конкурс на третий канал - Александр Любимов - Интервью - 2000-05-23

23 мая 2000 года.

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Александр Любимов, глава телекомпании "ВИД".

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Где-то около 18 часов пришла информация о том, что завтра конкурса на право вещания на третьем канале не будет. Ваши комментарии на этот счет.

А.ЛЮБИМОВ: Нас не уведомляли. Мы завтра утром пойдем туда, поскольку нам встречу-то назначили. Наверно, завтра нам официально то же самое скажут и скажут предполагаемую или уже не предполагаемую дату конкурса. Поскольку теперь вопрос решают уже не телезрители и не телепродюсеры, а политики и юристы, то комментировать мне нечего.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: В системе объяснения последствий любого события есть два таких термина, как повод и причина.

А.ЛЮБИМОВ: Так-так Повод и причина, да.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос задан.

А.ЛЮБИМОВ: Вопрос по поводу переноса тендера?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Естественно.

А.ЛЮБИМОВ: Я думаю, что причина - это решение суда, потому что никто не хочет действовать незаконно. Но по решению суда, вступившему в законную силу, можно выносить апелляции, кассации. Эта процедура еще не проведена, поэтому не понятно окончательное решение суда. Поэтому и перенесено. Это причина. А повод проведения тендера или переноса?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Нет, переноса, конечно. С Вашей позиции, видите ли Вы тут что-то, что не прозвучало и не было продемонстрировано?

А.ЛЮБИМОВ: Я вообще был уверен, что когда Лужков ходил к Путину, они обо всем договорились. Когда все это началось, для меня это было сильно неожиданно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Существует информация о том, что на основании решения судебного пристава осуществлять такое решение о переносе нельзя.

А.ЛЮБИМОВ: А какое решение можно?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Принято. Давайте вернемся к самому конкурсу. В тот момент, когда Вы выезжали на Эхо Москвы, как я понимаю, у Вас тоже не было еще информации о том, что он будет перенесен?

А.ЛЮБИМОВ: Да, не было.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Известно, что было два судебных решения, которые в известной степени были вам неудобны.

А.ЛЮБИМОВ: Решения московских судов, которые идут против решения министерства о проведении тендера, эти?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Да.

А.ЛЮБИМОВ: Ну, мы вообще рассчитывали, что если в государстве объявляется демократическая процедура, то ее проведут.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А нет ли у Вас ощущения, что Ваши действия в такой ситуации в некоторой степени неколлегиальны, неправильны, с точки зрения нравственности, морали, этики?

А.ЛЮБИМОВ: У меня нет ощущения, что они неколлегиальны. Коллеги меня всегда поддержат, потому что если речь идет о хорошем и плохом телевидении, по-моему, все очевидно. И в этом смысле я уверен, что наши предложения для москвичей, для зрителей заведомо будут лучше. Если мы продолжаем над городом ставить эксперимент по поводу того, может ли городской канал смотреть меньше, чем 3 процента зрителей, тогда это уже политика. А у людей, которых используют в этой политике, видимо, есть свои на это резоны. Либо они что-то получали, либо получат.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Что касается информации о том, что городской канал могут смотреть меньше, чем 3%. Очень много идет разговоров в последнее время о том, что рейтинги это движимость.

А.ЛЮБИМОВ: Безусловно, это движимость. И для людей, профессионально занимающихся телевидением, это относительность.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вы ссылаетесь на это?

А.ЛЮБИМОВ: К сожалению, это единственная относительность, которая более-менее постоянна, поскольку на эту относительность реагируют рекламодатели. Рекламодатели питают телевидение. И мы предполагали на этом канале делать телевидение, которое не питается из государственного бюджета и сопредельных с госбюджетом организаций и фондов, как это происходит сейчас. У нас просто разные представления о том, для чего нужен рейтинг. Мы представляем проект, который будет популярен, который будет хороший и который будет сам себя финансировать, вот и все. В этом смысле рейтинги важны, конечно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Говоря о внерекламных позициях представляемого вами проекта, можете ли Вы озвучить некую идею?

А.ЛЮБИМОВ: А я вам пришлю нашу концепцию на следующий день после проведения тендера или окончательного решения о том, что его проводить не будут.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Не для нас для тех, кто нас сейчас слушает.

А.ЛЮБИМОВ: Тем более. Я бы хотел, чтобы сначала с ним познакомились девять членов комиссии, если они когда-нибудь соберутся, если у них будет желание вообще проводить этот тендер. Потому что мы для них готовили этот документ. И мы хотим все-таки на той линии, в которой мы сильны, то есть непосредственно производство телевидения, этот уникальный шанс использовать в свою пользу.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Правильно ли я поняла, что в Ваших словах прозвучало некое сомнение в том, что когда-нибудь возникнет желание собраться и рассмотреть

А.ЛЮБИМОВ: Я с самого начала полемизирую с Вами, сказав, что, к сожалению, мы ничего решить не можем, решает политика. Жалко, но страна у нас пока феодальная. Мы пытаемся делать ее демократической. Иногда получается, пока не очень.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: С Вашей точки зрения, произошедшее является некоей тенденцией? Если выйти за рамки юридических документальных сообщений, это в некоем плане политическая тенденция?

А.ЛЮБИМОВ: Вы имеете в виду конфликт федералов и муниципалов?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я имею в виду Начать с последней информации о том, что завтра конкурса, о котором столько говорили, не будет.

А.ЛЮБИМОВ: Ну да. Но это конфликт политический между московскими властями и федеральными. Про это я, честно говоря, вряд ли смогу Вам что-то сказать кроме того, что Вы уже знаете и без меня. Я, также, как и Вы, читаю газеты Но мы-то рассчитывали, что когда-то кому-то будет важно, что будет делаться на телевизионном канале, что зрители, которые сегодня ездят равнодушно мимо митингов на троллейбусах, будут знать, что у них есть канал, который они готовы любить, который является влиятельным, хорошим, который им нравится. Вот наша позиция, вот наше желание. А то, что пишут об этом в газетах, на совести газет.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Декларация любви к зрителям и желание удовлетворить любовь к зрителям - понятно, наверное, что любой телеканала и любой соискатель телеканала претендует на это. А что за этим стоит конкретно в вашем случае?

А.ЛЮБИМОВ: Талант, опыт и то, что зрители видят наши программы, которые имеют самые высокие рейтинги в течение уже более чем 10 лет. Мы считаем, что это достаточный аргумент. Вы же наверняка зрителя любите больше, чем Гусинского. У вас есть возможность вещать на вашей станции, у вас есть лицензия. Мы тоже хотим сделать свой телевизионный канал.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Есть информация о том, что вами велись переговоры с такими компаниями, как Московия

А.ЛЮБИМОВ: Нет.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но как-то с кем-то кооперироваться вы собирались?

А.ЛЮБИМОВ: Мы ни с кем не собирались кооперироваться, потому что сила нашей позиции, как нам кажется, в том, что мы находимся в творческой части. То есть, мы готовы предложить свои усилия для того, чтобы сделать очень хороший канал. Нам кажется, мы можем это сделать. Договариваться с кем-то на этот счет нам кажется неправильным, потому что мы и так знаем, как это сделать. И зритель, человек, который принимает решение о том, чтобы отдать лицензию нам для него это будет странно, что мы затеяли какую-то игру. Тем более, что все остальные участники тендера я не буду говорить ничего плохого в основном они говорят про нас плохо. Я, кстати очень удивлен, это просто меня поражает Мы все участвуем в конкурсе. Все участники, кроме нас, почему-то нас все время склоняют, что мы какие-то не такие, что мы с кем-то договорились, просто всеми возможными и невозможными способами они нас ставят в известные позиции. Ну, если вы так не верите, то не участвуйте.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Зачем же не участвовать

А.ЛЮБИМОВ: Но меня это поражает. У меня пока итог участия в этом тендере это испорченная репутация за счет людей, которые почему-то так позволяют себя вести. Но результат не очевиден. Меня это очень удивляет. Ну давайте не будем проводить тендеры, пусть принимает решение министерство отдельно, без тендера, или Лужков пусть принимает решение. Пусть дальше идет этот эксперимент.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Есть информация о неких неблаговидных ракурсах одного из участников. Неправдиво можно ли испортить репутацию?

А.ЛЮБИМОВ: Поскольку мы переходим к этапу квалифицированной демократии в стране, как мне представляется, нужно очень сильно разделять. Когда один из участников тендера говорит о том, что у Москвы забирают канал, и все это слушают и молча съедают, это неквалифицированная демократия. Потому что это просто ложь. Газеты делают себе репутацию хорошей или плохой, я уж не знаю, как. Но когда они печатают ложь, они либо рассчитывают на то, что с ними будут судиться и они будут на этом себе поднимать репутацию, вероятно, по качеству и количеству упоминаний. Либо на то, что люди скажут: Мы не будем судиться, это не очень приятно, - и забудут, что чаще всего происходит. Никого не интересует. Вы знаете знаменитую журналистскую шутку, что уже непонятно, кто кого укусил - то ли собака человека, то ли человек собаку - но что-то там не то.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Событие произошло.

А.ЛЮБИМОВ: Да, событие произошло. Вот так устроен информационный бизнес, мы все это знаем. Но мне кажется, что зритель или квалифицированный зритель, к которым я отношу читателей московских уважаемых изданий и их редакторов Ну как-то пора уже всем объединяться. Иначе за нас наши проблемы будут решать политики, как сейчас происходит с лицензией на ТВЦ.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А за вас, с Вашей точки зрения, кто принимает решение?

А.ЛЮБИМОВ: Среди членов комиссии?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Конечно.

А.ЛЮБИМОВ: Там 9 человек, 5 из них представляют министерство, не знаю, имеют ли они право высказывать свои симпатии и антипатии. Из того, что я слышал, говорил Познер, на мой взгляд, достаточно независимый член комиссии. Ни разу не было случая, когда на конкретных членов комиссии давили или же министерство выступало с консолидированной позиции - так я понял смысл того, что он говорил. Если это так, - то эти 5 человек. И есть еще четверо: Познер, Асламазян, на мой взгляд, очень уважаемый человек в нашем телевизионном сообществе и очень независимый Примут ли они решение в нашу пользу не знаю. Независимость в нашей стране и в нашем городе это очень большая зависимость всегда. И мы в этой ситуации попали в очень сложную ситуацию.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Давайте ненадолго вернемся к проблемам исключительно творческим. Помните, был такой момент, когда очереди за Огоньками стояли? Помните, как тогда смотрели Взгляд?

А.ЛЮБИМОВ: Было время, когда был дефицит на нормальную информацию. Сейчас, слава Богу, ее много, даже слишком, может быть.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Именно в этой ситуации есть люди, которые предполагают, что интерес к такого формата программам в некоторой степени упал. И ведь понятно, что очень многие обыватели воспринимают вашу компанию, именно брэнд ее, Взгляд

А.ЛЮБИМОВ: Я не знаю, почему такой странный вопрос. Мы производим очень много программ разных для разного зрителя. Мы делаем и Поле чудес, и Жди меня, и Взгляд, Скандалы недели на 6 канале и Как это было

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Первая ассоциация какая?

А.ЛЮБИМОВ: У Вас, поскольку мы с вами одного возраста, наверное, Взгляд 87-го года. Для меня главная программа сейчас в нашей компании - это Жди меня. Для людей, которые более легкомысленно относятся к телевидению и хотят развлечения, наверное, это Поле чудес или с Валдисом Пельшем мы делаем новый проект. Тем, кто любит историю, - Как это было, консервативный и очень сильный проект.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть, Вы можете говорить о том, что Вы, ища право на вещание, готовы удовлетворить вкусы любой зрительской прослойки?

А.ЛЮБИМОВ: Очевидно. Мы собираемся и предлагаем делать универсальный канал, который будет интересен всем москвичам, конечно.

-

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Давайте мы поговорим о мистике немножко. Несчастливая судьба получается у канала. Мы сейчас, пока шли новости, вспоминали Чем это вызвано, с Вашей точки зрения? Вы телевизионный волк уже битый, тертый.

А.ЛЮБИМОВ: Это во второй части передачи я стал телевизионным волком? До этого я был другим?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А что, не волк?

А.ЛЮБИМОВ: Я по Вашим вопросам Видимо я Вас как-то убедил, пока шла реклама. Я думаю, что плохой менеджмент и неправильная система взаимоотношений между властью и телевидением. Так или иначе, люди, работающие на это канале (я просто знаю многих) независимо от позиции даже руководителя испытывают на себе нельзя сказать, что внешнее давление - некую самоцензуру, связанную с известным персонажем. Потому что так или иначе популярные или непопулярные, неумные и правильные, умные решения освещены его великим именем на канале. И поэтому это все немножко не средство информации.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но самая же печальная история с этой третьей кнопкой была до такого диктата

А.ЛЮБИМОВ: Я не знаю, насколько это диктат, потому что я не знаю, что конкретно делает Лужков. Я знаю, как люди это испытывают на себе. Я не думаю, что он звонит, и не думаю вообще, что он смотрит много. Если он таким городом управляет, наверно, на телевидение у него времени мало.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: В один прекрасный момент прошла информация о том, что третий канал это канал московский. Когда был канал 2х2, такой информации не было.

А.ЛЮБИМОВ: Была МТК. То есть прайм-тайм, лучшее время, держал все равно канал, который управлялся или имел отношение, был собственностью городской власти.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Существует информация о том, что через Вас в некоторой степени, через ВИД есть некоторые силы, которые хотели бы привлечь к себе еще одну кнопку центрального телевидения. Насколько это так?

А.ЛЮБИМОВ: Это не информация, а псевдоинформация, это ложь. Никто через нас не собирался и не собирается. Именно в этом и заключается наша позиция что мы, имея довольно сложные отношения со многими великими и часто цитируемыми олигархами, хотим сделать свое дело. Мы пытаемся его сделать, вот мы и подаем заявку на конкурс.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я думаю, что достаточно глуп вопрос о том, насколько Вы независимы. Я думаю, что не в первый раз он задается. И я думаю, что Вы уже знаете, что на него отвечать.

А.ЛЮБИМОВ: Смотря как Вы спрашиваете как журналиста или как руководителя компании?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И так, и так.

А.ЛЮБИМОВ: Как журналист, зависишь от людей, которые тебя смотрят или нет. То есть, конечно, если ты говоришь то, что людям несимпатично, непонятно или неблизко, то у тебя нет рейтинга, тебя убирают. И это тяжелая, но справедливая часть нашей с вами судьбы, которую мы выбрали добровольно. Компания сложнее, конечно. Потому что есть еще масса способов косвенного давления, кроме того, чтобы просто убрать из эфира: это финансы, это взаимоотношения с властью через разные юридические процедуры, через разные надзорные органы и т.д. Я думаю, что как ни один разумный журналист не скажет, что он независимый, так и ни один предприниматель не скажет, что он независимый. Я думаю, что мы все находимся в состоянии ежедневных попыток свою независимость отстаивать и тем самым ее создаем как общественное явление, распространяя вокруг себя поле собственной предсказуемости, предсказуемости своих партнеров перед вами и, соответственно, предсказуемости какой-то территории, на которой вы оперируете и функционируете и как журналист, и как предприятие. Это ежедневная борьба. И сейчас, кстати, очень любопытный момент. Потому что не может быть демократия такой, как она у нас есть, что одни люди говорят, а другие все потихонечку получают. Нужно как-то по-другому. Вот мы пытаемся участвовать в том, чтобы по-другому. Не очень пока получается.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: В нашем разговоре прозвучало, что у вас есть некоторые претензии к взаимоотношениям власти и телевидения в данном случае. В то же время, многие говорят о том, что российский закон о СМИ самый демократический в мире. Можно говорить сегодня о невыполнении этого закона?

А.ЛЮБИМОВ: Он очень демократичный. На мой взгляд, излишне демократичный. Я хоть и журналист, но так считаю, потому что человек, оскорбленный или оболганный средствами массовой информации, не имеет даже никакой возможности себя защитить. Это неправильно. Должны быть какие-то механизмы, которые позволяют ему это сделать. Потому что иначе мы себя как люди обрекаем на то, что мы погружаемся в царство тьмы, хотя у нас очень много средств массовой информации. В этом смысле, я думаю, он излишне демократичный. А плохой он или хороший

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Нет, я к тому, что прозвучали ваши претензии к взаимоотношениям властей и журналистов.

А.ЛЮБИМОВ: Нет, у меня не было претензий к взаимоотношениям властей и журналистов. На Ваш вопрос, почему канал выглядит так, как он выглядит, я Вам ответил, что одна из причин это плохой менеджмент, а вторая причина неправильная система взаимоотношений между городской властью и каналом. Я имел в виду только этот канал и имел в виду эти два обстоятельства в связи с Вашим вопросом. Я не говорил про то, что у нас неправильное отношение к власти. Я не испытываю давления. И вообще вопрос свободы и независимости это, прежде всего, то, что ты имеешь внутри. А это воспитание, образование, способность отстаивать вою позицию и убеждать людей в том, что те, которые тебя сильнее, старше, претендуют на то, что умнее, занимающие более значимые позиции в общественной иерархии - псевдо или реально Надо просто уметь отстаивать свою позицию. Это внутри каждого человека. Это не дается ни акционерным обществом, ни приказом президента - ничем.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как Вы видите дальнейшее развитие ситуации?

А.ЛЮБИМОВ: Не знаю. Все время ночью снится хорошее, понятно, какое. А с утра начинается чтение газет, где уже столько написали Ужасно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Именно в рамках того, что сегодня около 18.00 прозвучала информация о том, что конкурса завтра не будет, каковы дальнейшие Ваши прогнозы?

А.ЛЮБИМОВ: Видимо, будет идти достаточно депрессивный процесс взаимных судов и судилищ. На мой взгляд, по крайней мере, есть индикация на то, что если брать как точку отсчета сегодняшнее решение Верховного суда по московской милиции, можно предположить результат. Но этот результат может наступить очень нескоро. За это время канал точно потеряет всех рекламодателей, точно потеряет вообще живую среду. Потому что невозможно работать на предприятии, которое постоянно находится в состоянии, когда непонятно, что будет завтра. Ну, и для зрителей ничего хорошего не будет.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А как Вы думаете, чем закончится иск ТВ-Центра к Минпечати?

А.ЛЮБИМОВ: Я не юрист. Я думаю, что там есть масса позиций, по которым можно это оспаривать. Но это надо с юристами говорить, я просто не знаю точно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я еще раз возвращаюсь к слову телевизионный волк. Как человек, не первый день работающий в этом бизнесе и в этом жанре

А.ЛЮБИМОВ: Я бы очень хотел, чтобы был проведен тендер. Потому что для меня, для человека, который 15 лет занимается телевидением, для моих товарищей Мы ничего не получали от власти. Некоторые получали возможность заниматься журналистикой без тендера. Таких сегодня существующих вещателей много. Мы сейчас стали на позицию, когда мы тоже просто хотим. Но поскольку в бизнесе так получается, что ты получаешь не то, что заслуживаешь, а то, о чем ты можешь договориться или нет, то мы участвуем в тендере. Да, мы пытаемся это сделать. Мы бы очень хотели, чтобы у нас это получилось. Нам кажется, что можно сделать очень хорошо телевизионный канал. Желаю победы себе на тендере.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И все?

А.ЛЮБИМОВ: Да.

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы был Александр Любимов, глава телекомпании "ВИД".