премьера спектакля 'Город миллионеров'; новый театральные проекты - Армен Джигарханян - Интервью - 2000-04-28

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Армен Джигарханян.

Эфир ведут Ольга Северская и Марина Багдасарян.

О. СЕВЕРСКАЯ - В нашей студии Армен Джигарханян, лучший актер ХХ века.

М. БАГДАСАРЯН - "Конца ХХ века", что вызывает удивление.

А. ДЖИГАРХАНЯН - Как вы все разом меня, на 100 лет...

О. СЕВЕРСКАЯ - Об этом мы обязательно поговорим. Я приветствую Армена Борисовича и призываю наших слушателей присылать ваши вопросы на пейджер. Мы с Мариной Багдасарян сразу хотели бы прояснить следующее. "Лучший актер конца ХХ века" и вообще "лицо конца ХХ века" - это приятно ощущать по отношению к себе?

А. ДЖИГАРХАНЯН - Я думаю, если серьезно, то это очень опасно, а если с юмором - нормально. Кто может это определить? Наш великий Грибоедов сказал: "А судьи кто?" Я сам себе лучший судья, не казните меня за самодурство, но уж себя я знаю больше всех и лучше всех. Я знаю, в каком районе я живу и т.д.

М. БАГДАСАРЯН - Раз так, то, может быть, Вы все-таки точно знаете, какие годы самые-самые в Вашей творческой биографии?

А. ДЖИГАРХАНЯН - Если честно, пока не знаю. Мне кажется, что меня еще что-то ждет. Хотя я понимаю, что силы уже покидают, физически я уже многое не сыграю. Как говорил Жванецкий, "я уже не буду Ромео" и т.д. Я это знаю, но все равно у меня ощущение, что меня ждут еще какие-то не скажу потрясения, но, во всяком случае, что-то хорошее меня ждет. Очень возможно, что я заблуждаюсь и уже живу в мире иллюзий, но все равно это меня питает. Наверное, придет чувство реальности, жизнь подскажет мне, что, "знаешь, это уже все, дальше уже даже не пробуй, потому что может быть плохо".

М. БАГДАСАРЯН - Армен Борисович, один актер, получивший роль Гаева, сказал мне, что он обязательно должен согласиться, потому что Петю Трофимова он уже не сыграл, Лопахина ему уже не сыграть, а если не согласиться на Гаева, следующий этап - это только Фирс. Вы не боитесь этого?

А. ДЖИГАРХАНЯН - Нет, абсолютно. То, что касается моей профессии, (я должен подчеркнуть, не вообще в жизни, а в профессии), я ничего не боюсь. Я не боюсь Фирса, Гаева... Любое - потому что важен повод. Важно, что между людьми происходит великая любовь и человечество (извините, что я так глобально говорю) становится свидетелем этой великой любви. То есть кому-то показалось, что я могу сыграть Ромео, он меня уговорил, я сыграл этого Ромео, и люди стали свидетелями нашей великой любви, то есть необходимости. Потому что если это послужной список, то есть если я заполняю анкету количеством ролей, то грош мне цена.

М. БАГДАСАРЯН - Есть присказка, которую Вы знаете: "Не столько на земле армян, сколько ролей сыграл Джигарханян". Очередную роль, последнюю, новую свою работу Вы играете 30 апреля и 1 мая. Это "Город миллионеров", Доминико.

А. ДЖИГАРХАНЯН - Да. Я еще как-то не осознаю, нет времени для анализа, потому что еще идет набор высоты. Но это очень интересно для меня, потому что Марк Захаров Я осознанно называю его первым, даже до автора, потому что это спектакль, целиком придуманный, сотворенный Марком Захаровым. Это его спектакль. Я это ответственно говорю. Там есть молодой талантливый режиссер Роман Самгин. Но тут нельзя и Романа вводить в заблуждение: этот спектакль придуман, осуществлен Марком Захаровым. Это мне очень интересно. В этом спектакле есть наша замечательная актриса Инна Михайловна Чурикова, с которой мне бесконечно интересно. Это не значит, что просто. Как мне кажется, мы каждый день выходим на сцену и задаем друг другу вопросы, загадки, и живем в этом мире двух людей, которые прожили 25 лет и на 25-м году жизни выяснилось, что у них есть общие дети. Мне это бесконечно интересно, потому что, я думаю, в высказывании Ромена Роллана о том, что каждый актер, играющий Гамлета, должен немножко быть Гамлетом, есть великий смысл. То есть должна быть проблема. Если эта проблема меня не волнует, если у меня нет по этому поводу боли, то Да, можно сыграть. Я очень долго работаю актером, уже набраны какие-то навыки, но думаю, что если это не будет волновать, это будет "продукция" (мы не знаем, кто это сотворил и что у него в эту минуту болело). А в нашей профессии, к сожалению, без этого нельзя.

О. СЕВЕРСКАЯ - Армен Борисович, Вы произнесли два очень важных слова: "любовь" и "боль". Сейчас я гляжу на экран нашего пейджера и вижу там очень существенный вопрос. Просят вспомнить об Алле Ларионовой.

А. ДЖИГАРХАНЯН - Я никогда не снимался с ней. Был влюблен и т.д. Я думаю, что это даже банально говорить. Я помню, очень давно, даже страшно говорить когда, Алла приехала в Ереван. Это было после "Анны на шее". Второго, по-моему Тиграна Петросяна встречали так, когда он стал чемпионом мира по шахматам. Было просто какое-то сумасшествие. И она, конечно, такая была Даже не знаю какие слова сказать. В последнее время мы с ней откуда-то ехали в поезде, (то ли из Петербурга, не помню), посидели там, чай попили, поговорили. Для меня это были такие легенды... Хотя я понимаю, что они тоже прожили непростую жизнь. Я вчера прочитал, что она очень мало сыграла. А может, в ней тоже что-то таилось, тем более сейчас? Я всегда в таких случаях думаю, что надо, наверное Понимаю, что говорю формальные вещи, но все равно надо быть чуть-чуть внимательнее друг к другу, чуть-чуть подумать, что, может быть Вы знаете, как говорят американцы: "Чем могу Вам помочь, если есть проблемы?" Пусть земля ей будет пухом.

О. СЕВЕРСКАЯ - Насчет "чем могу помочь, если у Вас проблемы", как живет Ваш театр, Армен Борисович?

А. ДЖИГАРХАНЯН - Трудно. Ближайшее могу сказать. Не хочу Вам долго говорить всякую ерунду Говорят, нашли людей, которые дадут деньги на реконструкцию. На Гордуме не утвердили. Теперь я хожу

М. БАГДАСАРЯН - А мотив, почему не утвердили?

А. ДЖИГАРХАНЯН - Незнание. Не хочу никого Или непроникновение в историю. Просто на конвейере прошло, и сказали "Нет". Я пришел к этим людям, общаюсь с ними. Это хорошие, интеллигентные, добрые люди. Они так хорошо на меня смотрели. Мы пять минут поговорили, и они прониклись и говорят: "Давайте тогда..." Хотя это можно было сделать чуть раньше, чтобы теперь снова что-то не начинать. И так далее и тому подобное. Я понимаю, что это великая страна с великими проблемами, и очень часто можно попасть в эти жернова, и эти жернова могут перемолоть и выбросить то, что нужно, и т.д. Но все равно опять-таки, я думаю, может быть, чуть-чуть внимательнее, на долю секунды, послушать, как хороший врач. Я понимаю, что это непросто. Для меня хороший врач - это врач, который что-то хочет во мне понять, и когда я спрашиваю "Зуб будет больно?", говорит мне: "Будет больно, надо потерпеть. Как Вы переносите боль?" и т.д. Важно, я понимаю. "Много", "мегаполис", и так далее, и тому подобное. Мы придумали такие защитные слова. Но надо хотя бы уважать. Любить трудно, хотя бы уважать друг друга.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Армен Джигарханян