Сергей Кириенко - Интервью - 1999-12-10

11 декабря 1999 года.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" один из лидеров блока "Союз правых сил", экс-премьер РФ, кандидат в мэры Москвы Сергей Кириенко и его сын Володя.

Эфир ведет Алексей Венедиктов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нас очень долго ругали за то, что в основном мы задаем вопросы тем политикам, которые приходят к нам на эфир. Вот мы выбрали два часа времени и пригласили в эфир Сергея Кириенко и его сына Володю. Начнем мы с интернетовских вопросов. Тут в нескольких вопросах просили сегодня не врать.

С.КИРИЕНКО: Ну, раз просили

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так и быть, да?

С.КИРИЕНКО: Да, так и быть. Тем более, могу открыть секрет радиослушателям. Видимо, с учетом этого вопроса, Алексей, заманивая меня на эфир, обещал хорошего коньяка. Половину мы уже употребили

А.ВЕНЕДИКТОВ: Треть.

С.КИРИЕНКО: Ну, треть. Я сейчас по ходу допью оставшееся. Так что вполне справимся.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Подпоили. Первый вопрос от Кирилла Браллова из Санкт-Петербурга. К нему присоединилось семь человек. "Сергей Владиленович, ответьте, пожалуйста, Вы смогли бы сознательно сказать неправду, руководствуясь некоей целесообразностью? Спасибо".

С.КИРИЕНКО: Был уже сегодня днем в эфире этот вопрос. Повторяю ответ. Врать надеюсь, что нет. А вот сказать не всю правду да. Да, потому что иногда бывает профессиональная ответственность.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, пример?

С.КИРИЕНКО: Например, врач, который не может сказать больному, что он умирает. Пример: когда я не мог сказать в прошлом году, что девальвация рубля будет. Не мог, потому что на тонущем корабле кричать "Пожар!" может только идиот или подлец. Говорить не всю правду да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: "Уважаемый Сергей Владиленович, - это я с пейджера читаю, - у всех политиков есть прозвища. Знаете ли Вы свое и как к нему относитесь? С уважением, Константин". Замечу, Константин не упоминает это прозвище. Тогда я переадресую вопрос. Володя, Вы знаете, как Вашего папу прозвали в политике?

ВОЛОДЯ: Если честно, нет.

С.КИРИЕНКО: Ну ладно, ладно. Главное, о котором говорит, видимо, Константин это "киндер-сюрприз". А что, хорошо отношусь. Что "сюрприз" так правда, а что "киндер" ну, тогда в нашей политике, когда возраст расцвета наступает после 60-ти, так натуральный "киндер". То ли еще будет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вообще, Вы к иронии относитесь?

С.КИРИЕНКО: К юмору хорошо отношусь. К иронии тоже неплохо.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А самоирония?

С.КИРИЕНКО: Хорошее дело.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володя, есть у папы самоирония?

ВОЛОДЯ: Есть, конечно, бывает.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Он над собой любит подшучивать?

ВОЛОДЯ: Больше любит, когда над ним шутят. Тогда ему смешнее. Сам он не очень любит.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Редкий папа! Поехали дальше. Михаил из Москвы, к вопросу присоединилось пять человек: "Вы когда-нибудь рассматривали свои шансы быть избранным мэром Москвы в настоящую избирательную кампанию как реальные? Что, по-вашему, Вам не удалось сделать, чтобы составить достойную конкуренцию Лужкову?".

С.КИРИЕНКО: Не хватило времени. Реальные шансы, конечно, рассматривал всегда. У Лужкова они гораздо больше, я это прекрасно понимаю. Но мы начинали с результатов в сентябре 92 процента у Лужкова и два процента у меня. Последние исследования дают 58-60 процентов у Лужкова и под 15 процентов у меня. Где-то сейчас оценка, что процент в день мы в конце кампании набираем. Но времени скорее всего не хватит. Возможен ли шанс? Возможен. Если второй тур в Москве будет, тогда ситуация может и измениться. Но я считаю, что задача будет выполнена в любом случае. Власть в Москве будет изменена в любом случае. Программу, которую мы сделали для Москвы, будет реализовывать любой мэр. Кстати, уже сейчас ее мэрия и Лужков реализуют. Я этому очень рад. Мы специально делали ее открытой. Дополнения к бюджету они сейчас внесли, в которых учтена как минимум треть предложений из нашей программы: и по ремонту жилого фонда, и по экологии. Если будут вопросы, поговорим подробнее.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос на пейджер. "Объясните, пожалуйста, почему все руководители "Правого дела" - богатые люди, в то время как весь народ ухнул в помойную яму?" спрашивает Владлен.

С.КИРИЕНКО: Я не думаю, что все богатые люди. По крайней мере, знаю многих своих коллег, которые Тот же Борис Немцов, который бухнул когда-то, что мы люди небедные. Я потом его упрекал за это, а в какой-то мере еще и иронизировал, говорил: "У тебя мания величия. Какой ты не бедный человек?". Максимум его "небедности" это когда за чтение лекций где-то в западном университете ему заплатили несколько тысяч долларов. И для него это были безумные деньги, потому что он привык работать на зарплату сначала губернатора, потом вице-премьера и очень туманно себе представляет, что такое богатые люди в сегодняшней России. Поэтому это как раз люди, которые последние годы работали на заработную плату чиновников. Я вообще считаю, что должны быть богаче. Все должны быть богаче, и люди, которые занимаются политикой. Желательно, чтобы в политику шли не неудачники, которые больше нигде не могут заработать, а чтобы в политику шли люди, которые в состоянии реализовать себя в любой другой работе. А если реализовать значит, нормально зарабатывать. Я никогда не был собственником: ни в банке, которым руководил

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не был собственником? Не владел банком, нет?

С.КИРИЕНКО: Ни одной акции не было. Хотя создавал банк когда-то. Ни в нефтеперерабатывающем заводе, где я был президентом. Но я всегда был высокооплачиваемым менеджером. Это я считаю нормальным: за хорошие мозги

А.ВЕНЕДИКТОВ: Т.е. Вы не считаете себя богатым человеком?

С.КИРИЕНКО: Я считаю себя обеспеченным.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А богатым?

С.КИРИЕНКО: Богатым не считаю.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володя, Вы считаете, что Ваша семья богата?

ВОЛОДЯ: Нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А чего Вам не хватает?

ВОЛОДЯ: Мне всего хватает. Богатый это когда излишки появляются, а обеспеченный когда всего хватает. Нет таких вещей, которые первой необходимости, в принципе, которые мне недоступны.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте проверим. Можно я проверю? Володя, что папа подарил Вам на последний день рождения?

ВОЛОДЯ: Мобильный телефон.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Господи, тоже мне подарок бывшего премьера.

С.КИРИЕНКО: А что? Я считаю, и это-то с запасом. Кстати, он уже не помнит, а я (коль уж заговорили о бедности и богатстве) помню, что первый раз Вовка меня заставил почувствовать ощущение стыда перед собственным сыном, когда я еще работал на заводе "Красное Сормово"

А.ВЕНЕДИКТОВ: Извините, кем?

С.КИРИЕНКО: Мастером, начальником участка. Как раз это было начало реформ всех, и на улицах в лотках появились эти самые бананы треклятые, которых раньше-то ведь не было! И мы с ним шли по Сормовскому району Нижнего Новгорода, и тут начинается: "Папа, хочу банан!". А я не могу ему объяснить, что у меня как-то не очень до зарплаты осталось

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володя, Вы это помните?

ВОЛОДЯ: Нет, я не помню этого.

С.КИРИЕНКО: Меня тогда впервые больно очень резануло. Я до сих пор очень хорошо понимаю, как страшно человеку, который не может объяснить своему ребенку, что он не может купить ему банан или куклу. Понимание обеспеченности где-то здесь: я знаю, что я могу купить то, что нужно моей семье. Этого уже достаточно. Дальше уже вопрос удовольствия от работы, которую ты делаешь, становится важнее, чем сумма денег, которую ты получаешь. Хотя это тоже немаловажно. Хочу быть богатым, хочу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: На пейджере развернулась яростная борьба за Вас и против Вас. Я потом к ней вернусь. К Интернету. "Сядьте, пожалуйста, перед зеркалом, - в студии нет зеркала, - и попробуйте произнести следующие слова: "Для Мытищинского плодоовощного комбината необходимо закупить этой осенью 150 тысяч тонн картошечки, 50 тысяч тонн морковочки. Это, пожалуй, достаточно". Не смешно ли Вам от созерцания себя, говорящего что-то подобное, что Лужков говорит по десять раз на дню?" спрашивает Валерий Куплеченко. К нему присоединилось три человека.

С.КИРИЕНКО: А мне смешно даже тогда, когда Лужков это говорит, потому что это профанация. Вы всерьез думаете, что мэр Москвы должен определять, сколько картошечки или сколько морковочки надо закупать на ту или иную овощную базу? Это же полная глупость, в огромном городе, столице страны, где работа мэра Москвы соизмерима с работой главой правительства небольшого государства. Это говорит или о том, что картинка делается для нас, потому что мы хотим это увидеть Я не знаю, хуже я видел только в Белоруссии. Когда, будучи премьером, я прилетел к Лукашенко, он полдня сопровождал меня, а потом сказал: "Я сейчас на час оставлю тебя, у меня важное дело". Я говорю: "А ты куда?". А он поехал на мясокомбинат устанавливать цену новой колбасы. Это серьезно. Он приезжает на мясокомбинат, пробует колбасу, говорит: "Это сколько?" "Это 2.20". "Нет, это дорого, это не понравилось. А вот это сколько?" "Это рубль девяносто". "Это пойдет, это мне понравилось". И самое страшное не только то, что он искренне уверен, что он делает очень полезное дело как президент республики, а что очень большое количество людей хотят, чтобы он это делал.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это красиво.

С.КИРИЕНКО: Они говорят: "Отец родной попробует колбаску. Если она ему не понравилась, то и нам ее кушать негоже". Вот так и здесь. Полная чушь всерьез допускать, что если мэр Москвы лично не позаботится о 150-ти тоннах картошки, то действительно нечего будет есть. А если это действительно так, значит, система управления в городе развалена окончательно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте перейдем к телефонам.

(звонок).

- Это Валера. Вопрос Сергею Кириенко. Вы в своих программах все свои вопросы ставите и упираетесь на деньги. Я понимаю, конечно, это все главное. Но что-нибудь конкретнее, что изменить? Я понимаю, вопрос денег-то Вы решите, потому что Вы один раз уже решили. Какие-то конкретные дела Вы собираетесь делать в Москве?

С.КИРИЕНКО: Валерий, а Вы тогда уточняйте, чтобы нам не все два часа оставшиеся обсуждать программу. Что Вас конкретно интересует? В какой сфере?

- Ваш конкурент, например, Лужков, какие-то мосты двигает, какие-то дороги делает, какие-то дела у него есть. А у Вас какие-то дела будут?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот теперь понятно.

С.КИРИЕНКО: Тоже не до конца, но пробуем. Раз Вы сказали о мостах и дорогах, давайте к дорогам. Главная проблема дорог в Москве это сегодня уже не строительство широких магистралей. Я не знаю, Валерий, Вы сами за рулем ездите?

- Да.

С.КИРИЕНКО: Тогда Вы представляете, что главная проблема пробок, которые есть в Москве, - это, как правило, не забитость основных магистралей, а то, что давно не занимались съездами, подъездами, всеми этими боковыми проулками, что труднее съехать и подъехать. Ключевая задача затрат средств сегодня в Москве (а деньги для этого действительно нужно найти, потому что мы можем нарисовать любые проекты, но если мы не найдем денег, это будет бессмыслица) это ремонт, реконструкция съездов, подъездов и развилок, которые существуют с основных магистралей. Это первая вещь, которая должна быть сделана. Второе: это решение проблемы парковок. Во-первых, должны быть отменены платные парковки. Если хотите, очень конкретное дело: первое, что должно быть сделано это просто отмена платных парковок, как незаконных. Кстати, в бюджет поступает только 10 процентов средств от них. Решение для этого, на эти проблемы "ракушек" в том числе во всех дворах, это многоярусные механизированные стоянки. Мы сделали специальные расчеты по Москве. Наша оценка показывает, что цена места в такой стоянке должна быть от семисот до тысячи долларов максимум. В сравнении с каменными гаражами, которые сейчас предлагают автоводителям, где 11-13 тысяч долларов Т.е. есть программа. Я готов по каждой части Почему я просил подробнее: чтобы подробнее ответить на Ваш вопрос.

- Я понимаю, что в следующий раз Лужков, видимо, уже не будет мэром. А сейчас бы Вы к нему в команду вошли и набрались бы опыта, посмотрели, как это делается.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Отличный вопрос! Мне бы в голову не пришло.

С.КИРИЕНКО: Точно. К Лужкову в команду нет, не пойду, потому что правила, которые царят в этой команде, меня не устраивают. Это команда, которая построена под одного человека. Я уже не первый раз знаю истории в Москве

А.ВЕНЕДИКТОВ: А Ваша команда разве не под одного человека?

С.КИРИЕНКО: Нет, конечно. Посмотрите, давайте. "Союз правых сил" большое количество абсолютно самостоятельных людей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, по мэру.

С.КИРИЕНКО: И по мэру то же самое. Посмотрите команду, которая работала со мной, когда я был премьер-министром. Виктор Христенко, Михаил Задорнов, Павел Крашенинников, - я могу дальше перечислять, - абсолютно самостоятельные люди. Да, подчиненные единой дисциплине, когда мы работаем, но каждый человек самостоятелен и интересен сам по себе. И его мнение учитывается, его право на профессиональное решение учитывается, его право принимать самостоятельные решения и нести за них ответственность учитывается. Система, которая есть сегодня в Москве, на мой взгляд, не допускает прихода профессиональных специалистов, потому что все построено под одну точку зрения, а один человек, даже трижды умный, не может всегда принимать правильные решения. А вот сотрудничать с мэрией Москвы Мы, кстати, уже работаем. Я же начал говорить о том, что все, что мы делаем по программе, мы отдаем открыто мэрии Москвы. И я очень рад, когда она начинает реализовывать наши программы. Я готов в этом помогать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спрашивает Иван Второв из Москвы: "Как Вы относитесь к тому, чтобы сделать в Москве свободную экономическую зону или особый экономический район, как в Китае?".

С.КИРИЕНКО: Возможно. Не думаю, что это должна быть вся территория Москвы, это все-таки столица России.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кстати, извините, сразу вопрос, чтобы я его не потерял: "Можно ли перенести столицу из Москвы и какие возможны последствия?".

С.КИРИЕНКО: А зачем?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос: можно?

С.КИРИЕНКО: И у меня вопрос: а зачем?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нужно?

С.КИРИЕНКО: Нет, не нужно. Глупость, бессмыслица, зачем? Что касается свободной экономической зоны, особые условия в развивающихся зонах Москвы вполне допускаю, Москва в целом как особая экономическая зона не вижу особого смысла.

(звонок)

- Меня зовут Валерий.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Еще один Валерий. Что-то имя распространенное. Вы откуда звоните?

- Я возвращаюсь из Нижнего Новгорода в Москву, еду по Шоссе Энтузиастов.

С.КИРИЕНКО: Здорово. Знакомая дорога, всегда въезжал по ней в Москву.

- Вопрос к уважаемому господину Кириенко. За него будут голосовать люди с хорошей зарплатой, владеющие машинами, домами, определенной собственностью. И это все объяснимо, потому что им надо ее защищать. А значит им нужно правительство, а также руководители, которые оценят их подвиги на ниве деловой, а соответственно, помогут защититься в этом мире. А что сделал конкретно господин Кириенко в своей жизни? Раз, два, три загнуть пальцы, как тот мужик, который за него будет голосовать. Он купил дом, купил квартиру. А господин Кириенко что в этой жизни сделал?

С.КИРИЕНКО: Поехали, начинаю загибать пальцы. К первой части отнес бы семью, сына, сидящего рядом, дочь, которая здесь не сидит. К тому, что горжусь, отнес бы банк, который создал

- Что с ним случилось?

С.КИРИЕНКО: С банком? Ничего, работает. Замечательно работает, кстати, ничего с ним не случилось, хотя я не работаю там уже довольно давно. Когда создавал, было два стула, стол. Ну, собственно, и нас двое. Когда уходил, банк был на 57 месте в России по надежности.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Когда уходили в Москву?

С.КИРИЕНКО: Когда уходил из банка.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Т.е. еще в Москве не работали?

С.КИРИЕНКО: Нет, нет. Я же говорю, я в банке не был собственником, я был просто председателем правления. Я уходил из него в 1996 году.

- Дальше?

С.КИРИЕНКО: Дальше, нефтяная компания "НОРСИ-Ойл". Проработал там мало, всего семь месяцев, но тоже горжусь, потому что, когда принимал ее в конце 1996 года, было 25 миллиардов убытков в месяц, когда сдавал, было +25 миллиардов доходов. Когда принимал, была загрузка 500 тысяч тонн, когда сдавал и уходил в июне 1997 в правительство, была загрузка миллион сто, и люди зарплату вовремя получать стали. Что отнес бы сюда еще? Кстати, из собственных достижений, наверное, относил бы и службу в армии, и друзья, которые оттуда есть. Я этим тоже горжусь. За период работы в правительстве больше, пожалуй, горжусь двумя вещами. Дальний Восток, тогда через три дня после назначения первым замом министра отправлялся ликвидировать энергетический кризис в Приморье. Спустя два года, не так давно был там, и друзья остались, а самое главное сделать тогда удалось.

- А кризис ликвидирован на сегодняшний день?

С.КИРИЕНКО: На тогдашний момент ликвидирован.

- Нет, на сегодняшний день.

С.КИРИЕНКО: Здрасьте! Вы хотите, чтобы можно было исправить все на всю жизнь?

- Нет, зачем же. Надо хотя бы что-то исправить. Кризис на сегодняшний день ликвидирован?

С.КИРИЕНКО: То, чем занимались мы тогда, - да.

- Т.е. тогда Вы свой гвоздь забили в стенку?

С.КИРИЕНКО: Забил. Даже не один, а пару.

- А сегодня что, они торчат опять?

С.КИРИЕНКО: Нет. Те, которые забил, не торчат. Но на сегодняшний день выяснилось, что надо новые забивать. Знаете, не бывает решения проблем, когда можно заколотить пару гвоздей, а потом всю жизнь ничего не делать. Так не бывает.

- Тогда надо переходить к следующим проблемам.

С.КИРИЕНКО: Точно.

- Жизнь соткана из множества взаимодействий. Это даже нельзя назвать проблемами, это постоянные вопросы развития общества. Один Вы хотели решить решить кризис на Дальнем Востоке. Но он тянется, тянется и тянется.

С.КИРИЕНКО: Нет-нет-нет. Стоп! Вы давно были на Дальнем Востоке?

- Честно сказать, никогда не был. Но все время слежу за передвижениями господина Чубайса по Дальнему Востоку.

С.КИРИЕНКО: Да нет, бросьте! Если Вы говорите о своем предприятии, Вы же понимаете прекрасно, что к счастью, может быть, даже не бывает, что ты можешь решить один раз проблему, а потом сидеть на кресле, смотреть в потолок, и все будет решаться само собой. Так не бывает. Что тогда было задачей? Тогда было задачей сделать так, чтобы нормально оплатили за тепло и электроэнергию и деньги распределялись между энергетиками и шахтерами. Да, я откровенно горжусь тем, что я сейчас приехал, сидели с большой бутылкой водки с теми же самыми шахтерами. Они и сейчас ругаются, только сейчас они ругаются и говорят: "Ты мне должен был 60 процентов живых денег, а отдал 50". А я с улыбкой вспоминаю, как два года назад они говорили: "Ты мне должен был 5 процентов живых денег, а отдал 2". Вот она, разница. Вот оно, то, что происходит. Я смотрю на то же предприятие "Лутек", которое мы тогда создали, на котором сегодня объем производства электроэнергии вырос в два с половиной раза. К сожалению, есть такая наша традиция не русская, а привычка: что как только все становится хорошо, можно все сразу бросать и не доделывать до конца. Я не верю в вечные двигатели, Валера. Я верю в то, что каждый человек

- Вечный двигатель это софистика, мы с Вами это прекрасно понимаем.

С.КИРИЕНКО: Точно так. Работать придется всегда.

- Только после Вас там идет передвижение постоянное лидеров нашей энергетики: РАО "ЕЭС", и каждый день все равно одни и те же проблемы стоят. Я это совершенно Вам не в вину говорю, я просто хочу понять, чем реально Вы можете гордиться сделанным. Ведь не зря же предыдущий Валера сказал, что вот Лужков построил кольцо, окольцевал Москву. Обратите внимание: все этим гордятся, все москвичи.

С.КИРИЕНКО: Правильно гордятся, хотя я бы, откровенно говоря, задал бы еще вопрос, почем метр квадратный этого кольца и сколько можно было построить

- Мы же Вам не задаем вопрос, получали ли Вы зарплату официально полностью и платили с нее налоги или нет.

С.КИРИЕНКО: А почему? Да задайте, Валера.

- Какая была зарплата в банке официальная?

С.КИРИЕНКО: Зарплата в банке была примерно так: одну треть составляла заработная плата официально, а две трети это проценты по вкладам. Кстати, на меня потом много обижались люди, которые со мной работали. Я когда пришел в правительство, я устранял те лазейки, которые сам когда-то находил.

- Вы молодец, молодец. Предвкусили мой вопрос, правильно сделали!

С.КИРИЕНКО: А помните, что я внес, когда стал премьер-министром? Первый закон в антикризисном пакете обложение подоходным налогом процентов по вкладам.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Точно! И за это мы тебя "мочили", Сергей!

С.КИРИЕНКО: Да, и за это Алексей меня просто уничтожал, хотя я-то знал, как получают зарплату!

- В чем Вам действительно нельзя отказать, - я, честно говоря, косвенно слежу по печати, по информации, по друзьям, - в чем Вам действительно нельзя отказать, так это в объективности. Тут Вы можете смело гордиться.

С.КИРИЕНКО: Кстати, вторая вещь. Когда в нефтяной компании работал, я же ее вытаскивал за счет того, что перетащил часть ее счетов в ЗАТО, и за счет этого снизил налоги процентов на тридцать, скромно скажем.

- Да все там сидят, в этих ЗАТО

С.КИРИЕНКО: В Арзамасе-16 наверняка знаете, раз из Нижнего. Я считаю, что это нормально, я считаю себя управленцем. Управленец работает там, где присягнул. Пока работал на банк или нефтяную компанию, ищу способы, как меньше платить. В рамках закона, но меньше платить налогов. В рамках государства перекрываю эти лазейки. Кстати, ЗАТО тоже вносили как закон, за что на меня тоже, Алексей, правда, не ругался, а многие ругались.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не ругался. Спасибо, Валера. Слушаем дальше.

- Меня зовут Дима Зубарев. У меня к Сергею такой странный вопрос. Те деньги, которые возникли при постройке храма Христа Спасителя и кольцевой дороги, по-моему, они вообще не могли бы возникнуть, если бы пошла задача перевести их в какие-то другие инстанции.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я поясню для слушателей. Речь идет о том, что под кольцевую дорогу и под храм Христа Спасителя удалось аккумулировать деньги. Не было бы таких целей, их не удалось бы аккумулировать.

С.КИРИЕНКО: Не согласен. Давайте отложим в сторону храм Христа Спасителя, там много вопросов о том, насколько это эффективная стройка. Все-таки храм это что-то святое, не хочу туда со сметами лазить. А вот по кольцевой дороге имею полное право. Есть развилка кольцевой дороги, идет кольцевая, а от нее отходит радиальная. Вот радиальная, то, что за кольцом это федеральный дорожный фонд, где мы потребовали конкурсного распределения заказчиков подрядов. Так вот, там цена сразу падает в полтора, два, а иногда и три раза. Это деньги из бюджета, это деньги из дорожного фонда, которые были бы потрачены на дороги все равно. Вместо одного метра квадратного кольцевой можно было бы построить два - два с половиной. А значит, можно было бы, как мы говорили раньше, отремонтировать не только основную магистраль, но и подъезды во дворах немножко поделать. Люди-то ведь живут не на магистралях. Здорово, когда есть кольцевая. Но если "скорая помощь" не может подъехать к вашему подъезду, то вы быстро забываете о кольцевой дороге. Так что эти деньги могли и должны были быть потрачены гораздо более эффективно. Для этого нужна просто открытость их деления и невозможность для чиновника самому определять, кому отдать подряд. Тогда как-то ответил мне вице-мэр Шанцев совершенно удивительной фразой на мое замечание о том, что распределение подрядов в Москве без конкурса приводит к затратам в два раза большим. Он сказал: "Ну вот еще глупости! Я всегда лучше знаю, кому отдать подряд". Это называется, умри лучше не скажешь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Может, правда знает?

С.КИРИЕНКО: Смотря из каких соображений, что является критерием принятия решения. А так наверняка знает.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Следующий звонок.

- Меня зовут Светлана Серафимовна. Я в пику тому молодому человеку, который говорил, что богатые только: я пенсионер. Вы знаете, что такое пенсионер в наше время. У меня нет вопроса к Сереже. Я признательна Вам, Сергей, за то, что Вы пошли на выборы не под крылом нашего непорочного "Яблока", а связали свою судьбу с людьми, на которых так несправедливо вешают всех собак.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Зачем же голосовать за Кириенко? Мне просто пришло на пейджер: "На арену выходят тяжеловесы, что там делать Кириенке!". Это Светлане Серафимовне вопрос, Сергей, извините.

- Я не согласна. Я считаю, что он вполне состоятельный политик.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Состоялся уже как политик?

- Да, состоялся.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А дефолт разве по Вас не ударил?

- Вы знаете, мы, пенсионеры, как плохо жили, так плохо и живем, ничуть не хуже, чем было. Сережа, моя семья будет голосовать за Вас во всех ипостасях. Желаю Вам больших успехов.

С.КИРИЕНКО: Спасибо Вам огромное, Светлана Серафимовна.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Пенсионеры голосуют за Кириенко это нонсенс, по-моему.

С.КИРИЕНКО: А может быть, не нонсенс. Я очень признателен, приятно услышать добрые слова. Но я думаю, что это никакой не нонсенс, Алексей. Да, в политике меняется поколение людей, и я не один из этого нового поколения людей, которые так же, как Валерий, который звонил до этого, занимались своим делом сами, кто как мог, а в какой-то момент поняли, что если мы сами не будем брать на себя ответственность за происходящее в стране, то никто за нас это не сделает. Я очень признателен Светлане Серафимовне вот за что: когда мы говорим о необходимости смены поколения в политике, я всегда очень боюсь обидеть кого-то из людей старшего поколения, потому что смена поколений совсем не означает, что те, кто работали до нас, работали плохо. У нас такая проблема разрыва истории, которая возникла. Какая-то часть людей в стране считает, что все, что было с 1917 по 1991 это "черная дыра". А другая часть считает, что как раз "черная дыра" это все, что кроме 1917-1991. Я не поддерживаю коммунистическую идеологию, но я не могу зачеркнуть жизнь своего деда, который у меня в 19 лет командовал бригадой в Гражданскую войну.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все вы Гайдары.

С.КИРИЕНКО: Ну, Гайдары не Гайдары, а деда уважаю, и жизнь его перечеркнуть не могу для себя, и жизнь отца перечеркнуть не могу. Поэтому давайте попробуем не разрывать эти поколения. И то, что люди старшего поколения поддерживают необходимость активности, смены поколений в политике, это очень здорово. Спасибо вам за это. А наша ответственность сделать так, чтобы обеспечить хоть чуть-чуть социальную защиту людям старшего поколения.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот на меня теперь "наехали": "Мне 62 года, я одинокий пенсионер. И никакого нонсенса голосую за Кириенко".

С.КИРИЕНКО: Спасибо. Так Венедиктову и надо.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот, очень смешно: "Если на арену выходят тяжеловесы, то мы можем Сергею Владиленовичу набрать нужный вес. Алексей, Зеленоград".

С.КИРИЕНКО: Вы знаете, я ведь с точки зрения спорта, поскольку, действительно, весом особым с детства не обладал, я себе поэтому всегда выбирал такие виды спорта, как самбо, дзюдо, айкидо, в которых излишний вес противнику мешает. Такой принцип: надо его энергию обратить против него самого, и чем он тяжелее при этом, тем ему же и хуже.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я хочу задать вопрос Володе. 17 лет, да?

ВОЛОДЯ: Шестнадцать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А друзьятоварищи по учебе что говорят про политику? Говорят ли они про политику? Они знают, что ты сын премьер-министра?

ВОЛОДЯ: Конечно, все об этом знают. Наверное, абсолютное большинство поддерживает все реформы

А.ВЕНЕДИКТОВ: Шестнадцатилетние?

ВОЛОДЯ: Да, все шестнадцатилетние.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это, наверное, золотая молодежь такая.

ВОЛОДЯ: Наверное, наверное.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сынки богатых родителей, да?

ВОЛОДЯ: Нет. Скорее, все наоборот. Как раз с таким контингентом я не общаюсь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Хорошее сказал слово "контингент" в данном случае.

С.КИРИЕНКО: Ладно, что обижаешь людей! Он у нас просто попал в такое Как из Нижнего приехали, Вовка попал в полуизолированное состояние, потому что жилья в городе не было, жили все время за городом на всех этих государственных дачах, а оттуда его в школу увезли, потом вечером привезли.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А с кем, Володя, общаешься тогда? Каким образом?

ВОЛОДЯ: У меня же остались Я достаточно долго учился в лицее информационных технологий 1533, два года, и у меня остались знакомые. Но у меня нет никаких проблем заводить знакомых. И никогда у меня не возникало проблем насчет своей фамилии, ведь люди общаются, не исходя из каких-то политических взглядов, а исходя из личных симпатий.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А если говорить о политических взглядах. Друзья за реформы. А что вам-то реформы?

ВОЛОДЯ: Так мы же ради будущего.

А.ВЕНЕДИКТОВ: У нас все ради будущего. У нас коммунисты ради будущего, у нас жириновцы ради будущего, у нас "Яблоко" ради будущего, у нас лужковцы ради будущего, у нас кириенковцы ради будущего. У всех будущее.

ВОЛОДЯ: Уже принято, что человек, который достиг 16 лет, в принципе, имеет свой взгляд на жизнь и может для себя определить ту позицию, которая ему больше приемлема. Мои все знакомые коммунистов и центристские партии не поддерживают.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Т.е. вы все радикалы?

ВОЛОДЯ: Все, да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Радикалы-реформаторы.

С.КИРИЕНКО: Либералы, либералы. Сладкое слово "свобода", Алексей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос к Володе: "Как относятся московские учителя к известному сыну: с пиететом или с пристрастием?".

ВОЛОДЯ: И с тем и с другим есть, конечно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все-таки фамилия

ВОЛОДЯ: Фамилия иногда приносит пользу, а иногда

А.ВЕНЕДИКТОВ: А иногда был вред?

ВОЛОДЯ: Ну, есть, конечно.

С.КИРИЕНКО: Кстати, в лицее информационных технологий, к сожалению, я так и не познакомился с его учителем по математике.

А.ВЕНЕДИКТОВ: На родительские собрания не ходим?

С.КИРИЕНКО: Нет, не ходил. У него был учитель по математике Златкис. По-моему, он до сих пор о нем жалеет. Мне эта фамилия всегда напоминала очень уважаемого мной человека в министерстве финансов, но так это как раз, по-моему, так: ему доставалось особенно сильно за то, что он еще и мой сын. И я, честно говоря, очень благодарен этому учителю, потому что то, что Вовка у меня сегодня в математике действительно классно разбирается, это благодаря ему.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Лучше, чем папа?

ВОЛОДЯ: Лучше, чем папа, я стал разбираться после девятого класса уже.

С.КИРИЕНКО: Наглец.

А.ВЕНЕДИКТОВ: "Опустили" Тут два подряд сообщения почему-то по музыке. "Алексей Алексеевич, Вы насчет музыки спросите Володьку. Мы же молодые, нам интересно. Кирюха". "Господа Кириенки, любите ли вы "Битлз" так же, как любим его мы?".

С.КИРИЕНКО: Я не знаю, как его любите вы, но мы его любим. Кстати, Вы обещали его поставить в очередной музыкальной паузе.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В конце часа поставим. Володя, а что еще, кроме "Битлз"?

ВОЛОДЯ: На самом деле, я не приемлю каких-то определенных стилей и направлений в музыке. Мне нравится "попса", т.е. все поп-исполнители.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Например? Я вот не знаю, что такое "попса". Я, вообще-то, даже папы старше, поэтому У нас "попса" "Битлз".

ВОЛОДЯ: Кстати, лет с 10 до 12 я увлекался "Битлз".

А.ВЕНЕДИКТОВ: А это для стариков!

С.КИРИЕНКО: Теперь он тебя уел! Вот так вот.

ВОЛОДЯ: К "попсе" я отношу те песни, которые занимают хит-парады в МТV. Первую "десятку" МТV я отношу к "попсе".

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как эту девушку-то зовут, которая сейчас забрала все призы?

ВОЛОДЯ: Бритни Спирс.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот, он знает, а я все время забываю. Маразм наступил. Очень смешной вопрос пришел на пейджер, но он уже улетел вверх. Я его попытаюсь сформулировать. "У нас два кандидата в мэры сайентологи". Это, значит, Вы и Лужков. Внутри секты. Секта раскололась, и Кириенко, Лужков внутри. На самом деле, каково Ваше отношение (это вопрос по пейджеру от Петра Федорова из Москвы) к теории Хаббарда. Правда ли, что Вы там что-то делали? И поддерживаете ли Вы отношения с этой организацией в настоящее время?

С.КИРИЕНКО: У нас должно было быть с Лужковым хоть что-то общее. Выяснилось, что у нас секта общая. Вынужден разочаровать

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давай подряд: отношение к теории Хаббарда.

С.КИРИЕНКО: Володя, а Вы знаете, что такое теория Хаббарда? Вообще этим увлекались?

ВОЛОДЯ: Нет, не увлекался.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так, сын отъехал.

С.КИРИЕНКО: Боюсь, что и я во многом отъеду, потому что о существовании Хаббарда и сайентологии, грешен, узнал только тогда, когда в газетах написали, что я ентот самый сайентолог. Пришлось из приличия

А.ВЕНЕДИКТОВ: Подизучать.

С.КИРИЕНКО: Изучать некогда было, это было, когда я был исполняющим обязанности премьер-министра, мне тогда было что поизучать. А так, хоть просмотреть, что это такое, посмотрел. Не могу сформулировать своего отношения не разбирался. Конструкция похожая очень, похоже, что эта модель дискредитации, которая по мне и по Лужкову, очень точно была сработана, потому что одинаковый способ: вброс через Германию, через одну и ту же немецкую газету, с публикацией в российской прессе. По мне это было через две недели после назначения исполняющим обязанности премьер-министра. Кстати, очень тонко сфабрикованная пропаганда. Знаете, хорошая пропаганда это когда чуть-чуть правды, а потом на нее накручено. Я специально даже разбирался, что там правда. А правдой там оказалось следующее: в период, когда я был председателем правления коммерческого банка, три или четыре операционистки из моего банка (из пятисот человек) действительно учились на недельных курсах в Хаббард-колледже, который был тогда в Нижнем, в котором, как я понимаю, никаких даже подозрений о причастности к сайентологам не было. Грамотно сработано. Принцип: то ли он пальто украл, то ли у него украли, но шума было много. Что ж, поздравляю того, кто это сделал.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кстати, короткий вопрос перед перерывом: "Как Вы относитесь к той травле, которую некоторые каналы, в том числе государственные, развязали в адрес Лужкова?".

С.КИРИЕНКО: Плохо отношусь. Уже бродит шутка, что в очередной программе Доренко будет рассказано о том, что наконец-то раскрыто убийство президента Кеннеди. На секретной пленке ФБР замечен невысокий лысый человек в кепке.

А.Венедиктов (смеется): Я не слышал.

С.КИРИЕНКО: Ну вот, и я Вам что-то новое расскажу. Чаще общайтесь с политиками, Алексей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да уж, куда чаще.

С.КИРИЕНКО: А если серьезно, конечно, плохо. Хотя, на мой взгляд, это примерно одинаковая по уровню склочности и грязи кампания. Вспомните, сначала окружение Лужкова напало на Ельцина, а окружение Ельцина напало на Лужкова. Потом окружение Лужкова напало на Семью Ельцина. В ответ получило от окружения Ельцина нападки на Семью Лужкова. Эта склока двух Семей, мне давно надоело следить

А.ВЕНЕДИКТОВ: С большой буквы "Семей".

С.КИРИЕНКО: Конечно, естественно! Боже упаси

А.ВЕНЕДИКТОВ: А то у нас слово "семья" стало уже приравниваться к нецензурному.

С.КИРИЕНКО: Да, похоже. Давайте скажем "кланов", не знаю, чего еще. Мне давно перестало быть интересным следить, кто их них больше прав, кто какой метод использовал. Система власти меняется. Они уходят вместе со всеми своими склоками и конфликтами. А наша ответственность сегодня в том, чтобы думать, какой будет новая система власти, какой будет новая структура власти и в стране, и в Москве и как обеспечить безопасный переход к этой новой системе власти.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володя, а Вас интересует, какая будет новая система власти? Вообще Вы об этом думаете?

ВОЛОДЯ: Конечно. Потому что от этого напрямую зависит, какую профессию выбирать себе в будущем и смогу ли я себя полностью реализовать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Отличный ответ. Тогда сразу вопрос "вилкой": а какую профессию Вы выберете при старой системе власти и при новой? В чем разница?

ВОЛОДЯ: При новой системе власти, если она сменится и при учете того, что неважно, какую профессию я бы выбирал, допустим, экономист или ученый, если они будут примерно одинаково оплачиваемы, т.е. нормального прожиточного минимума, тогда я выберу уже ту профессию, при которой мне будет наиболее интересно. А при старой системе я выберу профессию, при которой я больше буду зарабатывать денег.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это что, рэкетир какой-нибудь?

ВОЛОДЯ: Нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Рэкетир или премьер-министр.

С.КИРИЕНКО: Видимо, это примерно одно и то же.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Может случиться так, что это одно и то же.

-

А.ВЕНЕДИКТОВ: Карен из Нижнего Новгорода спрашивает: Зачем вы ездили с супругой на второй день после 17 августа в Австралию? В те дни, по логике, люди должны были спасать свое состояние. Банкротство, доллар-то плыл. А вы ехали туда. Известно, что почти вся сумма кредита МВФ, 4,7 млрд. долларов, ушли за несколько дней до дефолта в Австралию. Не ездили ли вы разбрасывать дальше по фиктивным оффшорным фирмам? Спасибо. Карен

С.КИРИЕНКО: Спасибо, Карен. Во-первых, я никуда не ездил через два дня после кризиса 17 августа, а ездил я уже в сентябре через 10 дней после отставки. Почему выбирал? Хотя не в Австралию, а в Новую Зеландию. Давняя была мечта туда уехать. 23 августа нас послали подальше, я решил, что Новая Зеландия это достаточно далеко.

А.ВЕНЕДИКТОВ: К антиподам.

С.КИРИЕНКО: К антиподам, да. Тошно было смотреть на то, как после отставки Я к отставке-то в общем готов был, но тошно смотреть было, как после нашей отставки начинают разрушать все то, что мы делали. На это спокойно сидеть и смотреть, когда ничего уже не можешь изменить, невозможно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тяжело перенесли отставку?

С.КИРИЕНКО: Отставку нет, а произошедшее за ней тяжело.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володя, а помните, как отец пришел после отставки? Помните этот день, 23-е августа?

ВОЛОДЯ: Да, помню.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну поделитесь. Пришел папа домой

ВОЛОДЯ: Нет, он очень мужественно Показывал, что он очень доволен тем, что наконец-то он отдохнет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Показывал.

ВОЛОДЯ: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, и чего?

ВОЛОДЯ: Ну, все поверили.

С.КИРИЕНКО: Спасибо, сын. Конечно, это все не просто. Тяжелее все-таки не отставка Первый день было просто ощущение, что наконец-то я отосплюсь. А потом это все наблюдение за тем, как Ведь у нас 23 августа был с Ельциным разговор, в котором он говорил мне, что если мы заменим правительство, поскольку оно не пользуется поддержкой, новое воспользуется тем, что уже сделано не популярно, но сделано - и продолжит это в конце концов переложив ответственность. Я ответил, что, конечно, не бывает незаменимых правительств, незаменимых людей, очень важно сделать то, что мы начали делать. И потом было очень тяжело наблюдать через 3-4 дня, когда стали говорить о печатании денег, когда отказались от условий реструктуризации ГКО и когда все это стало сыпаться, стало понятно, что многое, из того, что мы делали, зря.

А.ВЕНЕДИКТОВ: О чем договорились

С.КИРИЕНКО: О чем договорились зря. Это ужасно тяжело. И ты не можешь это поменять. А смотреть, как рушится то, что ты делал 4 месяца В общем, понятно, что тут говорить Это все действительно тяжело. А что касается ухода денег МВФ в Австралию Карен, нельзя же верить всему, что пишут.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, но уже даже международный аудит

С.КИРИЕНКО: Да, есть тотальная проверка этих средств. Ни копейки из них не ушло. И это, кстати, самое печальное. Ушло бы можно было бы найти и вернуть. А когда часть из них потрачена на заработную плату, которой не хватало, а остальное на золотовалютные резервы страны И даже это нам тогда не помогло, причем не помогло по понятным причинам. Никакие внешние деньги не помогут, если мы сами не принимаем необходимых решений. Антикризисную программу Дума тогда не приняла.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Пожалуйста, назовите марку коньяка, который вы в данный момент употребляете, а то мне очень тяжело.

С.КИРИЕНКО: Алексей, называй. Коньяк твой.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это Хенесси. Я должен сказать, что в данном случае не правительство коррумпирует журналистов, а, наоборот, журналисты коррумпируют

С.КИРИЕНКО: Могу признаться, что это особенно приятно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я приведу одну историю. В Страсбурге Сергей Степашин, когда он был министром внутренних дел, прилетел на очень серьезную конференцию, и, как выяснилось, им не выдали командировочные. Ну, бывает так. Не мог выпить кофе в буфете обычном там нет для министров буфета. И мы дружно

С.КИРИЕНКО: Скидывались?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Скидывались. 47 журналистов скидывались на чашечку кофе, сразу закричав: Вот она, коррупция, смотрите все. Удовольствие большое. Несколько очень коротких ответов: Министр телекоммуникаций Леонид Рейман заявил, что с 1 января, вероятно, в Москве будет введена повременная оплата за телефон. Ваши соображения на этот счет?

С.КИРИЕНКО: Плохо. Как минимум считаю, что у человека должен быть выбор. Или он выбирает повременную оплату, или он выбирает абонентскую оплату.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Если Вы будете избраны мэром, будете ли Вы бороться против введения с 1 января повременной оплаты?

С.КИРИЕНКО: Да, как минимум будет введена двойная возможность. Человек будет выбирать: или повременная оплата, или абонентская плата.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А льготы при повременке для пенсионеров и одиноких, больных?

С.КИРИЕНКО: Да, обязательно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть Вы сторонник льгот?

С.КИРИЕНКО: Нет, я не сторонник льгот. Я считаю, что тарифы Московской городской телефонной сети завышены. Кстати это предприятие, которое Хоть я не сторонник пересмотра результатов приватизации, но здесь бы я позанимался очень внимательно. Я считаю, что Московская городская телефонная сеть - это монополия, которая была приватизирована в руки АФК-системы, известной карманной фирмы мэрии, приватизирована задешево, практически без конкурса. И здесь есть где поразбираться, а если разберемся, то и тарифы подешевле станут.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володя, Вам что-нибудь говорят такие фамилии, как Мандельштам, Пастернак, Самойлов, Коржавин? Какие из этих фамилий Вам знакомы?

ВОЛОДЯ: Конечно. Это в школьную программу входит.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Уже? А вот это мы пропустили, у нас этого не было.

С.КИРИЕНКО: У нас с тобой не входило.

(Телефонный звонок) Лена: Во-первых, я хочу, конечно, выразить благодарность и сказать свои слова признательности.

С.КИРИЕНКО: Спасибо, Лена.

А.ВЕНЕДИКТОВ: За что?

Лена: Смотришь, и какое-то чувство И очень хочется не разочароваться. Чувствую человека порядочного.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Он женат, Лена.

С.КИРИЕНКО: Да, но мне все равно очень приятно.

Лена: Очень хочется не разочароваться. У меня два вопроса. Один очень конкретный: не считаете ли Вы нужным объединиться с Павлом Бородиным? Зачем ему нужно было выставлять свою кандидатуру? А второй вопрос Я смотрю все время программу Глас народа, в частности, вчера очень внимательно смотрела. У меня создалось такое впечатление, что Киселеву гораздо приятнее общаться с Вами и вести эти передачи, нежели поддерживать и вести Итоги в поддержку Лужкова. Не создалось ли у Вас такое впечатление?

С.КИРИЕНКО: Алексею особенно приятно. Они из одной медиа-группы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что-то я насчет Итогов в поддержку Лужкова сильно сомневаюсь.

С.КИРИЕНКО: Я смотрю, что у него прямо лицо стало искажаться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, я начал вспоминать все последние Итоги.

С.КИРИЕНКО: Не оправдывайтесь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я не оправдываюсь. Вопрос-то Вам, Вам отвечать, Вы будете оправдываться.

С.КИРИЕНКО: Спасибо, Лена. Что касается объединения с Бородиным Зачем ему это было нужно не могу оценить, пусть это будет его выбором. А с точки зрения объединения да, вполне возможно. Я говорил, что я с точки зрения программы, которую мы сделали, открыт для работы со всеми. В том числе, кстати, и с Лужковым. Когда они берут части нашей программы, это здорово и хорошо

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас мы Вас поздравим. Вчера Бородин заявил о том, что если во второй тур выйдете Вы и Лужков, он Вас поддержит, а если второй тур будет Лужков и Бородин, Вы кого поддержите?

С.КИРИЕНКО: Готов поддержать Бородина.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ответ принят.

С.КИРИЕНКО: Теперь про Киселева. Я считаю, что он хороший профессионал. И мне тоже кажется, что такие жесткие передачи в прямом эфире, как Глас народа, ему самому, как профессионалу гораздо интереснее, чем какие-то ни было выстроенные, отстроенные передачи. Мне тоже кажется, что ему Глас народа интереснее, чем Итоги. Но тут бы я Алексея частично поддержал. Мне не кажется, что Итоги такие уж пролужковские или про-чьи-то. Конечно, у каждой информационной программы есть свои политические симпатии чего уж там

А.ВЕНЕДИКТОВ: Конечно. А что, журналист имеет на это право.

С.КИРИЕНКО: Понятно, что в период конфликта достаточно явно была выражена логика определенного нажима на правительство.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А Вы считаете, что пресса существует для поддержи правительства, поддержки власти или для оппозиции власти? Я Вам задам вопрос, как кандидату от правых сил: что должна делать пресса?

С.КИРИЕНКО: Я думаю, что пресса не может считать своей целью ни абстрактную поддержку, ни абстрактную оппозицию. И то и другое будет ерундой порядочной.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все-таки пресса, как институт Подождите, Сергей, не пройдет.

С.КИРИЕНКО: Пресса, как институт должна обеспечивать мне как избирателю и как слушателю объективную информацию. А я буду выбирать, поддерживать мне или не поддерживать. Вы, как избиратель, выйдя, будете выбирать, поддерживать Вам или не поддерживать, а как главный редактор Эха Москвы будете обеспечивать, чтобы слушатели, которые нас слушают, получили объективную информацию и ту, и другую.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть журналист не имеет права иметь свою точку зрения?

С.КИРИЕНКО: Имеет. Только он не имеет права отбирать ту информацию, которая соответствует его точке зрения. Он обязан дать мне всю информацию, которая есть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тем не менее, еще раз задаем вопрос. Избиратель раз в четыре года выражает свою точку зрения, голосуя, а между этими избирательными кампаниями кто представляет интересы населения перед властью, которая, естественно, не может принимать решения в интересах всего населения, это понятно ста миллионов человек невозможно, таких нет решений. Кто будет указывать власти на то, что она может ошибаться? Какие институты гражданского общества должны это делать и через какие инструменты?

С.КИРИЕНКО: Это должны делать сами люди.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Граждане на улицах

С.КИРИЕНКО: Это должны делать граждане на улицах, это должны делать избранные ими руководители, мэры, губернаторы, политические партии, представляющие чьи-то интересы, депутаты Государственной Думы. А представители прессы должны обеспечить им возможность, чтобы их голос был услышан.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ваша точка зрения понятна. Не могу согласиться. Но Бог с вами, сегодня Вы у нас в гостях.

С.КИРИЕНКО: А как-то мы с Вами обсуждали, что при главенстве другой точки зрения у вас получится великолепное музыкальное радио. Так что пусть лучше будет возможность высказать любую точку зрения. А у вас высказать ее. Кстати, за что уважаю за то, что у Вас есть своя личная точка зрения, Вы можете тут соглашаться или не соглашаться, но я-то знаю. Именно за это Вас уважаю и с радостью принял ваше предложение, потому что знаю, что Вы выпускаете в эфир Эха Москвы даже то, с чем Вы лично не согласны.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как с Вами, например. В вопросе о роли прессы.

С.КИРИЕНКО: Отлично. Хороший пример.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володя, а Вы считаете, что пресса должна поддерживать власть или должна прежде всего власти оппонировать?

ВОЛОДЯ: Я придерживаюсь точки зрения моего отца.

С.КИРИЕНКО: Съел?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Просто неинтересно.

(телефонный звонок) Александр Сергеевич: Господин Кириенко, с какой целью Вы, будучи уверены в победе Лужкова на выборах, пытаетесь отобрать голоса избирателей?

С.КИРИЕНКО: Во-первых, я не уверен в победе Лужкова на выборах. Я считаю, что его возможности больше, чем мои. Это точно, и мои шансы выиграть у него не велики, но они есть. А нельзя всегда участвовать только в тех предвыборных кампаниях, где ты заранее уверен в победе. Это не очень честно. Это первое. Второе: вне зависимости от того, кто победит, какая фамилия победит, система власти в стране и в Москве будет изменена. И моя задача дать свои предложения о том, какой должна быть эта система власти. Мы сделали программу, которая дает Москве дополнительно 2,5 миллиарда долларов в год. Я знаю, что эту программу будет делать любой мэр Москвы, который выиграет. Ее будет делать Лужков, ее будет делать Бородин, ее буду делать я. И это уже победа. А самое главное чтобы у Вас, Александр Сергеевич, была возможность выбора не из одной кандидатуры, пусть даже самого замечательного мэра, а из разных взглядов, из разных позиций - только тогда у Вас действительно будет возможность влиять на власть, выбирать. А я точно знаю, что, вне зависимости от исхода выборов в Москве, открытость власти уже будет обеспечена. Не будет одной точки зрения, будет альтернатива власти. Значит, у вас будет право выбирать, и ради этого уже стоит работать.

Александр Сергеевич: Я знаю, конечно, господина Кириенко, господина Лужкова и Бородина. Третьего я вообще не знаю, но их десять человек сейчас выбирается. То, что сделал после Гришина, всех

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так Вы за Лужкова будете голосовать?

Александр Сергеевич: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так какие же волнения?

Александр Сергеевич: Вы сказали, что больше 50 процентов победит Лужков. Зачем отбирать голоса? Мужик-то работает на Москву больше, чем кто-либо до него сделал.

С.КИРИЕНКО: Да, Александр Сергеевич, работает на Москву. Но всегда ли правильно работает? И можем ли мы действовать по принципу, что если есть мэр, который работает на Москву, что он всегда прав, всегда безгрешен, что может существовать только его точка зрения? Или все-таки у вас, как у избирателя, как у жителя Москвы должно быть право выбора? Если я говорю вам, что применение программы, которую мы предложили, даст дополнительно к тому, что делает Лужков, еще 2-2,5 миллиарда долларов Я помолчать об этом должен? Пусть они пропадают, как пропадают сегодня? Или у вас все-таки это право выбора будет? Если я говорю вам, что детское пособие в Москве может быть не 58 рублей на человека, а 357 мне об этом тоже помолчать? Если я говорю вам, что доплата к пенсии может быть не до 575 рублей в Москве, а до 780 мне об этом тоже помолчать? Нет, у вас должно быть право выбора. Это ваше право, я его уважаю. А моя ответственность как управленца и как политика предложить вам В чем смысл политики? Она предлагает вам варианты выбора, а вы выбираете.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кстати о выборе. Пришел вопрос от Татьяны по поводу запрета порножурналов Володе Кириенко. Володя, Вы будете поддерживать запрет в Москве на продажу порножурналов? Это вопрос к Сергею, на самом деле, но я сначала через Володю пройду. А то он скажет: Как папа

ВОЛОДЯ: Я думаю, что нет. Я не буду поддерживать.

С.КИРИЕНКО: А тогда я, как сын.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тем не менее, проблема Тут несколько вопросов: порнография, наркомания

С.КИРИЕНКО: Если серьезно, тут логика такая: я не стал бы запрещать их совсем, но очень сильно ограничил бы доступ к ним. То есть должна быть какая-то возрастная граница доступа ко всей подобной продукции. Если она кому-то нужна из людей совершеннолетних

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володе.

С.КИРИЕНКО: Я думаю, что он-то обойдется.

ВОЛОДЯ: Мне-то зачем?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так ты же сказал только что

ВОЛОДЯ: Так я же не только о себе думаю.

С.КИРИЕНКО: У него девушки красивые в школе.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Зачем ему журналы

С.КИРИЕНКО: Да, зачем ему журналы? Кому они необходимы пусть они будут. Но эта граница доступности, чтобы они не валялись в каждом киоске - это правильно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Еще один вопрос: Сегодня в Москве работает более миллиона азербайджанцев. Требуем адекватной оплаты одного миллиона московских безработных из бюджета Азербайджана. Профсоюзы. Конечно, это все смешно, но не смешон вопрос о прописке, кстати, был вопрос о Вашей прописке, вопрос о привлечении иногородней и международной рабочей силы с угрозой роста безработицы в Москве. Здесь, если можно с одной стороны, прописка для жилья, с другой стороны, работа. И собственное положение Вы прописаны, регистрируют?

С.КИРИЕНКО: Да не прописан, не прописан.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И не будете?

С.КИРИЕНКО: Да почему? Надеюсь, рано или поздно жилье получу, пропишусь обязательно. А вот регистрироваться не буду принципиально. Кстати, прописку тоже не считаю законной. Вообще говорят, да не говорят, точно знаю, что такая система, как прописка, существовала только в двух странах мира. Она существовала в Советском Союзе и в ЮАР. Только там еще коды были: 000 это белый, 0001 это желтый, цветной, и 0002 это черный. Вот нам еще только до этого докатиться не хватало. Ведь больше нигде в мире прописки никогда не было. Что такое наша система регистрации? Я понимаю, что не все согласны сейчас будут

А.ВЕНЕДИКТОВ: Большинство москвичей не будет, я думаю.

С.КИРИЕНКО: Не знаю. Давайте не будем интерпретировать, пусть люди сами скажут свою оценку. Но думаю, что многие их тех, кто нас слушает, действительно, будут не согласны. У нас в голове есть, что регистрация это защита нас от приехавших людей. Давайте задумаемся на секунду. Как вы думаете, человек, который приехал заниматься здесь спекуляцией или коммерцией он что, не купит себе эту регистрацию? О чем мы говорим? Или человек, который приехал с криминальными целями он что, не купит себе регистрацию? Кого мы обманываем. Мы же хорошо понимаем, сколько стоит эта регистрация. Ему ее на блюдечке с голубой каемочкой или в зубах принесут прямо домой или в гостиницу, где он живет. Это не так дорого стоит. А вот ваш родственник, который приезжает к вам из Владивостока, Иваново, Архангельска он намается, получая эту регистрацию. Это ненормально. Должна быть система работы правоохранительных органов в Москве, но не надо делить людей на черных и белых. Москва - столица России. Вы себе представляете, что француз приезжает в Париж, а ему говорят: Знаете, вы в столице своего государства быть не можете. Вам зарегистрироваться нужно. Странно, глупо и смешно. Тогда надо дойти до крайности: ну, давайте обнесем Москву железобетонным забором, три ряда колючей проволоки

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, подождите, Сергей. Что Вы думаете о засилье кавказцев на рынках Москвы? спрашивает Сергей. Простой вопрос

С.КИРИЕНКО: Простой. Первое не делю людей на кавказцев и не кавказцев. Вот что хотите делайте. Я кавказец в таком случае: я родился в Сухуми, вырос там же, в грузинской школе учился.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Лицо кавказской национальности.

С.КИРИЕНКО: Я лицо кавказской национальности. Знаете, в момент этой истерии по поводу лиц кавказской национальности у меня было большое желание слава Богу, ума хватило у всех, успокоились Помните, в Дании, по-моему, была знаменитая история в годы фашистской оккупации, когда евреев заставили одевать эту полосатую робу и вышивать звезду. И тогда члены королевской семьи одели полосатую робу, вышили на себе звезду, и это сделали все жители Дании. Евреи растворились. Это был очень мужественный поступок. У меня было большое желание, если бы эта истерия продолжалась в Москве, сделать такой же митинг, где каждый уважающий себя человек и уважающий права и свободы любого человека, вешает на себя надпись: Я лицо кавказской национальности. Вот я готов ее на себя повесить и ходить по Москве, если это необходимо. Подонки и негодяи есть у любой национальности. Есть очень достойные и уважаемые люди среди кавказских национальностей

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос рынков Известно о том это действительно так - что рынки, будучи под определенной крышей

С.КИРИЕНКО: Этому помешала система регистрации и прописки в Москве?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Конечно, нет.

С.КИРИЕНКО: Давайте вернем это тому, кто задавал вопрос. Ну, о чем мы говорим? Тогда это система коррумпированности, которая есть, когда люди мне на встречах присылают записки о том, что место на рынке стоит тысячу рублей официально и тысячу долларов неофициально. Это проблема, о которой мы говорили с водителями-дальнобойщиками, когда они собирались: сколько стоит въезд их в Москву, сколько стоит право сдать свою продукцию на рынок. Вот она где, проблема. Кто это породил? Что, регистрация помешала этому? Нет уж, давайте мы национальность отложим в сторону, регистрацию отложим в сторону, а вот порядок на рынках будем наводить. Сделаем конкурсное распределение места, открытую систему доступа туда цены на продукты раза в полтора упадут, на очень многие.

(телефонный звонок) Альбина Павловна: Мне очень приятно Вас слышать

А.ВЕНЕДИКТОВ: Альбина Павловна, чего вам этот Кириенко дался?

Альбина Павловна: Мне 68 лет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А он молодой еще, а Володе вообще 16.

Альбина Павловна: А я перед ним преклоняюсь.

С.КИРИЕНКО: Спасибо вам огромное. Вы меня просто в смущение вводите.

Альбина Павловна: Мне нравится, что придут, может быть Я бы хотела, чтобы пришли все же молодые. Потому что засилье

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вот Баркашов тоже молодой.

Альбина Павловна: Не надо мне это.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что не надо? Он тоже молодой.

Альбина Павловна: Ну, не знаю, я так считаю.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть Вы согласны, чтобы Баркашов пришел?

Альбина Павловна: Нет

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но он же молодой!

Альбина Павловна: Он умный.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кто? Кириенко?

Альбина Павловна: Сергей Владиленович, у меня к Вам вопрос. Понимаете, что распространяется агитация среди студентов, что в вашей программе Мне сегодня сказала девочка-студентка, рядом живущая, что в вашей программе обязательно учеба за деньги. Вот объясните мне, это агитация или это есть в вашей программе? Так как у меня учится внук и это волнует. Но, тем не менее, я все равно буду за Вас голосовать. Но я хотела бы это знать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вне зависимости от ответа?

Альбина Павловна: Да, наверно, все равно буду голосовать.

С.КИРИЕНКО: Спасибо большое. Хорошо, что Вы это сказали, я очень рад внести ясность. К сожалению, это из разряда недобросовестной конкуренции. Потому что, конечно, такой глупости у меня в программе быть не может, это невозможно. Давайте считать, что это от слабости конкурентов, которым уже не остается ничего другого, как врать. То, что я считаю правильным в своей программе, это принцип равенства образования. Ни в коем случае не должно быть отменено бесплатное государственное образование. Кстати, я очень рад, что в прошлом году, еще когда я был премьером, у нас - при всех рассказах о том, как развалилась страна - количество бесплатно обучающихся за государственный счет студентов в 98-м году в России было впервые больше, чем в лучшие годы Советского Союза на тысячу человек, но больше, чем в годы Советского Союза. Просто в дополнение к этому, к бесплатному государственному образованию, должно иметь право еще и частное образование на тех же условиях. Тот, кто не сумел поступить по конкурсу, кто не сумел пройти на бесплатное образование, если он может заработать себе сам, работая вечерами и в выходные дни я когда-то учился в институте и вагоны грузил параллельно или родители его могут оплатить должен иметь возможность выбрать себе коммерческое образование. Кстати, с точки зрения возможности, например, призыва в армию, коммерческие вузы и государственные вузы должны быть равны. Но ни в коем случае нельзя сокращать объем государственного бесплатного образования. Я считаю, что интеллект, знания, мозги людей это наше главное богатство, не нефть и газ и не золото. Золотой резерв это интеллект нового поколения людей, которые сегодня есть в России. Мы обогнать можем только на этом. Новый век начинается. В мире начинается постиндустриальная эпоха, где скорость обучения важнее, чем накопленный опыт. Значит, способность обучения, ценность образования

А.ВЕНЕДИКТОВ: За внука волнуется Альбина Павловна.

С.КИРИЕНКО: Правильно. Не волноваться надо, Альбина Павловна гордиться надо. Время наступает, когда его главные возможности, ради него все это делается. Спасибо вам.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Володе. Без подписи: Моя подруга интересуется, есть ли у тебя девушка?

ВОЛОДЯ: Да, есть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все, подруга может отдыхать, я понял.

С.КИРИЕНКО: Нет, ну фотографию можно прислать на всякий случай. Вов, ты так просто не отказывайся.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, мы сделаем иначе: Володя даст фотографию, мы ее в Интернете повесим. Каждый может познакомиться: девушка Володи Кириенко.

ВОЛОДЯ: Ага.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Говорят, что на ГАЗе всех заставляют голосовать за Немцова, - говорит Александр из Нижнего Новгорода. Как можно, во-первых, заставить голосовать?

С.КИРИЕНКО: Я когда в институте учился, работал на заводе, я всегда и жил в Автозаводском районе, рядом с заводом. Я знаю людей, которые там живут и работают. Вот уж заставить это дудки. А второе против Немцова выставился бывший генеральный директор этого завода, которого многие автозаводцы поддерживают. Сказать, чтоб он был сильным руководителем, нельзя, но в это время делились пайки. Он застал последний период золотого времени для завода. Я считаю, что руководитель, который есть там сейчас - очень толковый, профессиональный, талантливый руководитель он просто на голову выше. А у автозаводцев сегодня есть достойный выбор.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Мне пятнадцать лет, но очень жалко, нас отсылают спать, но мама с папой будут голосовать за Вас. До свидания, Света

С.КИРИЕНКО: Спасибо, Света, спокойной ночи.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос от Серафимы Петровны: Сергей Владиленович, буду голосовать только за вас, за молодых, за Союз правых сил. Прошла все 1418 дней до Берлина, расписалась на Рейхстаге, нас, ветеранов, осталось мало. Я хочу знать: что вы можете сделать для ветеранов, для тех, кто воевал?

С.КИРИЕНКО: Серафима Петровна, спасибо Вам огромное. Низкий поклон Вам и всем ветераном, которые на своих плечах вынесли все это

А.ВЕНЕДИКТОВ: Отец-то воевал в Отечественную?

С.КИРИЕНКО: Отец нет, не успел. А дед воевал, дед у меня прошел и Гражданскую, и Отечественную войну. Поэтому это наша ответственность

А.ВЕНЕДИКТОВ: Конкретно

С.КИРИЕНКО: Я понимаю. Дайте и эмоции тоже Мы же говорили, что не только деньги, что сделать это не только деньги. Это еще и благодарность и уважение, давайте это тоже не забывать. А что касается средств - сказал, мы делали сейчас программу для Москвы. В Москве абсолютно реально пенсионерам сделать доплату не 575 рублей в месяц, а, как минимум, 780 в месяц это первое. Второе для ветеранов Великой Отечественной войны, для инвалидов это доплата, связанная с лекарствами и санаторно-курортным лечением. Наша оценка что дополнительные адресные доплаты в год это 2800 рублей в Москве. И вообще из этих 2,5 миллиардов, которые дополнительно выделяются, находятся в бюджете Москвы я, кстати, считаю, что и так довольно много мэрия Москвы старается это делать, но можно делать и должно делать еще больше. Ветеранов Великой Отечественной войны, к сожалению, остается все меньше. И, в общем, называется это спешите делать добро.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Была очень любопытная записка от Марка: Наша семья будет голосовать или будет стараться голосовать за Вас, как за мэра, но в политике за Яблоко. Возвращаясь к вопросу, заданному по Интернету из Донецка: Неужели Вы серьезно рассчитываете в Думе сотрудничать с Явлинским? Кто реально может быть Вашим союзником?

С.КИРИЕНКО: Сотрудничать конечно, серьезно. А с кем еще сотрудничать?

А.ВЕНЕДИКТОВ: После того, как лидеры, видные деятели Правого дела - с одной стороны, Чубайс, с другой Явлинский - один другого предателем, другой лжецом, один говорит: Вы фальсифицируете в своих выступлениях заявления Яблока, Яблоко обвиняет вас во лжи. Какое сотрудничество? О чем Вы?

С.КИРИЕНКО: Вот такое и сотрудничество. Знаете, у нас нет для вас других писателей

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте вспомним автора этой фразы сначала.

С.КИРИЕНКО: Да, давайте вспомним автора.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Иосиф Виссарионович.

С.КИРИЕНКО: Да, но писателей других нет. Вот у нас нет для вас других фракций в Государственной Думе. Будем как миленькие сотрудничать. И ругаться будем, и требовать от Яблока определяться буду. Просто требовать буду, чтобы не конъюнктурили, а определялись, в конце концов. Вы видели вчера нашу дискуссию с Явлинским?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да.

С.КИРИЕНКО: Для меня она принципиальная. Я могу сколько угодно возмущаться, тем более, считаю, что имею на это моральное право: я когда-то голосовал за Яблоко и за Явлинского и, будучи председателем правления коммерческого банка, даже деньги им перечислял то, что возможно. Но устал от бесконечного отсутствия выбора: и это нет, и это нет. Ну, так а что, в конце концов? Это ответственность в политике: давать людям варианты выбора. Не имеет права человек, называющий себя федеральным политиком, оказываться от выбора. Но сотрудничать будем все равно. Хватит голову людям морочить. У нас почти одинаковые.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что совпадает?

С.КИРИЕНКО: Почти полностью совпадают налоговые программы. Почти полностью: сокращение подоходного налога, сокращение налогов на фонд оплаты труда, изъятие налогов с оборота. Даже не будем спорить, к кому они ближе, кто у кого это больше списал. Какая разница людям? Им надо, чтобы налог был маленький. А мы разберемся потом, кто у кого что списывал. Позиция по Белоруссии совпадает. Позиция по структурным реформам в экономике во многом совпадает. Так что будем договариваться как миленькие, никуда не денемся. С кем еще будем договариваться? С Единством. Жаль, что я не вижу пока у этой партии, блока экономической программы, но поскольку этот блок объявил себя блоком проправительственным, а я не первый день знаком с Владимиром Путиным и представляю его экономические взгляды и считаю, что они

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы представляете? Никто не представляет, кроме Вас.

С.КИРИЕНКО: Я представляю.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы счастливый человек.

С.КИРИЕНКО: И, кстати, когда-то отстаивал его назначение на пост директора ФСБ и никогда об этом не жалел. Поэтому уверен, что