результаты голосования Думы по кандидатурам Б.Немцова и В.Лукина на посты вице-спикеров ГД РФ - Георгий Боос - Интервью - 2000-02-16

16 февраля 2000 года

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Георгий Боос, вице-спикер Государственной Думы.

Эфир ведут Нателла Болтянская, Петр Журавлев

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Первый вопрос касается результатов голосования Государственной Думы по кандидатурам Бориса Немцова и Владимира Лукина.

Г.БООС: Если Вы считаете мое мнение, то я голосовал за, я и в прошлый раз голосовал за Немцова и Лукина. Я считаю, что есть определенные понятия справедливости и чести и исполнять эти обязательства необходимо всем. Я сейчас не говорю о своем отношении оно к этим кандидатурам позитивно. Я говорю сейчас о тех, кто не голосовал за них в прошлый раз. Поскольку обязательства были взаимны, они были взяты, значит, их необходимо было выполнить. На мой взгляд тем, что Дума сегодня проголосовала за эти кандидатуры и избрала вице-спикерами Немцова и Лукина, Дума эти обязательства выполнила, и я считаю, что это справедливо, честно и правильно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: С того момента, когда новая Дума начала свою работу, понятно, что каждый депутат нуждается в некотором автопозиционировании, обозначении себя в рамках того пространства, в котором ему предстоит работать. Это с одной стороны. С другой стороны, многие избиратели говорят о том, что они голосовали за людей, которые будут заниматься законотворческой деятельностью, а не выяснением отношений между собой. Как Вы считаете, когда можно будет говорить о том, что процесс позиционирования себя самих заканчивается и начинается процесс конструктивной деятельности?

Г.БООС: Надо сказать, что у этой Государственной Думы процесс организации работы Думы назовем это так, поаккуратнее, - чуть более длинный, чем это было в прошлый раз. И надо сказать, что это было сделано совсем не по-человечески, нецивилизованно и не демократично. В прошлый раз такого не было. Вопрос ведь заключается не в том, какие портфели достались, какие нет. Не об этом шел разговор. В Думе были нарушены все возможные демократические процедуры, были нарушены все мыслимые и немыслимые нарушения принципов демократии. И, конечно, против этого бастовала та часть Думы, которая при нарушении этих принципов демократии оказалась ущемленной в максимальной степени. Но мы бы бастовали точно так же, если бы не мы оказались ущемленными, а какая-то часть из нас или какая-то другая часть. Мы считаем, что если парламент образец и сгусток общественно-политической жизни страны будет демонстрировать, что принципы демократии не нужны, что все решается механистическими способами, то чего же нам ждать в стране в дальнейшем

П.ЖУРАВЛЕВ: В самом начале, когда коммунисты и Единство голосовали почти одинаково, все поспешили сказать о некоем большинстве и тут же вас записали в меньшинство. Сегодня Единство и коммунисты голосовали по-разному по этому спорному вопросу о двух вице-спикерах. Можно ли говорить о том, что как-то поменялся политический баланс внутри Государственной Думы?

Г.БООС: Нет, политический баланс обозначится не на кадровых голосованиях, а на содержательной работе. Содержательная работа начнется с того момента, когда начнут рассматривать кодекс о земле, налоговые законы, поправки к бюджетам, законы о социальных гарантиях и вообще о любых социальных вопросах, когда начнут рассматривать СНВ-2, ратификацию целого ряда международных договоров и так далее. Вот тут действительно произойдет настоящий водораздел.

П.ЖУРАВЛЕВ: А чем объяснить разделение Государственной Думы именно по кадровым вопросам, по организационным вопросам то, которое было? Ведь, по видимому, все-таки какие-то общие интересы у того же Единства с коммунистами есть?

Г.БООС: Давайте сразу говорить о том, что переговоры в данном случае вела команда администрации президента. И это естественно, поскольку Единство и Народный депутат это та депутатская группа, которая объявила о своей поддержке Путина, его курса и правительства и заявила, что это проправительственная, пропрезидентская команда. В данном случае они все свое позиционирование сделали, и переговоры вела команда администрации президента. Я думаю, что и они понимают, что они совершили ошибку, пойдя на этот альянс, но мне кажется, они недооценивали последствий этого альянса.

П.ЖУРАВЛЕВ: В силу крика, который вокруг этого?

Г.БООС: Нет, не крика. Они недооценивали то, как будет изменяться позиционирование вокруг Зюганова и как будет происходить в дальнейшем изменение его рейтинга, как он будет в восприятии людей ассоциироваться и так далее. Наверно, были какие-то мысли о том, чтобы дать некую базу, в том числе и политическую, коммунистам для того, чтобы подготовить себе основного соперника на выборную президентскую кампанию. Наверно, были также мысли любыми способами и средствами не допустить спикером Примакова, чтобы не дать такой базы Примакову. Хотя Евгений Максимович такой человек: если бы он стал спикером, он тем более не пошел бы на президентскую гонку. Потому что здесь самостоятельный фронт работы большой, сложный, важный, - и, взявшись за эту работу, сразу отмахнуться и сказать: Нет, я все-таки пойду президентом, - он так не умеет, не может. Он пока эту работу не доведет до конца, другой не займется. Но это другой вопрос.

П.ЖУРАВЛЕВ: То есть обсчитались?

Г.БООС: Я думаю, что весь комплекс аргументов, который там рассматривался, в конце концов делал наиболее перспективной фигурой Селезнева. Но я думаю, что они сейчас понимают, что они в этом смысле допустили ошибку. Я сейчас не говорю персонально о Селезневе, тем более, что мне и говорить о нем неудобно. Я говорю сейчас об альянсах, которые возникли.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Можете ли Вы раскрыть какие-то внутридумские тайны о тех альянсах, которых нам еще имеет смысл ожидать?

Г.БООС: Я думаю, что когда начнется содержательная работа - а скорее всего она начнется после президентской кампании и скорее всего это произойдет в сентябре, когда начнут рассматриваться бюджет и серьезные вещи Ну, сами посудите: март, апрель президентские выборы, формирование правительства, утверждение премьера, все с напряжением будут следить за этим. Реально первое внесение важных законопроектов, тем более что новый кабинет должен будет их как-то подлакировать и вноситься этот пакет будет А в принципе он должен вноситься, потому что это общемировая практика: после выборов есть два года для того, чтобы проводить какие-то реформы, принимать какие-то вещи, которые впоследствии должны приносить результат. Потому что последние два года это уже подготовка к новым выборам.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть цыплят по осени будем считать?

Г.БООС: Да. Ну, реально внесут они, если успеют, пусть даже в июне. Пока комитеты, процедуры думские, потом период отпусков Реально сентябрь.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Несколько слов о приоритетах законотворческой деятельности Вы уже сказали, это были слова земельный кодекс и налоговый кодекс. Давайте подробнее.

Г.БООС: Во-первых, я слов налоговый кодекс не говорил, я говорил налоговое законодательство. Но если говорить о приоритетах нашей фракции Отечество - Вся Россия, то мы для себя выбрали три основных приоритета. Первое это налоговое законодательство, его совершенствование, направленное на снижение налогов и в первую очередь налогов на заработную плату. Второй приоритет это гарантирование заработной платы на уровне не ниже прожиточного минимума и, соответственно, социальные законы, направленные на это. И третий приоритет борьба с коррупцией, законодательство, которое будет регулировать это поле деятельности и благодаря которому мы должны, наконец, побороть эту коррупцию. Вот это основные наши приоритеты.

П.ЖУРАВЛЕВ: Все всегда говорят, что самое главное преимущество любого законодательства это его стабильность. Вроде приняли налоговый кодекс, что там еще совершенствовать? Или у Вас уже профессиональная струнка как у бывшего руководителя налогового ведомства - ревность по отношению к нынешнему руководству?

Г.БООС: Во-первых, приняли только первую часть. Первая часть не касается никаких экономических вопросов. Она касается общеюридических вопросов, то есть это общие принципы построения налоговой системы, отношения между налоговыми органами, государством и налогоплательщиком, права и обязанности с обеих сторон, некоторые вопросы налогового администрирования, проблемы урегулирования и общий перечень налогов. Дальше - специальные части налогового кодекса, то есть как раз экономическая часть та, от которой больше всего стоны о непомерном налоговом бремени. Это сами налоги, их ставки, то, с чего они взимаются, то есть налогооблагаемая база, кто их платит, то есть категория налогоплательщиков, и т.д.

П.ЖУРАВЛЕВ: То есть этих подробностей пока нет?

Г.БООС: Нет, они не приняты еще, действует старый закон о налогах. Тот вариант, который был внесен в свое время, был сразу отклонен, и общая часть была из этого общего кодекса вынута, переработана, принята, а специальная часть оставлена на перспективу. Сейчас правительство, насколько я знаю, что-то готовит, и, конечно, очень интересно узнать, что оно готовит. Надеюсь, что-то положительное, надеюсь, что там будут действительно содержаться нормы по снижению налогов, по крайней мере, мне бы этого очень хотелось Но почему вы говорите о налоговом кодексе как о некоем консервативном, стабильном документе? Вообще вы правы: понятие кодекс должно быть стабильным и консервативным. Когда законодательство стало стабильным, когда оно прошло апробацию жизнью, когда все коррективны внесены, когда все отрегулировано, имеет смысл все это кодифицировать, свести в некий кодекс и сказать: вот это мы на большой промежуток времени консервируем или делаем небольшие изменения.

П.ЖУРАВЛЕВ: Кирпич такой?

Г.БООС: Да. Но это называется так: завершить налоговую реформу путем принятия налогового кодекса. Мы же пытаемся ее провести путем принятия налогового кодекса. Что получается? Общую часть налогового кодекса приняли летом 1998 года. Она еще не вступила в действие, а ее уже начали редактировать, уже начали принимать поправки к налоговому кодексу. И это будет происходить вольно или невольно, потому что в тиши кабинетов всю комплексную конструкцию нельзя придумать, ее надо выстрадать. И к чему это будет приводить, можно легко предположить. Потому что кодекс это гармоничный документ: в одном месте тронул, поплыло везде. Это как костюмчик: нельзя один рукав удлинить.

П.ЖУРАВЛЕВ: Может быть, плюнуть, пока реформа не прошла?

Г.БООС: Я бы тоже так считал - что лучше бы сначала реформу провести, а потом уже кодекс принимать.

П.ЖУРАВЛЕВ: А кто думает иначе?

Г.БООС: Этот вопрос стал политическим, и опять нам из политики навязывают в реальную жизнь, в экономику. У нас вообще экономика какая-то очень политизированная, и жизнь наша какая-то очень политизированная Кто-то решил поэксплуатировать эту идею, он ее для себя отыграл, дивиденды снял, а мы теперь будем все расхлебывать

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А что Вы можете сказать о земле?

Г.БООС: Кодекс о земле в данном случае это несколько другая сфера. Тем более что здесь есть определенные наработки. В ряде регионов уже давно существует и право частной собственности на землю, и продажа земли и т.д. В ряде регионов существует долгосрочная аренда на землю и продажа права на заключение этой аренды на землю на большие сроки. При этом многими положениями гражданского кодекса и законами вполне регулируются нормы оборота земли, причем как муниципальной земли в городах, так и сельскохозяйственной земли и земель поселковых, дачных и т.д., в том числе и заповедных земель. На мой взгляд, по земельному кодексу у нас ситуация гораздо более продвинутая и ее можно было бы сделать более консервативной. Принимать земельный кодекс, по-моему, сегодня необходимо. Если говорить о введении частной собственности на землю, мое отношение к этому позитивно: я считаю, что вводить частную собственность на землю необходимо. Вопрос в том, каким образом ее вводить в жизнь, надо ли мгновенно вводить оборот земли, то есть свободную продажу земли, или это надо делать постепенно, должен быть какой-то переходный период, с обязательствами по использованию этих земель (особенно это касается сельскохозяйственных земель)? Я больше склоняюсь ко второму варианту что это надо делать постепенно, поэтапно, на протяжении какого-то времени, с обязательствами по использованию этих земель. При этом я бы сейчас выводил из-под оборота муниципальные земли. В городе вводить частную собственность на землю вещь очень сложная.