освещение российскими СМИ президентской предвыборной кампании и ситуации в Чечне - Михаил Федотов - Интервью - 2000-03-16

16 марта 2000 года.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Михаил ФЕДОТОВ, вице-президент фонда "Индем", один из авторов закона о печати, секретарь Союза журналистов России.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: У меня было заготовлено несколько вопросов к беседе, но Вы только что мне рассказали о событии, которое произошло в Госдуме, откуда Вы только что вернулись. Давайте с этого начнем.

М.ФЕДОТОВ: Да, я оттуда вернулся весь в синяках и ссадинах. Сегодня состоялось заседание комитета по бюджету Государственной Думы, и среди прочих обсуждался вопрос об изменении действующих законов - по предложению правительства - в связи с принятием федерального бюджета на 2000 год. Правительство предложило свой любимый тезис о том, чтобы убрать все льготы, которые существуют сегодня для средств массовой информации, которые существуют с 1995 года, которые были пролонгированы в октябре 1998 года, после дефолта. После дефолта парламент сказал: да, мы должны сохранить эти льготы, потому что иначе мы лишимся и средств массовой информации, и книгоиздания, лишимся учебников для детей, учебников для ВУЗов и так далее, т.е. подорвем и наше образование, и науку, и культуру.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Чем объясняется такое предложение правительства?

М.ФЕДОТОВ: Они решили по сусекам поскрести и наскрести те мизерные деньги, которые, как им кажется, они могут тем самым принести в бюджет. Я приведу один пример. В законе о государственной поддержке 1995 года говорится, что средства массовой информации оплачивают расходы связи по тарифам, которые установлены для бюджетных организаций. Они предлагают это убрать. Якобы это даст экономию. Ну не даст это экономии никакой! Куда уйдут эти деньги? Да, средства массовой информации будут платить, как коммерческие структуры. Простите, но большинство из них вообще коммерческими структурами не является, живут впроголодь, живут в тяжелейших экономических условиях. Да, хорошо, они будут платить по коммерческим расценкам. Куда? В государственный карман? Да нет, они будут платить частным телефонным компаниям. Частные телефонные компании, уж будьте спокойны, эти дополнительные доходы замечательно положат себе в карман и скроют от налогообложения. Во всяком случае, налоги от этого не повысятся, налогооблагаемая база не повысится. Придем ли мы к плюсу? Нет, мы придем к минусу, потому что нужно будет в бюджете предусмотреть дополнительные средства на поддержку местных газет. В бюджете есть такая строка - значит, ее нужно будет увеличить. В бюджете есть строка на финансирование бюджетных, государственных средств массовой информации - извините, прибавьте туда деньги, поскольку вы увеличиваете расходы на связь. Вы представляете, что такое расходы на связь для телекомпаний, например, которые вещают через всю систему спутников? Это огромные деньги! Вот вы эти огромные деньги туда и добавьте. Простите, а откуда вы их будете добавлять?

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Раз государственных денег не будет, то многим СМИ, похоже, придется готовиться если не к закрытию, то к ужасному существованию.

М.ФЕДОТОВ: Нет, им придется готовиться к другому. Нам с вами - читателям, зрителям, слушателям - придется готовиться к тому, что средства массовой информации будут скуплены теневым капиталом. Мы окажемся с вами лицом к лицу с криминалитетом, в руках которого сконцентрируются средства массовой информации. Плюс, часть средств массовой информации будет скуплена западным капиталом. И плюс, естественно, часть средств массовой информации будет жить на подкормке с руки тех или иных государственных структур.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Какую позицию занял бюджетный комитет Думы?

М.ФЕДОТОВ: Бюджетный комитет Думы предложил правительству внести проект закона о приостановлении на 2000 год всех этих льгот.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Т.е. он поддержал это?

М.ФЕДОТОВ: Нет, правительство хотело отменить вообще навсегда, а бюджетный комитет предложил в принципе сохранить. Но именно в принципе. Вообще эти льготы действуют только до 1 января 2002 года. Но на 2000 год ликвидировать, приостановить действие этих законов, а когда мы дойдем до 2001 - тогда посмотрим. На самом деле, это означает, что и в 2001 это тоже уже умрет. Но я должен сказать, что комитет по информационной политике Государственной Думы занял очень жесткую позицию, и именно поэтому эта позиция была категорически отвергнута бюджетным комитетом.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: То есть, в итоге, судя по всему, СМИ лишатся в этом году всех тех льгот, которые им полагаются?

М.ФЕДОТОВ: Во всяком случае, этого хочет правительство и с этим согласен бюджетный комитет Госдумы. Но Госдума не заканчивается бюджетным комитетом. Я думаю, что на пленарном заседании поправки, предложенные комитетом по информационной политике, будут поддержаны.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Это финансовое давление на средства массовой информации, которое возникает, как-то довольно странно - или не очень странно - совпадает по времени с серьезным, как мне кажется, ужесточением политического режима в отношении журналистов. Посмотрим, что сейчас происходит. Если взять подготовку к президентским выборам, то вдруг мы обнаружили в практической работе, что некоторые положения закона о выборах президента не позволяют журналистам, скажем, критиковать тех или иных кандидатов. ЦИК это рассматривает как агитацию, а агитировать могут только сами кандидаты. Или взять войну в Чечне. Сейчас министр печати заявляет, что главенствующим в освещении чеченской кампании будет закон о борьбе с экстремизмом и терроризмом, а вовсе не закон о СМИ.

М.ФЕДОТОВ: Во-первых, закона о борьбе с экстремизмом не существует. Есть закон о борьбе с терроризмом. Там есть специальные нормы, которые касаются информирования общественности о контртеррористической операции. Там устанавливается, что форму и объем информирования определяет руководитель оперативного штаба. И там сказано, что не допускается распространение информации, например, о членах оперативного штаба, о тактике проведения контртеррористической операции, что вполне разумно и справедливо. И там же говорится о том, что не допускается распространение информации, пропагандирующей или оправдывающей терроризм или экстремизм. Да, это есть в законе о борьбе с терроризмом. Но это касается именно тех лиц, от кого исходит информация о проведении контртеррористической операции. А эту информацию определяют руководители оперативного штаба, т.е. как раз наши генералы. Они не должны допускать распространения такой информации. К журналистам это впрямую не относится. Но не нужно забывать о том, что существует закон о средствах массовой информации. И статья 4 этого закона запрещает использование средств массовой информации для совершения уголовно наказуемых деяний. Любых, в том числе, например, и такого преступления, как терроризм. Поэтому использовать средства массовой информации как средство, поддерживающее, обеспечивающее террористическую деятельность, конечно, нельзя. Это противоречит закону о СМИ. Не закону о борьбе с терроризмом, а закону о СМИ. Нельзя использовать средства массовой информации для разжигания межнациональной розни, для призывов к свержению государственного строя, для призывов к насильственному расчленению нашей территории. Конечно, это записано в законе о СМИ, причем с самого начала, с 1991 года эта норма существует. Я не очень понял позицию министерства - может быть, она была не очень точно изложена, - когда было сказано, что средства массовой информации не должны давать слово лидерам чеченских боевиков, потому что это будет рассматриваться как нарушение закона о борьбе с терроризмом.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Именно так и заявил замминистра печати Михаил Сеславинский - что это будет рассматриваться как нарушение закона.

М.ФЕДОТОВ: В том-то все и дело. Если лидер чеченских боевиков рассказывает о том, что любила делать его бабушка, это не противоречит никакому закону. Вы можете предоставить ему слово хоть на два часа в эфире. Но если он будет призывать разжигать межнациональную рознь, призывать к расчленению страны, призывать к насилию, то не имеет значение, он будет призывать, или я буду призывать, или Вы будете призывать - это будет нарушением закона.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Власти, похоже, путают понятия "пропаганда" и "информация".

М.ФЕДОТОВ: Конечно. Информация не может быть запрещена. Пропаганда должна быть запрещена. И, между прочим, это очень четко перекликается с ситуацией с выборами. Журналист - не участник предвыборной агитации. Он не может участвовать в агитации ни за кандидата, ни против кандидата. Но он может участвовать в освещении избирательной кампании. Представим себе: журналист, ведущий некой телевизионной программы или радиопрограммы, приглашает к себе в эфир кандидата. Кандидат приходит. Рядом сидит большое количество аудитории - ну, ток-шоу. Задаются вопросы кандидату, задаются приятные для него вопросы. Это что? Это агитация за, конечно, потому что дает возможность кандидату себя хорошо преподнести. Это должно оплачиваться из избирательного фонда кандидата, это платная предвыборная агитация. А если ему задаются отрицательные, негативные вопросы? Если ему говорят: "А вот есть информация, что Вы берете взятки. Как Вы на это ответите?", и он начинает теряться, ему нечего ответить? Это что, агитация против? Тогда из какого фонда это должно оплачиваться? Из избирательного фонда всех его соперников в равных долях что ли?!

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Судя по тем разъяснениям, которые делает Центризбирком, похоже, что такие вопросы задавать нельзя, потому что ЦИК это рассматривает именно как агитацию.

М.ФЕДОТОВ: Если ваша программа приглашает к себе сегодня одного кандидата и задает ему разные вопросы, завтра - другого кандидата, послезавтра - третьего кандидата, то вы всем кандидатам предоставляете равные условия. Именно этого требует закон и о выборах президента, и самый главный закон избирательного цикла - закон об основных гарантиях избирательных прав граждан. Кстати, обратите внимание: в случае, если закон о выборах президента противоречит закону об основных гарантиях избирательных прав граждан, применению подлежит закон об основных гарантиях избирательных прав.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Как Вы считаете, эти трактовки властями закона о средствах массовой информации, закона о борьбе с терроризмом и о выборах президента могут быть оспорены в суде, если к СМИ будут предъявлены претензии?

М.ФЕДОТОВ: Конечно. Стопроцентно. Именно суд в правовом государстве является вершиной и последней инстанцией в вынесении решения по любому спору.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Михаил Федотов, вице-президент фонда "Индем", один из авторов закона о печати, секретарь Союза журналистов России.