позиция фракции ОВР по вопросу ратификации договора СНВ-2, назначение Г.Бооса председателем Экспертного совета по вопросам законодательст - Георгий Боос - Интервью - 2000-04-12

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" вице-спикер ГД РФ, член фракции "Отечество - Вся Россия" Георгий Боос.

Эфир ведет Нателла Болтянская.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Давайте начнем с позиции фракции "Отечество - Вся Россия" по вопросу ратификации договора СНВ-2.

Г.БООС: Позиция нашей фракции заключается в том, что необходимо делать ограничение стратегических вооружений, необходимо разоружаться. Мы заинтересованы в том, чтобы мир устанавливался мирным путем. Оружие нужно только как сдерживающий инструмент. При этом сегодня наша страна, конечно, гонку вооружений не выдержит больше. У нас и так не все благополучно в экономике. А раз так, значит, мы в этом договоре заинтересованы. Да, там есть довольно тяжелые места, но плюсов гораздо больше, чем минусов.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сегодня можно говорить о непростом международном положении России в рамках событий прошлой недели, да?

Г.БООС: Да, если Вы имеете в виду события в Страсбурге, Парламентскую Ассамблею.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как-то повлияет эта невеселая ситуация на позицию фракции ОВР по поводу СНВ-2? Международная ситуация стала хуже в отношении России, правильно?

Г.БООС: Я бы так не говорил. Во-первых, ПАСЕ - это не законодательный орган, а орган совещательный, это ассамблея. Помимо этого есть еще европейский парламент. При этом ПАСЕ, высказав такие жесткие резолюции в адрес России и фактически частично ограничив российскую делегацию в правах в этой ассамблее и поставив вопрос о возможном выходе России из Совета Европы, фактически, на мой взгляд, сама инспирировала следующий план действий, который произойдет. Я думаю, что и Совет Европы, и Кабинет министров, и правительства стран Европейского содружества сейчас дадут откат назад и будут занимать более мягкую позицию, для того чтобы скомпенсировать такую жесткую позицию ПАСЕ. По большому счету, такая компенсация будет нам более выгодна, потому что все рычаги власти находятся как раз и в Кабинете министров, и в европейском парламенте, и непосредственно в правительствах европейских стран. И реальная власть, и реальный вес на мировой арене. Поэтому Парламентская Ассамблея фактически таким образом может только принизить свой собственный уровень, статус, который и так носит характер больше совещательный, рекомендательный, чем законодательный. Я думаю, что, как ни парадоксально это покажется, это может как раз, наоборот, привести к некоторому даже потеплению атмосферы в европейском сообществе и в отношении к России. Хотя при этом там есть ряд вполне позитивных рекомендаций, которые к нам направлены. Таких, например, что остановка огня может быть произведена только с двух сторон. Она не может производиться одной стороной, только с двух сторон. Что переговоры надо вести не на предмет, выходит Чечня или не выходит, а на предмет мирного урегулирования. Но при этом Чечня - в составе России, признается полная территориальная целостность. И так далее. Т.е. закрепился еще, тем не менее, и целый ряд позитивных, необходимых нам моментов, в том числе и в резолюции ПАСЕ. Плюс ко всему, жесткая резолюция может привести, как ни неожиданно это может показаться, как раз к потеплению.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Давайте вернемся к документу. Есть информация о том, что не исключено, что этот документ будет рассмотрен нижней палатой парламента уже 14 апреля. Как Вы полагаете, как пройдет это рассмотрение и насколько оно реально?

Г.БООС: Возможно, оно и пройдет, действительно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Уже были сведения о том, что не исключены не самые адекватные реакции со стороны некоторых Ваших коллег по парламенту.

Г.БООС: Нет, пока шума не вырисовывается. А там посмотрим.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как Вы ждете, как все это будет происходить? На чью позицию, адекватную Вашей, вы можете рассчитывать?

Г.БООС: Нам бы сейчас не надо было делать несколько вещей. Во-первых, не надо было бы делать сильные очень хлопки и закрывать дверь в Парламентскую Ассамблею. Т.е. надо сохранить возможность диалога обязательно с ПАСЕ. Второе - нам надо было бы занять по поводу этой резолюции конструктивную позицию. В части тех предложений, которые там содержатся положительные, их надо одобрить. В части тех предложений, которые носят явно характер узурпации по отношению к российскому парламенту и к России в целом, надо здесь занять жесткую позицию и сказать свою позицию публично. Но мне бы хотелось, чтобы при этом было, конечно, поменьше политиканства, а побольше конструктива. Если мы сумеем выдержать такую общую ноту

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как Вы считаете, мы сумеем?

Г.БООС: Я думаю, если не считать одного-двух выступлений, которые будут, безусловно, яркими, но чрезвычайно эмоциональными, я думаю, что в целом мы сумеем. Мыть сапоги в Индийском океане никто не собирается, сейчас относятся к этому более конструктивно, более содержательно, поэтому я думаю, что сумеем.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Т.е. можно говорить о том, что Вы смотрите с оптимизмом?

Г.БООС: По крайней мере, без паники.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Еще один вопрос, связанный с международной обстановкой. Буквально вчера на НТВ был репортаж о создании на Украине так называемых центров информации. Речь идет об информационных центрах с чеченской стороны. Что Вы можете сказать на этот счет? Нет в этом некоего посягательства на попытку урегулировать как-то конфликт?

Г.БООС: Вопрос здесь не в том, что конфликт есть между Россией и ее субъектом. В настоящий момент происходит антитеррористическая борьба. Да, конечно, к огромному сожалению, есть жертвы. Да, к огромному сожалению, есть применение войск и фактически проходит военная операция. Но антитеррористические мероприятия другого плана не давали никакого эффекта. Поэтому то, что сейчас происходит, это не конфликт. Что касается попытки урегулировать со стороны Украины или со стороны еще кого-то, конечно, спасибо всем, кто будет способствовать установлению мира. Любые военные действия, даже если это военная антитеррористическая операция, должны закончиться миром. Не миром с террористами, а миром на территории. Народ должен жить в мире. Для того армия и существует, чтобы не воевать, а чтобы создавать мирное пространство, защищать это мирное пространство. Спасибо, конечно, всем, но, тем не менее, в данном случае, я думаю, это не очень правильно. Не надо бы этого делать.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Поговорим об Экспертном совете по производству и обороту алкогольной продукции, который Вы только что возглавили. Каковы задачи?

Г.БООС: Вопрос в том, что для урегулирования законодательства в этой довольно сложной сфере, где, с одной стороны, достаточно высокие доходы предпринимательские, с другой стороны, достаточно высокие доходы государства за счет больших налогов, в первую очередь акциза, безусловно. Он составляет процентов 80 от всех налогов на водку. С третьей стороны, высокой криминальностью, связанной с тем, что много подпольной, теневой, "левой", как это называется, естественно, некачественной водки зачастую производится. С другой стороны, просто производится много водки мимо налогообложения. К сожалению, часто это бывает, в том числе на действующих предприятиях, где не налажен хороший учет, а есть резервы по мощности. Т.е. мы видим здесь большой сгусток проблем одновременно. Было принято решение создать рабочую группу. Назовите это Экспертным советом, комиссией, как угодно - неважно, важно, что там будет содержательно происходить. Замысел такой: чтобы туда вошли представители этой отрасли, предприниматели, представители разных комитетов Госдумы. И будем приглашать еще представителей правительства для диалога, с тем, чтобы вырабатывать экономические правила игры в этой области. В первую очередь это касается, безусловно, налогообложения, поскольку высокое налогообложение создает экономическую базу, экономический фундамент для совершения преступлений. В том числе, будем искать меры по противодействию незаконному обороту алкоголя и так далее. Причем, крупные предприниматели ведь сами заинтересованы в том, чтобы был наведен порядок, потому что им конкурировать с подпольной водкой невозможно, та слишком дешевая. А она выдавливает легальную водку. Поэтому серьезные предприниматели, которые хотят жить легально и по законам, потому что они уже имеют то, чего не хотят терять, то, конечно, они в данном случае будут нам союзниками в некотором смысле.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Дегустировать-то будете?

Г.БООС: Нет, разговор идет не о качестве водки, разговор идет о правилах игры.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Помните, в царской России был даже термин такой - "монополька". Монополистом в области спиртного было государство. Вообще возможно такое в современной России?

Г.БООС: Еще в Советском Союзе было монополистом государство. Правда, на всё было государство. В принципе, возможно. Вопрос только в том, чего хочет государство добиться. Монополии на производство водки? Я не вижу в этом особого смысла. Более того, государство не всегда является эффективным собственником, не всегда эффективно управляет этой собственностью, распоряжается ею. Вот ввести государственную монополию на оборот, т.е. на продажу водки Соответствующий закон уже был принят в свое время, чтобы вся водка, поступающая в розницу Она же в розницу поступает не непосредственно с завода. Она в розницу поступает через оптовое звено. И вот это оптовое звено поставить под государственный контроль. В ряде регионов это уже сделано, и опыт достаточно положительный. Таким образом, можно защититься от некачественной и подпольной водки. Используя это оптовое звено и монополию государства на это оптовое звено, можно, в том числе, и разумное налогообложение сделать. Снять часть налогов с производителя, а взимать эти налоги на оптовом звене. В результате у подпольного производителя стимулы резко снижаются. Потому что весь его стимул - это ровно те налоги, которые он не платит. А если мы часть налогов снимем Скажем, в бутылке водки содержится 20 рублей налогов. Если мы, например, 10 рублей будем брать у производителя, а 10 рублей будем брать в оптовом звене, то у подпольного производителя стимул ровно в два раза уменьшится, правильно?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Правильно-то правильно, но это не скажется на цене в итоге?

Г.БООС: Нет, не скажется. На самом деле, разницы никакой нет. Как было 20 рублей, так 20 рублей и осталось. Но я как раз считаю, что налоги надо бы снизить. Как это ни покажется Вам, может быть, странным, но наши предшественники слишком задрали ставки налогов, в первую очередь акциз, на спиртные напитки и, естественно, на водку. В результате у нас, начиная с января этого года, если убрать сезонный фактор, тем не менее, происходит сильнейший спад в этой области. Исключение составляет пока только пиво. Слава Богу, хоть с пивом более-менее все в порядке.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Что касается законодательства в области оборота, мы более-менее выяснили. Что касается производства. Буквально каждый день мы видим репортажи о т.н. "левой" алкогольной продукции. Кроме правоохранительных органов как с этим бороться?

Г.БООС: Бороться с этим можно только одним способом: необходимо выбить экономическую основу у этого явления и при этом вести жесткую войну. Административные меры, милицейские меры и так далее. Но надо снизить налоги, безусловно, или перераспределить их. Производство подпольной водки стоит 7-8 рублей. Это себестоимость. Плюс, рублей 5-6 - это риски. Если, не дай бог, поймают, будут аресты, конфискация и так далее. Это риски, еще 5-7 рублей. В результате подпольная водка выходит на рынок по цене 12-13 рублей. Теперь говорим об обычной водке. Та же себестоимость производства. Налогов там содержится примерно около 24 рублей в сумме, всех налогов. Прибавьте одно к другому, и вы уже получаете 30-32 рубля. А здесь - 12-13. Если вы перераспределите налоги, с производителя снимете налоги (возьмете не 20 рублей акциз, а 10 рублей), то, соответственно, цена водки будет уже не 30 рублей, а 20. Тогда левая стоит 13-14, а эта, нормальная, будет стоить 20 рублей. А если вы при этом будете еще вести жесткую административную борьбу с подпольной водкой, то риски при изготовлении этой водки будут расти. Соответственно, страховаться будут на эти риски больше. Страховаться на риски будут не как сейчас, 6-8 рублей, а 10-12 рублей. В результате стоимость подпольной со стоимостью нормальной начнут приближаться, и наступит тот самый золотой и счастливый момент, когда наконец станет практически невыгодно делать подпольную. Лучше на два рубля заплатить больше налогов и делать легально.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Тогда возникает вопрос, когда же наступит тот момент, когда, заходя в магазин, вы уже не будете так нервничать, если это не крупный магазин.

Г.БООС: Серьезную войну на этом рынке начало правительство Примакова Евгения Максимовича. И мы тогда очень серьезно этим вопросом занимались. И мы, кстати, предложили тогда произвести расщепление этой ставки, акциза, и брать половину с производителя, а половину - с оптового звена торговли. Сейчас, кстати, правительство к этой мысли опять возвращается и, насколько я знаю, планирует внести подобное предложение в Думу. Мы его тогда через Думу успели провести, оно у нас попало то ли на вето президента, то ли в Совете Федерации застряло, я сейчас уже точно Вам не скажу. Помимо этого у нас была создана специальная межведомственная комиссия. Основным застрельщиком по межведомственной комиссии (это уже по административной борьбе) было МВД. Председателем был Степашин Сергей Вадимович. У нас динамика тогда была очень положительная. Если когда мы начинали, у нас где-то было примерно с 10 бутылок 3 легальных, то когда мы уходили уже в отставку, у нас было из 10 бутылок где-то 7 легальных.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Да, это хороший результат.

Г.БООС: Да. Но я считаю, что можно добиться результата где-то 90-95% легального рынка. Вполне можно этого добиться.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сроки?

Г.БООС: Если серьезно за эту проблему взяться, то этого можно добиться в течение года. Это вполне реально. Сейчас немножко снизилось. Сейчас, как эксперты оценивают, где-то 50 на 50.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Поскольку вся эта ситуация раскручивается не с нуля, уже что-то выполнялось предыдущими правительствами, то есть надежда на то, что адекватно это воспримут ваши коллеги-парламентарии?

Г.БООС: Есть надежда.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А Вы помните, когда Вы последний раз купили фальшивую спиртную продукцию?

Г.БООС: Нет, не помню, поскольку я человек вообще малопьющий.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был вице-спикер ГД РФ, член фракции "Отечество - Вся Россия" Георгий Боос.