увеличение военных расходов в 2000-м году; - переговоры РФ с Казахстаном в связи с аварией ракетоносителя "Протон"; - компьютерная проблема - 2000 - Илья Клебанов - Интервью - 1999-11-02

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" вице-премьер правительства РФ Илья Клебанов.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Наша сегодняшняя тема беседы - это военные расходы в 2000 году и все, что связано с бюджетом по этому поводу, переговоры России с Казахстаном в связи с аварией ракеты-носителя "Протон" и компьютерная проблема-2000, насколько Россия готова к переходу на новую компьютерную дату. Мой первый вопрос связан с военным бюджетом. Только что мы с Вами разговаривали. Недавно Вы заявляли о том, что, бюджет Минобороны будет увеличен в 1,5 раза. Сейчас Вы говорите, что, видимо, это минимум, на который придется увеличивать военный бюджет, и возможно, он будет увеличен больше.

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Да, это так, но я буду говорить о гособоронзаказе, потому что это очень важная часть бюджета, она связана с жизнью военно-промышленного комплекса. Реально бюджет 2000 года минимально увеличивается по гособоронзаказу в 1,5 раза. Сегодня согласительная комиссия, которая работала до первого чтения, согласовала большую цифру. Я надеюсь, что она пройдет. Это будет ориентировочно в 2 раза больше, чем в 1999 году, правда, без учета инфляции. Это не говорит о том, что мы возвращаемся на путь милитаризации, начинаем раскручивать какой-то маховик производства оружия, ни в коем случае. Это ниже минимального уровня, при котором в принципе можно работать над созданием серийного и нового оружия, и, наверное, впервые эту минимальную задачу можно решить комплексно. Потому что как бы два приоритета мы сейчас прорабатываем очень глубоко. Первый приоритет - это силы ядерного сдерживания, это национальный приоритет, без него Россия жить не может в сегодняшнем мире. А второй - это силы общего назначения. Это то, что мы знаем. Это корабли, самолеты, вертолеты, танки, пушки

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Удастся ли сейчас профинансировать исследования в области разработки новых вооружений?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Упор делается на разработку новых систем вооружений, то есть объем самих закупок объективно сильно не увеличивается. Увеличивается часть НИОКР, то есть это разработки, о которых Вы говорили, в первую очередь в сфере высоких технологий, т.н. высокоточное оружие. Второе - это ремонт и модернизация. В принципе техника, которая есть сегодня в российской армии, хороша, но уровень надо поддерживать модернизацией. Например, самолеты типа СУ-27 и МИГ-29 очень хороши, но они будут еще лучше, если мы там немножко поработаем с авионикой, то есть с бортовой электроникой, модернизируем систему вооружения, оставляя планер один к одному.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Принимаются ли во внимание возможные контракты по закупке вооружений у России? Каковы планы на ближайший год, сколько удастся продать за рубеж?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - По той идеологии, которую мы сейчас пытаемся внедрить с оборонными агентствами, мы все-таки хотим сосредотачивать оборонный заказ на тех предприятиях, которые имеют военный экспорт. То есть сделать эти базовые точки военно-промышленного комплекса, которые работают и на экспорт, и внутри страны. Насчет продажи на экспорт оружия на следующий год я с удовольствием расскажу в середине декабря. Потому что, впервые за время существования, государственные компании в этом году будут защищать свои планы и программы на 2000 год. До этого это было так - они говорили: "я продам на 2 млрд.", продавали на 2,2. Гром аплодисментов, ордена, но проработок - почему 2, а не 3 или 4 - не было. Впервые в этом году мы будем слушать на комиссии по военно-промышленным вопросам все компании: "Росвооружение", "Промэкспорт", "Российские технологии", они будут защищать свою программу следующего года. Это завершится, наверное, к середине декабря, и если Вы меня пригласите, я с удовольствием Вам об этом расскажу.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Приходите к нам в середине декабря. Если позволите, я перейду с военных расходов на гражданские дела. Вновь взволновала всех авария, которая произошла с ракетой "Протон" в Казахстане, вновь Казахстан запретил запуски этой ракеты. 8 ноября, если я правильно читал информационные агентства, Вы собираетесь лететь в Казахстан. Что на этот раз российская сторона может сказать своим казахским коллегам с тем, чтобы отменили запрет на запуски?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Во-первых, мне только что звонил Юрий Николаевич Коптев, он прилетел из Казахстана буквально полчаса тому назад с подписанным протоколом. Конечно, все носители, кроме "Протона", будут летать. Я тоже был несколько удивлен такой реакцией Казахстана, когда они после последней аварии запретили все носители. Это странная позиция. Тем более странная, что предыдущая авария привела к тому, что мы очень плотно поработали, обновили все регламенты наших взаимодействий. Наверное, мне тогда удалось доказать Казахстану, что "Байконур" - это не предмет аренды, а их национальное достояние. Потому что редко какая страна может похвастаться, что она на своей территории имеет такое произведение инженерного искусства, каким является "Байконур". Это на самом деле самый мощный космодром в мире. Сейчас с "Протоном" мы сами будем разбираться гораздо глубже, хотя нам казалось, что мы после той аварии все проработали и нашли источник, который привел к этой аварии. Авария повторилась, к сожалению, то есть картины были примерно идентичные. Наверное, что-то мы в той комиссии не доработали.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Кстати, почему вдруг с "Протоном" такая беда? Неоднократно (и Вы в том числе) заявляли, что ракета супернадежна, единственный тяжелый носитель в России, и вдруг две аварии, практически подряд два запуска. Вы не контактируете с предприятием, которое их производит? Что там говорят по этому поводу?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Пока ничего не говорят, потому что мы только что получили доступ к обломкам, все найдено. И разгонный блок найден, на котором произошла авария. Сейчас мы его получим, будем исследовать. Мы сказали казахской стороне, что, пожалуй, мы сами возьмем больший тайм-аут, чем в прошлый раз. В прошлый раз нам казалось, что вроде бы мы все нашли, нас подпирали сроки запусков. Сейчас мы решили отодвинуть запуски, хотя есть несколько коммерческих, очень важных для производителя запусков. Но мы это отодвинем и проведем гораздо более глубокое исследование. "Протон" и вправду очень надежный носитель. 271 раз он выводил спутники на орбиту, и аварий было 25 или 26. Это лучший показатель в мире. При этом хочу сказать с гордостью, что вообще процент аварий в России самый минимальный среди запускающих стран. Например, по статистике процент аварий в США в 2 раза больше, чем в России. Но вторая подряд авария с "Протоном", - это, конечно, психологически неприятная вещь. Я глубоко уважаемым казахским коллегам говорил, что ракета - это такая штука, что они будут падать, тут ничего не поделаешь.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - За прошлую аварию Россия выплатила 270 тыс. долларов в качестве компенсации. Будет ли сейчас на Ваших переговорах идти речь о компенсации со стороны России?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Обязательно.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - А Вы можете назвать порядок цифр, о которых сейчас думает российская сторона?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Во-первых, компенсацию выплачивала не Россия как государство, а предприятие, которое сделало "Протон".

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Но все равно российская сторона.

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Да. И сейчас, если будет какая-то компенсация, которую определит комиссия примерно через месяц, мы выплатим. Судя по полному отсутствию ущерба в отличие от предыдущей аварии, когда небольшая часть горючего все-таки пролилась, сейчас не пролилось ничего. Если сравнивать, раз в 10 меньше мы должны выплатить, хотя казахская сторона, даже не зная о последствиях этой аварии, уже заявила, что в прошлый раз мы очень мало запросили. Это они запросили, я еще раз повторяю, здесь торга не было. Есть международная методика расчетов, все было посчитано, как раз эта сумма получилась. Нам уже сообщили, что в прошлый раз с нас сняли мало, поэтому, здесь, видимо, будет торг. Но по логике это должно быть раз в 10 меньше, чем в прошлый раз.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - То есть российская сторона рассматривает ущерб как десятки тысяч долларов?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Максимум.

-

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Первую часть нашей беседы мы завершили на проблеме запусков российских ракет "Протон", вторая из которых потерпела аварию совсем недавно. Пришел хороший, уточняющий вопрос на пейджер: "Был ли этот запуск застрахован, и на сколько?"

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Да, запуски все страхуются. Если летит спутник иностранного производства, это страхуется на Западе (на Востоке). Российские носители и спутники обязательно страхуются российскими страховыми компаниями. Сейчас незастрахованных пусков не бывает. Может быть, это не полностью компенсирует потери, потому что довольно дорогое удовольствие полностью страховать возможную потерю, но я думаю, что в достаточной степени компенсирует.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Я опять вернусь к вооружениям. Что касается самолетов, которые передает Украина России, в какой стадии этот вопрос? На пейджер пришел вопрос, что будет делать дальше Россия с этими самолетами.

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Эксплуатировать.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Они годны к эксплуатации?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Абсолютно. Зачем нам брать нелетающие самолеты? Я хочу сказать о том, что по условиям межправительственного соглашения, которое фактически заключено сегодня между Россией и Украиной по поводу зачетов за газ через поставку оружия, самолет становится российским в тот момент, когда он приземляется на российском аэродроме. То есть он должен взлететь, пролететь, приземлиться, и после этого считается, что он стал российским.

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Еще вопрос с пейджера. В печати была информация, что в Чечне приходится воевать с оружием, срок которого истек или близок к истечению. Я тоже слышал об этом. В связи с этим даже говорили, что некоторые снаряды не взрывались. Проясните эту ситуацию.

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - То, что вообще, по теории, не может взрываться 100% снарядов - это объяснять не стоит. Оружие с истекшим сроком в Чечне не применяется. Это обычная практика, мы используем ее у нас в армии: когда подходит регламентный срок хранения какого-то вида вооружения или боезаряда, он, в случае возможности, продлевается. То есть если там истек первоначальный срок, то он уже продлен специальной технической комиссией. А то, что не взрываются снаряды - бывает.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Теперь, пожалуй, перейдем к одной из самых раскрученных проблем в печати в свое время и в последнее время. Это проблема 2000 года. Я напомню для слушателей, которые не совсем в курсе. Компьютерные и другие системы, которые отсчитывают время, могут не сориентироваться в новой дате и принять 1 января 2000 года за первое января 1900-го. В связи с этим возможны разные сбои. Как с этим обстоит? В частности, что с этим в вооруженных силах?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - В последнее время из России пытаются сделать мировую страшилку. В этом смысле я сразу хочу сказать слушателям вашей уважаемой станции, что мы совершенно спокойно войдем в 2000 год, точно так же, как войдут, спокойно или не спокойно, США, Германия, Япония и т.д. Одно дело, что очень дорогое удовольствие. Я для примера хочу сказать, что несколько сот тысяч компьютеров, которые используются в Японии в жилищно-коммунальном хозяйстве, было принято решение не модернизировать, а рассыпать их в 00.00 и перейти на ручной режим. Потому что невероятно дорогое удовольствие. Правительственная комиссия работает уже два года, я ее возглавил с 1 июня. Должен сказать, что все, что было до этого, мне очень понравилось, очень серьезные наработки были сделаны. Определены те федеральные органы, которые будут эту проблему решать из бюджета, их не так много. А все остальные делают это за свой счет, в том числе предприятия, которые входят в Минтопэнерго, РАО ЕЭС, министерство путей сообщения. Они фактически все уже отчитались, что они готовы к этому. Идет маленькое запаздывание у нас по финансированию из бюджета, но примерно к 20 декабря мы все это наверстаем. Поэтому я думаю, что того, чем сегодня пугают маленьких детей, в России не будет.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Не далее как 21 октября, на заседании правительства, где рассматривался ход решения проблемы-2000, констатировалось, что по подсчетам правительства, объем необходимых средств на решение этой проблемы составляет 14,5 млрд. рублей. При этом финансовые средства до сих пор не выделены. Что сейчас?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Я не знаю, откуда взялась цифра 14,5, я сейчас ее впервые услышал. Реально бюджет затратит в итоге на решение в определенных силовых ведомствах, структурах, министерствах, в том числе в Думе, в Белом доме, в аппарате президента, в МВД, ФПС, ФСБ, в ГТК, в МИДе и т.д., всего, по утвержденной давно программе, 2 млрд. рублей бюджета России и 50 млн. долларов кредитных денег. При этом 2 млрд. рублей - это осмысленная сумма. Почему рублей? Потому что мы постараемся максимальное количество закупок произвести внутри России.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Вы именно в политической плоскости рассматриваете недавнее разрешение Госдепартамента США вернуться части своих дипломатов, которые представлены в Москве, Кишиневе, Киеве и Минске, домой на 2000 год?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Думаю, что да. Дело в том, что американцы давно признались, что проблема-2000 со стратегическими ядерными силами в России решена. Чего можно бояться в Москве?

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - 7 реакторов вокруг Москвы стоит.

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Минатом уже отчитался, он эту проблему решил, причем он раз в неделю проводит специальные компьютерные игры по этому поводу. Сбоев еще у них не было. Мосэнерго решает эту проблему само. Кстати, неделю назад на правительственной комиссии несколько АО Энерго отчитывались, в том числе и Мосэнерго. Тоже смело говорят, что где-то в середине декабря они эту проблему решат. Мне представляется, что в этом вопросе больше политики, чем чего-то другого.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Некоторые говорят, что здесь еще и коммерческий интерес. Активно эта проблема, по мнению наблюдателей, подогревается разработчиками программного обеспечения и разработчиками компьютеров.

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Я думаю, что в мире нет ни одного человека, который сказал бы, что наступит в ноль часов одну минуту в 2000 году. Очень хочется надеяться, что это выдумали компьютерные фирмы и разработчики софта. Это было бы страшно приятно. Единственное, что настораживает - то, что США какое-то время тому назад полностью засекретили все, что связано с проблемой-2000 в США. Видимо, проблема существует. В каком виде она существует, трудно сказать.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ - Означает ли это, что мы, все российские граждане, особенно живущие в больших городах (мы зависим от компьютеров, счетчиков, датчиков, контроллеров) можем не опасаться - никаких серьезных последствий не будет?

ИЛЬЯ КЛЕБАНОВ - Да, я могу об этом сказать. Сегодня у нас 2 ноября? 2 ноября я могу заявить смело, что ничего такого страшного, чем сейчас пытаются пугать, не будет. Хотя определенные меры предосторожности будут предприняты. Вы знаете, что некоторые мировые авиационные компании уже объявили, что последний полет они совершат 26 декабря (российские еще не объявили). В Китае к этому делу подошли еще более кардинально. Там решено тех, кто отвечает за решение компьютерных проблем, в этот момент поднять в самолетах в воздух. Я надеюсь, что у нас этого не будет. Не будет ничего страшного. Хотя какие-то неполадки, сбои в некритичных системах могут пройти.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был вице-премьер правительства РФ Илья Клебанов.