Георгий Боос, Александр Жуков, Константин Титов - Интервью - 1999-12-23

23 декабря 1999 года

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Константин Титов, губернатор Самарской области и председатель бюджетного комитета Совета Федерации, Александр Жуков, глава бюджетного комитета Думы, депутат, переизбранный в новую Думу и Георгий Боос, бывший министр по налогам и сборам, избранный депутат Госдумы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я позвал вас не как политических деятелей, хотя от политики куда деться непонятно, а по очень важному вопросу, который был связан, на мой взгляд, очень активно с перевыборной кампанией. Во время предвыборной кампании почти все политические силы очень активно выступали за снижение налогов, за необходимость срочного снижения налогов. И все говорили, что бюджет такой-сякой Но вот в начале нового года станет известно, что, видимо, кредиты МВФ, которые должны были идти на оплату процентов, вряд ли нам поступят в первом полугодии, и во-вторых, не исключено введение неких экономических санкций против России, и, в частности, возможно установление десятипроцентной импортной пошлины странами Европейского содружества на импортируемые энергоносители, что означает, если это произойдет, что в федеральный бюджет будет поступать меньше налогов от нефтяных и газовых компаний. В связи с этим вопрос простой: можно ли настаивать на уменьшении налогов, на том, чтобы Государственная Дума, Совет Федерации, парламент в целом принимал закон об уменьшении налогов? А из чего платить тогда будем?

К.ТИТОВ: Не только можно, а необходимо просто сейчас об этом говорить. Если мы не хотим окончательно развалить нашу промышленность, то мы сегодня должны понять, что те процедуры, которые были не по нашей воле проведены 17- 28 августа 1998 года их эффект заканчивается, и дальше начинается все то, что мы проходили в течение ряда лет, следуя по пути

А.ВЕНЕДИКТОВ: Еще пенсии платить будете.

К.ТИТОВ: Поэтому мы должны очень четко понять: чем меньше доля государственных расходов по валовым национальным продуктам, тем экономика эффективнее. Если мы это понимаем, потому что это постулат нормальной рыночной экономики тогда мы должны оптимизировать все социальные расходы, и пенсии в том числе, причем сделать их нормальными, удобными и выплачивать их не по двум законам, а по одному закону. И это все возможно сделать. Я хочу сказать: я выступал перед аудиториями, когда шла предвыборная кампания. Мне задавали вопрос, так же, как Вы сейчас задаете За все 9 лет, что я губернатор, единственный раз я наблюдал, когда в правительстве человек пытается изменить существующие тенденции это Георгий Боос. Он сейчас здесь, с нами, я в глаза говорю ему: Спасибо, Георгий, потому что Вы единственный, кто пытался попробовать изменить эту ситуацию. К сожалению, он очень мало отработал в этом ведомстве

А.ВЕНЕДИКТОВ: Думаю, что Георгий должен сказать: Нормально, Константин. Тем не менее, Георгий, Вы собирали налоги, и достаточно успешно. Новые факторы, которые возможно возникнут в январе

Г.БООС: Новые факторы приведут только к изменению сальдо торгового баланса. А к изменению поступлений доходов в бюджет они не должны приводить, потому что это импортные пошлины на экспортируемые нами газ, нефть и нефтепродукты, которые вводит то сообщество и это поступает туда, в их бюджеты. Но поскольку наши налоги не изменяются, формально, вроде бы, ничего не происходит. Если не будет снижена цена на газ, на нефть, то есть не упадет валовая выручка наших экспортеров.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А если упадет?

Г.БООС: Если упадет, то снижение произойдет. Конечно, произойдет не в такой степени, но некоторое снижение произойдет.

А.ЖУКОВ: Здесь две проблемы затронуто. Первая проблема исполнение бюджета 2000 года, который, на мой взгляд, находится под очень большим вопросом в силу нескольких причин. Во-первых, правильно вы сказали: большие сомнения есть по поводу получения 6 млрд. долларов от международных финансовых организаций, особенно в период до президентских выборов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот хотел бы добавить про это.

А.ЖУКОВ: Это означает, что Как закрывать эту дырку, если эти деньги не будут получены? Они ведь посчитаны в бюджете, и фактически за счет них предполагалось платить по нашим долгам. Здесь есть два варианта: либо надо занимать деньги у Центрального банка, как это уже было раньше, - а Центральный банк для того, чтобы скупить валюту, вынужден будет эмиссию рублевую Правительство пойдет по еще более простому варианту: будет просто напрямую занимать рубли у Центрального банка, уже, кстати, в бюджете на 30 млрд. такая возможность заложена, вопреки закону о Центральном банке. Оба эти источника эмиссионные. Это означает, что инфляция, цены будут выше. В принципе бюджет в этих условиях может исполняться, но опять произойдет снижение реального уровня жизни.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В связи с этим вопрос к депутатам Госдумы и к депутату Совета Федерации.

К.ТИТОВ: К члену Совета Федерации.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Слово депутат еще не является ругательным в нашей стране, по-моему.

А.ЖУКОВ: Ну, это как сказать.

К.ТИТОВ: Но надо различать: по Конституции

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но мы частная корпорация, негосударственная, поэтому можем позволить себе ошибиться.

К.ТИТОВ: Так для вас Конституция еще важнее, она защищает у нас частника. К сожалению, законы у нас в стране частника не защищают.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Согласен. Вернусь к налогам. Один из первых законов, который будет внесет или может быть внесен, это как раз о снижении налогов. По-моему, все фракции выступали. И вы не ответили на мой вопрос, кроме Константина Алексеевича: возможно ли в условиях такой напряженности от внешнего заимствования снижение налогового кодекса?

А.ЖУКОВ: Я как раз хотел ответить на вторую часть вопроса. О бюджете я сказал, а что касается налогов, то, мне кажется, что всем уже давно пора понять, и в первую очередь правительству, что налогов можно взять из промышленности ровно столько, сколько она в состоянии заплатить. И здесь повышение ставок налогов не дает увеличения их сбора. Мне кажется, это очевидный факт.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это лукавство. Георгий не даст соврать: когда он был министром по налогам и сборам Промышленные предприятия не платили - не платили, пришел Босс начали платить. То есть прячут, правильно?

Г.БООС: Есть, конечно, эффект упрятывания, но Саша прав вот в чем: экономика в принципе может дать до определенного предела. Дальше экономика либо уходит в тень и тогда возникает то, о чем вы говорите: прячут, либо экономика просто ложится и умирает, что тоже происходит. Вот об этом Саша как раз и говорил сейчас. И вот это обстоятельство очень важное, на мой взгляд. Реально страны, которые выходили из экономического застоя, снижали уровень налогового изъятия. А у нас, в том числе и внебюджетные фонды, это тоже ведь налоговое изъятие они снижали уровень налогового изъятия до порогов ниже 30% от валового внутреннего продукта.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я не понимаю, это много или мало?

К.ТИТОВ: Норма 25%. Все, что ниже 25% это уже развитие, 25-30% это порог, когда мы равновесно действуем.

Г.БООС: Есть и выше, 34% есть

К.ТИТОВ: У нас 48% было, когда ты пришел

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, было.

Г.БООС: У нас не 48% было на самом деле. У нас было 70%! Но в принципе в любом случае я согласен: 25%. И прав Константин Алексеевич, я двумя руками за. Более того, такие серьезные страны, которые делали большие прорывы, доводили свой уровень до 18%. В Германии сейчас 15%.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, Германия развивается, я бы сказал, довольно бурно.

К.ТИТОВ: У нее проблем очень много с восточными землями. Социализм тоже подарил проблему, но они ее решают так, как положено решать с точки зрения законов объективной экономики. Они не напрягают человека, не напрягают предприятия, а дают им возможность спокойно развиваться. А мы начинаем напрягать.

Г.БООС: Но 15% - это только по федеральной части.

К.ТИТОВ: А мы разве не федеральное государство?

Г.БООС: Но у них только федеральный бюджет У них есть еще и нижние уровни бюджетов, там добавляется еще. И поэтому там А в принципе набегают в Германии довольно приличные налоги Но Константин Алексеевич прав абсолютно: мы должны идти по этому пути. У нас нет другого выхода, кроме как снижать налоги.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вмешательство государства в экономику должно идти только через налоги или нет? Как государство, через какие механизмы должно регулировать экономику? Тем более, что Александр Жуков не ходил пока в исполнительную власть, Георгий был и в исполнительной, и в законодательной, а Константин Алексеевич одновременно и в исполнительной, и в законодательной власти. Исходя из вашего понимая и вашего положения, как вы думаете, каковы должны быть механизмы и главный ли механизм налоговая система?

К.ТИТОВ: Налоговая система - механизм главнейший. Есть еще механизм управления собственностью. Поскольку у нас есть собственность чисто государственная, есть смешанная и есть собственность корпораций и частников Поэтому эти два инструмента. Но важнейший из них, конечно, налоговый инструмент.

А.ЖУКОВ: Я думаю, что есть еще целый ряд мощнейших инструментов в руках государства. Прежде всего, это, конечно, денежно-кредитная политика и то, что делает Центральный банк с точки зрения урегулирования финансово-кредитных потоков, ставок банковских, курса

А.ВЕНЕДИКТОВ: Боюсь, не очень понятно для слушателя.

А.ЖУКОВ: А что тут непонятного? Какой процент банки кредитуют промышленности

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это определяет ЦБ?

А.ЖУКОВ: Ставку рефинансирования определяет ЦБ

Г.БООС: ЦБ играет на рынке и тем самым определяет. Но вообще ЦБ вне государства, не подчиняется и правительству, и на так далее. Самостоятельное учреждение.

А.ЖУКОВ: Он самостоятелен, но государственную политику проводит. Дальше, антимонопольная политика, регулирование цен на естественную монополию это все мощнейшие инструменты в руках государства, которыми нужно эффективно пользоваться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А надо?

А.ЖУКОВ: Необходимо.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Регулировать цены на нефть государству надо?

А.ЖУКОВ: На нефть не надо.

К.ТИТОВ: Здесь я с Жуковым немного не соглашусь. Сейчас в новостном блоке говорили о снижении цен.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Всем приятно.

К.ТИТОВ: Всем приятно. Почему на это нужно разрешение антимонопольного комитета, когда всем ясно, что это уже естественная монополия? Если она снижает цены, это хорошо. Если она повышает, тогда понятно Если она хочет еще с какой-то системой объединиться, чтобы быть еще больше тогда опять разрешение антимонопольного комитета нужно. Хочет распасться не надо решения антимонопольного комитета. Мы очень много забюрокрачиваем в своей жизни, и от этого мы постоянно пробуксовываем, топчемся на одном месте.

Г.БООС: Безусловно, необходимо регулирование антимонопольного комитета цен на базовые тарифы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот вы говорили о Германии. В развитых капиталистических странах есть ли государственные органы типа антимонопольного министерства?

Г.БООС: Да, безусловно. И очень внимательно следит за этими вещами и в первую очередь за возникновением монополии или, правильнее сказать, за невозникновеним монополии на рынке. А в случае существования такой монополии за ее деятельностью и регулированием ее тарифов, ее цен. Но я бы еще добавил единственное к тому, о чем говорили и не назвали это, пожалуй, бюджетная политика. Это тоже мощный инструмент в руках государства по управлению всей государственной системой.

К.ТИТОВ: Я хотел бы добавить: никогда антимонопольный комитет Соединенных Штатов не препятствовал созданию транснациональных корпораций. Мы знаем: Боинг решил объединиться с Макдональд-Дуглас. Понятно, что это уже будет огромнейшая транснациональная корпорация по производству самолетов, космической и ракетной техники. И антимонопольный комитет Соединенных Штатов принимает решение: да, вам, пожалуйста, возможно. Поэтому мы всегда должны думать, что антимонопольная политика - это политика государственная на завоевание приоритетов не только на внутреннем, но и на внешнем рынке. И мы где-то должны обязательно поощрять создание в Росси уже зародышей хотя бы первых ростков транснациональных корпораций.

А.ЖУКОВ: Вы правильно говорите. Но я приведу другой пример: Билл Гейтс. Казалось бы, американская корпорация работает во всем мире, но главный его враг это американский антимонопольный комитет, который не дает ему возможности действительно захватить весь рынок software во всем мире. Несмотря на то, что вроде бы он заинтересован в том, чтобы помогать Биллу Гейтсу

К.ТИТОВ: Вещи-то разные. Я как раз говорю о системе работы. Конечно, Билл Гейтс имеет такие доходы, что в состоянии расплатиться по внешнему долгу Соединенных Штатов. После всех изъятий налогов и так далее у него остается почти 50 млрд. годового дохода в долларах. И вот ему вредит антимонопольный комитет, и он на него обижен. Но законы Соединенных Шатов позволили ему создать такое состояние при плохом антимонопольном комитете. А у нас антимонопольный комитет В чем помог кому-то наш антимонопольный комитет? Или какую-то монополию разрушил?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кажется, мы нашли врага.

Г.БООС: Я бы в данном случае сказал, что немножко о разном два примера. Билл Гейтс и его компания, конечно, могли завоевать монополию на международном рынке. И при таком подходе все бы оказались зависимыми от Майкрософта, и в результате мы все вынуждены были бы брать по той цене, по которой бы он устанавливал и диктовал.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так вроде американскому государству должно быть выгодно, если он налоги платит там.

К.ТИТОВ: А там кроме Билла Гейтса, есть тоже корпорации.

Г.БООС: Такого ранга корпораций не было. И именно вследствие этого с Биллом Гейтсом происходят все эти катаклизмы и метаморфозы. Если говорить о Боингах, то на мировом рынке а здесь разговор шел о транснациональной корпорации Я не знаю, чем руководствовался антимонопольный комитет. Я не являлся работником антимонопольного комитета Соединенных Штатов, но думаю, что они исходили из очень простых вещей: что на мировом рынке остается конкуренция в лице других транснациональных корпораций, в том числе и в европейском сообществе, это Аэробус, который производится по линии ЕС. И это будет сохранение конкурентности. И в таком случае они, действительно, способствуют и продвигают это дело.

К.ТИТОВ: Но Биллу Гейтсу не очень тяжело: у него отец юрист.

А.ЖУКОВ: Мне кажется, что нам трудно сравнивать нашу ситуацию с ситуацией в разных странах и, особенно, на международном рынке. У нас речь идет о том, что мы должны побороть тенденцию к тому, что у нас получают льготы отдельные предприятия, возглавляемые приближенными бизнесменами.

Г.БООС: Но это не деятельность антимонопольного комитета, Саша.

К.ТИТОВ: Лоббирование.

А.ЖУКОВ: В некотором смысле и антимонопольного тоже.

Г.БООС: А у нас вопрос деятельности антимонопольного комитета возникает в другом: что у нас есть фактически монополии, которые сидят на природных ресурсах, но при этом являются базовыми, то есть исходными для создания всего остального продукта. И сколько он заложит в цене своей прибыли - так это потом нам всем обернется в цене на рынке. Но всю прибыль получит он, а будет по карману или не будет всем остальным цена на рынке это неизвестно. Поэтому вопрос регулирования по базовым отраслям, у которых фактически сложилась монополия так случилось, мы с этого фактически стартовали, на определенном этапе играет существенную роль. Через какое-то время, я думаю, это влияние будет снижаться. Но пока еще оно существенно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я приведу пример и попрошу, чтобы вы объяснили: последняя история с ТНК Тюменской нефтяной компанией, которая запросила обеспечение кредита, и кредит в американском Эксимбанке. Насколько я понимаю, это банк государственный. И Государственный Департамент рекомендовал совету директоров не предоставлять кредита российской кампании. Такое представление, как по России книжки читаем: администрация президента здесь, Госдеп там рекомендовал не давать денег, совет директоров говорит: Есть!. Через 24 часа денег не дали.

А.ЖУКОВ: Что здесь удивительного? Совершенно очевидно, что это решение вызвано политическими мотивами.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но оно не рыночное решение?

А.ЖУКОВ: Не рыночное. Но вы думаете, что американские государственные органы принимают только рыночные решения? Нечего подобного. Они принимают решения в зависимости от политической обстановки. Особенно, когда дело касается решений государственных органов. А Эксимбанк американский это, действительно, правительственный банк. Поэтому давать или не давать кредиты ему диктует Госдеп.

Г.БООС: Тем более, что Госдеп это вообще политическое учреждение и оно принимает только политические решения.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте смоделируем такую ситуацию на Самарской области. У вас из соседней области просят кредит - у вашего банка. Так или иначе участвует администрация, если это возможно по законам И Вы исходите из того, что Вы Лисицина не любите или считаете, что это вредит национальным интересам Самарской области. Не давать кредита! Это очень выгодно. Можно себе представить?

К.ТИТОВ: Я могу представить. Законодательство не позволяет вмешиваться. Но если это касается соседней территории, которую банк плохо знает, а с другой стороны плохо знает личность губернатора, и он говорит: Можно ли верить его гарантиям? И здесь рекомендация может быть решающей: что гарантиям бюджета этой территории верить нельзя. Это не обязательно Ярославская - это любая область.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я сказал: например, я не хотел обидеть Лисицина.

К.ТИТОВ: Поскольку она дотационная, и вы ничего не получите, если не будет гарантий правительства Российской Федерации.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть ситуация воспроизводима.

К.ТИТОВ: Сто процентов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тогда по-другому задам вопрос. История с Выборгским ЦБК, где государство устранилось полностью от решения проблем. Я напомню, что были иностранные инвесторы плохо или хорошо они управляли. Трудовой коллектив считал, что они управляли плохо, что приватизация проведена неправильно. Видимо за профсоюзами сейчас уже практически это ясно - стояла другая финансовая группа. В результате - захват предприятия трудовым коллективом. И сейчас идет долгое согласование у губернатора Сердюкова о том, как вырулить. Государство молчит, молчит правительство, молчит Комитет по делам имущества, молчит министерство экономики, молчит министерство внутренних дел, государство устранилось.

К.ТИТОВ: Во-первых, если есть решение суда, то у нас в стране по закону действует уже институт судебных исполнителей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так их выгнали, судебных исполнителей! Они туда пришли, их выгнали, под охраной их выводили это женщину, судебного пристава.

К.ТИТОВ: Вот это уже называется отсутствие реальной власти.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Государство молчит.

К.ТИТОВ: Да, государство должно признать, что у него по каким-то соображениям или по экономическим, или по политическим, или по конъюнктурным, то есть вместе по политическим и экономическим отсутствует реальный инструмент власти. Государство расписалось в собственном бессилии. Собственник должен выполнить решение суда. Если он его опротестовал, то исполнение решения суда по закону откладывается до рассмотрения протеста. Если он его не опротестовал и приговор суда вступил в реальную силу, судебный исполнитель должен исполнить этот приговор и все должны подчиниться для этого и существуют силы государства, для этого мы с вами платим налоги. Сегодня наше государство бессильно.

Г.БООС: Я в данном случае сказал, что этот пример вообще не единичный, он просто выпал. А на самом деле это сплошь и рядом.

К.ТИТОВ: То же мы сейчас мы имеем и в Кемеровской области.

Г.БООС: Да, я это и на своей шкуре проходил все время, когда точно так же не исполнялись решения суда, не исполнялись более 30 судебных процессов. Исполнительные листы, исполнительные приставы судебные, и без толку абсолютно. К сожалению, государство не обеспечивает защиту прав акционеров, прав инвесторов абсолютно не обеспечивает, не работает судебная система. То есть это все элементы, необходимые для того, чтобы в стране был инвестиционный климат. Мы все время говорим о том, что надо привлечь инвестиции в страну.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть распродать родину, как говорит Геннадий Андреевич?

К.ТИТОВ: Геннадий Андреевич мало ли что скажет. Он семьдесят лет нам такое говорил

Г.БООС: По большому счету каждому человеку все равно, на чьей собственности он работает.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы думаете?

Г.БООС: Абсолютно все равно. Если за это платится высокая зарплата, уплачиваются налоги в российский бюджет а слава богу, пусть приезжают Посмотрите: на заводах Кока-кола - их сколько понастроили на территории страны - на этих заводах работают счастливые люди. Там получают высокие зарплаты, а другие, те, кто не работают, завидуют.

А.ЖУКОВ: Я бы хотел по поводу решения суда по поводу ЦКБ добавить еще одно: к сожалению, сами решения судов у нас принимаются очень часто не по неким объективным показателям, а под очень сильным давлением сторон, участвующих в этих процессах - это я мягко выражаюсь Я просто думаю, что многие предприниматели

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы меня сейчас, как заинтересованное лицо, втащите в спор К.ТИТОВ: Алексей, судебное разбирательство всегда предусматривает две стороны. Судья третья сторона, он принимает решения. Всегда будет одна сторона недовольна. Что бы мы не хотели, одна сторона будет всегда недовольна этим решением.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте спросим губернатора. Представьте себе: вы привлекаете иностранных инвесторов в область. А у вас нет таких проблем, как с ЦБК, где иностранцам шлют проклятия, что они захватывают родные заводы или села. Вы никогда не разрешали подобные конфликты, как губернатор?

К.ТИТОВ: Нет, я в такие конфликты не вмешиваюсь. Конечно, если есть просьба акционеров принять и побеседовать, конечно, принимаю и беседую или принимают по профильным комитетам мои заместители, но для нас, в Самарской области, решение суда свято. Ты можешь опротестовать решение суда, но ты должен выполнить закон, ты должен подчиниться решению суда.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тем не менее, проблема иностранных инвестиций, в том числе и то, о чем сказал Георгий, то есть конкретно в производство Иностранный капитал, рабочие, которые работают Но ведь понятно, что не бывает так: стоял завод 5 лет или не платили зарплату полгода, пришли англичане и тут же начали платить зарплату.

К.ТИТОВ: Совершенно правильно. Прежде всего, нужно равенство в вопросе инвестиций и защите инвестиций. Если мы не защищаем своего отечественного инвестора, то никакой иностранный инвестор к нам не подойдет, потому что он понимает, что это ловушка. Как же это так? Они не создают условий, не защищают гражданина своей страны, инвестора своей страны, а нам создают какую-то ауру. Это ловушка, нас потом обязательно кинут. Поэтому говорить надо о том, что условия для всех должны быть одинаковые.

Г.БООС: Я бы вообще не говорил об иностранных инвестициях. Просто надо говорить об инвестициях. Абсолютно все равно, чей капитал. Если условия в стране для инвестиции благоприятные, мы это часто называем создан инвестиционный климат - то у нас хватит собственного капитала, его не будут вывозить, его будут инвестировать здесь, в стране. Зачем его вывозить, с риском вкладывать там, когда можно получить здесь большие выгоды даже, чем там? Его не будут вывозить, будут вкладывать у нас в стране.

А.ЖУКОВ: Возвращаясь к этому эпизоду с ЦБК. Проблема ведь еще не в том Когда иностранный инвестор, действительно, приносит инвестиции, налаживает производство, предприятие начинает работать, и люди довольны все будут всегда довольны. Здесь идет борьба за обладание пакетом. Кстати, очень трудно иногда бывает отличить, иностранный это инвестор или российский действует через иностранного. И здесь борьба идет за обладание предприятием. К сожалению, у нас до прямых инвестиций, как правило, дело не доходит

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, ну как Георгий говорил.

А.ЖУКОВ: Они есть, но их, к сожалению, очень мало. У нас в основном портфельные инвестиции, то есть иностранные инвесторы покупают некий пакет, без дальнейших шагов по вложению в производство. Они ждут, когда будет создан нормальный инвестиционный климат. В этом наша беда: никто не хочет идти в страну, где не обеспечены права собственника, где неустойчивая политическая ситуация и где высокие налоги. Вот это три вещи, которые полностью отбивают желание инвестировать деньги в развитие производства.

Г.БООС: В принципе выброс на рынок дополнительных пакетов это один из способов привлечения инвестиционных средств для вложения. И в данном случае приобретение этих пакетов это тоже инвестиционные средства. Вопрос здесь, может быть, даже в другом. Происходит некий передел собственности. И пока собственник не определяется достаточно четко и не начинает формировать реальную активную политику на том или ином предприятии, в том числе и инвестиционном

А.ЖУКОВ: Все стоит до этого момента.

Г.БООС: Все стоит до этого момента. Это то, о чем говорил Саша.

А.ВЕНЕДИКТОВ: У меня последний вопрос. Что ты хочешь сказать?

А.ЖУКОВ: Я просто в конце два слова

Г.БООС: Он хотел сказать спасибо своим избирателям.

А.ЖУКОВ: Как ты догадался?

Г.БООС: Потому что я тоже хотел это сказать.

К.ТИТОВ: Спасибо нашим избирателям.

А.ЖУКОВ: Я хотел бы поблагодарить от всей души людей, которые за меня проголосовали это 135 тысяч человек в моем округе. Я очень надеюсь, что некоторые из них сейчас слушают эту передачу. Я действительно очень им благодарен.

Г.БООС: И я хотел бы очень поблагодарить своих избирателей и избирателей Отечество-Вся Россия в целом. Спасибо, что вы нам поверили и верьте, что мы сделаем все, чтобы ваши надежды не обмануть.

К.ТИТОВ: Спасибо всем, кто голосовал за Союз правых сил.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тут есть вопросы по вашему президентству, но я думаю, что это в следующий раз.

К.ТИТОВ: Да нет, почему, я такой возможности не отрицаю.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все, на этом ставим точку. Спасибо вам, что вы пришли к нам этим вечером.

В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы были Константин Титов, губернатор Самарской области и председатель бюджетного комитета Совета Федерации, Александр Жуков, глава бюджетного комитета Думы, депутат, переизбранный в новую Думу и Георгий Боос, бывший министр по налогам и сборам, избранный депутат Госдумы.