Обращение ряда депутатов Госдумы к президенту с просьбой отменить мораторий на смертную казнь - Анатолий Приставкин - Интервью - 2000-09-14
14 сентября 2000 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Анатолий Приставкин, писатель, председатель комиссии по вопросам помилования при президенте РФ.
Эфир ведет Владимир Варфоломеев.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Анатолий Игнатьевич, здравствуйте. Главная тема, которая привела Вас сегодня к нам в студию, связана с тем, что на стол президенту Владимиру Путину лег официальный документ, подписанный лидером одной из депутатских групп, Геннадием Райковым, с предложением отменить действующий в России уже несколько лет мораторий на смертную казнь. По роду своей деятельности Вы, как председатель комиссии по помилованию, наверное, каждый день сталкиваетесь с этой проблемой. Такое предложение и то, что президент вчера сказал: "с ходу решать ничего нельзя, на эту тему надо подумать"Вас не шокирует сама возможность восстановления в нашей стране смертной казни?
А. ПРИСТАВКИН - Шокирует. Мне кажется, что мы, может быть, впервые в истории России по-настоящему отторгли эту возможность - казнить человека, практически убивать его государством, уже три года существуем без смертной казни, и не провалились в тартары, ничего с Россией не случилось. Надеюсь, что и далее не случится. А поворот назад, шаги в обратную сторону могут несколько ухудшить обстановку, и криминальную, и особенно моральную.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Известны доводы сторонников смертной казни, что только высшая мера наказания может уберечь многих людей от того, чтобы они стали жертвами преступлений, она предостережет возможных преступников от совершения ими таких тяжких действий.
А. ПРИСТАВКИН - Да, это известные доводы, их всегда выдвигают сторонники смертной казни. Но не доказано, что когда-нибудь и где-нибудь смертная казнь остановила преступника. У нас есть статистика, проведенная среди тех, кого нам удалось помиловать, и кто получил вместо смертной казни пожизненно. Я потом расскажу, что они нам пишут и как они отбывают это страшное наказание, которое, может быть, страшней смертной казни. Так вот, статистика показывает, что 80% из тех, кто совершил преступление и был осужден на смертную казнь, за минуту до преступления не знал, что он совершит это преступление. Таким образом, он никогда не мог думать заранее, что он обречен на смертную казнь, на убийство. То есть люди, в основном, совершают преступления, не думая о наказании, наоборот, считая, что они избегут наказания. И остановить преступника в этом плане нельзя. Более того, могу привести еще одну статистику, тех, кого мы не убили, кто сидит пожизненно, а значит, может о себе еще что-то рассказать. И о них могут рассказать те, кто их исследует в лагерях для пожизненно заключенных. 30% среди них - законченные алкоголики, люди деградированные и очень плохо понимающие, что они творят, а 35% - люди психически ненормальные.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Это уже в лагерях?
А. ПРИСТАВКИН - Мы бы не знали об этой статистике, что мы казним более 60-70% больных людей. С этого и надо начинать. Нужно подумать, как изолировать их от общества и, таким образом, предотвратить преступность.
-
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Один из вопросов, который чуть раньше пришел на наш пейджер от Анны Ивановны. Вопрос, наверное, закономерный. Почему родственники убитого должны содержать за счет своих налогов этого убийцу?
А. ПРИСТАВКИН - Вы знаете, это очень серьезный вопрос, и он беспокоит нас так же, как и нашего слушателя. Прежде всего, я бы мог привести информацию, что мы содержим в наших лагерях около миллиона заключенных за счет налогоплательщика. Среди них смертники занимают всего около 0,5%. Таким образом, налогоплательщики содержат даже массу заключенных, которые не виноваты. Мы иногда осуждаем человека за мешок картошки. Я недавно писал, что одна женщина осуждена на 4 года за бидон молока. У нее трое детишек остались дома, и вся прокуратура, все суды и ее содержание стоит в 100 раз больше, чем этот бидон молока. Давайте тогда поднимать вопрос шире. Конечно, пострадавшие есть, но давайте взглянем с обратной стороны. Этот человек провинился и осужден на смертную казнь. Мы заменили ему на пожизненное. Он 30 лет будет сидеть в тюрьме. Неужели это менее страшное наказание?
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Вопрос-то, наверное, в основном касался даже не этого материального аспекта, а именно морально-психологического. Как себя чувствуют родственники тех людей, тех жертв убийств, которые остаются?
А. ПРИСТАВКИН - В нашей стране на смертную казнь осуждалось (прежде, сейчас уже не осуждается) около 100 человек. Это небольшое количество, по сравнению с общим количеством осужденных.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Еще один вопрос с пейджера, достаточно горький. Не знаю, каков на него может быть ответ. Вопрос Анатолия Федоровича обращен, в том числе, и ко мне. Если не казненный убийца-маньяк сбежит из тюрьмы и снова совершит преступление, вы (и Вы, и я) берете на себя за это ответственность?
А. ПРИСТАВКИН - У нас вся надежда, что наши тюрьмы не допустят побега, но заключенные бегут во всем мире. Правда, про маньяков ничего не знаю. У нас почти все маньяки казнены, и до сих пор больше маньяков не было. У нас через комиссию проходило всего 5 маньяков. Практически только один их них до сих пор не казнен, о чем я по-человечески очень жалею. Я тоже человек, выступающий против смертной казни, но я не прощаю нашим убийцам детей. Поэтому иногда, в нескольких случаях, раза два или три, я голосовал за смертную казнь. И я бы проголосовал за смертную казнь этого человека. Побег? Что ж, вполне может быть. Что с ним делать? Ловить его надо. Я думаю, что надо держать наши стены покрепче и тюрьмы строить получше.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Давайте напомним, какими правовыми актами регулируется нынешнее положение, когда смертный приговор не приводится в исполнение. Это ведь не только указ президента Бориса Ельцина?
А. ПРИСТАВКИН - Такого указа, между прочим, нет. У нас все время говорят о моратории. Мораторий - не как закон, а как неказнение в стране, - регулируется двумя правовыми актами. Первое: нашими обязательствами перед Советом Европы. Мы обязались не казнить, и в 96 году прекратили смертные казни. И второе: решением Конституционного суда России, который в прошлом году, в феврале, принял решение о введении суда присяжных для всех смертников в субъектах федерации, у нас пока только в девяти. Пока не будут введены суды присяжных во всех субъектах федерации, (а это ввести очень дорого и трудно), у нас смертной казни быть не может.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - То есть, если сейчас ставится вопрос об отмене моратория, то, по сути, речь идет о выходе России из тех договоров, которые обусловлены нашими отношениями с Советом Европы, именно в юридическом смысле?
А. ПРИСТАВКИН - Да, тогда мы должны нарушить договоры и даже выйти из Совета Европы, что нам очень невыгодно, по всем аспектам. И второе: мы должны нарушить решение КС. У нас не было такого прецедента, и надеюсь, не будет.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Сегодня, выступая у нас в эфире, депутат Госдумы господин Райков сказал, что Госдума, сама нижняя палата парламента, может принять некий закон, который позволял бы вновь ввести в нашей стране смертную казнь.
А. ПРИСТАВКИН - Не знаю, какие права у Думы. Наверное, господину Райкову известнее. Но во все времена было известно еще одно, что разговоры о смертной казни в обществе всегда возникали тогда, когда были необходимы какие-то политические дивиденды для тех, кто это предлагает, и для тех партий, которые предлагают. Потому что у сторонников и противников смертной казни обычно моральные доводы отступают на задний план, когда необходимо завоевать голоса, получить какие-то новые права или просто материальные
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Сейчас как раз много говорят о том, что в стране необходимо наводить порядок, усиленно бороться с преступностью. Может быть, и есть самое подходящее время для того, чтобы вернуть смертную казнь?
А. ПРИСТАВКИН - Во-первых, в нашей стране столько говорят о порядке, сколько она существует. Порядка в ней никогда не было, и с введением смертной казни не будет. Но зато, может быть, господину Райкову, а может быть, и нашему населению, неизвестна статистика. Например, что мы казним только низший слой населения, который не может защититься. У нас идут пастухи, кочегары, шоферы. Но у нас ни разу за 8,5 лет через комиссию не проходили рэкетиры, киллеры, главы преступных объединений, террористы. Таким образом, кто-то будет откупаться, а кого-то мы будем казнить. А потом мы будем объяснять обществу, что "мы казним главного преступника, а вы не бойтесь". А главный преступник будет гулять по улице, и таким образом, товарищ Райков подвергнет вашу жизнь опасности.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Кстати, сегодня, выступая у нас в эфире, он привел данные на основе неких опросов, которые его депутаты проводили в своих регионах. По этим данным, 85% населения страны поддерживают введение смертной казни. Вопрос сейчас будет чуть в другом. Можно ли решать вопрос об отмене или восстановлении смертной казни, скажем, путем общенародного голосования, проведения референдума, опроса?
А. ПРИСТАВКИН - То, что население, да и не только нашей страны, выступает за смертную казнь, - это нормально. Люди от страха готовы пойти на любые крайние меры. Мы все боимся. Но страх - не лучший советчик. В странах Европы, как известно, смертная казнь отсутствует. Практически во всех странах, и даже в тех, кто входил в бывший Советский Союз: Молдавия, Украина, страны Прибалтики и т.д. Так вот, ни в одной из этих стран, кроме Финляндии и Швейцарии, закон против смертной казни не принимался снизу. Сперва населению сверху предлагалась, даже навязывалась эта отмена смертной казни, а потом уже население медленно начинало не только привыкать, но и осознавать, что это правильно.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Еще один вопрос. Кстати, большинство вопросов, которые поступают к нам на пейджер, скорее, не юридического свойства, а морально-этического. "Как Вы относитесь к вопросу возмездия за совершенное преступление?" - спрашивает Екатерина Петровна, наверное, вспоминая библейское "око за око".
А. ПРИСТАВКИН - Это старобиблейское. У нас есть старый, Ветхий завет, и Новый завет. В Ветхом Завете - да. Как говорят, Христос пришел на опровержение Ветхого завета, и наоборот, он-то как раз призывал к милосердию. Еще раз начало этого вопроса.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Возмездие.
А. ПРИСТАВКИН - Слово "возмездие" действительно пришло к нам от диких, первобытных времен. Наверное, сейчас не возмездие, а закон должен править обществом, человек осужден по закону. Ведь самое главное, что возмездие совершилось в виде закона, тем, что мы его осудили на невероятно, мучительно долгий срок. Некоторые даже называют это медленной казнью. И это достаточное возмездие общества за то, что он совершил. Например, один из великих людей сказал так: "мне не жалко убийцу, которого мы осуждаем на смертную казнь, мне жалко общество, которое так же, как этот убийца, становится убийцей, но уже над беззащитным человеком".
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Вы начинали свою работу в комиссии при президенте по вопросам помилования при Борисе Ельцине. С новым президентом, Владимиром Путиным, Вы когда-либо встречались, обсуждали вопросы смертной казни, хотя бы в теоретическом плане?
А. ПРИСТАВКИН - Нет. Мне не пришлось встречаться с Владимиром Владимировичем. Думаю, что он только приступил к своим обязанностям по-настоящему. И в стране столько беспорядка и бардака, что ему хватает раздвигать это все еще без этих проблем. Но теперь, надеюсь, может быть, у нас будет причина встретиться. Но должен сказать, что все решения нашей комиссии (а наша комиссия совещательная, она только предлагает президенту помилование), наш господин президент поддерживает, и практически все, что мы подаем, подписывает очень быстро.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - На Ваш взгляд, Путин может пойти на восстановление смертной казни?
А. ПРИСТАВКИН - Мне хотелось бы верить, что нет.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Завершу беседу цитатой одного из сообщения, которое пришло сегодня днем на наш эфирный пейджер. Наш слушатель вспоминает "Мастера и Маргариту", слова Иешуа: "Не вы этот волосок подвесили, не вам его и перерезать, не надо брать на себя функцию господа бога".
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Анатолий Приставкин, писатель, председатель комиссии по вопросам помилования при президенте РФ.