ситуация на Северном Кавказе; - ход реформирования Российской Армии - Аркадий Баскаев - Интервью - 2000-02-23
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" генерал-полковник, командующий войсками Московского округа внутренних войск МВД РФ Аркадий Баскаев.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Добрый день, Аркадий Георгиевич. Я бы хотела поздравить Вас с Днем Защитника Отечества. Сейчас много говорят о назревшей не сегодня необходимости реформирования армии. Как Вы рассматриваете эту проблему? Что нужно сделать?
А. БАСКАЕВ - Разговор о реформе в армии действительно идет давно, и какие-то меры государством принимаются, но мы, многие командиры, к сожалению, просто недовольны темпами этого реформирования.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Денег нет. Это понятно.
А. БАСКАЕВ - Деньги есть, и ведь можно найти разные способы реформирования армии. Если говорить, что сегодня мы всех не призываем, а завтра переходим на контрактную службу, - это, конечно, очень дорого будет стоить. Мы в округе проводим такой эксперимент, он идет уже третий год. Это один из способов перехода на контрактную профессиональную армию. Каким образом? Мы призываем с разрешения Генерального штаба в порядке эксперимента. Этот эксперимент полностью себя оправдал. Сегодня можно смело говорить, что призыв ребят служить по месту жительства в частях (я понимаю, что это невозможно сделать по всей России, но на то есть этап перехода к этому) сразу дает основания к тому, чтобы постепенно, уверенно переходить на контрактную службу.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Аркадий Георгиевич, Вы, наверное, сейчас выступаете не только как военачальник, но и как педагог. Ведь со срочниками важна педагогическая работа. Но согласитесь, что когда человек попадает на службу в отрыве от дома, он как-то мобилизуется. Не кажется ли Вам, что возможность служить без отрыва от места жительства, с возможностью на выходные - к маме под бочок, расслабляет людей и не дает необходимой психологической подготовки?
А. БАСКАЕВ - Я не соглашусь с Вами, потому что, наоборот, процесс втягивания в службу очень болезненный, особенно для наших сегодняшних молодых ребят. Когда-то были годы, когда мы призывали на службу в 19-20 лет, тогда это были взрослые ребята. Сегодня, к сожалению, Вы знаете, кто к нам идет, знаете их подготовленность, в том числе психологическую и моральную, к службе. Кстати, то, что солдат служит недалеко от дома, то, что раз-два в месяц он может попасть домой, снимает с него те стрессы, которые, к сожалению, сразу же накладывает на него армия. Это строй, подъем, боевая подготовка. Это, в конце концов, уборка туалета, извините меня. Все это делает солдат. Вы знаете, какие плюсы этого эксперимента? В этих частях коренным образом меняется моральный климат. Ребята, призванные с одного места (то ли это Воронеж, то ли это Москва, не имеет значения), жившие до этого на соседних улицах... Сегодня эта дедовщина, о которой мы много твердим и ничего не делаем, сама по себе искореняется в этих частях. Это я Вам абсолютно достоверно говорю, потому что ребята, которые учились в одной школе, которые завтра опять встретятся вне рамок армии, друг другу, извините, морду бить не собираются. Это один из моментов. Кстати, то, что Вы говорите о том, что оторванность дает ему. Ничего подобного. Это очень сложный процесс, он идет очень болезненно. Поэтому помощь родителей, в частности Кстати говоря, тоже кто-то воспринимал это как усмешку, а сегодня это серьезная вещь. У нас в частях даже есть люди из совета родителей. Родители приходят туда и вместе с командирами занимаются воспитанием ребят. Они помогают нам и в плане тех, кто уходит с "беговой дорожки" в сторону.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Думаю, что можно сделать вывод. Как Вы полагаете, этот эксперимент может пройти по всей российской территории?
А. БАСКАЕВ - Вполне. Мы говорим о средствах, но когда призывника везут служить из Свердловска в Москву, это большие деньги. По закону ему обязательно надо предоставлять средства. Потом, самое главное, у нас, например, целое соединение в Москве уже состоит из одних контрактников. Это рядовые, сержанты, прапорщики и естественно, офицеры - 3,5 тыс. человек. Во-первых, не нужны эти громоздкие казармы, не нужны очень многие другие моменты и атрибуты армии, которые сегодня нужны для военнослужащих срочной службы
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Аркадий Георгиевич, а как Вы считаете, НВП в школе нужна?
А. БАСКАЕВ - Я считаю, что да. Дело в том, что когда мы говорим о переходе на профессиональную армию, она ведь действительно будет не такой огромной, какую мы имеем сегодня и даже имели недавно. Но Родину-то защищать надо уметь. Кстати, это в любом государстве, не только в Советском Союзе, как было раньше, или в России сегодня милитаризованное общество. Ничего подобного. В Германии, в США, везде проходит подготовка юношей, для того, чтобы они были готовы защищать свою страну. Поэтому обязательное условие перехода к реформированию армии - это те две вещи, которые уже сегодня начали делать. Это НВП и военная кафедра в ВУЗах.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Тогда еще один наболевший вопрос. Сейчас обсуждается возможность введения, усиления деятельности особых отделов в армии. 37-й год возвращаем?
А. БАСКАЕВ - Да нет. По-моему, это опять сгущение красок. Особые отделы были у нас всю жизнь. Они сейчас немножко по-другому называются. Но дело в самой сути их работы. Я вам скажу, что у хорошего командира полка, дивизии или командующего округом это, как правило, его коллеги. И они работают вместе, в тесном контакте с отделом военной контрразведки, которая находится в округе. Они знают ситуацию. Сегодня процессы, которые происходят в мирной жизни, перекатываются и на армию. Те же наркотики проникают туда. Вооружение, надежная охрана оружия, боеприпасов - это тоже их функция какого-то контроля, и они в этом плане очень много делают. К сожалению, есть и факты коррупции, их надо выявлять, о них нужно знать. В конце концов, последнее и самое главное: попытки проникновения в воинские части не только шпионов, с чем они борются, но и просто совершенно других структур. Это тоже важно. Поэтому пугать никого не надо. Они работали, работают сегодня и приносят очень большую пользу.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Я хочу вернуться к эксперименту, о котором мы начали говорить. У Вас наверняка есть данные. Сколько можно сэкономить, на Ваш взгляд, призывом по месту жительства?
А. БАСКАЕВ - Во-первых, когда мы говорим об экономии, надо уяснить себе одну вещь. В первую очередь, конечно, реформировать нужно те части, которые на сегодняшний день у нас самое больное место. Это Чечня. Скажите, сколько стоит жизнь подготовленного молодого солдата?
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Это некорректный вопрос. Сколько стоит жизнь? Дальше уже не надо.
А. БАСКАЕВ - Дальше уже не надо. Поэтому прежде чем посылать 18-19-летнего парнишку По указу президента мы должны отправлять сейчас ребят после 6 месяцев службы. Он явно не готов к этому. И мы практически из сотни прослуживших 6 месяцев ребят посылаем максимум 30-40 человек. Это уже затраты, о которых мы говорим. И второй момент: те же 10 тыс. срочников спокойно может заменить 3,5 тыс. контрактников, профессионалов. Именно в этом возникает самая главная экономия. Во-вторых, о том же эксперименте. Чтобы сегодня взять на контрактную службу, надо предоставить жилье, создать бытовые условия для этих ребят. Когда мы призываем ребят по месту жительства, до 20% после года службы пишут рапорта с желанием остаться на контрактную службу. Фактически в течение 3-4 лет, даже 2-3 лет можно полностью перейти на контрактную службу, по крайней мере, в крупных населенных пунктах. Сказать сегодня, что мы завтра перейдем на контрактную службу, - это просто бред. Кто-то должен служить на границе, на дальних ракетных точках и т.д. Но это тоже сокращение средств. То есть человек, который призван в Москве и остается служить, живет дома, только периодически, как это положено по всем нормам, 30% должно быть на боевом дежурстве. Он трое суток отдыхает, сутки находится в казарме. Но в принципе ему же сегодня, срочно не нужно это жилье. Конечно, все равно эту проблему нужно решать. И то многие военные городки можно спокойно Например, мы одну из казарм фактически перестроили в общежитие. Эта казарма находится на Преображенской площади. Ее закладывал тогда президент Борис Николаевич Ельцин. Построена казарма совершенно нового типа. В комнате живет четыре человека. На этаже этой казармы находится чайная, где они могут попить чай. Есть все условия для отдыха. Эти ребята, которым негде жить сегодня, в этой комнате спокойно живут, условия практически домашние. То есть можно найти различные способы, когда мы можем говорить о сокращении этих расходов, которыми мы постоянно всех пугаем. Главное - сокращение численности. Ведь мы же не считаем, сколько обслуживающего персонала находится у солдат срочной службы. Те же столовые, котельные, огромнейшие наряды, обслуживающие. Практически в армии сегодня минимум 30% уходит на обслуживание. При контрактной службе это все здорово сокращается.
-
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Аркадий Георгиевич, как Вы расцениваете ситуацию на Северном Кавказе и пути ее развития?
А. БАСКАЕВ - Об этом очень много говорится. Я думаю, что комментарии, которые поступают непосредственно с территории Чеченской республики, очень объективные. Но ситуация складывается так, что нам придется повторить фактически вторую половину 95-го, начало 96-го года. Я думаю, что операция в горах закончится в ближайшее время. И главное - это обеспечение общественной безопасности, порядка в населенных пунктах. Главная ответственность и забота, наверное, сегодня будет ложиться на внутренние войска, на органы внутренних дел, которые должны обеспечить безопасность людей в населенных пунктах. Потому что то, что делалось в прошлую кампанию, наверняка будет в этой. То, что открыто заявляют боевики, способы партизанской войны - это вылазки, нападение на райотделы, на новых представителей власти, подразделения и части вооруженных сил, внутренних войск МВД. Пожалуй, для военных главным сегодня будет заниматься вопросами, связанными именно с тем, чтобы не допустить повторения того, что было в 96-м году, особенно во второй половине этого года, когда днем власть была у одних, а ночью у других. И сегодняшние меры, которые предполагается предпринимать, - и паспортный режим, и комендантский час, - то есть те моменты, о которых мы давно говорили, сегодня наконец начинаются. Хотя в этом плане есть проблемы с правовыми вопросами.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Скажем, задерживают человека по подозрению в том, что он участвует в вооруженном бандформировании. И что с ним делать дальше? Как сейчас закон работает?
А. БАСКАЕВ - К сожалению, на сегодняшний день нет правового решения этой проблемы. В прошлую кампанию было то же самое. Заходим в дом, зачистка, обнаруживаем человека, явно принадлежащему к бандформированию
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Что значит "явно"?
А. БАСКАЕВ - По многим признакам.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Плечо синее?
А. БАСКАЕВ - Один из них - да, Вы очень хорошо осведомлены, это действительно синее плечо, запах пороха и много других признаков. Мы его задерживаем. Дальше что? Дальше мы отправляем его на фильтрационный пункт, сутки-двое-трое проверяем. Конечно, есть явные бандиты, которых знает и Чечня. И они, кстати говоря, иной раз сразу выдают, и есть основания для его ареста и дальнейшего задержания. Но в других случаях таких оснований не бывает, и в основном это так. Поэтому сегодня органам прокуратуры, следствия должны даваться такие же сроки задержания, как у нас было какое-то время: до 30 суток. Я думаю, что нужны какие-то сроки, за которые можно было установить непосредственную причастность этого человека к бандформированиям. Для этого должно работать следствие и т.д. Других способов пока нет. Так что нужно установить правовое поле деятельности органов внутренних дел, внутренних войск в том числе, для задержания и проведения расследования: кто этот человек, что он из себя представляет. Только так.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Когда речь идет о людях, которые в определенный момент своей жизни по долгу едут на т.н. боевые действия Скажем, для меня момент спускания курка, когда перед тобой живая цель, мишень, - это неприемлемо, я не представляю себе этого. Люди этот барьер преодолевают и возвращаются уже немножко другими психологически. Существует некая система адаптации? Ведь ни для кого ни секрет, что существовал афганский синдром, существует чеченский синдром. Люди меняются психологически после того как они выстрелили в первого живого человека. Да?
А. БАСКАЕВ - Совершенно правильно. Кстати, это очень сложный момент и далеко не каждый может его пережить. Психика человека настолько разнообразна, что для одного это шок и он пытается об этом забыть, а другой становится
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Бандитом и убийцей?
А. БАСКАЕВ - Совершенно правильно. К сожалению, этот синдром есть, и действительно должна быть очень серьезная программа реабилитации ребят, которые сегодня там воюют. К сожалению, на сегодняшний день этой системы практически нет. Парень отслужил там, где день за два идет, (он полгода там пробыл, считается год), его увольняют, при самом хорошем командире, естественно, дают ему деньги, которые он заработал. Некоторым говорят, что пришлют деньги домой, когда их нет. Сейчас вроде система стала более стройной. Но если он приезжает домой, он просто попадает в совершенно другую ситуацию, и изменение его психики действительно реально влияет на его реальную жизнь. Сегодня, если не предусмотреть в военкоматах, в тех же госпиталях по месту, куда он приехал, систему реабилитации, особенно психологов - это очень серьезная проблема - мы можем получить то же... Это же не только для России характерно. Вспомните американцев, вьетнамский синдром продолжается до сих пор. Поэтому система государственной реабилитации всех, кто участвовал в боевых действиях в Чечне, должна быть немедленно разработана. На мой взгляд, тут денег жалеть нельзя. Потому что, правильно сказали, что это будущие бандиты и преступники, если мы только сегодня не обратим внимание на психику этих ребят. Я не говорю, что абсолютно все. Большинство уже понимает цену жизни. Они видят это, есть и другая сторона. Но те единицы, о которых мы говорим, требуют обязательной помощи, реабилитации, адаптации в новых условиях мирной жизни.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Как Вы полагаете, когда в обозримом будущем можно будет говорить о том, что боевые действия в Чечне закончены? Или это будет такое вялотекущее противостояние?
А. БАСКАЕВ - Судя по тем темпам, которыми проводится спецоперация, я думаю, что в течение месяца, максимум полутора месяцев, боевые действия будут закончены. Все остальное - как только будет установлен контроль и та система блокпостов и КПП, наличие подразделений на всех территории Чечни, которая сейчас предусмотрена в Чечне. По крайней мере крупных бандформирований уже не будет. Это однозначно. Поэтому я считаю, что в марте боевые действия будут закончены.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - До выборов?
А. БАСКАЕВ - Трудно сказать, наверное, будут стараться, чтобы до выборов.
Н. БОЛТЯНСКАЯ - Аркадий Георгиевич, хочется закончить на оптимистической ноте. Что бы Вы пожелали своим соратникам? Сегодня 23 февраля, мы еще раз Вас поздравляем.
А. БАСКАЕВ - Спасибо большое, у меня действительно возникла возможность поздравить многих своих сослуживцев, товарищей, которые служили со мной вместе, носили погоны, носят их сегодня, с этим замечательным праздником. Вы помните, как назывался праздник? День Советской Армии и ВМФ. Я военный человек, окончил военное училище, Академию Фрунзе, Академию Генерального штаба. Но это был праздник Советской Армии и ВМФ. Почему-то пограничникам, военнослужащим внутренних войск, тем же ФАПСИ, ФСБ говорили: "Да нет, это не ваш праздник". Кто-то очень умный правильно его назвал, такой праздник должен быть в стране. Потому что каждый, кто носил или носит погоны, служил ли он в ВМФ, пограничных, внутренних войсках, - все равно это его праздник и его день. Поэтому я хотел бы всех, кто когда-то носил погоны, в первую очередь поздравить. Они выполнили свой гражданский долг. Всем, кто выполняет его сегодня, в это непростое время, особая благодарность и поздравления с праздником. Конечно, все те ветераны, которые прошли войну, их не так много, но они заслужили особых добрых слов. Они спасли нашу страну. Им огромная благодарность, поздравления и пожелания крепкого здоровья. В этот праздничный день я хочу сказать, что мы все помним тех ребят, которых мы потеряли в эти непростые годы, особенно на Кавказе. Память о них всегда в нас, мы делаем все возможное, чтобы поддерживать связи с родителями и с женами погибших офицеров, прапорщиков, солдат, генералов, рядовых. Я хотел бы пожелать здоровья родителям и близким тех, кого, к сожалению, сегодня нет. Мы о них помним всегда. День Защитника Отечества каждому из нас должен быть дорог еще и потому, что каждый должен знать, что защищать свое Отечество нужно с честью и достоинством. Каждый мужчина, молодой парень, которому сегодня 15-16 лет, должен знать, что надо быть готовым защищать свою Родину, свое Отечество. С праздником всех!
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был генерал-полковник, командующий войсками Московского округа внутренних войск МВД РФ Аркадий Баскаев.