начало весеннего призыва; ситуация на Северном Кавказе, перспектива отправки в Чечню призывников-москвичей - Михаил Сорокин - Интервью - 2000-04-05

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" военный комиссар Москвы Михаил Сорокин.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Добрый день, Михаил Михайлович. Мы говорим о том, что в России начался весенний призыв. Есть информация о том, что первое молодое пополнение получит президентский полк. Это точка, которая в максимальной степени нуждается в пополнении, самая горячая точка в наших вооруженных силах?

М. СОРОКИН - Это не самая горячая точка. Самая верная информация - та, которую Вы сказали. Первая часть, в которую мы действительно во все времена отправляли молодое пополнение - это президентский полк, что вполне естественно. Там должны служить ребята, безупречные в любом плане: и по внешности, и по росту, и по своим моральным качествам, потому что они так или иначе связаны с представлением нашего государства в той или иной категории, даже иностранных граждан.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Михаил Михайлович, а в чем специфика (и будет ли какая-то специфика) у нынешнего весеннего призыва?

М. СОРОКИН - В целом каких-либо серьезных особенностей нынешний призыв не несет. Для Москвы, может быть, в какой-то степени особенностью является то, что во главе у руководства городской призывной комиссии впервые встала женщина, Людмила Ивановна Швецова, первый заместитель премьера правительства Москвы. Это, может быть, особенность: как мать, возглавила один из немногих в субъектах Федерации штаб по призыву молодежи на военную службу.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Ждете конфликтов? Женское сердце-то мягкое

М. СОРОКИН - Нет, никаких конфликтов. Я хочу сказать, что мы под руководством Людмилы Ивановны провели первое заседание городской комиссии. Наоборот, я благодарен ей за то, что она сумела, несмотря на свою обаятельность и женственность, жестко поставить вопросы перед структурными подразделениями правительства Москвы, такими как ГУВД, здравоохранение, школа. Более того, даже в какой-то степени не в рамках компетенции правительства Москвы: такая организация, как прокуратура. Даже прокуратуре поставлены очень серьезные, ответственные задачи. Так что мы довольны назначением нового председателя призывной комиссии.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Какое количество народа ждете в рамках весеннего призыва? Есть какие-то цифры?

М. СОРОКИН - Конечно, все уже спланировано, утверждено. Мы обязаны призвать и отправить на военную службу около 6 тыс. человек. Эта цифра не расходится с той цифрой, которую мы отправляем в каждый призыв. Этот призыв ничем не отличается. Единственное, я бы сказал, что он также проходит в условиях затянувшейся войны на Северном Кавказе. Но и эта война имеет свой отпечаток. Для родителей, в общем-то, по большому счету все равно, они беспокоятся за безопасность своих сыновей. Но что характерно для нас и для общества - это изменение отношения к армии, к службе.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - В какую сторону?

М. СОРОКИН - В лучшую. Я бы сказал так, что и армия воспряла, и многое сегодня делается в вооруженных силах для того, чтобы в них можно было служить и достойно отслужить два года.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Хочется надеяться на то, что действительно будет так, но согласитесь, что если говорить о родителях, о Вас, в том числе, как о людях, которые отвечают за тех, кто будет призван, есть ли перспектива того, что люди из этого призыва окажутся в Чечне?

М. СОРОКИН - Нет, с этого призыва никого там не будет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А гарантии?

М. СОРОКИН - Я даю гарантию родителям, что с этого призыва никто из молодых ребят не попадет в район боевых действий. Но говорить в широком смысле слова, что призыв весна-2000 никогда не будет в горячих точках, я не могу. Потому что в соответствии с указом президента каждый молодой человек, попавший на военную службу, обязан получить военно-учетную специальность и в соответствии с ней проходить службу. После получения военно-учетной специальности не исключено, что какая-то часть может оказаться в районе боевых действий или около него. Но я хотел бы заострить внимание на том, что даже сейчас, в этих условиях, свои трудности и проблемы мы решаем совместно с правительством Москвы. Прежде всего, это вопросы контрактников. Мы сейчас озабочены одним: чтобы отправить как можно более взрослое пополнение, владеющее в прошлом профессией, хорошей военно-учетной специальностью, необходимой для командиров воинских частей, которые находятся на Северном Кавказе. Мы на сегодняшний день за три месяца отобрали более 250 молодых людей, которые изъявили желание служить по контракту в Москве. Москва - это не вся Россия, тут свои сложности.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Возраст какой? Постарше призывников?

М. СОРОКИН - Да, постарше. 25-27-30 лет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А что известно об их прошлой деятельности?

М. СОРОКИН - Как правило, если провести маленькие социологические исследования среди той категории, которую мы посылаем служить по контракту из Москвы и со всей России, то это не совпадает у нас по многим параметрам. Москва при всей своей сложности и дороговизне - достаточно зажиточный город, и это отражается на контингенте, который мы посылаем туда. Если большая часть призывников-контрактников из России едет за деньгами, то наши в большинстве своем - джентльмены удачи.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Рисковые ребята, да?

М. СОРОКИН - Да, те, кто побывал уже в горячих точках, пришли сюда, окунулись в эту мирскую жизнь, и себя не нашли.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вам не кажется, что это очень страшный признак? Потому что очень много говорили и писали о такой штуке, как афганский синдром, чеченский синдром. Люди, которые приезжают из горячих точек, не всегда бывают адекватны.

М. СОРОКИН - Да, я думаю, что это очень страшно. На сегодняшний день есть точка приложения сил - боевые действия на Северном Кавказе, а завтра война закончится. А точка приложения сил? Они умеют делать только это, и больше ничего. Выход - криминальная армия. В этом смысле нам, военным, нужно думать, как быстрее перейти на профессиональную армию, чтобы у нас были востребованы эти чувства людей. И гражданской власти нужно думать о том, чтобы обустроить этих людей, предотвратить эти негативные последствия.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Михаил Михайлович, за последнее время мы с горечью наблюдали то, как не одна группа попадала в засаду в Чечне, и все это кончалось весьма печально для тех, кто оказывался в этих ситуациях. Скажите пожалуйста, возможно ли как-то усилить профессиональную подготовку и хоть с какой-то стороны застраховаться от возможных последствий такого рода?

М. СОРОКИН - Честно сказать, я не хотел бы комментировать эти случаи. Потому что каждый случай по-своему трагичен, и я, не видя бой со стороны, комментировать эти случаи не могу. Потому что я считаю, что в любом случае полная виновность лежит на командирах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Скажите пожалуйста, а с Вашей точки зрения нет ли вероятности того, что в ближайшее время военные действия будут закончены, и у тех, кто сегодня подпадает под весенний призыв, даже не будет возможности попасть именно в эту горячую точку, на Северный Кавказ? Нам столько обещали

М. СОРОКИН - Я хочу успокоить наших мам, родителей, что у нас на Северный Кавказ попадает всего 10%.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - У этих 10% тоже есть мамы и близкие. Они нервничают ничуть не меньше.

М. СОРОКИН - Правильно, безусловно. Но это не говорит о том, что все, кого мы призвали, попадут в горячую точку. Об этом и речи не идет. Тем более, сейчас речь идет о том, чтобы сформировать там дивизию полностью на контрактной основе, а не из военнослужащих по призыву. Конечно, страшная картина - война. Но я думаю, надо всмотреться в действия правительства России, Минобороны, которые делают все, чтобы оградить в рамках, дозволенных нам, военным людям, молодых ребят от гибели.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Я понимаю, что это не в тот период, когда идет конфликт в той или иной зоне страны, но как Вы считаете, возможна ли ситуация, когда люди, призванные из Москвы, будут проходить службу в ближайших местах, чтобы на выходные можно было бы приехать домой, к папе с мамой? Не кажется ли Вам, что это перспективная идея?

М. СОРОКИН - Я длительное время проходил службу в Германии в группе советских войск

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но это очень далеко от дома.

М. СОРОКИН - Нет, Вы послушайте. Там мы столкнулись с тем, что многие солдаты Бундесвера и армии Германской демократической республики служили рядом. И у нас многие служат рядом. В этот сложный и тяжелый период, в который мы сейчас живем, я не вижу ничего плохого в этом. Но, вместе с тем, существующий принцип комплектования вооруженных сил по экстерриториальному принципу совершенно объективен. Мы не можем исходить из параметров близости к дому. Потому что у нас есть ракетные войска стратегического назначения, есть военно-морской флот. Там кому-то надо служить. Поэтому те приказы министра обороны, которые сегодня существуют, нас вполне устраивают. Они гласят следующее: если семейные обстоятельства не позволяют (мать-одиночка или больные родители) служить далеко от родителей, министр обороны разрешает служить поблизости от места жительства. Поэтому это вполне нормальная реакция министерства обороны, военных на те семейные обстоятельства, которые могут сложиться в семье молодого человека.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Михаил Михайлович, скажите пожалуйста, насколько готовые к получению армейской профессии приходят сегодня люди? Недавно говорили о введении начальной военной подготовки в школе.

М. СОРОКИН - Вы задали очень больной вопрос. Это не начальная военная подготовка, это основы военной службы. Это 100 часов в старших классах (10-11 классах), которые завершаются 40-часовым полевым выходом в подшефной воинской части. Это только знакомство с армейской жизнью. И то у нас СМИ, заинтересованные круги подняли такой шум, что "военизированная школа". Давайте подумаем, кому это выгодно: государству или этим людям, которые заботятся о псевдодемократии? Мы говорим, что оплот демократии у нас - США. Вот в оплоте демократии то, что было в Советском Союзе - НВП - в полном объеме второй год внедряется в общеобразовательную школу. Они забирают у нас то, что было у нас. А мы все играем. А к чему пришли, я могу сказать. К хилому, до безобразия истощенному мальчику, с точки зрения физической подготовки, в идеологию пришли баркашовцы. Вот к чему мы пришли, идя на поводу этих родителей за невоенизированную школу. Я веду речь не о военизации, не о милитаризации школы, а о разумных пределах воспитания гражданственности и долга молодого человека перед страной. Почему? Я был на последней коллегии комитета образования. Меня испугало, когда мальчик честно (это положительно) высказал откровенное отношение своих одноклассников, старшеклассников к армии. Он прямо сказал, что ребята-москвичи не ориентируются к армии.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был военный комиссар Москвы Михаил Сорокин.