отношение к ПРО Конгресса США и руководства Республиканской партии, взаимоотношения США и России при президенте Дж.Буше-младшем (К.Кокс за - Кристофер Кокс - Интервью - 2000-06-13

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я должен сказать, что господин Кокс уже был здесь 4 года назад во время выборов 96 года, и поэтому я уже второй раз Вам говорю "добрый день".

К. КОКС - Добрый день.

А. ВЕНЕДИКТОВ - За это время господин Кокс выучил русский язык или хотя бы несколько русских слов. Но я хочу сказать, что одной из главных тем визита Конгресса США и представителей Республиканской партии - это, безусловно, обсуждение с коллегами ситуации, сложившейся с инициативой администрации президента Клинтона о создании системы противоракетной обороны и выхода из договора по ПРО. Я попросил бы господина Кокса сказать, какое отношение в Республиканской партии, среди членов Конгресса США от Республиканской партии, от оппозиции по поводу выхода США из договора по ПРО 72 года.

К. КОКС - Прежде всего, я хотел бы сказать, что Республиканская партия не является в Конгрессе оппозицией. Она является партией большинства, как в палате представителей, так и в Сенате. Но, тем не менее, несмотря на это, Конгресс провел закон, президент Клинтон подписал его. Этот закон касается защиты американской территории от террористов и от непредсказуемых государств. Так что в этом смысле, как среди руководства Конгресса, так и среди руководства исполнительной власти на это существует согласие.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Но при этом как в Республиканской партии относятся к инициативе российского президента Путина о создании совместной системы противоракетной обороны? Рассматривалось ли это у вас в комитетах или в партии?

К. КОКС - Да, разумеется. Это привлекает внимание в США. Более того, еще начиная со времен президента Рейгана, в администрации которого я работал И, разумеется, еще и тогда был интерес в США к тому, чтобы сотрудничать с тогдашним Советским Союзом, но и, разумеется, еще в большей степени сейчас, с демократической Россией, с тем, чтобы обеспечить защиту обеих наших стран. И в 92 году президент Ельцин предложил нечто похожее на это. Теперь вопрос состоит в том, чтобы каким-то образом решить эту задачу и, в то же время, снять озабоченности, связанные с распространением ядерного оружия, что угрожает как нам, так и вам, в частности слушателям.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Когда президент Клинтон говорил об инициативе Путина здесь, он говорил, что Америка не может ждать (смысл его выступления был такой), пока технологически будет построена совместная система. Это будет через 10 лет, а Америка должна к 2005 году построить свою систему. Вы согласны с таким подходом? Или все-таки лучше подождать, но совместно?

К. КОКС - Эти альтернативы не являются взаимоисключающими. Потому что есть основания считать, что мы можем работать как над проектами в краткосрочной перспективе, так и над долгосрочными проектами. И та большая перемена, которая произошла в мире с 91 года, состоит в том, что сейчас российская система является гораздо более открытой, гораздо более транспарентной. Поэтому она представляется как гораздо меньшая угроза для США. Сейчас именно это понимание существует в США, что Россия представляет меньшую угрозу.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Кристофер, наши слушатели очень хорошо знают географию. Вам пришел вопрос на пейджер от Иосифа: "Как может послужить защите от ракет из Северной Кореи станция слежения в Норвегии?" По географии не получается.

К. КОКС - Мы надеемся, что будет достаточно простая система слежения в отношении ракет, которые несут боеголовки любого типа. Мы также надеемся, что мы будем заранее готовы к какому-то удару со стороны террористической группы, где бы она ни располагалась. И такая система, в принципе, не имеет никакой ценности для противодействия угрозы (если такая угроза будет существовать, а я думаю, что ее нет) со стороны России. В принципе, она будет годиться только для одной, двух или для небольшого числа ракет.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Еще один вопрос, который мне кажется принципиально любопытным и, может быть, даже интересным. Кандидат от республиканской партии господин Буш-младший заявил, если я правильно понял в переводе, о том, что все-таки лучше строить совместную оборону с Европой и рассматривать возможность с Европейским союзом, с европейскими странами, с НАТО. При этом он не упомянул о России в своем недавнем выступлении. Это ошибка перевода, моя ошибка или ошибка кандидата Буша?

К. КОКС - Я думаю, что обращение губернатора Буша и те комментарии, которые он сделал, имели место до инициативы Путина и поэтому их не стоит рассматривать как реакцию на нее.

А. ВЕНЕДИКТОВ - А почему нет реакции губернатора Буша на инициативу Путина? Или она должна скоро последовать?

К. КОКС - Я думаю, что этого следует ожидать. И многие советники губернатора Буша также являются членами комитета по политическим вопросам при Конгрессе. Я должен сказать, что многие из этих людей очень благосклонно высказывались о долгосрочном сотрудничестве с Россией в области защиты от ракетного удара.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Но не секрет, что Вы, Кристофер Кокс, являетесь одним из привилегированных советников губернатора Буша в политическом комитете. Не могли ли Вы озвучить свой совет губернатору Бушу для радиослушателей "Эхо Москвы" в отношении инициативы Путина?

К. КОКС - Последние несколько дней я находился среди членов делегации, приехавшей сюда с министром обороны Коэном. Сейчас, на этом раннем этапе я вряд ли что-то могу сказать от имени администрации президента Клинтона или от имени возможной будущей администрации Буша. Я хочу сказать, что касается правительства Клинтона, то в данный момент, так как я слушал, что говорил министр обороны Коэн во время различных встреч, в принципе, из этого стало ясно, что администрация Клинтона все еще хочет получить больше информации об этом предложении. Поскольку с этим предложением выступили уже после встреч, которые имели место, между Клинтоном и Путиным. И тут возникает много вопросов. Я хотел бы высказать такую рекомендацию. Я был разочарован тем, что во встречах между Клинтоном и Путиным столько внимания уделялось именно контролю над вооружениями и защите от ракетного нападения. Возникало ощущение, что мы вернулись в прошлое, когда на встречах между США и представителями СССР в основном речь шла о тех угрозах, которые они представляли друг для друга. Когда представители США встречаются с представителями Франции, Великобритании или Германии, то в основном таким вопросам уделяется не больше нескольких минут. И я хотел бы дать такую рекомендацию следующей администрации. Во-первых, что касается вопросов, о которых я говорил, они не должны быть единственной темой. Нужно расширить темы нашего диалога. Во-вторых, не следует забывать, что, поскольку государства уже не осуществляют такого контроля над жизнями людей, как раньше, то отношения между народами наших стран не обязательно должны осуществляться на высоком правительственном уровне.

-

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я хочу сказать, что наш гость готов ответить на ваши вопросы. Напомню номер нашего пейджера 788-00-88 для абонента "Эхо Москвы" и телефон прямого эфира 203-19-22 (я вижу, уже есть звонок). Вы можете звонить, и мы обязательно примем несколько звонков. Я хотел бы, пока вы набираете номер телефона или звоните нам на пейджер с вопросами, задать такой вопрос господину Коксу. В России считается, что Республиканская партия и губернатор Буш настроены более антироссийски, нежели нынешняя администрация Клинтона и демократическая партия, что вы более ястребы в отношениях с Россией. Что бы Вы могли сказать по этому поводу?

К. КОКС - Возможно, это отчасти связано с тем фактом, что т.н. публичная общественная дипломатия в основном проводится демократами в том, что касается республиканцев. И сейчас как раз на самом деле правда состоит в том, что Республиканская партия критикует демократов именно за то, что они недостаточно концентрируют внимание на том, чтобы улучшить отношения с Россией. И как Вы слышали, (я уже сказал несколько минут назад), я говорил о том, что слишком много внимания уделялось во время встреч между Клинтоном и Путиным вопросам, связанным с вооружением, с ракетами и т.д., и слишком мало внимания уделялось тому, чтобы участвовать в экономическом развитии, например, в развитии системы свободного предпринимательства. И что касается как республиканцев, так и демократов, то я хочу сказать следующее. Не следует забывать, что в США существует огромный резервуар доброй воли, положительного отношения к России. И это не всегда отражено в российской национальной прессе.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы ошибаетесь так же, как президент Клинтон. Я вынужден к этому вернуться. И я ему это сказал, по опросу Гэллопа 59% американцев (это март 2000 года) относятся к России негативно. Президент мне не смог это откомментировать.

К. КОКС - Я с удовольствием прокомментирую это заявление. Дело в том, что вы получаете предсказуемые ответы, когда вы задаете предсказуемые вопросы. Если вы зададите американцам вопрос о России и в том же предложении будет упоминание о ядерных ракетах, то, безусловно, для них это будет пугающим. Но я бы задал вопрос несколько иначе. Потому что, если бы я их спросил, что происходит в российском обществе, что происходит в российских СМИ, в российском телевидении, в области спорта, я думаю, что их ответы были бы другими.

А. ВЕНЕДИКТОВ - У нас есть первый звонок по телефону 203-19-22. Добрый день, Вы в эфире.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Сергей. Я просто хотел бы пояснить Вашему собеседнику, что в нашем народе живет генетическое неверие своим лидерам в том, что они нас защитят. И поэтому основная часть переговоров между Клинтоном и Путиным была посвящена именно этому, защите нас. Мой вопрос в другом. Насколько Вы видите взаимоотношения (сотрудничество) наших стран в области противостояния исламскому экстремизму?

К. КОКС - Разумеется, Россия сталкивается с некоторыми из этих проблем на своих собственных границах. Поэтому совершенно естественно, что нам следует консультироваться с Россией, когда мы пытаемся решить эти проблемы по всему миру. Но я хотел бы добавить, что когда речь идет о терроризме и об экстремизме, то эти вещи необязательно идут рука об руку с принадлежностью к мусульманской религии, к исламу. Я должен сказать, что как раз наоборот: те, кто соблюдает догмы этой религии, являются очень мирными и очень конструктивными членами общества. Но все больше и больше, как российское, так и американское правительство, обмениваются информацией, как разведывательного характера, так и информацией о методах борьбы с терроризмом.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Следующий телефонный звонок.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Добрый день. Меня зовут Павел. Я хотел бы продолжить тему, начатую Сергеем, но задать более конкретный вопрос. Как считает сам господин Кокс, если бы на территории США гипотетически возникла бы такая же ситуация, как у нас в Чечне, на какие бы шаги решились американские власти?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Спасибо, Павел. На какие шаги пошли бы американские власти, если бы, скажем, в южных штатах было бы то, что в Чечне?

К. КОКС - Во-первых, очень трудно вообразить себе нечто абсолютно аналогичное на территории США. Дело в том, что те сложности, те разногласия, которые существуют между Чечней и Москвой, безусловно, усугубляются различиями культурного порядка и различиями в языке. Так что мне немножко трудно ответить на этот вопрос, как он был сформулирован.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Павел, переформулируйте и позвоните пожалуйста. Алло, добрый день, Вы в эфире "Эхо Москвы", Ваш вопрос господину Коксу.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Анатолий. У США и у России есть один общий враг - это Бен Ладен, это талибы, это чеченцы с Масхадовым. Почему между США и Россией нет антиисламского, антитеррористического договора о совместных действиях?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Понятно, спасибо, Анатолий. Общий враг

К. КОКС - Да, но это является продолжением той темы, которую мы секунду назад обсуждали.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Но, видите, людей это беспокоит.

К. КОКС - Для начала я хотел бы убедиться, что я правильно понял в переводе, что речь действительно шла об антиисламском договоре. Поэтому я не думаю, что это то, что слушатель имел в виду. И, безусловно, я не хотел бы, чтобы либо у американского правительства, либо у российского имелась какая-то антиисламская политика. Что же касается политики противодействия терроризму, то это как раз та область, в которой мы должны быть партнерами. Но я думаю, что слушатель имеет в виду, что действительно есть такая разновидность терроризма, которая в принципе ассоциируется именно с религиозным экстремизмом или с экстремизмом, который притворяется религиозным.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы сказали, что мы должны быть партнерами, но наш слушатель Анатолий спросил, почему мы уже не партнеры. В этом вопрос.

К. КОКС - Да, я думаю, что слушатель, кажется, упомянул конкретно о формальных договорах. Уже существует высокий уровень сотрудничества. Я думаю, что он может быть улучшен, расширен. И нет никакой причины, почему бы это сотрудничество не должно было быть формализовано, зафиксировано в соглашениях. Но я должен согласиться с вашим слушателем в том смысле, что именно по этому направлению, в этой области США и Россия должны сотрудничать и это будет выгодно для обеих сторон.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Еще один звонок.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Марк. У меня вопрос, немножко отличный от темы, которую вы обсуждаете.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы вправе задавать любой вопрос.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Меня беспокоит ситуация, сложившаяся в РФ касаемо международных усыновлений, в частности усыновления американскими гражданами российских детей. Ситуация выходит из-под контроля, правительственные нормативные документы не проработаны до конца. Я это знаю, потому что мне приходится сталкиваться с этим. Какие действия планируются со стороны американского Конгресса в плане урегулирования этой проблемы?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Речь идет об усыновлении детей.

К. КОКС - Я не совсем понял, чем именно обеспокоен данный слушатель. Тем ли, что слишком трудно сделать это усыновление? Или он обеспокоен тем, что слишком много усыновлений имеет место?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Нет, судя по тому, что он прислал на пейджер, он обеспокоен тем, что очень трудная процедура.

К. КОКС - Таким образом, слушатель хотел бы, чтобы этот процесс был более легким?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Да.

К. КОКС - Дело в том, что у меня есть некоторый опыт в этой области. Когда я был еще конгрессменом в штате Калифорния, я как раз занимался этими соглашениями между Россией и США в том, что касается усыновления. Я согласен, что это очень сложная процедура. Разумеется, все очень рады, это очень хорошо, когда в какой-либо стране есть родители, которые готовы усыновить ребенка. Поэтому мы работаем с нашими коллегами в Думе, и я, безусловно, постараюсь обеспечить, чтобы в повестку дня наших переговоров вошел этот вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Отлично. Вопрос на пейджер от Олега. Как губернатор Буш (в данном случае, может быть, как Республиканская партия, я переформулирую) относится к расширению НАТО на прибалтийские страны: Латвию, Литву, Эстонию?

К. КОКС Я не знаю, могу ли я говорить от имени губернатора Буша именно по этому конкретному вопросу, потому что я не задавал ему именно этот вопрос. Так что, если Вы позволите, я хотел бы выразить свое мнение. Но, прежде всего, я хочу отметить, что я очень доволен тем, что вроде бы военные отношения между Россией и балтийскими странами идут достаточно гладко, даже в том, что касается вопроса о Калининграде. И я считаю, что США нужно поощрять правительство балтийских стран к такому сотрудничеству. И в то же время нам, безусловно, надо принять во внимание тот активный интерес, который они проявляют к тому, чтобы стать членами НАТО. И нужно попытаться решить этот вопрос таким образом, чтобы без нужды не провоцировать наших российских друзей. Если принять во внимание сроки, речь идет о нескольких годах, то есть все это будет только через несколько лет, я думаю, что можно будет этот вопрос решить без каких-то необдуманных действий. И я также принял во внимание, отметил то, что недавно сказал по этому вопросу президент Путин.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я продлеваю передачу еще на 6 минут, до 13 часов, чтобы дать возможность нашим слушателям задать еще пару-другую вопросов. Добрый день, Вы в прямом эфире "Эхо Москвы".

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Можно сказать, мне повезло. Это опять Павел, я все-таки прозвонился.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Павел, тогда я Вас отключу, чтобы дать другим возможность задать вопрос.

Алло, добрый день, Вы в эфире.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Андрей. Если бы в США, где-то на юге, Ку-Клукс-Клан вооруженным мятежом захватил какой-нибудь штат Алабама, неужели представители администрации президента стали бы посылать к нему на переговоры сотрудников администрации и конгрессменов в том числе? Мне кажется, они послали бы национальную гвардию туда. А эти вооруженные формирования в Чечне - это и есть Ку-Клукс-Клан.

К. КОКС - Я боюсь, что мы вернулись к первой формулировке этого вопроса, которая была не слишком удачна. Я думаю, что весьма сложно (при всем уважении к слушателю и к его вопросу) ставить знак равенства между теми реальными проблемами, которые имеются между Россией и Чечней и такой весьма неожиданной, гипотетической ситуацией с тем, что Ку-Клукс-Клан захватывает Алабаму. Так что я надеюсь, что та оценка, которую слушатель дает ситуации в Чечне, не обусловлена этой весьма диковатой аналогией.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я переадресую Вам часть вопросов, которые наши слушатели задавали президенту Клинтону и которые я не успел задать в эфире. Целая тема не была затронута. Считаете ли Вы, что в ситуации в Косово позиции США (и Конгресса, и президента) были все-таки не до конца продуманными, что это была ошибка? Прошел год, результаты не очень видны. Какая Ваша точка зрения уже по тому, что прошел год?

К. КОКС - Как Вы знаете, в Конгрессе США идут достаточно интенсивные дебаты по вопросу о Косово. И более того, за время моего пребывания в России я прочитал в американской прессе, что администрация несколько дней назад признала, что американское присутствие в Косово может продолжаться неограниченное время. Потому что результаты, которые имели место, не соответствуют надеждам. И трудно не согласиться с посылкой этого вопроса, что действительно не все считают, что все в нашей политике в отношении Косово идет хорошо. Но, тем не менее, мне кажется, что в США существует согласие, причем почти единодушное, о необходимости защищать этнические меньшинства. А именно это было целью, которую мы перед собой поставили в самом начале. И поскольку я не являюсь госсекретарем, я являюсь членом палаты представителей Конгресса и говорю от его имени, я хочу сказать, моя цель состоит в том, чтобы присутствие США в Косово было ограниченным в смысле сроков, чтобы оно не стало таким, какую форму оно приняло на Кипре.

А. ВЕНЕДИКТОВ - И мы завершим наш разговор с Кристофером Коксом, председателем политического комитета Конгресса США, видным членом Республиканской партии, не оппозиционной, а правящей, как он поправил меня, имеющей большинство в Конгрессе и в обоих палатах, телефонным звонком.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ - Добрый день. Меня зовут Дмитрий. Что делает Конгресс для инвалидов по зрению?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Законы

К. КОКС - Можно ли уточнить вопрос?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Был общий вопрос. Что делает Конгресс США для инвалидов по зрению?

К. КОКС - Что касается инвалидов по зрению конкретно в США, то, во-первых, их представляет крупная национальная организация. И цель этой организации в том, чтобы обеспечить равные права, равный доступ и равное обращение для тех людей, которые полностью или частично потеряли зрение. Дело в том, что в то время, когда президентом был Буш, (я тогда тоже был представителем в Конгрессе), был принят закон, который называется "Закон об американцах-инвалидах". И целью этого закона являлось обеспечение равного доступа для всех людей. Причем речь идет не только об общественных зданиях и других местах, но также и о частных фирмах, зданиях и т.д. Более того, я даже предложил поправку к этому закону от имени Национальной федерации инвалидов по зрению США. Они были заинтересованы в том, чтобы доступ в эти здания и в эти места был равным, а не отдельным. И в большинстве случаев нужно сказать, что этот вопрос был решен весьма удовлетворительно.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я хотел бы обратить внимание, что не только ракетное противостояние или сотрудничество в вопросах борьбы с терроризмом, но и конкретный опыт работы и российских, и американских законов по разным направлениям был бы очень полезен при обсуждении с вашими коллегами из Госдумы и СФ. Я думаю, что не только по военным вопросам надо сотрудничать.

К. КОКС - Я полностью с этим согласен. У нас есть такая возможность. Дело в том, что уже в течение нескольких лет мы строим, развиваем отношения между Конгрессом США и Госдумой. И нужно сказать, что вопросы, которые обсуждаются в рамках этого диалога, являются самыми разными. Речь идет о банковском секторе, о торговле, о налогообложении, а также обсуждаются и многие из тех вопросов, которые были затронуты сегодня, во время этого интервью. В частности вопросы об усыновлении, вопросы о борьбе с терроризмом. И один фактор, который сильно облегчил проведение этого диалога между Конгрессом и Думой, - это то, что сейчас мы можем знакомиться с веб-сайтами друг друга и, разумеется, посылать друг другу послания по электронной почте.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я надеюсь, что Вы будете приходить еще на "Эхо Москвы" вне зависимости от результатов выборов в ноябре, будет ли президентом представитель вашей партии, или ваши оппоненты.

К. КОКС - Как Вы знаете, мне выпала честь в 96 году быть в вашей студии как раз в ту ночь, когда проходили выборы. Я помню, что в эфире у меня был спор с профессором-марксистом. Но я-то, разумеется, не марксист. Но профессор-марксист был из США, потому, видно, в России трудно было такого найти.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Большое спасибо, приходите с профессором или без, мы будем рады Вас видеть.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Кристофер Кокс, председатель политического комитета Конгресса США, отвечающий в Республиканской партии за отношения с Россией.