Вынесение приговора индийского суда о пожизненном заключении четырех российских летчиков за контрабанду оружия - Анил Тригунаятт - Интервью - 2000-02-03

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Анил Тригунаятт, пресс-атташе посольства Индии в РФ.

Эфир ведет Владимир Варфоломеев.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Сейчас мы будем говорить об одном событии, которое произошло за пределами России, но о котором у нас сейчас говорят очень много. В Калькутте местный суд осудил летчиков, которые имеют российское гражданство, к пожизненному заключению. Пятерых граждан России осудили к пожизненному заключению. За что столь серьезное наказание?

А.ТРИГУНАЯТТ: Я хотел бы, прежде всего, сказать, что решение суда соответствует тому обвинению, которое было выдвинуто против этих людей. Вы очень хорошо знаете обвинение, которое предъявлено пяти латвийским летчикам и одному гражданину Великобритании, в том, что над территорией района Бенгалии было сброшено оружие, что расценивается индийскими властями как террористическая акция. Они также обвинялись и в ведении войны против индийского государства, а также в наличии у них взрывчатых веществ и оружия. Вот почему, согласно индийскому законодательству, индийской юриспруденции, пожизненное заключение это то самое наказание, которое предусмотрено всеми этими обвинениями вместе.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Я сразу проясню один вопрос. Наверное, наши слушатели уже заметили небольшое расхождение. Кто эти люди: граждане Латвии или Российской Федерации. На момент тех событий, которые произошли, - это был еще 1995 год, - все они были гражданами Латвийской республики. Но в конце 1999 года по их ходатайству четырем из пяти летчиков было дано российское гражданство, т.е. сейчас они являются гражданами нашей страны. Насколько я понимаю, индийское правосудие посчитало этих людей, по сути, наемниками, которые выступили на стороне террористов.

А.ТРИГУНАЯТТ: Понятно, что они не террористы. Речь идет о тех акциях, в которые они были вовлечены, о тех действиях, к которым они причастны. Именно эти акции и квалифицируются как ведение войны против Индии. Поскольку у нас наличие оружия и его перевозка недопустимы законодательством, их причастность к этим действиям воспринимается как антииндийская акция. Я бы хотел подчеркнуть, что в Индии правосудие независимое. Оно свободно и справедливо. Презумпция невиновности означает невиновность. До тех пор, пока вас не признали виновным, вы невиновны. Вот почему разрабатываются и применяются соответствующие процедуры, которые хорошо известны по всему миру. Вот почему суд в Индии независим и не попадает под зависимость кого бы то ни было. Суд принимает решения, основываясь на тех свидетельствах, на тех обвинениях, которые существуют.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Я не хочу обижать вашу страну и правосудие Индии, однако есть несколько фактов, которые в Москве многих насторожили. Во-первых, само производство, расследование этого случая велось пять лет. Тот факт сброса оружия, о котором Вы сказали, произошел в 1995 году. И второе: на заключительном судебном заседании, когда летчиков спросили, что они могут сказать относительно меры наказания (имеется в виду, наверное, их последнее слово), они сказали, что они невиновны, они не совершали никаких преступлений, не имели никаких преступных намерений против Индии. И затем судья без всякой паузы провозгласил свое решение о пожизненном заключении. Создается впечатление, что этот вердикт был заранее кем-то подготовлен и что он не является чисто юридическим, а, может быть, политическим.

А.ТРИГУНАЯТТ: Позвольте мне описать вещи в развитии. События, о которых мы говорим, относятся к 1995 году. Тогда же они были арестованы. Все слушания были закрытыми, для того чтобы обеспечить им адекватную возможность для защиты. Прокуратура, которая занималась этим делом, поставила цель как можно скорее решить их вопрос и собрать как можно больше свидетельских показаний и улик, которые бы помогли следствию. Возможно, я бы согласился с Вами в том, что пять лет кажется очень долгим сроком, особенно для иностранцев, но я бы хотел отметить, что это, возможно, первый случай, когда мы обратились к суду провести слушание как можно скорее. Естественно, это происходило ежедневно. Вы знаете, что мы многонаселенное государство, и у нас много случаев, которые требуют участия суда, слушаний, участия юридических органов. Но это был именно тот случай, к которому мы подошли, как я уже сказал, с тем, чтобы сделать это как можно скорее.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Сегодня стало известно, что адвокаты летчиков намерены подать апелляцию, чтобы решение калькуттского суда было пересмотрено. В Индии предусмотрены такие процедуры?

А.ТРИГУНАЯТТ: Да, такие случаи предусмотрены. Предполагается, что осужденные могут обратиться в Верховный суд с апелляцией. В таких случаях Верховный суд анализирует действия суда и улики и может пересмотреть решение. Верховный суд открыт для того, чтобы они подали свои апелляции.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Каково сейчас состояние российских летчиков? Пять лет в индийской тюрьме это тяжелое испытание для жителей Латвийской республики или России. Поступают сообщения, что наши соотечественники серьезно больны.

А.ТРИГУНАЯТТ: Я согласен, что это, конечно, чужая для них страна, с очень специфическим климатом. Конечно, как и во всем мире, тюрьма не лучшее место для жизни. Как мне известно, по крайней мере двое из пилотов имеют серьезные проблемы со здоровьем. Как только это стало известно индийскому правительству, мы вмешались, и им была предоставлена полная медицинская помощь. На самом деле, только для этих пяти летчиков созданы специальные условия, дежурит медицинская бригада, т.е. есть контроль за их здоровьем. Сообщения об их здоровье держатся под контролем. Мы обеспечиваем копии для латвийского посольства с сообщениями об их здоровье. Не думаю, что там есть более серьезные проблемы со здоровьем, если верить сообщениям тех врачей, которые к ним приставлены.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Мой следующий вопрос напрямую не связан с Вашей дипломатической работой. Поясните, если Вы знаете, что такое индийская тюрьма?

А.ТРИГУНАЯТТ: Я, собственно, мало знаю об этом. Позвольте мне сказать о том, какая информация поступает оттуда. Российские, или, как мы их еще называем, латвийские летчики получили отдельные камеры. Всеми условиями, о которых они просят, их обеспечивают, несмотря на то, что эти условия могут противоречить тому, что положено или не положено заключенным. Единственная проблема проблема с климатом, которую мы держим под контролем, но тут мы никак не можем повлиять на это.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Мы уже упомянули о том, что адвокаты собираются подать апелляцию. Известно, что по случаю пятидесятилетия образования Индии была объявлена амнистия. Могут ли летчики попасть под эту амнистию?

А.ТРИГУНАЯТТ: Прежде всего, будут использованы все возможные юридические варианты. Верховный суд еще и еще раз пересмотрит все улики и обвинения и вынесет решение, и только после этого какое-либо другое решение может рассматриваться и приниматься.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Теоретически в Вашей стране под амнистию могут попадать не граждане Индии?

А.ТРИГУНАЯТТ: Амнистия может быть предоставлена президентом любому человеку.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Давайте теперь перейдем от юридических вопросов к политическим. После вынесения вердикта калькуттским судом были ли у Вас в Москве контакты с российскими дипломатами, официальными представителями нашего правительства?

А.ТРИГУНАЯТТ: На каждом этапе слушаний по этому делу у нас были контакты с министерством иностранных дел. Я надеюсь, что российское правительство и россияне оценят тот факт, что индийское правосудие обеспечивало и обеспечит в дальнейшем справедливое решение. Как я уже отмечал, по нашей конституции юридическая сторона в Индии находится в независимости, не попадает ни под чье влияние. Но для того, чтобы обеспечить им комфорт, мы принимаем все возможные меры.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Не опасаетесь ли Вы, что это дело летчиков может осложнить российско-индийские отношения, которые всегда были добрососедскими?

А.ТРИГУНАЯТТ: Советско-индийские, а теперь и российско-индийские отношения всегда были великолепными. У нас взаимоуважение, мы постоянно работаем над тем, чтобы развивать и укреплять наши взаимоотношения. Мы отдаем себе отчет в том, что общественное мнение здесь, в России, и пресса знают об этом, и мы знаем об этом. Но факты свидетельствуют о том, что эти пилоты обвиняются в очень серьезном преступлении, в преступлении против индийского народа, против индийского государства, которое ни одна сторона в мире, я полагаю, не приняла бы и не помиловала бы их. Если принимать в расчет человеческий аспект, который я отмечал ранее, мы обеспечиваем им все те условия, которые им необходимы, и у них будет достаточно возможностей для того, чтобы обратиться с апелляцией и бороться с решением, вынесенным судом.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Насколько я понимаю Ваши слова, индийские дипломаты, работающие в Москве, пока не почувствовали каких-то сигналов к возможному ухудшению отношений между Россией и Индией.

А.ТРИГУНАЯТТ: Я полагаю и очень надеюсь на то, что взаимоотношения России с Индией будут продолжаться.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: На человеческом уровне, всегда русский или советский народ очень хорошо относился к индийскому. Мы действительно всегда считались большими друзьями. Сейчас у тех наших соотечественников, которые читают газеты с репортажами из суда Калькутты, слушают радиопрограммы, смотрят телевидение, может возникнуть несколько другое отношение не просто к тому судье, который выносил вердикт, не только к правительству Индии, но в целом к индийскому народу. Этого Вы не опасаетесь?

А.ТРИГУНАЯТТ: Я думаю, что иногда нужно внимательно относиться к той информации, которая идет. Индия и Россия на политическом и на человеческом уровне всегда были очень близки друг к другу, и наши взаимоотношения на всех уровнях развивались очень интенсивно. Наши взаимоотношения развились и в очень серьезные отношения на уровне стратегического партнерства. Вот почему нам кажется, что будет достигнуто понимание и в этом конкретном случае, т.е. Россия поймет те основы, которые были взяты при решении этого вопроса.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Мне бы хотелось, чтобы со стороны Индии подтверждением дружбы к российскому народу было справедливое и быстрое решение проблемы наших летчиков.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Анил Тригунаятт, пресс-атташе посольства Индии в РФ.