Работа парламентской комиссии по вопросам нахождения представителей федеральных войск в Чеченской республике; подготовка пакета законоп - Андрей Николаев - Интервью - 2000-09-12
12 сентября 2000 года.
В прямом эфире "Эха Москвы" Андрей Николаев, глава комитета Госдумы РФ по обороне.
Ведущий эфира Петр Журавлев.
П. ЖУРАВЛЕВ - Добрый день!
А. НИКОЛАЕВ - Здравствуйте!
П. ЖУРАВЛЕВ - Начать я хотел бы с ситуации с подлодкой "Курск". Как я понимаю, завтра эта ситуация будет обсуждаться, во всяком случае, на завтра приглашены вице-премьеры Матвиенко и Клебанов для разговора на эту тему. В связи с этим тут же понимается тема парламентской или вообще комиссии по расследованию причин катастрофы. Как я понимаю, Вы склонны не создавать парламентскую комиссию отдельную, а делегировать думцев в правительственную комиссию по расследованию катастрофы "Курска". Чем можно объяснить Вашу позицию?
А. НИКОЛАЕВ - Во-первых, хотел бы сказать, что рассмотрение вопроса перенесено на пятницу, на 15 число, в связи с тем, что приглашение Клебанова и Матвиенко на 15 число, поэтому и рассмотрение этих постановлений отложено до 15 числа. Сначала выслушать председателя от правительственной комиссии, который проводит расследование, а потом принять соответствующее решение. Моя позиция в следующем: в августе месяце мы, почти сразу после катастрофы с атомным подводным крейсером "Курск", предложили вариант, когда бы в состав созданной президентом комиссии по расследованию могли бы подключиться представители федерального собрания, как Госдумы, так и Совета Федерации. Сейчас это стало еще более актуальным, т.к. проделана очень большая работа ныне действующей правительственной комиссией, которая собрала весь необходимый материал на сегодняшний день, провела аналитическую работу, работало значительное количество экспертов, которые сделали соответствующие выводы. Если создадим параллельную парламентскую комиссию, то нам придется, по крайней мере, проходить тот же самый путь, который проходила и правительственная комиссия. Подключение к этой работе в ныне действующей комиссии представителей федерального собрания позволило бы президенту издать распоряжение, которое подняло бы статус этой комиссии с правительственной до государственной. Вообще-то это первый случай, когда в рамках очень важной работы, связанной с установлением причин и выводов для нашего общества такой катастрофы, все ветви власти могли бы действовать совместно. Я думаю, что это более правильный путь, продуктивный. Кроме того, я бы хотел напомнить, что Госдума, парламент РФ, согласно Конституции, не имеет права осуществлять самостоятельное парламентское расследование, имея ввиду конституционные полномочия Госдумы. Возможно, в будущей Конституции нам нужно иметь такие полномочия, но сегодня по факту мы такого права не имеем.
П. ЖУРАВЛЕВ - А не кажется ли Вам, что подключение к правительственной комиссии...
А. НИКОЛАЕВ - В составе государственной комиссии.
П. ЖУРАВЛЕВ - Но в данном случае она - правительственная, да?
А. НИКОЛАЕВ - В данном случае, имеется в виду обязательное поднятие ее статуса до государственной.
П. ЖУРАВЛЕВ - Хорошо. В данном случае, сейчас, если немного утрировать, получается ведомственная комиссия.
А. НИКОЛАЕВ - Нет. Сегодня существует комиссия из представителей исполнительной власти. Естественно, там есть и представители судебной власти. Если к этой ветви подключится еще и законодательная власть в лице представителей Госдумы, и в первую очередь это должны быть представители комитетов, которые, ну, естественно, у нас есть просто специалисты из числа депутатов - подводники, люди, служившие на подобных ракетных подлодках. Я думаю, что это было бы очень полезно. С другой стороны, это реальная возможность всех избирателей, всех депутатов Госдумы перед своими избирателями, иметь полноценные полноценную информацию по результатам работы комиссии. Это очень хороший пример был бы.
П. ЖУРАВЛЕВ - А почему бы тогда не создать парламентскую, может быть, во многом - политическую комиссию?
А. НИКОЛАЕВ - А потому что в данной ситуации нам нужно не политические проблемы расследовать, а технический аспект в первую очередь. Наверное, это будет иметь и политические последствия, но уже после того, как комиссия государственная закончила бы свою работу.
П. ЖУРАВЛЕВ - Ну и пусть комиссия государственная или правительственная - не важно, как ее назвать, существующая в данный момент, занимается технической стороной. А парламентская комиссия займется политической стороной.
А. НИКОЛАЕВ - Вы знаете, сегодня нас в первую очередь интересует, что конкретно произошло на этой подлодке, причины этой катастрофы. Наверное, политические выводы надо делать потом. Подключение представителей Госдумы к работе на этом этапе существующей комиссии, поднятие ее статуса до государственной, мне представляется очень хорошим примером единства властей перед общей бедой.
П. ЖУРАВЛЕВ - Насколько я понимаю, довольно давно в Госдуме существуют законопроекты о военном положении и о чрезвычайном положении. Планируется ли в нынешней осенней сессии возвращаться к этим документам? В какой стадии они сейчас находятся?
А. НИКОЛАЕВ - Вы назвали 2 конституционных законопроекта, которые должны были быть приняты после принятия Конституции 1993 года. За последние 7 лет вторая Госдума, уже ныне действующая Госдума этого не сделали, поэтому действительно этот вопрос очень важный для нас. Мы обратились к президенту в весенней сессии, т.к. конституционный закон в первую очередь должен вносить президент, правительство РФ, с предложением внести эти законы. В конце весенней сессии мы рассмотрели в первом чтении закон о чрезвычайном положении. Конечно, закон имеет много недостатков, тем не менее, он бы принят в первом чтении. Сейчас осуществляется подготовка ко второму чтению. Буквально несколько дней назад мы обсуждали в контексте другого законопроекта - возможных внесений изменений в закон об обороне - мы обсуждали и закон о военном положении. Закон о военном положении находится в разработке, и по заявлению Котенкова, официального представителя президента в Госдуме, будет внесен в Госдуму в октябре.
П. ЖУРАВЛЕВ - Мы переходим к самому важному вопросу, который возник сейчас, с начала работы сессии: внесен проект федерального бюджета на будущий год, и уже до начала всех официальных процедур он активно обсуждается. В частности, естественно, активно обсуждается и вариант увеличения военных расходов, не в последнюю очередь, в связи с политической ситуацией, которая возникла вокруг гибели "Курска". Зампред вашего комитета генерал Безбородов на прошлой неделе сказал о том, что военный бюджет нужно увеличить, по крайней мере, на 50 миллиардов рублей. Какова сумма сейчас? Откуда взялась эта сумма в 50 миллиардов?
А. НИКОЛАЕВ - Во-первых, если Вы не возражаете, я Вас поправлю - не военный бюджет, а бюджет, раздел "национальная оборона" и расходы Минобороны в соответствии с учетом других статей расходов федерального бюджета. На мой взгляд, наша принципиальная позиция изложена в заключении, которое мы вчера комитетом по обороне Госдумы приняли практически единогласно, направили его в бюджетный комитет. Несколько принципиальных выводов из этого заключения. Первое: федеральный бюджет предусматривает значительное увеличение расходов на оборону, если мы берем просто цифровые показатели. Действительно, более 206 миллиардов рублей предусмотрено в целом на расходы обороны.
П. ЖУРАВЛЕВ - В этом году было 134.
А. НИКОЛАЕВ - Если мы говорим о финансировании, собственно, раздела "национальная оборона", без дополнительных расходов, о которых мы сегодня еще поговорим, то это примерно 189 миллиардов - это раздел "национальная оборона" без дополнительных расходов, как мы сказали, на военную сферу. 4 принципиальных вопроса по разделу "национальная оборона", или, точнее говоря, всех военных расходов РФ. Первое: в бюджете заложено примерно 60 миллиардов долгов, которые образовались, начиная с 1996 года.
П. ЖУРАВЛЕВ - Долгов Минобороны?
А. НИКОЛАЕВ - Долгов государства перед поставщиками, которые выполнили свои обязательства, поставили необходимую продукцию - топливо, энергию - для Минобороны и не получили соответствующего расчета. Значит, если объективно говорить, что в следующем году мы будем погашать эти долги, то бюджет Минобороны должен быть уменьшен примерно на 60 миллиардов рублей. Если мы не будем погашать долги, я могу сказать, что Минобороны столкнется с проблемой просто финансирования основных статей, в том числе и топливо, и коммунальные услуги, и транспорт, и все остальное. Второй вопрос - расходы Минобороны, ранее отнесенные к другим расходам федерального бюджета: миротворческая деятельность, международная деятельность, выполнение международных договоров, некоторые вопросы с утилизацией техники - и, т.о., набирается примерно 11 миллиардов рублей. Раньше они проходили по другим статьям федерального бюджета. В этом году они включены в федеральный бюджет. Третий момент, который нужно учитывать: федеральный бюджет, заявка Минобороны, удовлетворенная в части, в которой сочло необходимым сделать правительство, бюджет сделан в ценах июнь-2000. До конца этого года еще оставалось 6 месяцев. Примерно рост инфляции за этот период порядка 5-6%. Плюс надо применить дефлятор порядка 15%, который установлен законом о бюджете на 2001 год. Если это пересчитать, то надо увеличивать расходы бюджета в сопоставимых ценах примерно на 20%. Кстати, это вопрос, который мы обязательно потребуем решить от правительства РФ. И, наконец, очень важный момент связан с конкретными людьми. Вы знаете, что 1 декабря запланировано повышение денежного содержания на 20%. Если идти от логики тех предложений, который раньше делал президент, правительство, то военнослужащие должны быть уравнены в правах с госслужащими исходя из того, что военная служба - это особый вид госслужбы. В этом бюджете денег на повышение денежного довольствия военнослужащих в следующем году нет. Я совершенно однозначно это говорю! Значит, правительство либо должно объяснить военнослужащим, почему не будет повышаться денежное содержание, или показать, какие дополнительные источники оно имеет для того, чтобы дополнительно выделить денежное содержание. Это напрямую касается военных пенсионеров, ибо автоматически с повышением денежного содержания военнослужащих необходимо будет повысить денежное наполнение пенсий для военнослужащих. Вот 4 момента, связанные конкретно с недостатками этого бюджета. Общее выражение, если учесть все нюансы, порядка 49-52 миллиардов - это разница между заявкой Минобороны по минимальным потребностям и теми деньгами, которые назначило правительство РФ.
П. ЖУРАВЛЕВ - Эти 50 миллиардов - после пересчета с учетом инфляции?
А. НИКОЛАЕВ - Это полностью.
П. ЖУРАВЛЕВ - Иными словами, ваше максимальное требование - это 265-266 миллиардов?
А. НИКОЛАЕВ - Вообще-то 239 миллиардов, с учетом того, что непосредственно с Минобороны выделяется 188, раздел "национальная оборона".
П. ЖУРАВЛЕВ - Безусловно, объяснение понятно, но, тем не менее, уже на прошлой неделе возникла такая вопросительная ситуация, с одной стороны, вокруг разговоров, именно политических деклараций о необходимости повышений расходов на оборону, а с другой стороны - Минобороны устами министра подтвердило перспективу сокращения армии в течение ближайших 3 лет на 350 тысяч человек. Получилась какая-то странная ситуация: вроде мы сокращаем армию, но должны повышать расходы на нее.
А. НИКОЛАЕВ - Вообще я бы не хотел комментировать вопрос, связанный с сокращением численности вооруженных сил, т.к. мне не очень понятны причины. Безопасность государства сегодня в сфере обороны и в сфере правоохранительной деятельности не обеспечивается должным образом, я думаю, что это чувствует практически все население России. А могут люди сказать, что может быть, недостаточно эффективно используется то, что мы финансируем? А может быть мы финансируем недостаточно эффективно то, что нам необходимо? Так вот, мне представляется, прежде чем решать вопрос о сокращении численности вооруженных сил, надо совершенно точно поставить задачи перед самими вооруженными силами, определив их облик, цель существования военной организации. Кстати говоря, этим занимался 11 августа Совет безопасности, и приняты очень важные решения, естественно, они носят закрытый характер. И 26 сентября планируется еще одно заседание Совета безопасности, касающееся военной организации государства. Я думаю, что эти решения, и августовские, и сентябрьские, безусловно, будут учтены при корректировке расходов на оборону страны. Более того, я могу сказать, что наверняка будут учтены. Когда мы говорим в целом о расходах, мы должны понять, это важно для налогоплательщиков, а какая доля вообще проходит через федеральный бюджет? В целом внутренний валовой продукт, кстати, по данным Счетной палаты и наших коллег, значительно заниженный - 7 триллионов 750 миллиардов рублей, а в действительности это около 300 миллиардов долларов - через бюджет проходит около 40 миллиардов. Это цифра откуда появилась? Вот каждый из радиослушателей должен точно понимать: чем больше доля ВВП проходит, разумная, конечно, через бюджет, тем выше ответственность государства перед каждым из нас. Федеральный бюджет - это 15%, если вместе с бюджетами субъектов округленно - 31% - такова доля ответственности российского государства перед налогоплательщиками. Мы согласны с такой долей? Может быть, в стабильном обществе, где все формы собственности активно работают, это было бы правильно. Повышая долю ВВП, проходящую через бюджет, мы могли бы повысить ответственность государства на уровне федеральный властей, на уровне властей субъектов перед каждым из нас.
П. ЖУРАВЛЕВ - Но ведь военные расходы всегда финансируются через бюджет?
А. НИКОЛАЕВ - Только через федеральный бюджет. Абсолютно правильная постановка вопроса. Многие расходы, в том числе и социальные, например, на социальную политику в России проходит по федеральному бюджету 107 миллиардов, на здравоохранение - 45 миллиардов. Но эти расходы добавляются соответствующими расходами субъектов РФ примерно такого же порядка, и местные власти. Если мы говорим о консолидированном бюджете страны, имея в виду и местную власть, то расходы на социальные нужды, на здравоохранение, безусловно, могут быть значительно больше, чем мы их видим в федеральном бюджете. Как эффективно они используются - это другой вопрос. Расходы же на безопасность, в первую очередь, на национальную оборону, проходят только через федеральный бюджет - государственный оборонный заказ в рамках федерального бюджета.
П. ЖУРАВЛЕВ - 239 миллиардов рублей - Ваша как бы цифра, да?
А. НИКОЛАЕВ - Это не моя цифра - это заявка Минобороны, представленная правительству РФ.
П. ЖУРАВЛЕВ - На что?
А. НИКОЛАЕВ - Во-первых, я не могу полностью раскрыть содержание закрытой части бюджета, раздел "национальная оборона", но хочу об этом сказать. Мы выступили, в заключении это написано, за раскрытие раздела "национальная оборона", кроме статей, который действительно должны быть закрыты. Я считаю, что бюджет раздела "национальная обороны" как и "правоохранительная деятельность" должен быть полностью открыт для каждого из наших налогоплательщиков. Кстати, это крайне выгодно для самого Минобороны. Правительство же вносит его как закрытый раздел федерального бюджета. Так вот на что? Примерно 43% - это денежное довольствие, зарплата, социальные выплаты, и 57% - все остальное - один вариант определения бюджета. И второй вариант: примерно 65-70% - на содержание и 30-35% - на технику, вооружение, исследовательские работы. Это неправильно. Для сравнения скажу, в СССР аналогичный бюджет военный или раздела Минобороны был в соотношении 30% - содержание и 70% - создание новых образцов вооружения, техники и их производства.
П. ЖУРАВЛЕВ - Но мы тут же заработаем упрек в милитаризации?
А. НИКОЛАЕВ - Вы знаете, это не совсем справедливо, т.к. никогда, к сожалению, наше правительство и политика не рассматривала федеральный бюджет как крупнейшие инвестиции государства, в том числе и по разделу "национальная оборона", во все сферы экономики - это транспорт, связь, ТЭК, наука, это все, что связано вообще с продвижением - 150 миллиардов рублей прямым или косвенным образом направляются в качестве гарантированных инвестиций в экономику страны. Вы мне можете сказать, что да, но они, в первую очередь, возят солдат, обеспечивают соответствующие военные городки. Люди, работающие на предприятиях и сами предприятия платят налоги. Вот вторичное обращение в бюджет - это те налоги, которые будут платить люди от тех направляемых средств, которые поступают. Это, кстати, используется во всех государствах - крупнейшие государственные инвестиции проходят, в том числе, и через раздел "военный бюджет".
П. ЖУРАВЛЕВ - Но ведь вне зависимости от того, какого количества армия, ее все равно надо возить и обеспечивать. Так можно повышать армию, увеличивать количество танков, и все равно мы будем занимать гораздо больше людей - на перевозке этих танков, скажем, по железной дороге.
А. НИКОЛАЕВ - Я с Вами согласен, но дело в том, что это прямые инвестиции от общества через государство в свою экономику. Я согласен с вами, что есть определенный предел, который нельзя переступать - нельзя всю страну одеть в шинели, и не нужно. Но то, что мы хотим иметь с точки зрения обороны страны, надо финансировать так, как положено. Я могу сказать, 75% семей военнослужащих живут ниже уровня тех регионов, в которых они проживают. Заявление Матвиенко о том, что средняя зарплата военнослужащих составляет 6000 рублей, повергло просто в смех большинство людей, которые носят погоны. У нас люди и не мечтают о таких денежных окладах, о которых говорит Валентина Ивановна! Если с такой точки зрения создавался бюджет в правительстве, с таких позиций, с таких знаний, то остается только удивляться.
П. ЖУРАВЛЕВ - Нашим гостем был Андрей Николаев. Спасибо Вам большое, что пришли и объяснили.