итоги кинофестиваля - Бахтиер Худойназаров - Интервью - 2000-07-30

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Добрый день! Представь, пожалуйста, нашего гостя, которого ты назвала восточным принцем.

В.РАММ - Добрый день! У нас в гостях Бахтиер Худойназаров, лауреат Кинотавра за фильм "Лунный папа". Мы хотели пригласить сразу после Кинотавра, но Бахтиер редко живет в России.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - А где вы живете?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - В Берлине. Просто когда распался СССР, я бы где-то там. Я бы такой молодой режиссер, мне было 25 лет, я был очень эмоциональный. И я обиделся, что со мной не посоветовались. И я решил, что не хочу жить в 40 непонятных независимых странах, их тогда было много. Вот и все. и так и живу там.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - И что вы делаете там?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Живу, работаю, пишу сценарии. Снимаю в Средней Азии. Хочу снять что-то в Москве, но пока не чувствую. Я всегда хотел. Я снял свою первую картину в Москве в 1989 год. Это был первый мой фильм, я тогда заканчивал ВГИК, "Веришь не веришь", с Аркадием Высоцким мы написали историю на стихи Пушкина. Но она очень экспериментальная, я даже боюсь ее показывать.

В.РАММ - И сейчас, это, конечно, большая работа организаторов фестиваля, когда они формировали состав жюри, он получился очень красивый, в том числе среди украшений это и Бартиер Худойназаров.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - А почему выбрали?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Этого я не знаю.

В.РАММ - Это просто разного возраста. Они знали, что председателем будет Ангелополус - это одного поколения, Киршнер - чуть младше, и нужны были люди молодого нового поколения. И вот Самира Махмолбав из Ирана и Бахтиер стали в составе жюри.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Ну, неизвестно откуда, но все-таки это был выбор осознанный.

В.РАММ - Мне кажется, это было все-таки риск со стороны жюри, потому что разные вкусы, стилистика. Но судя по результатам, оглашенным вчера, они отдали предпочтение, главный приз, признанному мэтру и действительно за хорошее кино. А второй приз - французскому дебюту.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Давайте напомним результаты фестиваля, наверняка не все их слышали, хотя бы какие-то.

В.РАММ - "Золотого Георгия" получил фильм Занусси "Жизнь как смертельная болезнь, передающаяся половым путем", а второй приз этого фильма - лучшая мужская роль. А второй фильм, получивший второй приз - это французские молодые ребята, и фильм называется "Взлет". И актер из этого фильма так же получил за мужскую роль. И вот тут я хочу спросить: в фильме "Вдова с острова Сан-Пьер" играли Летой и Кустурица, и я думала, честно говоря, что жюри сделает им два приза за лучшие мужские роли. Почему вы не отстояли Кустурицу?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Когда он был председателем жюри в Венеции, я не участвовал в конкурсе, потому что все понимали, что может что-то произойти.

В.РАММ - Они дружат.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - А здесь - как я буду на чем-то настаивать? Как-то это...Он не нуждается. А вот этот молодой актер, француз, на столько его счастье вчера было безгранично, просто можно было плакать. Я человек не сентиментальный, но он просто не знал, куда себя деть до утра! Вот ему этот приз очень нужен. А Кустурице - что ему еще нужно? Он теперь же балуется, играется в кино.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Вообще - какие ваши впечатления об этом фестивале? Вот, Мережко говорит, что главный - "Ника", Рудинштейн заявляет это о "Кинотавре", а этот фестиваль - это вообще все достаточно симптоматично и понятно, выход президента и его слова. Хочу сказать для радиослушателей, поскольку знаю эту кухню немножко, что каждый из руководителей фестиваля хочет, чтобы кто-то из правительства отметил, причем их понять можно, потому что в дальнейшем это какая-то возможность получить деньги для этого фестиваля от государства. Поэтому руководитель государства, премьер, вице-премьер, вот Матвиенко иногда приходит - руководитель государства должен видеть, что сие есть царствие кино, что русское кино испытывает подъем. И все руководители фестивалей рвут на части, говорят, что нет, наш фестиваль более престижный, нет - наш и так далее. Почему я вам задаю этот вопрос? Потому что вы - лауреат Кинотавра, участник многих фестивалей, как вы вообще оцениваете этот процесс?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Я всегда был вокруг московского фестиваля, и в первый раз я внутри. И я бы сказал, что он правда поднимается -насколько закрытие было таким корректным, компактным... Я по символам, по композиции всегда сужу. Все открыто. И даже не было помпы, что был президент России. Все было как-то по простому, как и должно быть в хорошем кино. Этот фестиваль для меня такой и был - хорошее кино. Касательно конкурсной программы - это нормально, когда в конкурсе 1-2 хороших фильма. Так же, как в Каннах. Нельзя требовать все 18 фильмов хорошими. Тогда это был бы просто взрыв кинопроцесса в мире, такого не бывает. Фестивалей класса А 6 или 7: Берлин, Венеция, Канн, Москва, Карловы Вары, Токио и Сан-Себастьян.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Наши слушатели как воспринимают процесс? Вот президенты вышли на сцену, вот начался финал, вот каждый кричит, что его фестиваль лучше, важнее. Вот в Каннах, мы говорим, стали показывать элитарное кино. Есть еще более элитарные фестивали, например, где режиссеры просто соревнуются друг с другом в том, какое кино круче. Пусть оно не массовое, но это вот как показ моделей - мы же не говорим, что от кутюр - это для ежедневного пользования. Чем отличаются наши 3 фестиваля? Только тем, что они соревнуются, кто из них главнее? Или в них показывается разное кино? Я прошу объяснить вас, нам, неспециалистам, зачем это нужно7 потому что рождается простая мысль - это простая трата денег! Давайте сделаем один фестиваль, московский.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Я не люблю давать советов, но мне так кажется: все-таки Сочи - это прежде всего российский фестиваль, а Москва- это международный фестиваль.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Почему? В Сочи есть вторая часть - международный фестиваль.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Вот видите, там какая-то вторая часть международная, еще третья. А это просто - Московский Международный фестиваль

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - А чем Московский отличается от Канн? Здесь что, показывают народное кино или только комедии, или то, что осталось, или голографические фильмы? Или это вопрос престижа президентов?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Нет, это вопрос престижа страны. Индустрия французского кино - самая большая в Европе, это не секрет, и поэтому престиж Каннского фестиваля высокий. И индустрия в Германии поднимается, и Берлинского поднимается тоже. И в России есть надежда, почему Московский фестиваль, что вернется понятие российской индустрии. Потому что фестиваль, на самом деле, должны не использоваться только политиками. Это - индустриальная вещь. Должны быть продюсеры.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Но вы же понимаете, что сейчас это именно так и используется! Я не понимаю, причем здесь индустрия? Она имеет отношение к тому, что налоги на кино, ну, там целый механизм экономический, который позволяет, как утверждает тот же Рудинштейн, и Михалков, и Гусман, и Мережко - если сделать то-то и то-то в экономических законах России, тогда кино пойдет. Ну, прежде всего, это налоги и т.д. Но то, что станцуют вальс, покажут какое-то английское, французское кино, этот актер заплачет от счастья, что это как-то повлияет на наше кино, тем более, как вы сказали - на индустрию, я этого не понимаю!

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - На индустрию, которая строится. Наша индустрия кино была разрушена, а теперь она только строится. Только-только появляются прокатные фильмы, прокатные конторы. И что необходимо? Чтобы вот этот французский фильм попал к зрителям. Для чего этот фестиваль? Чтобы дать очень большой импульс ему, промоушен этому фильму. Но вот дальше начинаются проблемы: кинотеатров не хватает, их просто нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Так разговор идет, что это - во имя прокатчиков?

В.РАММ - Да!

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Конечно, а для чего? Фестиваль - это смотр, где должны решать судьбу фильма.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Тогда говорите - не индустрия кино, а индустрия проката.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - А это одно и то же. Это связь, которая сейчас утеряна. Ведь производя фильм, в принципе, надо уже иметь контракт с прокатчиками, чтобы знать, что есть магазин, куда продукция пойдет. Для меня кино - это чистое искусство, где каждый может выражать себя. Но хватит выражать себя, можно же сделать историю, чтобы зритель плакал.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Тогда такой вопрос. Вы ведь были на развалах, где кассеты продаются? Там есть все! Нужен ли фестиваль, где побуждает французский фильм, например, если и так этот фильм будет и в кинотеатре, и на кассетах.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Именно этот французский фильм не будет в кинотеатре, потому что он был не замечен, он был проигнорирован. Это первый фильм человека, а он правда интересный, хорошая история. Это именно зрительский фильм, где есть и искусство, и коммерция, т.е. все это. И сейчас произошел толчок. Единственное теперь что будет плохо - что переходит это все на видеокассеты пиратские.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Я считаю это огромным благом.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Да? Потому что простые люди могут смотреть?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Безусловно! Потому что я должен сказать, что то, о чем вы говорите, конечно же - да будь прокляты эти пираты! Их надо арестовать, посадить, убить! Но благодаря им люди видят вообще хоть какое-то кино, хотя, кстати, сейчас стоимость кассет не очень большая. Мне бы хотелось, чтобы вы меня переубедили. Потому что для многих наших слушателей это все - игры патриотов, которые делают фестиваль для того, чтобы был фестиваль. Видите, у меня такое критическое отношение сейчас к Никите Сергеевичу. Я ведущий программы, я не должен ему поддакивать. Но я хочу выяснить. Мне тут говорят: "Большое спасибо за гостя! Не мучайте его так строго!" Я вас мучаю?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Нет, просто у нас разные позиции: вы съели плов, а я нет. И как-то спорить на пустой желудок...

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Еще раз повторюсь: у нас тут разделение жанровое - Вита задает интеллектуальные вопросы по кино, а я задаю вопросы как бы от слушателей, которым не понятно, например, почему мы должны тратить наши деньги на, что, например, француз победил? Т.е. он победил заслуженно, и известному польскому режиссеру все гран-при надо отдать, потому что он уже столько сделал. Но в чем это способствует именно повышению интереса? То, что люди услышат об этом, так?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Думаю, это знак очень большой рекламы. Каждый день в мире выходит около 100 фильмов, представляете?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Да, и из них - 70 индийских!

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Да. И очень тяжело пробиться фильмам, потому что почти все фестивали занимаются некоммерческим кино, а арт-кино, т.е. чтобы объяснить - это кино, представляющее искусство, кино, которое представляли Герман, Тарковский.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Ну, у нас принято название - элитарное кино.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Так тоже тяжело сказать. Это просто по настоящему отражающее дух сегодняшний, настроение. Но существует масс-мадиа, которые не пускают это, которые делают свои дела. Так же как, наверное, идет конкуренция между французскими ресторанами, русской кухней и "Макдоналдсами". А фестиваль в данном случае - это как бы таки рубежи определенные, волнорезы - вот накатывается, а они как бы останавливают это и дают такие маячки этих фильмов, которым тяжеловато пройти в массовое сознание.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Сообщение на пейджер: "Все это придумал Михалков для собственного обогащения". Опровергните или подтвердите!

В. РАММ - Но фестивалю уже 40 лет, он просто шел каждые 2 года.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Ну, скажем, он это воссоздал - должен же известный режиссер иметь свой фестиваль!

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Ну, можно сказать, что режиссер снимает фильм тоже для собственного обогащения, а священник держит храм тоже для собственного обогащения. Так все можно к абсурду привести. Так мы можем скатиться в опасный экстремизм.

Н. ТАМРАЗОВ - А что может являться для человека обогащением как ни его профессиональная деятельность? Что еще? Воровство? Это его профессиональная деятельность. Если он за счет этого обогащается, то дай ему Бог! Он же не полез в карман ни к кому, он делает свое дело.

В.РАММ - А потом, президент фестиваля - это общественная должность. Он не на зарплате.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - У нас же ушла эта культура фестивальная. Если в Каннах есть Жакоб, он же и президент и директор, его авторитет огромен в киномире. И люди едут к нему, потому что он может попросить - приедь ко мне и покажи фильм. Сегодня авторитет для международного в России - Никита Михалков. Может быть, и Герман, но он, видимо, не хочет. Такой же авторитет у него. Потому что тогда этим, личностями, как бы поднимается фестиваль. Это временное явление, потому что я надеюсь, что фестиваль сам будет очень значительным. Вот я несколько раз был на фестивале в Токио. Токио - это где-то я не знаю где, в Японии, и как бы для всех это - где эта Япония, зачем это? И вдруг, был перерыв 4-5 лет, я в этом году был, туда сейчас едут, хотят ехать. И там просто обалденная атмосфера. И это очень помогает в Токио, потому что там идет засилие коммерческого кино. А с помощью токийского фестиваля зрители стали смотреть что-то другое.

В.РАММ - А потом там существует конкурсная программа и огромное количество фильмов вне конкурса, которые были на других фестивалях. Во-первых, это интересно посмотреть. Но уже половина этих информационных программ останется у нас на афишах кинотеатров. И заявка такого фильма, например, ты хотел посмотреть "Кутерьму", а билетов нет, потому что зал был переполнен - хорошо, ты не посмотрел его во время фестиваля, но о нем уже знают, что-то передалось из уст в уста, что-то написали журналисты, и фильм остается в афише. Это тоже очень хорошо. Фестиваль обычно - это фестиваль продюсеров и дистрибьютеров. Фильм, заявленный во время фестиваля, у него очень хорошая прокатная судьба. В Москве пока это очень трудно, из-за того, что шел он раз в 2 года, будет не будет. Сейчас вышел от 28 июля указ президента - фестиваль ежегодный. Значит, уже сейчас фильмы, которые только замысливаются или на монтажном столе, уже может продюсер этого фильма рассчитывать - в Канн не успеваем, в Берлин не попадаем, но есть Москва, понимаете? Занусси ведь так и попал сюда с монтажного стола, мы опередили Венецию.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - И это важно понять для слушателей - это как кинорынок. Вот есть в Франкфурте книжная ярмарка, и в Москве была недавно, где происходят сделки. Вот сегодня нужно приучить людей индустрийных, ведь уже появились прокатчики, собственники кинотеатров, чтобы они встречались, говорили, новые идеи. Т.е. в любом фестивале существует кинорынок. Это, конечно, не касается зрителя. Зрителя касается - дайте мне посмотреть хороший фильм. Но чтобы объяснить такую кухню, за ними должны приезжать люди. Я знаю, что я никогда не встречу определенного продюсера, но я знаю, что я его встречу 7 раз в году. И для этого едут сюда. По крайней мере, я встречал нескольких коллег, которые приехали на встречу, потому что в Москве, в гостинице они друг друга найдут, поговорят, что-то подпишут. Это же хорошо, т.е. Москва становится тоже какой-то такой столицей.

В.РАММ - У нас была Сальмира(?) Махнольбав(?), тоже член жюри, и мы ее спросили: молодая, талантливая, с призами, признание мировой общественности, и если сейчас Голливуд, который ее очень любит проводить такую работу - из оранжереи к себе пересаживать - если ее пригласят в Голливуд, поедет ли она? Она так испугалась этого вопроса, нет-нет, родные корни, дерево, я - маленькая веточка, красивый очень был ответ. Вот вы ведь тоже из восточной страны, а теперь живете в Восточной Германии. Не мешает отсутствие родных корней? Легко прижилось?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Потому что я как-то не чувствую. Как можно потерять корни? Я не очень-то с этим согласен. Они же во мне сидят, в моем сердце, в памяти, в моем сердце. Но ту Москву, которая в моей памяти, я уже не могу встретить, я вырос в этом городе тоже. А в Берлине я нахожу просто улицы такие же!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Мы знаем такие примеры, когда некий грузинский режиссер, живя во Франции, умудряется снять французский фильм, а когда смотришь на нет, понимаешь, что это - грузинский фильм. Как будто дело происходит в Грузии. Это можно просто сойти с ума!

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - И потом, для меня важна одна вещь - то, что между Берлином и Москвой есть автобусное сообщение. Вот с Америкой я такого не представляю такого. А тут можно сесть на автобус и приехать в Москву. Ехать 26 часов.

Н. ТАМРАЗОВ - Но живя в Германии, вы же не делаете фильмы немецкие, вы же делаете свои фильмы?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Да, делаю здесь фильмы, но вот сейчас хочу сделать фильм в Вене, вескую историю.

В.РАММ - А вы знаете, что Бахтиер сделал одну очень важную вещь? Благодаря ему и "Лунному папе" кинематографический мир узнал, что есть такая страна как Таджикистан, потому что это был первый фильм в истории страны, представленный на "Оскар".

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Я вообще не люблю разговоры о национальности. Раньше меня называли советским режиссером, что и правильно, потому что я 27 лет прожил в этой стране со всеми этими наворотами. И я не стыжусь. А что делать? История так сложилась. Это именно средне-азиатский фильм.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Вот вы в начале сказали, что хотите снять фильм в Москве. Потом сказали, что сейчас собираетесь снять фильм в Вене. Я всегда думал, что в фильме главное - история, что место действия вторично, а тут вы говорите мне совершенно поразительные вещи.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Для меня очень место играет. Я вижу место и начинаю вибрировать, придумывать что-то. Или прошу драматурга придумать. Для меня очень важно место.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - А что тогда, что это такое - московская история, какая она? И какая - венская?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Пока про московскую не буду говорить, это пока секрет. А венская - это про человека, который из Гагр что ли на грузовом теплоходике доехал до Вены. Я вдруг как-то почувствовал этот город, Дунай, и вдруг что-то пошло. В самом этом городе есть что-то такое, архитектура, именно не центр, а задники этой Вены. И именно это есть Вена - Вена, где никто не понимает, кто они, венцы. Они все время говорят о какой-то империи, т.е. там все смешанно. Там все Лукасы, но они немцы или не немцы, их любят - не любят, т.е. вот это венская такая история.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Когда я читал книгу "Гений места", это для меня было как-то очень умозрительно, потому что можно, конечно, творчество человека привязать к месту, но вы для меня какой-то химически чистых, вот, говорит, будет венская история. Это как Вуди Ален, у которого бесконечная манхеттанская история. А вот как вы воспринимаете Москву?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Я скажу примером. Когда я прилетаю из Москвы в Берлин, все говорят - что с тобой? У меня такая энергетика, как будто кто-то меня здесь завел, как будто пропеллер вставлен, серьезно! Такое же ощущение бывает, когда я из Нью-Йорка прилетаю.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Таджикский Карлсон.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Да, что-то такое карлсоновское существует, идет какое-то броуновское движение. Но для меня, чтобы понять Москву, мне надо найти какую-то улочку или композицию, где я увижу кадр.

Н. ТАМРАЗОВ - Я вам могу показать, это место, где я живу. Вы запомните это на всю жизнь!

В.РАММ - Вопрос всей моей жизни: в Москве с большим успехом шел фильм "Черный кот, белая кошка" Кустурицы. Я знаю, что вы знакомы с ним, дружите. Сейчас мы видели, и выйдет, наверное, в прокат "Вдова с острова Сан-Пьер", где Кустурица блестяще сыграл одну из главных ролей. Вот кто такой Кустурица в жизни, как он на самом деле?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Вот как он снялся, такой и на самом деле. Такой немножко угрюмый, боксер, потом вдруг выходит на сцену - он же еще и рок-музыкант, сейчас ездит со своей группой - рок-музыканты с цыганами, что-то такое. Т.е. когда он творит, он раскрывается, а так он немножко угрюмый, видно, он закрывается от всего.

В.РАММ - А он легкий в дружбе или?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - То же тяжеловатый. Но он же балканский князь!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Хочу напомнить, что Бахтиер был членом жюри фестиваля. Я хотел бы спросить, раскройте секрет, как происходит обсуждение, как выносится решение? Вы же все говорите даже на разных языках, у всех разный менталитет?

Н. ТАМРАЗОВ - На всех языках деньги значат одно и то же.

В.РАММ - Нет, это не денежный приз!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Да нет, сколько проплатили, столько и получили.

Н. ТАМРАЗОВ - Открывают конверты от разных делегаций и показывают там наличие купюр.

В.РАММ - Нет-нет, авторитет фестиваля надо беречь и хранить.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Это, кстати, подъезд к авторитету жюри фестиваля. На самом деле в каждом жюри по-разному. В нашем жюри решили сразу не собачиться и не делать этих жарких споров. Были дискуссии.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Вот вы собираетесь, и председатель жюри говорит?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Председатель жюри дает каждому слово.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Нет, другое - председатель жюри задает тему победителя или нет?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Нет, он очень демократично подходит, он просто хочет узнать мнение каждого.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Вот вы все сказали. И дальше?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Он свое мнение говорит.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - И дальше?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Вдруг оказывается, что вот сколько человек - 8, и сколько раз произносили французскую картину - оказалось человек 5-6. Т.е. оказалось, что если мы сейчас будем спорить и вынесем на голосование, то он все равно пройдет. При этом кому-то из жюри нравилась совершенно другая картина. И Ангелопулус попросил высказаться и нас послушать, и все-таки продискутировать - может быть, мы можем поменять свое мнение? И человек долго говорил, объяснял и как-то по одной позиции, я не хочу сейчас говорить, потому что это протокол, поменяли свое мнение, например. Просто послушали человека, и он раскрыл как-то по-другому. Вдруг я смотрю - да, правда, в этом что-то есть. Т.е. не строгих рамок.

В.РАММ - Я понимаю - протокол, секрет. Но по поводу Занусси были дискуссии?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - По поводу Занусси не было дискуссии, если честно. Было некое: вот как его оценивать в программе вот этого, потому что он очень выделялся. Это было немного шокирующее. И даже думали, что как-то неудобно среди молодых - как бы мастер и сравнивать? Было вот такое ощущение. Но вдруг как-то все устоялось.

В.РАММ - Я просто помню фразу Занусси, когда он был председателем жюри на прошлогоднем "Кинотавре", когда мы его терзали, по каким критериям он оценивает фильм, он сказал так, что можно встать на позиции критерия 20 лучших фильмов в мире, которые есть за все столетие кинематографа, и тогда ни одни фильм не попадает - нельзя ни одному дать приз. Но мы - жюри данного фестиваля с данной программой, нам показали 18 фильмов, и мы выбираем из этих фильмов, которые нам предложили. Организаторы отобрали, сделали свою селекцию. И мы выбираем из них лучший. Т.е., очевидно, это самый продуктивный метод работы жюри.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Ну, что имеем, то и смотрим. Хотя в этом запросто могла быть интрига, потому что несколько людей дружат давно. Например, с китайским режиссером Джаном мы уже лет 8 знаем. И я говорю - тебе нравится китайский фильм? А он вообще не дотагивал. Но вот если бы он был наравне с французским, и если бы он сказал - ты знаешь, все-таки китайский фильм, я честно скажу, пошел бы за него. Потому что он мой друг, потому что я знаю, как тяжело в Китае проходят картины и как это важно для Китая. А значит, еще 2 человека, которых мы бы - все, четыре человека бы уже было. Но он как бы поступил очень корректно, он понимает это .т.е. такие были правила. А иногда в жюри задаются правила с самого начала. И в итоге не слушают президента, не слушают никого и в итоге - значит так, ты даешь этому, мы даем этому, и все будет хорошо. Бывает и так. Это бывает особенно на очень больших, в Каннах или в Венеции может быть такое, когда начинают вмешиваться прокатчики. Т.е. здесь было хорошо. А если бы на некоторых фильмах, которые были в конкурсе, сегодня прокатчики уже имели бы контракты, то наверное, было бы определенное давление

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Вот вы сказали про Канны. А что говорить тогда про "Оскара", хотя там, вроде бы, объективная система, и фильмы, которые выдвигаются, смотрятся огромным количеством независимых экспертов Академии?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Я знаю, что "Мирамакс", ездят там ребята-волонтеры на мотоциклах и членам Академии какие-то засылают конверты пригласительные красивые. Т.е. людям приятно.

В.РАММ - Кассеты, компакты.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Да, это же очень дорого - объехать 5000 человек. Это же не коррупция - это внимание. Но это же внимание тоже чего-то стоит, и получаются, что все равно в итоге есть моменты.

В.РАММ - Да, и "Мирамакс" переделал "Влюбленный Шекспир" и "Спасение рядового Райана".

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Скажите, а у вас были такие моменты, когда вы видели результаты конкурса какого-то, и это вызывало у вас приступ бешенства - явная необъективность?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Вообще да, были такие моменты. Это был прошлогодний Канн, фильм назывался "Розетта" - фильм ,который толком не идет ни в кино, нигде ничего.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - И почему он стал победителем? Из-за давления прокатчиков?

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Нет, из-за давления именно идеологии, что вот надо такое кино, пусть оно скучное, но вот это - искусство. Т.е. навязывание, навязать такой скучный новый язык. Я считаю это так.

В.РАММ - Они тогда в прошлом году хотели показать, что Канн при своей респектабельности, ангажированности и предсказуемости смело смотрит в будущее, и поэтому Жакоб пригласил непредсказуемого Кроненберга. И результаты были столь непредсказуемыми. Но это закончилось этим - думали, что пойдет дальше, но Бахтиер прав, это как факт того года.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Спасибо вам большое! Я желаю, чтобы вы между востоком своим и Германией была проездом в Москве и сделали что-то про Москву. И спасибо вам за ваши разъяснения, потому что многие вещи непонятны, и о них превратное мнение. Главная тема сообщений на пейджере - чего тратить народные деньги на утехи узкого клана любителей кино, понимаете?

В.РАММ - Это трагедия нашего времени.

Н. ТАМРАЗОВ - Это нормальное мнение нашего дня. Если фестивали будут, наше мнение будет меняться.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Ваши разъяснения очень важны. Задача нашей радиостанции - информировать и разъяснять во многом, поэтому то, что вы говорили - это очень важно. Потому что важно понять, что приказ Путина о том, что фестиваль будет ежегодный - это не ежегодная трата денег неизвестно куда, а дело очень большое. И когда мы смотрим кадры первого московского кинофестиваля - вот эта романтика необычайная, восторженность, она уничтожена сейчас нашим временем, но к ней надо как-то постепенно возвращаться.

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Да, я согласен. Хотел бы только добавить, что по-моему, неплохо тратить деньги на праздник. Просто правда должен быть праздник для москвичей.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Единственное, что я хочу отметить, что это праздник должен быть не только для тех, кто находится к КЗ "Пушкинский", но для наибольшего числа людей, жителей города. Спасибо вам!

Б. ХУДОЙНАЗАРОВ - Спасибо!

>