Грядущая отставка М. Камдессю с поста директора-распорядителя МВФ. Перспективы предоставления МВФ России второго транша кредита поддержк - Михаил Задорнов - Интервью - 1999-11-11

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Михаил Задорнов, бывший спецпредставитель президента РФ по связям с международными финансовыми организациями.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: В пятницу, т.е. завтра, в Москве завершает свою заботу очередная миссия Международного Валютного Фонда, которая проверяет состояние нашей экономики, планы правительства на будущее. По итогам работы этой миссии Совет директоров Международного Валютного Фонда может принять решение о том, стоит ли выделять или не выделять России очередную порцию того многомиллиардного кредита, который был предоставлен нашей стране еще летом. На этот раз речь идет о порции в 640 миллионов долларов, если я не ошибаюсь.

М.ЗАДОРНОВ: Вы абсолютно правы, транш 640 миллионов долларов. Весь кредит, как мы говорим, транширован, т.е. разбит именно на такие порции. Деньги нам нужны, это всем известно. Похоже, что Россия в последние месяцы идет буквально на всевозможные уступки Международному Валютному Фонду, лишь бы получить эти деньги.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: На какие, например? МВФ выдвигает все новые, кстати, каждый раз, самые разнообразные. Одно из них это, например, проверка финансовой деятельности (могут быть какие-то более точные формулировки) Сберегательного банка России, где Вы являетесь сейчас советником председателя. Какие проблемы сейчас у МВФ со Сберегательным банком?

М.ЗАДОРНОВ: Нет никаких, на самом деле, проблем. И это не новое требование, оно еще было в июльском совместном заявлении правительства и Центрального банка. Они приняли на себя следующие обязательства: провести финансовый обзор состояния Сбербанка (я напомню, что каждый год делается аудит и по международным стандартам, и по российским) и на его базе подготовить стратегию развития банка, т.е. с какими продуктами работать, как развиваться и т.д. Финансовый обзор должен был быть сделан в этом году, а стратегия подготовлена к середине 2000 года, поскольку именно Сбербанк является одним из стержней российской банковской системы. Согласовывалось в эти месяцы техническое задание, т.е. как, по каким показателям проводить финансовый обзор. Сейчас все согласовано, состоялась встреча не далее как в среду с главой миссии МВФ и с представителем Всемирного банка в Москве Майклом Картером у Виктора Христенко. Мы с Андреем Казьминым, главой Сбербанка, принимали в ней участие. Все согласовано, кроме одного документа, который касается конфиденциальности той информации, которая будет предоставляться. Здесь мы стоим на законе российском о банковской тайне, т.е. что не может часть информации, о клиентах прежде всего, уходить без соответствующих грифов в общее пользование. И по согласованию этого технического документа, я думаю, в этом вопросе все точки над "i" будут расставлены. Но мне-то кажется, что он является далеко не главным, откровенно говоря.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Возможно. Но передо мной лежит сообщение, которое поступило полчаса назад, со ссылкой на Виктора Христенко, нашего первого вице-премьера, который сегодня как раз встречался с главой миссии МВФ Жераром Беланже. По словам Христенко, открытым остается вопрос о проведении финансового обследования Сбербанка. Получается какой-то камень преткновения, который мешает всему.

М.ЗАДОРНОВ: Нет. Как я уже сказал, здесь только необходимо письмо о конфиденциальности, или меморандум о конфиденциальности, поскольку вчера четко договорились о том, что само техническое задание полностью согласовано всеми сторонами. Я думаю, этот режим использования итогов финансового обзора будет согласован в самые ближайшие дни. Но, я повторюсь, такое впечатление, что этот вопрос, другой технический вопрос - об аудите росзагранбанков, они на самом деле являются предлогами для того, чтобы задерживать выделение транша, по политическими причинами или поводами. То это был скандал вокруг "Бэнк оф Нью-Йорк", сейчас тень чеченской кампании витает над столом переговоров. К сожалению, политические мотивы становятся доминирующими в ходе переговоров по очередному траншу.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Честно говоря, Ваши слова меня немного удивляют. В свое время я довольно подробно обсуждал эту проблему с бывшим Вашим коллегой Александром Лившицем, который представлял президента, в том числе по связям с зарубежными организациями и с семеркой ведущих мировых держав. Он клятвенно заверял нас, что Международный Валютный Фонд как раз отличается, возможно, от других международных структур тем, что он не занимается политикой, его не интересует политика, для него важнее всего именно экономические и финансовые параметры.

М.ЗАДОРНОВ: Так было в отношениях с Россией до определенного момента. Или если даже политические моменты доминировали, они доминировали в пользу России: мы не выполняли программы, а получали кредиты вплоть до 1997 года. Но ситуация сейчас совсем другая. Сейчас к нам уже подходят, не делая никаких скидок. Более того, уже абсолютно очевидно по второму траншу кредита, который мы должны были получить еще, напомню, во второй половине сентября Если Вы помните, глава МВФ Камдессю сказал, что Россия выполнила все экономические условия транша; он это признал, апеллируя к странам "семерки", что Россия-то выполнила, но появились новые препятствия, которые носят исключительно политический характер. Т.е. мы наблюдаем по отношению к России, что МВФ превращается в более, к сожалению, политическую организацию, нежели в бюрократическую структуру, живущую исключительно по процедурам выполнения тех или иных согласованных программ.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Мишель Камдессю официально заявил о том, что в скором времени уходит в отставку. Судя по многочисленным публикациям в нашей прессе, создается впечатление, что наша страна теряет верного друга, который помогал нам в трудные моменты.

М.ЗАДОРНОВ: Это, на самом деле, сильное преувеличение. Конечно, Камдессю не являлся нашим другом и помощником. Камдессю следовал букве устава МВФ и тому регламенту, который в нем предусмотрен. Именно Камдессю приостанавливал порой выделение средств России. Он на самом деле не так просто после августовского кризиса вернулся вместе со всем Советом МВФ к возобновлению кредитования России. Но что было очень важно, Камдессю имел более чем десятилетний опыт работы с Россией. Он хорошо знал ситуацию здесь, он знал людей, которые работают в России в экономической сфере, поэтому его решения были гораздо более основанными на знании российской ситуации, российской политики, действующих лиц, значения отношений МВФ и России, чем это будет для нового человека, кто бы им подчеркиваю - ни был. Мое опасение связано еще с тем, что мы видим более активную сейчас политическую позицию американской администрации в МВФ, американского Минфина. Не исключаю, что новый лидер МВФ, новый исполнительный директор, может быть, в большей степени будет подвержен влиянию со стороны администрации США.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: В этой связи, в последние месяцы своей работы пролоббирует Мишель Камдессю выделение нашей стране очередного транша в 640 миллионов?

М.ЗАДОРНОВ: Камдессю не является нашим лоббистом.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Такой широкий жест на прощание.

М.ЗАДОРНОВ: Я не думаю, что бюрократ такого уровня делает широкие жесты даже на прощание. Если мы будем по-прежнему выполнять экономическую программу и сможем дать ответ на политические вопросы, которые возникают в последнее время, то шанс получения второго транша кредита у нас в декабре остается. Хотя по тому, как сейчас идут переговоры, я бы не утверждал это с такой уверенностью, как это делают некоторые официальные лица.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Мешает действительно политические факторы, в частности, война в Чечне, о которой Вы упомянули?

М.ЗАДОРНОВ: Мешает и это, и то, что здесь получается замкнутый круг. Не получая средств МВФ, мы свои экономические показатели объективно ухудшаем. Центральный банк замещает это внешнее финансирование своим кредитом правительству, соответственно, растет масса денег в обращении, растет кредит Центрального банка правительству. В целом мы начинаем, чем дальше отодвигается кредит, больше вопросов вешать на следующий транш. А это бюджет 2000 года, который по параметрам, на самом деле, очень далек от выполнимого, это задержка в выполнении некоторых структурных мер. Т.е. чем дальше оттягивается, тем больше появляется уже не надуманных, а реальных вопросов в российской экономической программе.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: МВФ ведь это понимает.

М.ЗАДОРНОВ: МВФ это понимает, безусловно.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: И несмотря на это, он готов дальше затягивать вопрос о предоставлении нам денег.

М.ЗАДОРНОВ: Поскольку, как мы уже говорили, более активная политическая позиция крупных кредиторов, крупных акционеров МВФ, где 18 процентов имеют США, затем Германия и другие страны "семерки".

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Т.е. даже на денежных рынках мы подходим к тому, что недавно, выступая в Осло, наш министр иностранных дел Игорь Иванов назвал "рецидивами "холодной войны". Напоминает?

М.ЗАДОРНОВ: Я не стал бы пока говорить о "холодной войне", но тревожные тенденции здесь есть, безусловно.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Сегодня, выступая в Москве, наш министр финансов сказал, что объем внешних заимствований в нынешнем году составляет примерно 6 миллиардов долларов, чуть поменьше. И это, он отметил, всего 40 процентов от того, что было в 1998 году. Т.е. сокращение того, что мы получаем в долг с Запада, заметны. Нам меньше требуется денег или просто не дают?

М.ЗАДОРНОВ: И то и другое. Во-первых, произошел перелом в стратегии. Раньше мы брали больше, чем отдавали, увеличивался внешний долг. Раньше это в последние годы советского периода. Вы знаете, что две трети внешнего долга сегодня России это долг, унаследованный от СССР. Мы все годы уже российской власти, вплоть до 1999 года, занимали больше, чем расплачивались. В этом году Россия выплатит примерно 9 миллиардов долларов, даже девять с половиной, а займет шесть. Уже шесть не получится, это было в бюджете, поскольку мы говорили, что транш задержан один, вместе с ним транши от правительства Японии, Мировой банк сдвигается на следующий год.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Т.е. один кредит тянет за собой другой.

М.ЗАДОРНОВ: По существу, я думаю, реально максимум четыре миллиарда долларов это будет объем заимствований в текущем году. Так что внешний долг наш МВФ, Мировому банку будет реально сокращаться. Это новая и, с моей точки зрения, правильная, линия. Невозможно отказаться враз от заимствований, иначе мы должны были бы все девять миллиардов заплатить из бюджета. А так мы частично сокращаем долг, частично его рефинансируем, т.е. берем новые займы на расчет со старыми. Это и вынужденная, и оптимальная, с моей точки зрения, тактика.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: И все-таки сегодняшнее заявление нашего министра финансов, которого мы уже не первый раз упоминаем. В то, что Россия выплатит все свои долги в срок в полном объеме, в это все-таки верится с трудом.

М.ЗАДОРНОВ: Напрасно. Я думаю, что собственно российский долг, как в этом году, даже без внешних заимствований, Россия сможет и в следующем году выплатить. В этом, я думаю, можно не сомневаться, если не будет каких-то новых серьезных катаклизмов. А их пока ни в экономике, ни в политике - я постучу по дереву - не видно.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Сегодня же стало известно о планах правительства вернуться на мировой рынок ценных бумаг. Т.е. мы не просто получаем внешние заимствования в виде кредитов, но мы выпускали раньше на мировые рынки наши ценные бумаги, т.н. еврооблигации, евробонды. Сегодня было сказано, что в 2001 году мы снова с этими бумагами, какими-то новыми модификациями, выйдем на рынки. В то, что правительство попытается это сделать и подготовит все необходимые документы для этого, наверное, можно поверить. Но будет ли на Западе спрос на российские ценные бумаги после того, что произошло в последние годы?

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Резонный вопрос. На самом деле, это, с моей точки зрения, верная стратегическая цель выйти в 2001 году вновь на рынок еврооблигаций. Именно тех еврооблигаций, которые мы выпускали с 1996 года до августа 1998 года. Почему эта цель правильная? Потому что в ноябре 2001 года мы гасим первый миллиард долларов, выпуск первых евробандов, выпущенных в ноябре 1996 года. Лучше не тратить миллиард долларов из бюджета, а осуществить выпуск новых бумаг, погасив старые. Это нормальный финансовый принцип. Но для этого еще нужно очень многое сделать. Да, мы урегулировали свои отношения с МВФ и Мировым банком, мы добились двухлетней реструктуризации задолженностей перед Лондонским клубом. Но в России есть еще целый ряд тяжелых проблем, одна из который совершенно затягивается. Это реструктуризация третьего транша - "ВЭБовок", как говорят финансисты, т.е. облигаций внутреннего займа третьего транша. Проблема реструктуризации должна была быть решена до 14 ноября. К сожалению, это не сделано.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Но 14 ноября это срок с полугодовой задержкой.

М.ЗАДОРНОВ: Да. В мае министерство финансов попросило отсрочки на эти полгода. С моей точки зрения, это была приоритетная задача, за эти полгода она не решена. Опасность нерешенности этой проблемы в том, что многие российские и иностранные держатели этих облигаций особенно болезненно относятся к нерешенности этого вопроса в связи с возможностью предъявления "кросс-дефолта", т.е. дефолта по всем ВЭБовкам, всех семи траншей, поскольку именно это допускают или прямо об этом говорят условия эмиссии облигаций, которые были утверждены в 1994 году. К сожалению, они были так составлены (к сожалению для государства). Поэтому опасность кросс-дефолта сохраняется, если проблема не будет решена. И еще одна проблема это проблема Лондонского клуба, т.е. решение вопроса о реструктуризации задолженностей перед Лондонским клубом. Эти два вопроса и их решение во многом определят стратегические возможность страны в 2001 году выйти на рынки. А дальше, конечно, ключевой вопрос будет зависеть от того, как пройдут президентские выборы, как пройдут парламентские выборы, каким будет правительство, каким будет новый президент, какова будет его новая экономическая программа. Фактически размещение еврооблигаций это вопрос доверия к экономической программе, к экономическим лидерам страны.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Вы подошли к очень интересному моменту. Вы напомнили нам о том, что грядут и парламентские, и президентские выборы, и перед этим говорили о том, что в 2001 году придется расплачиваться по первым евробондам более миллиарда долларов. Те, кто сейчас работает в экономическом блоке администрации президента, в экономическом финансовом блоке правительства, они так далеко заглядывают в 2001 год? Ведь возможно, что к этому сроку ни нынешнего министра финансов не будет уже в исполнительных органах власти, ни нынешних экономических советников президента, и так далее. Им бы, может быть, как представляется некоторым, дотянуть бы, дожить до парламентских, в крайнем случае, до президентских выборов, а там как страна будет расплачиваться с этими кредитами это будет уже дело новых властей.

М.ЗАДОРНОВ: Очень верный вопрос. К сожалению, боюсь, что во многом Вы правы. Дело в том, что некоторые экономические решения, которые принимаются в последнее время, мне кажется, продиктованы исключительно конъюнктурными соображениями. Соображениями конкретного месяца, дня сиюминутными соображениями, а не стратегическими, на будущее. Это связано и с приватизацией целого ряда компаний, которая сейчас происходит на явно неблагоприятной конъюнктуре, и со сменами руководства в некоторых государственных компаниях, которые продиктованы явно не стратегическими интересами. И еще есть целый ряд признаков, которые говорят о том, что не всегда доминируют стратегические интересы. Хотя нельзя говорить о том, что эта сиюминутность во всем. Целый ряд задач именно стратегических та же самая реструктуризация внешней задолженности - решается.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Вы сейчас занимаетесь банковским делом (напомню, Михаил Задорнов сейчас советник председателя правления Сберегательного банка) и, наверное, чувствуете на себе, как политика, особенно в эти последние предвыборные месяцы, пытается взять власть над бизнесом в разных формах. В печати уже пошли сообщения о том, что Кремль давит на Сберегательный банк с тем, чтобы Сбербанк как можно скорее отозвал свои кредиты, например, холдингу "Медиа-Мост". Насколько я знаю, Сберегательный банк с "Медиа-Мостом" работает уже не первый год. Что, есть проблемы?

М.ЗАДОРНОВ: На самом деле, никаких проблем нет. Это, действительно, отголоски очередной информационной войны. Насколько мне известно, хотя я человек в Сбербанке относительно новый, кредитная история "Медиа-Моста" и Сбербанка ведет свой отсчет с 1996 года, еще до всех информационных войн, когда информационные олигархи дружили и вместе принимали решения, а не воевали друг с другом. У Сбербанка сейчас процент невозвращенных, т.е. просроченных ссуд, всего шесть процентов. Это ниже, чем практически у любого из коммерческих банков. Почему?

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Это просроченные ссуды не "Медиа-Моста"?

М.ЗАДОРНОВ: Да, всех просроченных ссуд. Именно потому, что регламент Сбербанка предполагает такие жесткие гарантии, залоги под возврат любого кредита, что сам по себе вопрос невозврата, по существу, отпадает. А насколько мне известно по конкретной истории с "Медиа-Мостом" то, что за эти четыре года, с 1996 года, все кредиты возвращались в срок, все они обеспечены стопроцентными залогами, и у Сбербанка, насколько я знаю, никаких сомнений по поводу возврата этих средств нет.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Агентство "АиФ-новости" передало сегодня вечером, что Кремль требует от Сберегательного банка предоставить телекомпании ОРТ кредит в размере 100 миллионов долларов. Если это не будет сделано, то Кремль попытается сместить вашего босса, руководителя Сбербанка Андрея Казьмина.

М.ЗАДОРНОВ: Сейчас столько появляется слухов, дутых и естественных. Надо разобраться в этой истории, откуда пришла такая информация. В любом случае, когда информационные войны становятся основой для принятия решений людьми, стоящими на государственных постах, это самое печальное, что может быть в стране.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Но, в принципе, Сбербанк кредитовал ОРТ, наверное, как и другие компании?

М.ЗАДОРНОВ: Не знаю. Я не знаю о кредите ОРТ. Я знаю, что ОРТ кредитовал "Внешэкономбанк". Он предоставил в прошлом - в начале этого года 100 миллионов долларов под развитие именно этого канала.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Михаил Задорнов, бывший спецпредставитель президента РФ по связям с международными финансовыми организациями