принятие Конгрессом США закона о санкциях против России за поставки Ирану - последствия для российской стороны; участие РФ в строительстве - Адольф Шаевич - Интервью - 2000-03-02

: В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Сергей Шаевич, директор программы строительства международной космической станции.

А.КЛИМОВ: Палата представителей Конгресса США вслед за Верхней палатой парламента приняла законопроект, разрешающий американским властям вводить санкции против России и других стран, которые поставляют Ирану оружие массового поражения. Сергей Константинович, насколько эти санкции угрожают космическим программам России и США?

С.ШАЕВИЧ: Я думаю, что совместной программе России и США эти санкции совершенно не угрожают, потому что уже в течение 6 лет мы ведем эти совместные работы. Уже многое сделано, запущены первые два элемента. Кстати, первый элемент это российский элемент модуль Заря, он успешно функционирует в течение длительного времени, и я не вижу каких-либо возможностей сократить или как-то изменить эту программу.

А.КЛИМОВ: Но, тем не менее, речь идет о том, что в Россию вроде не будут переведены около 600 млн. долларов в счет оплаты контракта с Российским авиакосмическим агентством.

С.ШАЕВИЧ: Я не знаю, откуда взяты эти цифры, мне такие цифры неизвестны. Существует контракт между Росавиакосмосом и Национальным агентством по аэронавтике США. Таких цифр там нет. Причем этот контракт больше выгоден США. Потому что они получают услуги, которые нигде они получить не смогут: это опыт полетов шаттла на Мир, это длительное присутствие американских экипажей на станции Мир. Поэтому я тут не вижу каких-либо реальных предпосылок, чтобы это как-то реально влияло на международную космическую станцию.

А.КЛИМОВ: То есть о сворачивании российского участия на международной космической станции речь не идет?

С.ШАЕВИЧ: Безусловно. Это, на мой взгляд, исключено, потому что в июле планируется запуск ключевого элемента, служебного модуля, он уже получил название - модуль Звезда. Все ждут этого запуска, и отказаться от него было бы абсолютно неправильно.

А.КЛИМОВ: Иными словами, политика существует отдельно, а специалисты по космосу работают отдельно?

С.ШАЕВИЧ: Безусловно. Специалисты работают. В настоящее время большая группа американских специалистов, больше 60 человек, прибыла в Москву, и обсуждаются тонкие детали, подробности дальнейшего развертывания международной космической станции.

А.КЛИМОВ: Если оценить российскую долю в международной космической станции

С.ШАЕВИЧ: Доля оценивается очень легко. Примерно треть этой космической станции будет принадлежать России.

А.КЛИМОВ: Американские ученые здесь обсуждают российские проекты в этой трети?

С.ШАЕВИЧ: Нет. Ведь станция это единый дом, и нам необходимо знать, как устроен американский сегмент, им необходимо знать, как устроен российский сегмент. И очень много вопросов возникает на интерфейсах. Эти вопросы как раз в настоящее время и решаются. Таких встреч уже было 24, сейчас проходит 25-я техническая встреча.

А.КЛИМОВ: Когда космическая станция начнет работать по-настоящему?

С.ШАЕВИЧ: Развертывание станции идет в несколько этапов. Первый этап - это развертывание станции, мы его уже прошли, сегодня на орбите успешно летают два элемента. Следующий этап это пилотируемый этап. Он начнется после того, как на орбите появится служебный модуль, российский ключевой элемент, в котором будет предусмотрено все для длительного пребывания экипажа.

А.КЛИМОВ: Уже известно, из каких космонавтов будет состоять первый экипаж?

С.ШАЕВИЧ: Уже известно. Это два российских космонавта, один американский астронавт. Они проходят тренировки уже длительное время. Большая часть тренировок проходит в России, потому что первые элементы будут российскими.

А.КЛИМОВ: Что-нибудь известно об этих интересных результатах, которые недавно были обнародованы, когда на днях закончился двухсотсорокадневный эксперимент, когда российские космонавты и их коллеги из других стран провели 240 дней на закрытой станции?

С.ШАЕВИЧ: Дело в том, что 240 суток это не предел, наши астронавты летали и на большее время. Но цель этого эксперимента именно в международном экипаже, когда существуют разные языки, разные технические культуры, разные общечеловеческие культуры.

А.КЛИМОВ: Это серьезная проблема для космонавтов?

С.ШАЕВИЧ: Раньше предполагалось, что это проблема серьезная. Но когда началась работа конкретная, мы видим, что каких-то серьезных проблем в этом плане не существует. Люди остаются людьми, они легко находят общий язык, и потом, их объединяет общее дело.

А.КЛИМОВ: Я хочу задать вопрос, который, может быть, Вам покажется бестактным, но все-таки ответьте. Россия за последние годы сильно отстала в космосе?

С.ШАЕВИЧ: Я не могу сказать, бестактный это вопрос или нет. Это неправильная постановка, потому что Россия была и остается передовой космической державой. Подтверждением тому является и первая часть нашей совместной работы по Миру, полет шаттла на Мир, и там, где американцы получили бесценный опыт сборки крупногабаритных элементов станций, там, где они получили опыт длительного пребывания. Россия была и остается ведущей державой в части длительных космических полетов. И если говорить о технике, то российские и американские технические решения очень близки. Потому что их определяет сама природа этой техники. И здесь говорить о том, что кто-то отстает, кто-то опережает другого Во всяком случае, о программе МКС здесь сказать нельзя. Россия занимает здесь ведущее положение.

А.КЛИМОВ: Но, тем не менее, российских космонавтов здесь все-таки меньше, чем астронавтов-американцев?

С.ШАЕВИЧ: Это определяется задачами, которые стоят перед отрядами космонавтов. Количество американских астронавтов больше, потому что эксплуатируется система многоразового челнока Шаттл. Там экипаж 7 человек. Это необходимо для того, чтобы поддерживать этот корабль в полете, и на самом деле на станции будет работать 7 человек. Из них на сегодня определяется три человека - это российские космонавты - и 4 человека это американские и все остальные, то есть европейские, японские, канадские и так далее.

А.КЛИМОВ: А как Вы относитесь к тому, что в космос может полететь актер Владимир Стеклов?

С.ШАЕВИЧ: Давно витают эти предложения вовлечь средства массовой информации в эту процедуру вещания из космоса, она, на мой взгляд, очень привлекательна, здесь нет ничего непреодолимого. Опыт показывает, что люди переносят эту среду. Это хоть и тяжело, нужна подготовка, но это возможно и для актера том числе. Но возможности, которые откроет эта среда, эта невесомость она таит в себе определенные плюсы, и тут могут быть интересные решения.

А.КЛИМОВ: Станция Мир будет затоплена в мировом океане?

С.ШАЕВИЧ: Дело в том, что все космические объекты рано или поздно заканчивают свое существование. Станция Мир проектировалась на 5 дет, но усилиями инженеров мы ее можем поддерживать в течение длительного времени. Центр Хруничева проводит большую работу в этом направлении, чтобы конструкция могла в этих сложных условиях существовать довольно длительное время, ведутся эксперименты на земле. Поэтому конструкция может существовать длительное время.

А.КЛИМОВ: А сколько лет она еще может протянуть?

С.ШАЕВИЧ: Разные цифры называются, там еще треть ресурсов остается. Но необходимо понимать, что на этой станции мы предполагаем делать. Если уж мы будем продолжать, важно, чтобы это были не просто какие-то коммерческие действия, важна наука, которая может там выполняться, исследоваться, могут проводиться различные эксперименты. Важно, чтобы она не просто летала, а функционировала в нужном направлении.

А.КЛИМОВ: Вам будет жалко, если станцию Мир все-таки придется уничтожить?

С.ШАЕВИЧ: Естественно, всем будет жаль расстаться с этой нашей большой работой. Мы вложили много трудов, начиналась эта работа еще в начале 80-х годов, и поэтому, конечно, будет жаль. Но новое будущее станции тоже привлекательно для нас, и мы готовы продолжать работать на ней.

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы был Сергей Шаевич, директор программы строительства международной космической станции.