Александра Маринина - Интервью - 2000-08-26
26 августа 2000г.
Книжное казино.
В прямом эфире Эхо Москвы - писательница Александра Маринина.
Программу ведут Ксения Ларина. Майя Пешкова и Ренат Валиулин.
К.ЛАРИНА: Сегодня у нас в гостях ваша любимая писательница. Я думаю, что не ошибусь, поскольку сегодня в студии - Александра Маринина. Добрый день, Марина Анатольевна.
А.МАРИНИНА: Добрый день, Ксения.
К.ЛАРИНА: В студии также Майя Пешкова, Ксения Ларина и Ренат Валиулин. Я знаю, что Марина Анатольевна не равнодушно относится к Михаилу Афанасьевичу Булгакову, я помню, что даже Ваш жизненный девиз связан с цитатой из бессмертного романа.
А.МАРИНИНА: Да, совершенно верно. Замечательная и знаменитая цитата из романа звучит следующим образом: Никогда ничего не просите. Никогда и ничего, особенно, у тех, кто сильнее вас. Сами дадут, еще и умолять будут, чтобы взяли.
К.ЛАРИНА: Так оно и происходит в жизни?
А.МАРИНИНА: Абсолютно.
К.ЛАРИНА: Вы следуете этим словам всю свою жизнь?
А.МАРИНИНА: Да, я следую этим словам, и единственное, что нужно, чтобы это правило срабатывало, - нужно иметь терпение. Если терпения набраться, то обязательно получится так, как говорил Булгаков.
Р.ВАЛИУЛИН: Понятие сильнее вас Вы понимаете однозначно - то есть, выше положение?
А.МАРИНИНА: Для каждой конкретной ситуации. Потому что сильнее - это человек, во власти которого дать тебе то, что ты просишь.
Р.ВАЛИУЛИН: Дающий человек.
А.МАРИНИНА: Совершенно верно. Захочет сделает - захочет не сделает.
К.ЛАРИНА: Итак, напомню, что сегодня мы разыгрываем книги Александры Марининой - это замечательная серия романов нашей гостьи. Кстати, последнего романа пока еще нет, да?
А.МАРИНИНА: Обещали, что в конце следующей недели он будет готов.
К.ЛАРИНА: Так что, я думаю, что мы, наверняка, еще встретимся по поводу выхода нового романа Когда боги смеются. Не Богатые плачут, а Боги смеются. Я хочу сказать всем нашим слушателям, которые не видят нашу гостью, что Марина Анатольевна потрясающе выглядит. Не знаю, может ли позволить себе женщина сделать такой комплимент женщине, но я хочу это сказать.
А.МАРИНИНА: Спасибо, Ксения.
К.ЛАРИНА: Вы, наверное, влюбились?
А.МАРИНИНА: Нет.
К.ЛАРИНА: В героя своего нового романа.
М.ПЕШКОВА: Кстати, каковы они?
А.МАРИНИНА: Там есть один новый персонаж, в которого можно влюбиться. Это молодой оперативник Андрей Чеботаев, который отличается тем, что у него невероятно длинные густые ресницы. Из-за этих ресниц он очень сильно страдал в школьные годы, потому что над ним все смеялись, подшучивали, называли девочкой. Он их обрезал ножницами - они вырастали еще длиннее и еще гуще. В конце концов, он махнул рукой на попытки сделать из себя мужественного, стал оперативником и стал нахально пользоваться тем, что у него такие ресницы и девичьи глаза. Поэтому опасные преступники не принимают его всерьез. Он ресничками хлопает, как бабочка крылышками, изображает полный наив, и на это все покупаются. Очень приятный молодой человек. Это новый персонаж, который появился. Все остальные персонажи - сомнительные. Есть много новых персонажей, но они сложные - то есть, на счет влюбиться, я не знаю. Влюбиться можно еще в начале, но потом, когда открывается неприятная правда об их внутренней сущности, в них влюбиться уже нельзя.
Р.ВАЛИУЛИН: Чем определяется, почему Вы выбрали такой персонаж - однозначно приятный во всех отношениях? Вам надоели мерзавцы и бандиты?
А.МАРИНИНА: Нет. Во-первых, это следование правде жизни. Потому что если совершается более чем одно убийство на территории Москвы, то подключаются сыщики с Петровки, и обязательно с ними работают сыщики из тех территорий, где находятся эти трупы. Соответственно, с одной из территорий прибыл такой замечательный оперативник Андрей Чеботаев.
К.ЛАРИНА: Ну, и как себя чувствует Настя Каменская в 2000 году? Как ей работается?
А.МАРИНИНА: Это еще 1999 год. Она чувствует себя не очень хорошо, потому что полковник Гордеев поставил перед ней очень жесткие условия: пора перестать прятаться за свою девичью внешность, пора перестать чувствовать себя девочкой, надо уже понять, что тебе скоро сорок и ты уже подполковник, старый оперативник. И надо начинать на себя брать ответственность за принятые решения и за их выполнение. В общем, Настя чувствует себя в этой роли очень неуютно. Он в воспитательных целях назначает ее старшей группы по расследованию тех убийств, о которых идет речь в романе. Она страшно боится принять неправильное решение, что кто-то пострадает, погибнут люди. В общем, она вся в сметении. И в результате всех этих смятений она принимает спонтанное решение подстричься, что и делает.
К.ЛАРИНА: То есть, совсем сделает себе короткую стрижку?
А.МАРИНИНА: Да.
Р.ВАЛИУЛИН: Как к этому отнесется Елена Яковлева?
А.МАРИНИНА: Я спрошу. Когда книга выйдет, я подарю Елене Алексеевне экземпляр, а потом спрошу, что она думает.
К.ЛАРИНА: Не стареет Настя.
А.МАРИНИНА: Настя стареет. Она чувствует, что у нее падает зрение, что ей нужно начинать носить очки, впервые она пережила сосудистый кризис в связи с переменой погоды: Боже мой, мне же, действительно скоро сорок! Что ж я все думаю, что я юная девочка, что со мной ничего не случится, что я так и буду бегать в девчонках. Действительно, я , наверное, старею, и пора взрослеть.
К.ЛАРИНА: Как муж?
А.МАРИНИНА: Муж, по мере сил, пытается стать на сторону Колобка-Гордеева и мягко, как любящий человек, объяснить, что, конечно, Гордеев прав. Что в домашней жизни он готов мириться с ее детскостью до бесконечности, потому что ему это не мешает, но, объективно и с точки зрения службы, конечно, Гордеев прав и, конечно, нужно взрослеть.
К.ЛАРИНА: Мне очень нравится жанр нашего разговора, как будто Марина приехала от нашей общей знакомой, и я спрашиваю: Как там она поживает?
Р.ВАЛИУЛИН: А я себя ощущаю ребенком, которому мама рассказывает сказки, которые хочется слушать и слушать.
К.ЛАРИНА: Я бы хотела вернуться к первому вопросу про Елену Яковлеву. Ваше впечатление, Марина - то, что вы увидели по телевизору? Одно дело, когда Вы принимали участие в работе над фильмом, а вот сейчас прошел это сезон. Какие Ваши впечатления, и что Вам говорили друзья и близкие?
А.МАРИНИНА: Говорили самое разное, причем говорили не только друзья и близкие, а совершенно посторонние люди, которые или задают вопросы на встречах, на прямых эфирах, или пишут мне письма по электронной почте. Мнения самые разные. Но, как ни странно, мнение у моих друзей и близких оказалось такое же, как у меня: Елена Яковлева - это чудесная актриса, чудесная Каменская. А у моих корреспондентов по переписке мнения разделились.
К.ЛАРИНА: Неизбежно, конечно же, что литературное произведение что-то теряет, перевоплощаясь в экранный образ. Это уже совсем другая история.
Р.ВАЛИУЛИН: А мне кажется, что они помогают друг другу, а не мешают. Антагонизма здесь нет.
К.ЛАРИНА: Кстати, пользуясь случаем, я хочу вспомнить совершенно удивительного актера, который умер вчера - Валера Приемыхов, который блестяще играл. И, вообще, то, что касается актерских работ, они достойны всяческого уважения.
Р.ВАЛИУЛИН: Кстати, по поводу взаимоотношений телевизионной Каменской и книжной. Книжная Настя не меняется под воздействием Елены Яковлевой?
А.МАРИНИНА: Вы знаете, очень трудно изменить образ, который сложился на протяжении 22 книг.
Р.ВАЛИУЛИН: Вас она не заставляет изменить этот образ, когда Вы его создаете, когда Вы его развиваете?
А.МАРИНИНА: Вы знаете, нет. Тем более, что отличий между книжной Каменской и экранной не так уж много. Это не то, чтобы были нужны какие-то радикальные перемены, чтобы книжная Каменская приблизилась к экрану - абсолютно, нет. Но я повторю, что в последней книги Настя все-таки подстриглась, правда, не под влиянием прически Елены Яковлевой, а под влиянием каких-то своих психологических нюансов, и принимает решение, что ей пора начать носить очки. Причем, это уже моя собственная ошибка, которую я допустила и о которой мне как раз напомнил экранный образ Елены Яковлевой. Не может женщина, которая приближается к сорока и которая постоянно работает на компьютере, которая, вообще, с детства очень много читала и училась - не может она иметь хорошее зрение.
Р.ВАЛИУЛИН: А с другой стороны, к сорока годам развивается дальнозоркость...
А.МАРИНИНА: Это после сорока.
Р.ВАЛИУЛИН: ...если он не страдал близорукостью до этого.
А.МАРИНИНА: На самом деле, дальнозоркость развивается и у тех, кто страдает близорукостью - например, у меня. Я ношу очки с пяти лет, и последние полгода я обратила внимание, что, когда я подношу мелкий текст по привычке к самому носу, я его уже не вижу, мне уже нужно отодвигать его от себя - процесс уже пошел.
М.ПЕШКОВА: Хотелось узнать: Анастасия Каменская - пожизненный герой, или Вы хотите с ней распрощаться, и какие-то иные персонажи станут овладевать нашими умами, когда мы станем открывать Ваши книжки?
А.МАРИНИНА: Не знаю, пока у меня нет мысли расстаться с Настей Каменской. Пока у нее есть возможность служить и что-то делать, наверное, я буду писать о ней. То есть, мне она пока не надоела. Если мне нужны новые персонажи, мне ничто не мешает вводить их в каждую книгу параллельно с Настей, мне ничто не мешает сделать какой-нибудь персонаж чуть более главным, чем Настя в какой-то конкретной книге - сама по себе она мне не мешает - она живет, стареет, развивается, болеет.
К.ЛАРИНА: Вы не устали от нее?
А.МАРИНИНА: Я пока нет.
Р.ВАЛИУЛИН: Марина, признайтесь: Каменская - это просчитанный образ или собирательный?
А.МАРИНИНА: Он интуитивный. То есть я себя в нее вложила, чуть-чуть сделала лучше, чем я есть на самом деле, и так мы как-то с ней вместе и живем параллельно.
Р.ВАЛИУЛИН: Скорее собирательный, да?
А.МАРИНИНА: Скорее собирательный: когда 90 процентов мы наливаем из одной бутылочки, а потом из разных остальные 10 процентов компонуем. То есть, есть какой-то основной компонент и 10 процентов всякого разного.
М.ПЕШКОВА: А нет ли такого, что Анастасия Каменская Вас ведет по жизни? И что-то Вы собираетесь сделать, скажем, в жизни или по службе, по работе и думаете: Анастасия Каменская поступила бы так. То есть, утром Вы встаете с ней и ночью ложитесь. Нет такого чувства?
А.МАРИНИНА: Нет, такого чувства нет. Скорее я ее веду по жизни, чем она меня. Если по течению жизни я сталкиваюсь с какой-нибудь проблемой, которую нужно решить, я достаточно легко эту проблему навешиваю на Настю, вместе с Настей ее решаю, и пока я ее решаю, я ее продумываю для себя: обжевываю, обсматриваю, обнюхиваю. И к моменту окончания книги для себя я какое-то решение принимаю.
М.ПЕШКОВА: А кто тот первый читатель, которому Вы даете рукопись?
А.МАРИНИНА: На самом деле, таких читателей трое: это муж, это литературный агент и его жена - и каждый из этих трех читателей выполняет свою функцию, потому что двое из этих трех читателей, как правило, знают в чем суть, кто убийца и чем дело кончится, а жена моего литагента Людмила Александровна не знает - то есть, она чистый читатель. На ней я проверяю, достаточно ли я заинтриговала читателя, достаточно ли это интересно написано, хочется ли читать дальше. А муж смотрит на предмет милицейских глупостей - ничего ли я там такого не напорола и не сморозила. А Натан Яковлевич читает, как злой критик, придирающийся к каждому слову: вот здесь нелогично, здесь не состыковано. То есть, каждый имеет свою работу.
Р.ВАЛИУЛИН: Марина, я вспомнил историю с Агатой Кристи. У нее, по-моему, была дочь первого читателя, которая всегда 100-процентно просчитывала, чем завершается то или иное ее произведение. Ваши первые читатели просчитывают, интригу угадывают?
А.МАРИНИНА: Нет. Понимаете, есть читатель благодарный и есть читатель неблагодарный. Вот, неблагодарный читатель, открывая книгу, изначально хочет доказать себе, что он умнее и хитрее автора, поэтому он читает очень внимательно и постоянно думает: А кто же, а кто же..., - и пытается догадаться и, естественно, он догадывается - это нормально. А есть читатель благодарный, который читает так: Автор старался, сделал какую-то работу. Я сейчас этой работой буду наслаждаться. Он не пытается оказаться умнее автора - он просто спокойно идет за текстом и читает до конца. Поэтому благодарный читатель, как правило, не догадывается, а неблагодарный, который очень хочет догадаться раньше и доказать самому себе: Ах, какой я умный, какой автор дурак, - конечно, на 50-й странице все понимает.
К.ЛАРИНА: Еще раз хочу вернуться к началу нашего разговора - к книге, которая должна вот-вот появиться уже в продаже, Когда боги смеются. Поскольку очень много по этому поводу вопросов - например, где происходит действие, когда появится книжка, когда она выйдет?
А.МАРИНИНА: Действие происходит в Москве летом 1999 года.
К.ЛАРИНА: Еще один вопрос от слушателей: Жанр политического детектива Вас не прельщает?
А.МАРИНИНА: У меня есть одна книга Не мешайте палачу, которая близка по жанру к политическому детективу, и с элементами политики книга Мужские игры. Вообще, политика и экономика меня не прельщают - меня гораздо больше интересуют личные переживания людей.
Р.ВАЛИУЛИН: А о кризисе у Вас что-нибудь сказано?
А.МАРИНИНА: Я вас умоляю, там целая проблема, которая поднимается в книге и решается на бытовом уровне. Дело в том, что во время кризиса 1998 года у Чистякова пропали все деньги, которые лежали в Инком-Банке. Это были гонорары от зарубежных издательств за его лекции, выступления, переведенные книги. А с этих денег он должен заплатить налоги в 1999 году. И они мучительно собирают деньги, чтобы заплатить налог с суммы, которую он не получил, которая пропала в Инком-Банке. Они экономят, они откладывают с зарплаты и, в конце концов, когда становится понятно, что путем экономии им к середине июля денег не удастся скопить, Чистяков берет отпуск и занимается частным репетиторством с утра до ночи. То есть, это как раз в романе и происходит: у Чистякова без конца ученики, а Настя еще имела неосторожность принести с улицы приблудного щенка, и с этим щенком масса проблем, потому что он жрет рукописи, гадит, где не нужно, а у Чистякова постоянно чужие люди в доме, и это его напрягает - он с Настей из-за этого ругается.
К.ЛАРИНА: Марина, последнее. Почему так редко происходит любовная интрига в Ваших произведениях?
А.МАРИНИНА: Как это редко. Романтическая лини в каждой книжке есть.
К.ЛАРИНА: Но хочется, чтобы это было связано с главной героиней.
Р.ВАЛИУЛИН: Хочется измены, я чувствую.
К.ЛАРИНА: Измена была один раз, и Марина об этом очень жалеет.
А.МАРИНИНА: Да, муж мне этого не простил бы. (Смеется)
К.ЛАРИНА: Не будете ничего устраивать Насте - никаких испытаний, искушений?
А.МАРИНИНА: Насте - нет. Потому что, в силу того, что я имела неосторожность когда-то признаться, что Настя - это почти целиком я, то, чтобы теперь Настя ни делала, все перекладывается на меня. И все думают, что это я такая, и пишу о собственном опыте. Меня очень многие критики упрекают в том, что Настя бесполая, что она отрицает женское начало, и в ее жизни нет место сексу. Да, есть там место сексу - нормальному, полноценному, здоровому. Но, именно в силу той ошибки, которую я совершила, я теперь не могу писать об интимной жизни моей героини, потому что все будут считать, что я описываю собственный интимный опыт. Я повторяю - это моя ошибка, за которую я сейчас расплачиваюсь.
К.ЛАРИНА: Опасная профессия - писатель. И, напоследок, что Вы хотите сказать нашим слушателям, которые сейчас участвуют в игре Коровьевские штучки?
А.МАРИНИНА: Самое главное я уже сказала, к сожалению в начале, процитировав свои любимые строчки из Булгакова. Но учитывая, что сегодня на улице нас слушают, я полагаю только жители Москвы, то можно только порадоваться, что Михаил Афанасьевич нас оценил не очень плохо. Если забыть о партийном вопросе, то, в общем, мы - нормальные ребята. И действительно, все будет правильно.
К.ЛАРИНА: Напомню, что наша гостья сегодня - Александра Маринина. Повод для нашей встречи очень отрадный - это новая книга Когда боги смеются. Надеюсь, что мы о ней отдельно поговорим, когда выйдет книжка, а пока пожелаем Марине Анатольевне творческих успехов, личного счастья...
Р.ВАЛИУЛИН: ...заботиться о здоровье Насти.
А.МАРИНИНА: Будем стараться. Параллельно я начну заботиться о своем, узнаю, как это бывает и, потихоньку, перенесу на Настю.
К.ЛАРИНА: Спасибо большое, приходите к нам в гости.
А.МАРИНИНА: Спасибо.