проходящие в Москве переговоры чеченских полевых командиров и руководства Госсовета ЧР об урегулировании ситуации в республике - Малик Сайдуллаев - Интервью - 2000-01-19

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Малик Сайдуллаев, председатель Госсовета Чечни, сформированного в Москве.

С.КОРЗУН: Сегодня по каналам Интерфакса пришло сообщение о том, что в Москве проходят или начинаются переговоры с четырьмя боевыми командирами, которые прямо из Чечни прибыли для того, чтобы переговариваться в Москве. Эта информация идет со ссылкой на Вас. Это действительно так?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Да, это действительно так. Переговоры начались не сегодня. Эти люди прилетели ко мне в среду по моему приглашению, переговоры у нас шли еще до того, как Гудермес был передан в руки федеральных властей. Позже переговоры продолжались в Ножай-Юртовском районе, в Беное, в Дарго, в Шалажи, в Урус-Мартане, в Ачхой-Мартане, в Самашках. И сегодня эти переговоры также идут не только с этими полевыми командирами - вообще их в Чечне называют бригадные генералы, - но и в самой Чечне.

С.КОРЗУН: Если переговоры успешны, они завершаются обычно каким-то соглашением. Эти переговоры успешны в этом смысле?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Уже есть конкретные результаты этих переговоров, начатых еще тогда: это Гудермес, который был сдан фактически без всякого боя и без столкновения, это Ножай-Юртовский район, в котором полевые командиры сложили оружие без единого выстрела, без единого раненого солдата, без единого убитого мирного гражданского лица. Беной и Ножай-Юртовский район полностью был передан в руки федеральных властей, и было сдано огромное количество оружия. В успехах переговоров с этими людьми у меня нет сомнения, они будут достаточно плодотворными. Единственное, есть сомнение в том, чтобы к этим переговорам отнеслись серьезно, поскольку это не игра. А то думают, что это игра и можно кавалерийским наскоком решить эту проблему. Эти люди, как и политики, как и военные, глубоко ошибаются по этому поводу. Поэтому нужно вести политический диалог с этими людьми, что я и делаю.

С.КОРЗУН: Вы не называете имен этих людей намеренно? В этом, очевидно, возможность того, что средства массовой информации, их читатели и слушатели меньше доверяют разговорам об этих переговорах.

М.САЙДУЛЛАЕВ: Я не думаю, что читатели не доверяют этому, поскольку моя поездка в неосвобожденные районы и то, что было показано по телевидению, является подтверждением того, что там, где я говорю, нет лжи и приобщенной информации. Эти люди находятся здесь, и мы намерены дать совместную пресс-конференцию до нашего отъезда.

С.КОРЗУН: Их имена будут названы?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Их имена не только будут названы, но эти люди будут сидеть рядом со мной на пресс-конференции. Эти люди пришли сюда не из чувства страха, у них фактически нет этого чувства, и не оттого, что они проиграют. Это люди, которые не менее, чем я, беспокоятся за судьбу народа и за то, что творится в республике. Они хотят, в конце концов, чтобы в республике был мир, хотят вернуться к нормальной жизни.

С.КОРЗУН: Может быть, Вы и здесь можете их представить?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Может быть, можно было бы и здесь это сказать. Но очень много тех, кто старается помешать всем моим переговорам. Это было в Беное: когда я встречался там, и, когда мы выезжали уже после переговоров, достигнув договоренности с боевиками, наша колонна была обстреляна при выезде обратно. И после моего выезда по этим населенным пунктам был нанесен ракетно-артиллерийский удар. Это кто-то старался сделать так, чтобы эта договоренность была сорвана. Но, по счастью и потому, что эти люди, в данном случае полевые генералы, понимали, что это провокация со стороны тех, кто не желает, чтобы это мирное соглашение было достигнуто, они не прибегли к вооруженным столкновениям и обратились ко мне. И после моих переговоров с Квашниным и Трошиным были приняты срочные меры, чтобы больше этого не допускалось. Сейчас эти люди не называются просто потому, чтобы нам не мешали решить этот вопрос. Кроме того, у меня были представители из правительства Чеченской республики, которые представляют Ичкерию. Я с ними встречался два раза. После этого вчера была пара звонков, они ждут моего приезда. Я надеюсь, что я встречусь и с президентом Ичкерии Масхадовым, и с членами правительства. И думаю, что и с ними мы найдем общий язык.

С.КОРЗУН: Информационные агентства как раз говорили о том, что были некие представители самого Масхадова. Это уполномоченные им представители?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Да, это были уполномоченные представители. И в субботу я вылетаю в ту сторону. Думаю, что уже ночью я въеду на территорию Чеченской республики, в воскресенье, в понедельник или во вторник будут переговоры, если на пути моего следования опять не будет каких-нибудь провокаций.

С.КОРЗУН: Вернемся к сегодняшним переговорам и к тем людям, имена которых вы пока не называете. Кого из Чеченской республики представляют они? Как велико их влияние? Есть ли какие-то районы в Чечне, которые контролируются этими полевыми командирами?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Насчет влияния этих людей к ним не менее, если не более, прислушиваются, чем к Басаеву или к кому-либо другому. У меня очень большой авторитет среди вооруженных группировок республики, и к ним после моей поездки обращались многие полевые командиры, и с фронта люди приходили к ним. Этими людьми даны заявления, что они готовы полностью присоединиться ко мне, если я буду представлять реальную власть в республике.

С.КОРЗУН: Какой силой они располагают? Агентство говорило о 7 тысячах человек.

М.САЙДУЛЛАЕВ: Скажем так: в распоряжении одного из бригадных генералов, которые находятся здесь, около 4 тысяч человек. Если взять всех тех, кто сейчас здесь вместе, то получается чуть более 7 тысяч человек, не считая тех, кто сейчас готов стать на нашу сторону и присоединиться к нам.

С.КОРЗУН: Какие отношения у этих вооруженных формирований с формированиями, действующими под началом господина Гантемирова?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Никаких взаимоотношений нет.

С.КОРЗУН: Почему?

М.САЙДУЛЛАЕВ: С Бесланом Гантемировым мы виделись три раза: два раза в Москве, один раз в Ингушетии. Больше мы с ним не встречались, к сожалению, и обговаривать видение, как нужно решать проблему, нам не приходилось это одно. И второе: ко мне эти люди, как народ в республике, так и воюющая сторона и те, кто сейчас пока еще не принимает участие в боевых действиях, относятся хорошо только потому, что они видят, что я приехал в республику не с оружием в руках и стараюсь сделать все, чтобы не уничтожали людей, чтобы как можно быстрее достичь мира в республике. Тем более, что мой приезд был обозначен тем, что в первую очередь по приезде в республику мы помогали беженцам: более 4260 мешков сахара и 4260 мешков муки было роздано во всех лагерях беженцев, во всех местах скопления беженцев. И на Новый год мы установили новогоднюю елку, потому что я обещал людям 7 метров высотой эту елку, и 4000 подарков было отправлено мной. Сейчас, в субботу, я везу с собой теплую одежду для детей, несколько тысяч комплектов, и продукты питания.

С.КОРЗУН: Но можно предположить, что боевые командиры, с которыми Вы ведете переговоры, ведут эти переговоры не для того или не совсем для того, чтобы оказывать гуманитарную помощь. Тем не менее, если в Чечне будет существовать несколько разобщенных вооруженных формирований, сражающихся на стороне федералов за общее дело, против сепаратистов, это, наверно, не совсем логично. Вы собираетесь объединять эти силы?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Моя задача объединить народ. К сожалению, я не получаю достаточно поддержки со стороны федеральных властей. Если бы эта поддержка была, вопрос был бы давно уже решен. Я всегда выступал и сейчас выступаю против дополнительного вооружения каких-либо группировок и против создания какой-либо новой группировки. Да, в Чечне должны быть жесткие структуры власти, там должна быть создана жесткая структура МВД. Но она там должна быть создана в момент, когда уже будут достигнуты соглашения и когда уже будет порядок. Дополнительное создание этих новых группировок ни к чему хорошему не приведет: мы в этом убедились и в ту войну, и сейчас. К сожалению, лишний раз нам придется в этом убеждаться. Большая ошибка в том, что мы не берем пример с тех ошибок, которые были допущены раньше. Я предлагаю сейчас и предлагал, чтобы как можно быстрее был достигнут диалог с народом и с теми, кто с оружием в руках стоят по ту сторону. Только так можно достичь мира.

С.КОРЗУН: Я думаю, что не все наши слушатели хорошо знают последнюю историю чеченских событий, в том числе структуру чеченского управления. Расскажите в двух словах, что такое Госсовет Чечни? Это парламент в изгнании? Почему он был образован в Москве?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Госсовет это было раньше коллегиальное решение с людьми, которые в свое время представляли парламент республики при Завгаеве. Это очень образованные, умные люди, которые вынуждены были уехать из республики благодаря неумелой и неправильной политике, которая тогда велась, но это люди, которые практически были подставлены. Это самая приемлемая структура для республики. Не обязательно говорить, что Малик Сайдуллаев Председателем и руководителем республики, главой республики будет тот, кого изберет народ. А если сделать по-другому, значит, это будет человек, который не будет иметь легитимных полномочий. На сегодняшний день легитимных полномочий быть главой республики не имею ни я, ни кто-либо другой, им может быть только народом избранный человек. Сейчас это структура, которая больше всего подчеркивала бы интересы, чтобы не было обиженных. Некоторые говорят, что для республики это неприемлемо, поскольку для Дагестана. Почему для Дагестана? В Дагестане более 30 разных национальных меньшинств. Но для Чеченской республики это приемлемо, поскольку в республике состоит около 170 различных тейпов. И Госсовет обязательно должен быть сформирован, когда уже пройдут выборы, будет легитимная власть, из представителей этих тейпов, чтобы никто не почувствовал себя ущемленным, но не только этих тейпов, а также и национальных меньшинств, которые жили и живут в республике. Это и представители русской национальности, и армяне, и ингуши На сегодняшний день практически никакой структуры власти в республике нет. Более-менее нормально действующий уполномоченный представитель - это пока что вице-премьер правительства Николай Павлович Кошман. Он старается более-менее нормальными путями решить там некоторые проблемы. А остальные это, вместе со мной, пока что самозванцы.

С.КОРЗУН: Тем не менее, кто рассматривает вас в качестве партнера: официальные федеральные власти России, Аслан Масхадов, как президент республики Ичкерия, возможно, есть международные организации, которые признали вас в качестве партнеров по переговорам?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Нет пока что. Я особо и не стремился к тому, чтобы с кем-то Пока я не вижу на фоне республики такой структуры, которая действительно искренне занималась бы налаживанием порядка в республике. Есть американская организация, которая непосредственно через нас работает, у меня были представители и из посольств Соединенных Штатов Америки, и из Великобритании. Кстати, очень хорошо и тепло к нам относятся На сегодняшний день это не самое обязательное. Сейчас самое главное, я считаю, это мне встретиться с Масхадовым, сесть за стол переговоров и прийти к какому-то решению. Я ответственно заявляю: если и с этой стороны действительно хотят остановить войну, она будет остановлена, если они прислушаются к нам. Если действительно они этого хотят. Если нет и нужно для какой-то игры вести эту войну и губить народ, эта война не будет остановлена.

С.КОРЗУН: Вы еще не поняли, хотят ли этого со стороны Масхадова по результатам переговоров с его эмиссарами?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Более конкретно я на этот вопрос смогу ответить, когда встречусь. Я думаю, что Масхадов хочет этого.

С.КОРЗУН: А Владимир Путин? Я сразу продолжу сравнение с федеральной стороны Вы тоже добиваетесь встречи с ним, если я правильно понимаю?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Я особенно не стучался в двери, поскольку знаю, насколько он загружен. Для этого есть те люди, которые должны решать эту проблему, и те люди, которые отвечают по Чеченской республике. Только я не знаю, честно говоря, чем они отвечают. Я считаю, что в решении этой проблемы, чтобы ложная информация не ложилась на стол Путину, нужно поставить условия перед теми, кто отвечает за эту республику и за решение этой проблемы, более жесткие условия. То есть эти люди должны знать, что здесь будет жесткий спрос и им нужно будет чем-то за это отвечать. А что касается самого Владимира Владимировича Путина, я с большим уважением я к нему отношусь, которая была с ним, убедила, что этот человек действительно искренне хочет, чтобы как можно быстрее эта проблема была разрешена. И я думаю, что мы сможем это сделать.

С.КОРЗУН: Внутри России переговоры федеральной стороны и чеченской или с привлечением международного арбитража? Или Госсовет Чечни под вашим руководством мог бы выступить посредником на этих переговорах при достижении решения?

М.САЙДУЛЛАЕВ: Я в свое время заявлял и сейчас заявляю, что Госсовет Чеченской республики и я лично готов нести, если будут соответствующие полномочия возложены на меня, полную ответственность за решение этой проблемы. И могу сказать, что за очень короткий период эта проблема будет разрешена, если соответствующими полномочиями будет наделен Госсовет, если не будет этой разобщенности. В каждом районе сейчас созданы отдельные группировки, и каждый себя считает или президентом республики, или председателем Госсовета, или главой республики. Я считаю, что должен быть один консолидирующий фактор, один человек, к которому тепло и хорошо относится народ, которому народ доверяет и к которому также готова прислушаться и воюющая сторона. Пока этого не достигнем, мы этот вопрос не разрешим. И я хочу предостеречь тех, кто считает, что за два-три дня там сейчас получат полную победу: победы не будет. Это не игра, не мальчики на побегушках, которые выстрелили и убежали. Это люди, которые сейчас вышли воевать, и до тех пор, пока им не будет дана возможность присоединиться а эти люди готовы присоединиться к конкретному лицу, но они против того, чтобы те, кто в свое время себя показал в этой республике, далеко не с хорошей стороны Они за этими людьми не пойдут. Они против тех людей, которые сейчас настраивают народ в республике на братоубийственную войну.

С.КОРЗУН: Но в их числе и президент Аслан Масхадов, который призвал сопротивляться до последнего.

М.САЙДУЛЛАЕВ: У Аслана Масхадова есть достаточно грехов, на этом поприще, так же, как у каждого из нас. Иисус Христос не зря сказал: Тот, кто из вас безгрешен, пусть кинет в меня камень.

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы был Малик Сайдуллаев, председатель Госсовета Чечни, сформированного в Москве.