стихийные бедствия в Венесуэле - Гонсало Прьето - Интервью - 1999-12-27

А.ПЛЮЩЕВ: Я бы хотел выразить от нас соболезнование венесуэльскому народу, который потерпел это наводнение, эту страшную трагедию, всем погибшим. Сколько по последним данным людей осталось без крова и погибло в результате этого страшного наводнения?

Г.ПРЬЕТО: Прежде всего, я хочу выразить благодарность за то, что Вы дали мне возможность рассказать о том, что случилось на моей Родине. Считается сейчас, что то, что случилось в Венесуэле, это самое мощное стихийное бедствие, которое было в Латинской Америке за весь 20-й век. Человеческие потери и материальные потери настолько велики, что сейчас очень трудно, конечно, сказать точно, сколько это. Человеческие жертвы, по разным оценкам, могут быть от 5-10 до 30 тысяч и даже до 50 тысяч человек.

А.ПЛЮЩЕВ: Как сейчас оценивается ущерб от наводнения, я имею в виду, в денежном выражении? Сколько потеряла экономика Венесуэлы?

Г.ПРЬЕТО: Как я уже говорил, очень сложно сделать какие-либо вычисления. По некоторым данным, считается, что это может быть до 30 миллиардов долларов.

А.ПЛЮЩЕВ: Как вы собираетесь выходить из этого положения? Я знаю, что Венесуэла обратилась к мировому сообществу с просьбой о помощи.

Г.ПРЬЕТО: Конечно, мы просили помощь, потому что собственными усилиями невозможно, чтобы наша страна могла решить эту проблему. Сейчас скажу некоторые цифры, чтобы Вы более-менее поняли масштабы трагедии, уже не считая человеческие жертвы. Считается, что больше 150 тысяч человек потеряли работу. Ущерб был нанесен школам, сооружениям по очистке воды, фабрикам и туристическим сооружениям. И, конечно, ущерб в области экологии, пока очень трудно сказать, какой он был.

А.ПЛЮЩЕВ: Какие страны сразу откликнулись на ваш призыв, оказали помощь? Какие страны оказали наиболее существенную помощь?

Г.ПРЬЕТО: На самом деле, мы получили практически со всего мира, особенно от наших соседей, наших братьев по континенту, от стран Европы, стран, которые имеют очень много эмигрантов в нашей стране, - это Испания, Португалия, Италия. Пока трудно сказать, насколько пострадали выходцы из этих стран, но уже есть данные, что многие потеряли все: дома, имущество, и они даже начали уезжать обратно в свои страны в Италию, Португалию, и тоже для этих стран это будет проблема.

А.ПЛЮЩЕВ: Когда я отбирал материалы к нашей беседе, я так понял, что среди российских граждан пострадавших в результате наводнения не было?

Г.ПРЬЕТО: Официальных данных у меня нет, но у меня есть близкий друг нашего посольства, который ведет коммерческие дела в Венесуэле. Он сказал, что три гражданина России потеряли дома и имущество, всё потеряли в связи с этой трагедией.

А.ПЛЮЩЕВ: Пыталось ли посольство Венесуэлы в России связаться с Министерством по чрезвычайным ситуациям? Мы привыкли за последнее время, что МЧС наше оказывается в самых горячих точках, где стихийные бедствия, землетрясения, наводнения и так далее.

Г.ПРЬЕТО: Безусловно, на следующий день после трагедии мы обратились к МИДу России и просили уже официально помощи. Также обратились к Министерству по чрезвычайным ситуациям. Мы понимаем, что нужно координировать эту помощь, чтобы она была эффективна. Мы получили очень много помощи, и, конечно, от России нужна уже помощь, но точечная помощь то, что нужно на самом деле, потому что пока уже дождей нет, но задача заключается в том, что надо реконструировать страну. Есть такие города, где для того, чтобы построить то, что было до наводнения, придется где-то десять лет поработать.

А.ПЛЮЩЕВ: Может быть, я сейчас вмешиваюсь в международные отношения, но я напомню, во-первых, что наводнение произошло в Венесуэле как раз незадолго, за несколько дней до выборов в России. Возможно, у Министерства по чрезвычайным ситуациям в отсутствие своего министра не было достаточно времени, чтобы разобраться в ситуации. Нет, это я не господину послу говорю, это я от себя. Может быть, мы еще раз обратимся к Министерству по чрезвычайным ситуациям, что Венесуэле нужна помощь. Ведь, насколько я понимаю, поисково-спасательные работы продолжаются.

Г.ПРЬЕТО: Продолжаются. Но есть такие места, где трупы наверняка находятся под завалами, где-то пять-десять метров, и дело в том, что тоже очень много было камней с гор, и считают, что невозможно их копать до конца. Но все-таки нужно.

А.ПЛЮЩЕВ: Если Министерство по чрезвычайным ситуациям сейчас уже, в послевыборный период предложит вам помощь, вы, вероятно, не откажетесь?

Г.ПРЬЕТО: Безусловно. Я воспользуюсь даже случаем, чтобы обратиться к русскому народу, чтобы помогли нам в это тяжелое время.

А.ПЛЮЩЕВ: Что говорят по этому поводу венесуэльские ученые? Почему так произошло, что никто не ожидал такого удара природы?

Г.ПРЬЕТО: На самом деле, я очень плохо знаком с научными проблемами. Тем не менее, выступали наши ученые по телевидению и говорили о том, что это связано с потеплением ионосферы или всей планеты в целом. Естественно, этим явлением стараются заниматься. Надо сказать, что это явление и все то, что случилось, экстраординарно, никто не ожидал этого, потому что как раз это получилось в начале сезона, когда нет дождей. Обычно в это время нет дождей в Венесуэле. С другой стороны, за три дня выпала годовая норма. Учитывая, что Венесуэла страна тропическая, и мы привыкли к тому, что дольше идут дожди, Вы можете представить себе, когда для нас это было чрезвычайно, т.е. намного больше, чем обычно.

А.ПЛЮЩЕВ: У нас в России достаточно часто происходят стихийные бедствия. Может быть, не такого масштаба, как случилось в Венесуэле. По-разному пытаются с ними бороться в разных случаях и в разных регионах. Главный вопрос это превращать ли экономику страны или отдельного региона на момент ликвидации стихийного бедствия в мобилизационную экономику, т.е., допустим, назначать людям дополнительные трудовые часы на ликвидацию последствий стихийного бедствия, допустим, принимать от частных граждан и организаций пожертвования, возможно, даже в обязательном порядке.

Г.ПРЬЕТО: Несмотря на масштабы трагедии, сейчас ничего обязательного нет. Просто венесуэльский народ по натуре народ солидарный, не только с собственным народом, но и с другими народами. Люди помогают без конца, не отдыхают, и это делается всегда добровольно, потому что для нормального человека, который любит свою страну и своих людей, это нормально.

А.ПЛЮЩЕВ: Много говорилось, когда только обрушилась трагедия и когда стали понятны ее масштабы, о том, что, возможно, будет введено военное положение в Венесуэле. Но, насколько я понял из разговора с Вами и из сообщений информационных агентств, решили ограничиться чрезвычайным положением. Почему?

Г.ПРЬЕТО: Не приняли такого решения, потому что наш президент считал, что нет необходимости в этом. Конечно, во время таких бедствий всегда есть люди недобросовестные, которые хотят получить кое-какую выгоду из этого. Но, тем не менее, вовремя вмешивались власти, и до военного положения пока ситуация не дошла и не дойдет. Эта беда доказала венесуэльскому народу еще один раз, что наш народ солидарен не только, повторяю, со своим собственным народом, но и с другими народами. И отношения между людьми и властями просто прекрасные, люди не только помогают людям, но и властям.

А.ПЛЮЩЕВ: "Отношения между людьми и властями просто прекрасные" это несколько фантастично звучит. Я понимаю, что представитель страны должен отстаивать ее интересы, но так ли это на самом деле?

Г.ПРЬЕТО: Знаете, может быть, это звучит немножко для российского обывателя и парадоксально

А.ПЛЮЩЕВ: Я боюсь, и для американского обывателя парадоксально бы звучало, нет?

Г.ПРЬЕТО: А мы латиноамериканцы, мы другие американцы. Доказательство того, что это так, это последние выборы, которые были в Венесуэле в прошлом году. Наш президент получил больше 70 процентов голосов в прошлом году, это было 6 декабря.

А.ПЛЮЩЕВ: В первом туре?

Г.ПРЬЕТО: В первом и последнем. И тут, конечно, понятно: если народ голосовал за него, после этих событий тем более народ сплочен вокруг своего президента. Решения властей и особенно решения президента были просто замечательно своевременны, и наш президент был на высоте. Это человек, который не работает восемь часов, он постоянно работает для того, чтобы минимизировать последствия бедствия. Поскольку он военный человек, он неоднократно лично возглавлял эти действия. И благодаря этому сейчас даже те, кто его не любили, стали его уважать больше.

А.ПЛЮЩЕВ: Столкнулись ли венесуэльские власти с проблемой мародерства?

Г.ПРЬЕТО: Безусловно, это есть. Мы стараемся решать эти проблемы. Насколько мне известно, это уже подконтрольно, т.е., не нарушая права человека, это уже контролируется.

А.ПЛЮЩЕВ: Я благодарю Вас за интересную беседу. И, наверное, еще раз обратимся к Министерству по чрезвычайным ситуациям. Возможно, как-то услышат призыв венесуэльских властей, венесуэльских представителей здесь.

Г.ПРЬЕТО: Я бы хотел выразить еще раз благодарность и еще раз напомнить, что мы сейчас ищем формулы и механизмы, как нам могут помочь российские люди, и каким-то образом эту помощь, которая, безусловно, придет Пока, конечно, к сожалению, у нас нет таких механизмов, но мы об этом думаем и работаем. Когда будет готово, мы к вам еще раз обратимся.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Гонсало Прьето, временный поверенный в делах Венесуэлы в России.