, у нас есть только минута до новостей, поэтому, может быть, мы просто обозначим вектор развития этой темы и вернемся к ней во второй части программы.
А. ЛУСНИКОВ - Хотелось бы надеяться на то, что кризиса не будет. Сейчас все зависит от нас. То есть, сможет ли деловое сообщество вместе с правительством выработать те нормы, провести те законы, создать тот деловой климат, который будет способствовать развитию инвестиций. Если так, то кризис нас не ждет.
-
О. СЕВЕРСКАЯ - Мы отвечаем на ваши вопросы и на глобальный вопрос, ждет ли Россию новый финансовый кризис. Пока вопросы с пейджера. Галина спрашивает: "Сколько, по-вашему, Андрей, может стоить доллар к концу текущего года?" Я попрошу Вас дать этот прогноз относительно курса нашей национальной валюты, а заодно и объяснить, почему она так прочно занимает свои позиции по отношению к доллару уже в течение долгого времени.
А. ЛУСНИКОВ - Так или иначе, в первую очередь, мы должны опираться на прогноз Геращенко, который не так давно сказал, что курс доллара к концу года не превысит 30 рублей.
О. СЕВЕРСКАЯ - Значит ли это, что все-таки будет разница на 2 рубля по сравнению с нынешним курсом?
А. ЛУСНИКОВ - Хотелось бы надеяться, что нет. Я подозреваю, что Геращенко просто решил перестраховаться, и таким образом он дает возможность курсу в рамках его прогноза вырасти на 2 рубля. Безусловно, это может произойти только при одновременном стечении ряда неприятных для России обстоятельств. Неприятные в том плане, что, во-первых, если цены на нефть действительно пойдут вниз, Россия лишится той части дополнительной валютной выручки от нефтеэкспортеров. С другой стороны, дело в том, что инфляция сейчас вроде бы сдерживается, и есть надежда на то, что к концу года общий уровень за 2000 год не превысит 18%. Если инфляция сейчас все-таки окажется несколько более высокой, то ножницы цен могут оказаться таковыми, что курс доллара должен будет пойти вверх. Дело в том, что инфляция - это тот параметр, который не может регулировать правительство непосредственно. Он регулируется только косвенными действиями. И можно только надеяться на то, что сейчас увеличения темпов инфляции не будет. Таким образом, наиболее реальный прогноз, что доллар не превысит 28-28,5 рублей. Это в том случае, если цены на нефть действительно останутся на прежнем уровне.
О. СЕВЕРСКАЯ - Еще один вопрос, который касается цен на нефть и нефтепродукты на внешнем и внутреннем рынке. Спрашивают анонимно: "Кто нас грабит с повышением цен на бензин: правительство или владельцы нефтяных компаний?"
А. ЛУСНИКОВ - Надо сказать, что сейчас никто не грабит. Безусловно, издержки компаний, которые занимаются нефтедобычей и нефтепереработкой, не настолько выросли, насколько выросли цены на бензин. Но были повышены налоги на нефтедобычу. С другой стороны, выросли цены на нефть. Этот кумулятивный эффект мы сейчас ощущаем. И в результате компаниям оказывается гораздо более выгодно поставлять нефть на экспорт, чем продавать ее на внутреннем рынке. Разница в ценах примерно вдвое. То есть цены на бензин на внутреннем рынке где-то вдвое, а может быть, и втрое ниже, чем в Европе и в США. В результате то, что цены на бензин растут, вполне отражает тот естественный процесс. Кроме всего прочего, сейчас те факторы, которые способствуют росту цен на бензин, практически уже исчерпали себя, и можно надеяться на то, что цены хотя бы стабилизируются на нынешнем уровне.
О. СЕВЕРСКАЯ - Еще один вопрос, который потребует короткого ответа. Какую часть российского бюджета составляет выручка нефтяных и газовых экспортеров? Михаил Касьянов говорил, что это примерно 10%. А по Вашим оценкам?
А. ЛУСНИКОВ - Нет. Мне, конечно, трудно спорить с премьер-министром, но, пожалуй, что в российском бюджете это действительно может быть и порядка 10-15%. Но в объемах экспорта (эти цифры мы недавно получали) это составляет более 50%. После того, как сейчас выросли цены на нефть и газ, в совокупности нефть, нефтепродукты и газ составляют порядка 55%.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Я студент Плехановской академии. У нас есть предмет эконометрика, и его ведет профессор, который работает в команде Грефа. Он нам сказал, что деньги, на которые покупается валютная выручка, печатаются. Тем самым рубль обесценивается. Как Ваш гость может прокомментировать эту информацию?
А. ЛУСНИКОВ - Не надо впрямую воспринимать то, что деньги печатаются. Это соответствует действительности, но в некоей условной форме. Все-таки ЦБ покупает валютную выручку экспортеров за безналичные деньги. Они не печатаются. Безналичные деньги - это просто записи на счетах соответствующих банков. Это может отразиться на объеме напечатанных денег, и естественно, мы видим, что это косвенно отражается на объеме напечатанных денег. Но объем напечатанных денег регулируется совсем другим. Он регулируется спросом на наличность со стороны населения, со стороны компаний, которые занимаются наличными расчетами. Условно можно говорить, что деньги, которыми правительство и ЦБ расплачивается за нефть, печатаются. Но удобнее всего следить за тем, откуда правительство берет деньги, по динамике денежной базы, которая публикуется еженедельно. Эти данные показывают, что примерно половина тех денег, на которые увеличивается золотовалютные резервы ЦБ, печатается. На самом деле денежная политика в последнее время ужесточается, то есть реальных денег в экономике вовсе не настолько много, чтобы это вело к последствиям типа повышения инфляции и т.д.
О. СЕВЕРСКАЯ - Кстати, часто встречающийся вопрос насчет купюры достоинством в 1000 рублей. Ее выпуск означает то, что инфляция делает новый виток, или нет?
А. ЛУСНИКОВ - Купюра достоинством в 1000 рублей - это объективная реальность. Если мы будем сравнивать наличный денежный оборот в России и в США, то, наверное, нам нужно сопоставить и достоинство наиболее масштабных купюр. В Штатах самая высокономинальная купюра - это 100 долларов. В России до сих пор это было 500 рублей, то есть порядка 20 долларов. В результате появления 1000-рублевой купюры мы получаем купюру, примерно соответствующую 40 долларам, даже чуть меньше. Это показывает объективное соотношение потребности в деньгах, не более этого. Я думаю, что сам по себе выпуск купюры не означает увеличения денежной массы.
О. СЕВЕРСКАЯ - Я думаю, на самые больные вопросы населения мы ответили в этой части нашей беседы. И у нас еще есть минутка для того, чтобы все-таки еще раз ответить на вопрос, грозит или не грозит России новый финансовый кризис.
А. ЛУСНИКОВ - Хотелось бы, чтобы этой осенью этого кризиса не было. Сейчас, безусловно, сохраняется вероятность того, что Россия может почувствовать некоторый кризис. Но для этого действительно должны совпасть какие-то неблагоприятные обстоятельства. С одной стороны, если цены на нефть будут снижаться, с другой стороны, если не удастся удержать инфляцию под контролем, и самое главное, не удастся достичь согласия в обществе, связанного с бизнесом...
О. СЕВЕРСКАЯ - с правами собственников...
А. ЛУСНИКОВ - Да. Если этого не произойдет, мы можем надеяться, что кризиса не будет, и рынок будет развиваться и дальше.
О. СЕВЕРСКАЯ - Какова вероятность того, что кризиса не будет, если оценить ее в процентах? 50х50 или большие пропорции?
А. ЛУСНИКОВ - Я надеюсь, что вероятность кризиса порядка 15-20%.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Андрей Лусников, ведущий эксперт информационного агентства "Финмаркет".