Скачайте приложение, чтобы слушать «Эхо»

Купить мерч «Эха»:

Снятие с эфира программы С.Доренко, действия властей по отношению к СМИ - Борис Березовский - Интервью - 2000-09-10

10.09.2000

Интервью по телефону корреспондента "Эхо Москвы" Аллы Кечеджан с Борисом Березовским

ЭМ - Считаете ли вы вслед за Доренко, что лично Путин виноват в том, что программа была снята с эфира, и каковы, на ваш взгляд, истинные мотивы произошедшего?

ББ - Я не люблю делать утверждений, когда у меня есть стопроцентная информация. Я точно могу сказать, что это, конечно, не решение Эрнста. Я просто хорошо знаю Константина Львовича и знаю, в какой сложнейшей ситуации он сейчас находится, - и моральной, и душевной; как ему противно жить на самом деле. Это не его решение. Решение ли это лично Путина и тех людей, которые подталкивают его все время на абсолютно неправильные и неадекватные действия, мне сказать трудно. Но есть и другая сторона - в любом случае, президент за эти решения отвечает. Ведь эти решения очень громкие и очень значимые для общества, и не только значимые для России, но и для всего цивилизованного мира. Поэтому решения, принятые по Доренко, конечно же, демонстрируют с абсолютной непререкаемой однозначностью, что в России идет серьезная кампания по ущемлению свободы слова со стороны властей. Тут уже никаких сомнений не остается.

Я вам хочу сказать, что вначале, когда были выяснения отношений с НТВ... ведь я могу абсолютно искренне сказать, что я действительно считал, что это не является ущемлением свободы слова, постольку поскольку я действительно считал, что НТВ выступало с позиций неконструктивной оппозиции, не предлагая власти никаких конструктивных решений, неаргументированно ее критикуя, и поэтому мне казались эти действия властей достаточно разумными. Вот действительно, человек так устроен, что пока сам не наступит на грабли, опыт других ему нипочем. И сегодня я могу совершенно однозначно сказать, что эта сконструированная властью последовательная цепь событий - НТВ, ОРТ, Доренко, - это звенья одной цепи, которую я квалифицирую как безусловное ущемление свободы слова в России, не просто ущемление а, по существу, запрет на свободу слова в России. Тут никаких сомнений уже нет.

ЭМ - Сейчас, по логике вещей, Доренко в своей следующей программе должен опять затронуть эту тему. В связи с этим не может ли ситуация повториться, не могут ли его снять насовсем?

ББ - Я не хочу гадать, я только хочу сказать, что власть действует очень жестко, не обращая никакого внимания на реакцию оппонентов. И, по существу, власть готова к следующему шагу, который обычно следует за шагом по ограничению или запрету свободы слова, - это уже другие акты власти, направленные на ущемление прав граждан. Какие угодно: могут быть и репрессии в самых различных формах, может быть и изменение Конституции - все что угодно. Абсолютно. То есть площадка расчищена.

Сделано два важных шага. Один полностью, а другой - наполовину. Первый шаг - это полная концентрация политической власти в одних руках. Постольку поскольку я говорил, что произошла, по существу, ликвидация Совета Федерации и разрушение сложившейся системы распределения власти по вертикали - между федеральным центром и регионами, местным самоуправлением. Все сконцентрировано в одной точке теперь, в руках президента. Это уже сделано, по крайней мере, на формальном уровне. Конечно, есть ментальное сопротивление, но это уже есть и, таким образом, три ветви власти: законодательная, исполнительная и судебная, и, кстати, губернаторская, местное самоуправление - формирование власти по вертикали - оказались в одних руках. Это уже сделано, остается только одно - четвертая власть, как называют СМИ. Вот сейчас и идет попытка получения в свои руки и четвертой власти. Ну и все. Вот тебе и полностью конструкция авторитарного, если уже на тоталитарного, государства.

ЭМ - Есть ли в сложившейся ситуации у Доренко шансы выйти в эфир?

ББ - Я не хочу строить предположения.

ЭМ - Но, однако, вы строите предположения, какие за этим последуют действия в отношении всего общества...

ББ - Это не предположение, а это естественная конструкция, много раз исторически повторенная. А что касается Доренко, то все равно это частный случай, поэтому здесь очень сложно говорить. А вот то, о чем я говорил, - это конструкция много раз исторически проверена, тут не нужно гадать. Это закономерность.

ЭМ - Такое совпадение... Вчера в специальном выпуске программы Larry King Live Путин говорил о совершено обратном, что никакого ущемления, никакой цензуры в России не существует.

ББ - Ну что, президент берет на себя ответственность за то, что он может в одном месте говорить одно, а действовать совершенно противоположным образом. Это ответственность президента.

ЭМ - Но все-таки многие возлагают ответственность не на президента лично, а на чиновников из его окружения.

ББ - Но вы же говорите про конкретный случай. У Кинга же разговаривал не чиновник, а президент, поэтому эту ответственность взял конкретно президент, а что там про чиновников говорят, то я же сказал, когда мне задали вопрос, кто отвечал за решение о Доренко, что решение принимал точно не Эрнст, что касается Путина, мне неизвестно, но точно, что Кремль.

ЭМ - Но Эрнст, получается, занял странную позицию. Он объявляет, что говорил с Доренко, а Доренко утверждает, что такого разговора не было.

ББ - Я неплохо знаю Константина Эрнста. С моей точки зрения, он находится в тяжелейшей для него лично ситуации. Вот в этом мне и видятся как раз главные пороки того, что происходит. Постольку поскольку заставляют против своей воли людей. Ведь Константин Эрнст, конечно же, идет против своей воли, он же... ну я не хочу сказать, каким словом он сам себя называет, уничтожая, уничижая себя, он просто говорит, что я ...и многоточие. И вот к этому его толкают эти люди, которые выстраивают авторитарный режим. Они, по существу, уничтожают личность. А Константин Эрнст - личность, но они провели огромную работу по уничтожению личности. И это меня больше всего расстраивает.

ЭМ - Считаете ли вы совпадением, что такое произошло сразу после того, как вы передали акции.

ББ - Нет. Я, конечно, считаю, что это не совпадение, а последовательные действия власти президента и его окружения.