итоги ХХII ММКФ - Ираклий Квирикадзе, Нана Джорджадзе - Интервью - 2000-07-31
31 июля 2000 года
В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Нана Джорджадзе, кинорежиссер, автор фильма 1001 рецепт влюбленного кулинара и Ираклий Квирикадзе, драматург, киносценарист.
Эфир ведет Александр Плющев, Вита Рамм.
В.РАММ: Почему именно эти гости в завершение нашего фестиваля? Во-первых, 22 Международный кинофестиваль уже закончился, и мне очень забавной показалась такая ситуация, что Нана и Ираклий уже могут быть полноправными участниками Международного Московского фестиваля. Но они участвовали не в конкурсе международной программы, а в программе стран СНГ и Балтии - то, что устраивала Конфедерация, 4-й форум. Показывали новый фильм Лето, или 27 потерянных поцелуев. Это, к сожалению, была не российская премьера, премьера этого фильма прошла на Каннском фестивале. Я хочу спросить, как за рубежом зрители относятся к этому фильму и какой успех. Сценарий писали Ираклий Квирикадзе и Мария Зверева. Она приболела, не смогла прийти в эфир, мы ей передаем привет.
И.КВИРИКАДЗЕ: Поневоле мне придется хвастаться. У картины пока что очень хорошая судьба. Фильм слегка не подоспел к Каннскому фестивалю, к основному конкурсу, поэтому картину мы показывали в очень престижной программе Канзан. И это был такой камень, брошенный в воду, от которого пошли круги, до сих пор мы живем в этом водовороте. Фильм бесконечное количество фестивалей пригласили к себе, где-то конкурсные просмотры, где-то неконкурсные. Московский фестиваль, который мы очень любим, уважаем, с юности, во всяком случае Я помню, когда показывали картину Феллини Восемь с половиной, я по водосточной трубе влез в Дом кино на просмотр, через туалет проникнул в зал. Так или иначе, конечно, было бы замечательно, если бы мы оказались в конкурсе, но нам помешало одно простое но: фильм наш уже показывался в Каннах, фильм уже получил главный приз на фестивале в Авиньоне наш с Наной и с Машей, - и поэтому, по регламенту Московского фестиваля, мы уже не могли участвовать в битве за московский приз. Хотя очень лестно тут я продолжаю хвастаться, - что в одном из очень хороших отзывов о фильме было сказано: Как жаль, что фильм не был в конкурсе, потому что мы бы тогда знали, кто бы получил главный приз. Нахваставшись, я передаю слово Нане.
В.РАММ: Нана, это уже не первый фильм, к которому сценарий писал Ваш супруг Ираклий. Вы не чувствуете, что ваш дуэт уже исчерпался? Что вы делаете, чтобы он постоянно так ярко горел?
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Я ничего не делаю, это Ираклия невозможно исчерпать. Он просто бросил режиссуру из-за того, что ему надо выписаться, потому что неимоверное количество сюжетов, которые обуревают его, требуют времени. И он сказал: Знаешь, Нана, давай-ка ты лучше занимайся этим сумасшествием съемками. А я буду спокойно сидеть за письменным столом и смотреть на хороший вид из окна. А что касается этого сценария, мы начали его писать очень давно с Марией Зверевой и с Ираклием. Потом он как-то отложился, мы не смогли довести его до съемок, потом я сняла по ираклиевскому сценарию фильм 1001 рецепт влюбленного повара. Но потом опять мы вернулись в этому сценарию.
И.КВИРИКАДЗЕ: Нашли наемных немцев, молодую кинокомпанию. Это был их первый проект. Они надеялись на маленький арт-фильм, но получилось совсем наоборот.
В.РАММ: Действительно, фильм через дробь: Германия/Грузия.
И.КВИРИКАДЗЕ: Да.
В.РАММ: Как-то, когда Ираклий представлял у нас в эфире фильм Лунный папа, проект, тогда еще съемки были (Ираклий Квирикадзе автор сценария Лунного папы), он за эфиром очень смешно рассказывал, как немцы реагируют, когда вы монтируете фильм. Они не знают, что нужно первым вызывать скорую помощь или полицию. Это продолжается? Маленькая компания не испугалась такого взрывного дуэта?
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Я их предупредила. Я сказала: Ребята, никаких истерик, никаких полиций.
И.КВИРИКАДЗЕ: Если в нашей комнате услышите крики, визги
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Да, в монтажной, правда, мы готовы убить друг друга из-за каждого кадра, из-за каждого эпизода.
И.КВИРИКАДЗЕ: Из-за каждой склейки.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Но самое смешное то, что когда мы в 2-3 утра возвращались после монтажа домой, Ираклий как-то меня обнял и сказал: Наночка, какое счастье! Мы 25 лет вместе живем, и ни разу ни одного конфликта! Как же это так может быть? Это правда, у нас никогда не было ни одного конфликта. Потому что то, как мы ссоримся за монтажным столом это не конфликт
В.РАММ: Это процесс.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Да, это процесс.
В.РАММ: Я так думаю, что фильм будет украшением нового сезона Дома кино, поэтому будьте добры, представьте Я понимаю, что это очень глупо спрашивать о содержании фильма. Пусть тогда сценарист синопсис короткий расскажет.
И.КВИРИКАДЗЕ: Это история простая, история любви. Девочка, которой вот-вот исполнится 16 лет Нана мне показывает 14.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Четырнадцать! Он уже все забыл.
А.ПЛЮЩЕВ: Это автор сценария свой фильм представляет!
И.КВИРИКАДЗЕ: Ну ладно, цифрами я не занимаюсь. Она юная, она Лолита, она нимфетка. Сколько лет Лолите, сколько лет нимфетке?
В.РАММ: 12,13,14?
И.КВИРИКАДЗЕ: Ну, Вы уж совсем опустились. У нас же фильм о любви, а не эротическая Это девочка, ее звать Сибилла. Она из города приезжает в маленький городок, в глухую провинцию. Там в нее влюбляется мальчик, а она, в свою очередь, влюбляется в папу этого мальчика. Видите, какая неприличная история. И вот это связывает эту историю с Лолитой.
В.РАММ: Ну если папа умный-разумный, то девочка
И.КВИРИКАДЗЕ: Папа астроном, папа имеет некое табу, хотя он бабник, но не нимфоман. И вот это трио в водовороте невероятно смешных историй маленького городка, где в это же время показывается первый раз фильм Лолита, тайный просмотр
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Эммануэль! Ираклий, что с тобой!?
И.КВИРИКАДЗЕ: Ой, извините, что же я пристал к этой Лолите
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Вы знаете, он уже все забыл. Он пишет новый сценарий и совершенно забыл то, что было давно написано. Разрешите мне досказать. Сколько бы мы ни рассказывали, конечно, главная история этого треугольника 14-летняя девочка, 14-летний мальчик и отец мальчика. Но это история, в принципе, об очень многих персонажах, которые заполняют этот фильм со всех сторон и вокруг которых все это как-то крутится. И в принципе, это не история любви, это история поисков любви. Как все персонажи, как все герои нашего фильма, они в поисках. Это все, конечно, по-разному, потому что зависит от их возраста, интеллекта, потребностей, желаний. Но даже капитан, который ищет потерянное море со своим кораблем
И.КВИРИКАДЗЕ: Это один из персонажей, которого играет Пьер Ришар. Я тоже тут вставлю слово, я помню хотя бы, кто играет
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Это тоже история поисков любви. Я не очень люблю пересказывать сюжеты, потому что такого четкого прямолинейного сюжета нет. Там столько всего перемешано!
И.КВИРИКАДЗЕ: Люди, которым нравится фильм, говорят одно простое слово: Амаркорд, что для нас очень лестно. Это, в общем-то, Амаркорд кавказский, грузинский. Хотя у фильма нет географии. Девиз и принцип тех, кто вкладывал деньги в эту картину: не будем делать точного адреса, будем делать некое постсоветское пространство. И это нас тоже увлекло. В фильме очень много грузинских актеров, замечательные российские актеры.
В.РАММ: Кто?
И.КВИРИКАДЗЕ: Амалия Мордвинова и Александр Сидихин.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: И Римма Маркова.
И.КВИРИКАДЗЕ: Помимо этого, еще француз. Вообще вся прелесть этого фильма в его интернациональной Вавилон у нас был на съемочной площадке. Потому что оператор - американец, режиссер грузинка, осветители были из Югославии, производственный круг людей были греки, снимали мы в Греции, снимали в Грузии и даже снимали в Лос-Анджелесе. Во время монтажа выяснилось, что не хватило 2-3 эпизодов, а оператор американец уже снимал свой большой голливудский фильм. Мы взяли актеров, поехали на холмы, где надпись Hollywood, и под этими буквами, под этими фанерными гигантами мы сняли два эпизода, которые как бы происходят в Грузии. Это было очень смешно.
В.РАММ: Такой интернационализм не мешает? Можно освоить разные символы разных стран и все воедино перелить?
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Здесь нас объединяло одно: очень маленькие деньги, очень большое желание снять фильм
И.КВИРИКАДЗЕ: Азарт к цыганской жизни.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Да, и очень большая дружба. Мы все очень любили друг друга, и это было главное.
-
В.РАММ: Продолжаем разговор о фильме. Фильм называется Лето, или 27 потерянных поцелуев. Кто потерял поцелуи, кто играет этого несчастного человека, который потерял поцелуи, и кто обещал целовать?
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Потерял мальчик, 14-летний. А кто обещал Я сказала бы два слова об этой девочке совершенно поразительной. Очень долго не могла найти героиню. Пересмотрела огромное количество красивых талантливых девочек в возрасте с 14 до 16 лет. Через два дня съемка, у меня нет героини, я в полном отчаянии: что же делать И вдруг звонок. Я, уставшая, сижу, мой ассистент тоже сидит рядом. Я отмахиваюсь: Скажи, что меня нет. Он берет телефон раздраженно: Да! В трубке такой голос: Скажите, вы ищите 14-летнюю девочку? Он говорит: Да, да, ищем! И если у вас есть, возьмите и приведите ее. Я никого не буду приводить. Я сама должна прийти. То есть девочка с очень низким голосом, я сейчас не совсем хорошо ее имитирую, потому что у нее очень красивый грудной низкий голос. Она вошла в комнату, и все было решено.
И.КВИРИКАДЗЕ: А было ощущение, что это бабушка хочет привести свою внучку.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Обкуренная бабушка. А вошло совершенно поразительное существо с такой пластикой! Коленки торчат, в общем, пластика необыкновенная. Необыкновенная энергия из ее глаз. И все было решено.
И.КВИРИКАДЗЕ: То есть она без проб стала героиней. И нам безумно повезло.
В.РАММ: Вы рисковали.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Да. Но от нее шла такая энергия, что я сразу поняла: это она. Она делала вправду все, даже самое страшное: прыжки с высоты.
И.КВИРИКАДЗЕ: С моста в холодную воду!
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Ледяная вода, велосипеды все что угодно. Она делала без разговоров. Такое ощущение, что у девочки нет чувства страха.
В.РАММ: Ну, это понятно: физические трудности, для молодой девочки, может быть, и не трудно. А эмоциональная, чувственная сторона?
И.КВИРИКАДЗЕ: Потрясающая!
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Я начинаю говорить и по глазам чувствую, что она уже все понимает. И я просто сразу ее запускала в кадр. Я просто актерам не даю читать сценарий, я так их запускаю в кадр.
В.РАММ: Пьер Ришар на это жаловался в Комсомольской правде, по-моему, - что приехал сниматься на повара: Что играть? Ему говорят: Иди, иди, играй!
И.КВИРИКАДЗЕ: Не только Пьер Ришар. Наш американский оператор, который звезда Голливуда и который приехал делать эту картину со своим виденьем, со своей огромной бухгалтерской книгой в какой день какой кадр снимается, не только сегодня, а месяц спустя. Когда он увидел, что мы, в общем, цыгане, что все импровизация, вначале он просто ночи не спал, у него волосы дыбом стояли. Как, что мы снимаем? Но он так влюбился в этот процесс, в этот хаос импровизации, что сейчас он
В.РАММ: внедряет вашу систему в Голливуде.
И.КВИРИКАДЗЕ: Погиб Голливуд! Он оттуда нам пишет факсы: Ребята, давайте новое кино! Так мне скучен этот голливудский конвейер! Я хочу так снимать! Он просит бесконечно.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Пьер Ришар давал свое интервью, его спросили: А как были съемки в Грузии? Он сказал: Мне было вначале трудно. Но потом я понял: это есть жизнь, это называется снимать кино. Расслабьтесь, получите удовольствие, любите друг друга. Я помню все: как мы пили, как мы пели, как мы танцевали, как мы справляли мой день рождения, который я никогда не забуду. Я одного не могу вспомнить: когда мы снимали кино.
В.РАММ: И поэтому он согласился сняться у вас во втором фильме. По первому фильму Пьер Ришар, я думаю, не может иметь к вам никаких претензий: он с вашим фильмом стал номинантом на оскаровскую номинацию в номинации Лучший зарубежный фильм. И Ираклий второй раз стал номинантом на оскаровский фильм это Лунный папа Бахтиера Худойназарова. Таджикистан стал кинематографической страной. Как там все происходит - эти закулисы голливудские? Ну, понятно, они там смотрят, выбирают по своему вкусу. А дальше что? Вы участвуете в какой-то гонке?
И.КВИРИКАДЗЕ: Ну да, сказать, что там все так уж кристально чисто, было бы чрезвычайно наивно. Да, действительно, Нанина картина и моя картина Влюбленный повар до самого последнего момента, как на скачках говорится, шли ноздря в ноздрю с чешским фильмом Коля, замечательным фильмом. Но многие говорили, что если бы была драка один на один, то может быть, даже мы могли бы и побить Колю. Но тут, увы, не получилось один на один.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Знаете, победителей не судят. Мы поздравили Колю и очень рады за них.
И.КВИРИКАДЗЕ: Но если уж задается вопрос, я на него отвечаю, что за Колей стояла гигантская чешская команда. Милош Форман пришел к Нане, обнял ее и сказал: Нана, я тебя люблю, мне нравится твоя картина Она сейчас мне делает знак: не говори этого! Но бог ты мой! Милош очень честно к тебе пришел и сказал: Я лоббирую фильм Коля. И он был прав.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Он был прав. Вы знаете в чем дело Во-первых, это прекрасный большой праздник для всех
В.РАММ: Оскар вы имеете в виду?
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Да. Быть в номинации, попасть в эту пятерку - это такой большой праздник! Просто присутствовать на этом празднике Это немыслимое ощущение видеть рядом с собой Джека Николсона и наступить на ногу Барбре Стрейзанд
И.КВИРИКАДЗЕ: что Нана и сделала успешно.
В.РАММ: Ну ведь какие-то продюсеры, дистрибьюторы принимают какие-то шаги интересные Я почему спрашиваю: я так люблю нашу Нику! Она такая маленькая, такая хрупкая! Не получается пока стать ей таким могучим призом, к которому бы стремились все. Многие режиссеры обижают Нику, картины не дают. На Оскар же все стремятся. В чем там дело?
И.КВИРИКАДЗЕ: Вообще-то должен сказать, что Ника набирает силу. И я вижу просто, что с каждым годом она становится лучше, масштабнее, художественней все это подается. И на сегодняшний день для меня, например, получить Нику это чрезвычайное счастье, удача и желание.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Всему же нужно время.
В.РАММ: Ника маленькая такая!
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Оскар все же старый дядюшка, а Ника только-только начинает набирать силу.
В.РАММ: И что делают продюсеры во время оскаровской гонки? Продюсеры, дистрибьюторы все?
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Наши ничего не делали. Наш продюсер даже не хотел пустить картину на Оскар, потому что он говорил, что копия очень дорого стоит. И нам пришлось ее печатать за свой счет, чтобы послать ее. Это французский у нас был продюсер. Но не в этом сейчас дело. Продюсер это одно. Дистрибьютор Сони Класик. Они сделали очень много, но у них было очень мало времени, потому что фильм они купили буквально за неделю до оскаровской номинации. Поэтому они просто не успели ни выпустить на экран, ни прессу сделать, ни рекламу. И мы после номинации уже вышли на экран. Они не успели ничего сделать.
В.РАММ: Я желаю вам, чтобы Лето, или 27 потерянных поцелуев также попало на оскаровскую номинацию. И есть такой момент, что третий раз обычно не врет. Наш Александр Петров с третьего захода взял Оскара в мультипликационной номинации. Так что я думаю, что все у вас впереди.
Н.ДЖОРДЖАДЗЕ: Не знаю, как с Оскаром, но огромное вам спасибо за внимание!
И.КВИРИКАДЗЕ: Вашими бы устами да мед пить!
В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы были Нана Джорджадзе, кинорежиссер, автор фильма 1001 рецепт влюбленного кулинара и Ираклий Квирикадзе, драматург, киносценарист.