Российско-израильские взаимоотношения; приостановка переговоров между Израилем и Палестинской автономией. - Авигдор Либерман - Интервью - 2000-02-08

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Авигдор Либерман, лидер партии "Исраэль бейтэну", депутат кнессета Израиля

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Давайте начнем с Вашего впечатления о нынешнем состоянии российско-израильских отношений.

А.ЛИБЕРМАН: К сожалению, мои оценки не изменились за последние три года. То есть есть все условия, но нет конкретных результатов, есть потенциал, абсолютно нереализованный во многих сферах. Будем надеяться, что на каком-то этапе эти все предпосылки будут реализованы и начнется сотрудничество и по внешнеполитическим вопросам, и по экономическим, и по культурным Так что постараемся быть оптимистами.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как Вы считаете, кто или что тормозит развитие этих отношений?

А.ЛИБЕРМАН: Прежде всего, нестабильность и у вас и у нас, то есть отсутствие какой-то четко спланированной политики с дальним прицелом, неготовность смотреть далеко вперед лихорадит политическую систему и тут, у вас, и там, у нас. И это, наверно, мешает, есть постоянные несовпадения.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как Вы полагаете, можно ли провести параллель между российскими и израильскими политическими партиями, которые имеют очень похожие названия?

А.ЛИБЕРМАН: Кроме названий, думаю, вряд ли можно провести политические параллели. Поскольку в Израиле политика с очень сильным идеологическим акцентом, то есть четкие концепции, понятно, кто правый, кто левый, кто за профсоюзы, кто против. А тут, кроме компартии, трудно разобраться в четкой идеологической позиции всех остальных. Хотя последние выборы в Думу во многом дали более четкое определение политическим партиям.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вы готовы как-то развить эту мысль?

А.ЛИБЕРМАН: В чем вообще заключается концепция внешней политики, трудовых отношений, отношение к собственности, к субъектам федерации, к усилению власти на местах или к усилению центральной власти Если мы берем основные партии, как-то у них очень нечетко, если мы берем Медведь или партию Примакова - Лужкова там все эти вопросы достаточно расплывчаты. И нынешний и.о. президента очень трудно четко определить, что к чему

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я хотела бы попросить Вас прокомментировать ситуацию, связанную с приостановкой переговоров между Израилем и Палестиной и Израилем и Сирией.

А.ЛИБЕРМАН: Внешняя или оборонная политика государства это вещь, которую невозможно менять каждый год или два года. Должна быть какая-то долгосрочная концепция, которая не меняется в зависимости от политической лихорадки. В Израиле не удалось на последние 10 лет отработать какую-то четкую концепцию. В свое время правые придерживались концепции политической автономии для палестинцев, левые были готовы на территориальный компромисс в рамках плана Лона. С тех пор все смешалось.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А у партии Наш дом - Израиль есть концепция на этот счет?

А.ЛИБЕРМАН: Партия Наш дом Израиль придерживается очень четкой концепции, изложенной на бумаге. Думаю, у нас есть четкое политическое лицо по целому ряду вопросов. И поэтому Барак, наверное, как все разведчики Он когда-то возглавлял у нас военную разведку еще одна параллель, он никому о своих тайнах не рассказывал, даже его ближайшее окружение не представляет, куда он идет, чего он хочет и чего в конце концов добивается, то есть это секрет даже для самого ближайшего окружения. Наверно, он не рассказывает об этом не только своему ближайшему окружению, но и своим партнерам по переговорам. То есть все в недоумении, все хотят от него вразумительного ответа, к чему он ведет, чего он хочет достичь

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Можно ли рассматривать такое недоверие к своему окружению как аналог неких политических противоречий между кнессетом и правительством?

А.ЛИБЕРМАН: Нет, я думаю, это просто черты личного характера. И у Барака это все подозрительность, мнительность и т.д. - доведено до какого-то абсурда.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но ведь в медицине, если не обрабатывать рану, может случиться заражение. И в данной ситуации приостановка переговоров не первая и, боюсь, не последняя может привести к какому-то обострению отношений между Израилем и этими государствами?

А.ЛИБЕРМАН: Безусловно, это так или иначе приведет к обострению - невозможность заниматься сразу всеми проблемами, попытка одновременно сдвинуть переговоры с Сирией и с палестинцами и одновременно урегулировать проблему в Ливане, тут же кидаться сразу в другую сторону Эти зигзаги ни к чему хорошему не приведут.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но, с другой стороны, когда мы с Вами беседовали, Вы дали понять, что израильский внутренний туризм Сейчас в больших количествах люди едут на север, к тем территориям, на которых возникают проблемы. Означает ли это, что население не боится и не ждет обострения ситуации?

А.ЛИБЕРМАН: Наоборот, население боится, что больше не доведется увидеть эти территории. Поедем попрощаемся Потому что, с одной стороны, общественное мнение уже готово к тому, что Голанские высоты придется отдать, а с другой стороны в концепцию Барака теплого мира с Сирией уже никто не верит и никто почему-то не горит желанием ехать туристом в Сирию и на подконтрольные Сирии территории. Поэтому сегодня действительно такие массовое поездки: люди на всякий случай едут смотреть

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но вообще-то это страшно.

А.ЛИБЕРМАН: Это очень страшно

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вы, являясь депутатом парламента, видите развитие этой ситуации? Понятно, что есть оптимистический вариант развития ситуации

А.ЛИБЕРМАН: Сегодня я смотрю более оптимистично, поскольку надеюсь, что правительство будет сменено и новое правительство займет однозначный, четкий и ясный курс и сможет его представить и перед своими избирателями, и перед своим партнерами на переговорах. Для меня абсолютно ясно, что без того, чтобы представить какие-то четкие границы или провести красную линию: тут мы готовы, а тут не готовы без этого невозможно. Невозможно все время торговаться, все время в конце концов пугаться и сдавать позиции одну за другой. И внутреннее состояние Израиля, бесконечные скандалы все это не может не влиять одно на другое: невозможно провести внешнеполитические переговоры, когда ты сам находишься под следствием или в центре какого-то финансового скандала. Все это должно так или иначе утрястись.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я хотела бы поговорить о наших проблемах. Израиль это государство, которое имеет долгий, печальный и небезуспешный опыт борьбы с терроризмом. Осень 1999 года для России прошла под эгидой борьбы с терроризмом. Есть ли что-то упущенное, невостребованное?

А.ЛИБЕРМАН: Прежде всего, нужно отдать должное России: она приняла решение в конце концов не уступать террору, а бороться с ним более или менее успешно, с большими или меньшими жертвами, но тем не менее, бороться, ни в коем случае не сдаваться. Это само по себе нужно приветствовать. Я считаю, что Россия могла бы сделать гораздо более удачные ходы в плане пиара, в плане объяснения своей позиции, больше апелляции к международному мнению. Я считаю, что в этом плане гораздо больше можно было бы задействовать Израиль. Когда мы говорим о потенциальном сотрудничестве, природа этого террора одна и в Израиле, и в Чечне те же люди, которые стреляли по российскому посольству в Бейруте, стреляют по нашим северным поселениям на нашей границе с Ливаном. Те же Хаттабы они приехали из нашего региона и прошли долгую подготовку, к сожалению, у нас, в нашем районе. Поэтому это общая цель, хорошо сегодня знакомая и вам, и нам, к сожалению, много лет знакомая. И тут можно было бы выстроить гораздо более тесное сотрудничество непосредственно между спецслужбами и, особенно, в плане международного общественного мнения.

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы был Авигдор Либерман, лидер партии "Исраэль бейтэну", депутат кнессета Израиля