Игорь Голембиовский - Интервью - 1999-12-01

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Надо сказать, что у нас сегодня премьера: как у главного редактора "Новых известий" Игоря Голембиовского здесь и сейчас, так и у меня. Боюсь, что эта "акула" меня съест. Добрый день, Игорь Несторович.

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Добрый день. В общем, я не похож на акулу, но раз мы начинаем, будем надеяться, что первый блин не будет комом.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Игорь Несторович, у "Эхо Москвы" есть рейтинг новостей "Семь новостей дня". Я вкратце напомню нашим уважаемым слушателям темы. Это тема отстранения Юрия Скуратова; тема здоровья президента; тема контртеррористической операции в Чечне; тема МИДа России, который намерен предложить второму секретарю политотдела американского посольства покинуть Россию. Еще одна тема: Госдума приняла новый закон о выборах президента страны, и тема беспорядков в Сиэтле. Что главное, с Вашей точки зрения?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - С моей точки зрения, тема, которая будет нас еще долго волновать, - это проблема Чечни. А все остальное - сиюминутное, конъюнктурное, хотя решение КС само по себе интересно и многозначно.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Скажите пожалуйста, видите ли Вы со своей стороны развитие ситуации на Северном Кавказе (я думаю, что тут речь идет уже не только о Чечне)?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Мне кажется, что сегодня в системе управления страной (будем так называть власть) существует несколько подходов к решению этой проблемы. Есть достаточно жесткий силовой путь, чисто военный; есть смешанный, военно-мирный; есть некоторым образом пацифистский вариант. И у меня такое ощущение, что какого-то ясного и точного решения нет.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Хотелось бы услышать Ваше мнение о противостоянии Юрия Скуратова и соответствующих структур и о впечатлениях, которыми делится Юрий Скуратов по поводу того, что КС поддался давлению Кремля, а КС отмечает свои впечатления по этому поводу.

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Вы знаете, в чем проблема? Если отрешиться от проблем чисто политических, - кто на кого давит, почему и как, - то есть некая прецедентная проблема. Создан прецедент, когда подтверждено право президента отстранять Генерального прокурора, который должен быть независим от всех. И это есть проблема развития такого важного жизненного обстоятельства у нас, как проблема разделения властей. Хотя (это мое личное мнение) по логике вещей, конечно, Скуратов не может исполнять обязанности Генерального прокурора по многим причинам. Все они известны. Логично, все правильно, казалось бы, КС это принял, но он создает прецедент. Сегодня Генеральный прокурор, а завтра, возможно, спикер парламента, и т.д.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Вы сейчас говорите с точки зрения юридической или с точки зрения человеческой, нравственной, этической?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Нет, ни в коем случае не могу взять на себя смелость обсуждать эту проблему с точки зрения юридической. По-моему, сегодня уже кто-то заявлял, что это стало возможно только потому, что в Конституции не прописана достаточно точно ситуация, которая возникла со Скуратовым. Я представляю, что когда создавалась эта Конституция, в больших случаях выбирались идеальные возможные ситуации в будущем. А такая "маленькая закавыка", как в случае со Скуратовым, не была учтена. Хотя она очень существенна.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Один из классиков советского периода сказал насчет того, чтобы "к штыку приравняли перо". Наш с вами инструмент - слово. Сейчас этот инструмент становится во многом острее в рамках приближения выборов. Как бы усилить систему безопасности?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Судя по тому, что происходит в стране, никто не умирает от уколов пера, как люди умирали бы от уколов штыка. Я хотел сказать, что нам придется до 19-го жить в этой атмосфере, но я предполагаю, где-то со второй половины января атмосфера, связанная с выборами президента, будет еще жестче. Хотя прецедентов будет меньше, картина будет яснее, и все будет, к сожалению, опять выглядеть в черно-белой краске. Я помню, в 96 году, когда был выбор между Зюгановым и Ельциным, между коммунизмом и демократией, людям было легче определиться. Были люди, которые никак не могли принять возврат к прошлому, и люди, которые никак не могли согласиться с тем, что происходит в стране. Сейчас будет немножко сложнее, поэтому накал борьбы будет жестче.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Сейчас многие говорят о том, что на этих выборах Кремль, во всяком случае, попытается инициировать ситуацию аналогичного противостояния. И в какой-то степени коммунисты являются той самой "бабой Ягой", которую любовно растят в собственном коллективе. Как Вы расцениваете такое мнение?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - У меня впечатление, что мы иногда заблуждаемся, представляя Кремль, как главную интригующую силу, систему, которая продумывает, как в шахматах хороший гроссмейстер, на несколько ходов вперед. Мне кажется, нет. К сожалению, власть опять играет по правилам: "сегодня случилось, завтра найдем выход". Не будет такой ситуации, как сложилась в 96 году. И не будет по двум главным причинам. Во-первых, люди стали иными. То есть они остались теми же, но стали больше понимать. Во-вторых, сам политический расклад совершенно иной. И если говорить несколько отстраненно, действительно страна получает возможность некоего разумного, осознанного выбора. Если мы будем говорить о главных играющих фигурах, то это Путин, Примаков, Зюганов. Люди разные, и уже от черного к белому мы переходим к палитре со смешанными красками, где-то есть достаточно сероватый тон. И это очень важный момент, потому что, может быть, в отличие от прошлых разов (я имею в виду и прошлые парламентские выборы), люди будут оценивать своих фаворитов не с точки зрения приятности (хотя это тоже будет играть роль), а с точки зрения того, что будет с ними дальше.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Тогда возникает еще один момент. Многие сейчас пугаются... Посмотрите, какая волна разной информации льется на избирателя из СМИ. Есть опасения, что этот самый любовно охаживаемый избиратель скажет: "чума на оба ваших дома, не пойду я ни за кого голосовать, буду сидеть дома и бить в ладоши".

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Мне кажется, что мы иногда плохо думаем об избирателях, в том числе о нас с вами, о людях, которых принято называть населением или электоратом. На самом деле я думаю, что люди понимают, что сейчас, может быть, для России возникает даже более важный момент, чем в 96 году. И, безусловно, он важнее, чем в 91 году. В конечном итоге сошлось начало третьего тысячелетия, конец века, выборы в России, и то, что случится в июне и дальше (через две недели должны быть вторые выборы, если будет второй тур), будет определять, что будет с нами. Это очень важный момент, и для меня очень тревожный.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Как Вы считаете, усиление противостояния нескольких, многих если не враждующих, то конкурирующих сторон Скажем, Вы хотите жениться, и родственники каждой из невест говорят Вам про другую очень похожую на правду вещи. Неужели нет такого ощущения, что надо выбрать себе третью невесту?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Нателла, во-первых, я не хочу жениться. У меня такое впечатление, что как родился, так и женился, уже хватит. А если серьезно, давайте говорить прямо. Да, это не конкурирующие, это враждующие стороны. Если брать блок Примаков-Лужков, да, Путин - независимый, несколько отдаленно стоящий, и Зюганов, со стороны наблюдающий. То, что происходит в СМИ, наглядно показывает, до какой степени доходит накал политической борьбы. Я думаю, что никого это в принципе не радует, хотя есть еще другое обстоятельство, о котором мы забываем. Во-первых, я думаю, что люди в массе своей достаточно трезво оценивают то, что просходит в СМИ, и отличить ложь от правды просто.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - То есть добрая советская привычка читать между строк?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Даже не так, она немножко изменилась. Спектр рынка СМИ в России такой, что можно найти все: от газеты "Завтра" до "Российской газеты ", где выражается официальная точка зрения. Между ними все, что хотите, есть. И это отличает нас от советских времен, потому что раньше была только одна точка зрения. Было смешно, когда Примаков на пресс-конференции сказал журналистам, что "было советское время, когда не было ни одной заказной статьи; я не помню, чтобы в "Правде" кому-то платили за статью". Но он забыл сказать, что всем журналистам платили из одного источника, и все они были заказные.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - К разговору о противостояниях мы вернемся после новостей, вспомнив о встрече Путина с Лужковым.

-

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Игорь Несторович, если перейти к Вашим новостям, в сегодняшних "Известиях" самый крупный заголовок на первой странице носит название "Калмыцкий прецедент". Речь идет о чайной ложке тоталитаризма в качестве средства для выхода из кризиса. Ваш комментарий.

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Это самый удобный выход из кризиса. Если есть возможность обратиться к диктатуре, тогда все проблемы становятся понятными, ясными, и действия очевидны. Здесь мы имеем дело еще и с некоторой другой материей. Россия все еще раздираема некими проблемами национального характера. Чечня - самый яркий пример. Мы помним Татарстан. Но Калмыкия, которую мы меньше знаем Мы больше знаем лидера, Илюмжинова: он - президент Всемирной шахматной ассоциации, построил город для шахмат, у него 6 "роллс-ройсов" и т.д. Но мы не представляем, насколько сложна ситуация с национальной точки зрения в самой Калмыкии, как разделены там люди на кланы (на родовые кланы и т.д.), как внутри идет совершенно незаметная для всей России межвидовая борьба. Плюс к этому (будем говорить откровенно), есть попытки спекулировать на своем национальном вопросе. При этом республика остается нищей, бедной, не говоря о том, что она дотационная, и имеет одного лидера из могущественных людей в смысле своих материальных возможностей. Все это очень трудно связывается в одно, и мы просто решили это вынести в открытие газеты, поскольку впервые в российской общенациональной прессе присутствует такой серьезный анализ.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Не уходя с территории Федерации, давайте расширим угол зрения. Недоброй памяти сентябрьские события в Москве. Очень много было разговоров о возможном введении чрезвычайного положения, этого чрезвычайного положения очень боялись. Но если не тоталитаризм, то что? Говорят, что демократия - это лучшее лекарство от всего. Так ли это?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Лучше, если оно состоятельно, если Вы уже имеете его в виде готового препарата.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - А у нас несостоятельное?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - А сегодня у нас несостоятельное. Я думаю, что о тоталитаризме трудно говорить, хотя в России все возможно, и я думаю, какое подспудное чисто русское ожидание некоего мессии, который смог бы навести порядок крепкой рукой, оно все время присутствует, к сожалению, и от этого можно будет избавиться только с поколениями. Молодое поколение уже не видит даже опасности в таком термине, как тоталитаризм. Видимо, не понимает, или просто считает, что это что-то из области жизни, их не касающейся. Другое дело, что вполне возможно, что мы столкнемся с автократией. Казалось бы, мы имеем, но скорее признаки: Конституция; президент, который всем управляет, достаточно резок в выборе своих решений. При всем этом не надо забывать, что начиная с 85 года (уже не говоря о 91-м) Россия прошла за 8 лет достаточно большой путь. Он тяжелый, ужасный в некоторых случаях, но с другой стороны, мы имеем президента и Конституцию, которая подстроена под него, есть все условия для того, чтобы он управлял страной самостийно. С другой стороны, мы имеем оппозиционный парламент. С третьей стороны, мы имеем свободные СМИ, и это надо признать. В этом случае есть некая опасность, когда на волне оскорбленной общенациональной нравственности появятся попытки (они уже появились) приструнить прессу из-за того, что она не показывает это так или иначе. Сегодня любую информацию при желании можно найти в том, что издается, печатается, говорится. Поэтому сама такая система, где управляет один суверен, не сложилась. Но такая возможность существует, поскольку сегодняшняя система все еще в состоянии подвижности. Мы создали действительно уникальную политическую систему. Ее иногда сравнивают с американской диктатурой. Это совершенно неверно. Я работал в Латинской Америке и знаю, как это выглядит там. Там совершенно иное. То есть, как всегда, мы уникальны, и видимо, это связано с нашей историей, традициями, характером.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Я понимаю, что рабочий день главного редактора начинается с прочтения не только собственной газеты. Сегодня утром Вы это выполняли?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Первое, что мы смотрим утром, - это все агентские сообщения и всю самую свежую информацию, поскольку уже с 9.30 мы начинаем делать номер.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - То есть Вам бесполезно задавать вопросы?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Нет, потом я успеваю, сразу после этого я смотрю газеты.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Что обратило на себя Ваше журналистское внимание в сегодняшней прессе? (Пусть это будут конкуренты.)

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Обратило мое внимание то (это естественно, и мне кажется, что это положительный факт), что все газеты написали об инаугурации Кучмы. И все написали по-разному. Одни пришли к политическому комментарию, другие просто рассказали, как это происходило (но это тоже есть некий комментарий). И это меня радует. Из другого что-то серьезное? Даже не знаю Я просто знаю, что "Коммерсант" печатает интервью с Михалковым, и, по-моему, с неким политическим аспектом. Но, к сожалению, я его просто не успел прочесть, оно большое.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Как ни высоко звучат эти слова, Вы ответственны перед Вашим читателем? Вы ответственны за тех, кого Вы приручаете?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Безусловно.

НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ - Помимо закона о СМИ и всех ограничивающих понятий, нравственную ответственность ощущаете?

ИГОРЬ ГОЛЕМБИОВСКИЙ - Безусловно. Ответственность заключается не в том, что мы по случаю или без случая разливаем елей перед нашим читателем, уверяя, что он для нас самый умный, самый главный и т.д. Главная ответственность - за ту информацию, которую мы печатаем.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был главный редактор газеты "Новые известия" Игорь Голембиовский.