Константин Титов - Интервью - 1999-08-04

4 августа 1999 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Константин Титов, губернатор Самарской области, председатель комитета Совета Федерации по бюджету.

Эфир ведет Ирина Меркулова.

ИМ: Хотелось бы начать с итогов совещания Совета верхней палаты российского парламента. Каковы они?

КТ: Выносилось четыре позиции на обсуждение. Основная это отставка исполняющего обязанности генерального прокурора Чайки. Принято решение в соответствии с регламентом палаты провести это рассмотрение на очередном заседании Совета Федерации 13 октября. Регламент Совета Федерации это позволяет, спешки никакой нет, поэтому все с этим сразу согласились. Есть позиции конфликта в Карачаево-Черкессии. Вы знаете, что на сегодняшний день суд перенесен на девятое число. Совет палаты единогласно принял предложение, которое высказал Коков, глава республики Кабардино-Балкария, он же председатель комиссии, о том, что вмешиваться не надо, надо спокойно всем выдержку проявить, дождаться решения суда и реализовать это решение. Я считаю, что мудрость такого президента, как Коков, позволяет нам всем именно провести работу в этом плане и в этом ключе. Очень серьезные вопросы были, очень много обсуждений вызвало то, что сегодня убирают урожай и отсутствуют горюче-смазочные материалы, в частности, дизельное топливо, солярка, как в простонародье называют, и бензин А-76. К сожалению, те обещания, которые были сделаны правительством, те средства, которые поступили в СБС-Агро, они до крестьянина не дошли и сегодня мучаются в Курганской области, в Тамбовской, есть перебои и на Средней Волге с поставками горючего. Я думаю, что здесь нужны кардинальные и решительные меры. Не так уж у нас серьезные виды на урожай. Наверное, надо то, что мы вырастили, суметь собрать и сохранить. Остальное потом уж отрегулируем постановлением правительства и чем угодно. Еще один блок вопросов очень серьезный был это связано с бюджетом, с подготовкой бюджета. Когда обсуждаются такие проблемы, конечно, касаются тех вопросов, которые связаны с исполнением бюджета нынешнего года. Я бы сейчас подробнее остановился на этой проблеме. Вы знаете, что у нас сейчас наблюдается рост объемов производства. Вы знаете, что зарплата в производственной сфере и средняя зарплата по стране растет за счет зарплаты в производственной сфере. В то же время, то повышение заработной платы, которое имела бюджетная сфера - учителя, работники культуры, врачи, оно не поспевает за ростом потребительской корзины, за ростом стоимости жизни и происходит серьезное обнищание этой категории людей и серьезное обнищание пенсионеров. Это была очень серьезная тема для обсуждения и мы сегодня очень обижены на правительство в том плане, что у нас изымают долги 1995, долги 1996 года по трансфертам, по платежам, в то же время не платят трансферты, есть долги по трансфертам, и их никто не думает возмещать. В соответствии с этим, ситуация не улучшается. А потом перешли к позициям бюджета 2000 года. Надо сказать, что мы будем впервые бюджет формировать с наличием бюджетного кодекса, бюджетный кодекс вступает в силу. В соответствии с этим положением многие долги, которые имеет Российская Федерация перед субъектами Федерации, как бы перелягут на плечи субъектов Федерации, поэтому говорить о том, что это будет способствовать улучшению качества жизни, не следует. Принято решение подготовить письмо к комитету по бюджету Совета Федерации и аналитическому управлению нашей палаты и направить его в правительство с весьма серьезными требованиями, чтобы члены Совета Федерации имели возможность более активно участвовать в разработке макроэкономических параметров бюджета и в разработке системы трансфертов и определении фонда помощи регионам.

ИМ: В последнее время появилась идея о проведении нового банковского конкурса на обслуживание бюджетных счетов, в частности, таможенных и фонда льготного кредитования агропромышленного комплекса. Возможно, что к бензиновому кризису и неурожаю могут добавиться и чисто технические проблемы, которые связаны с переводом счетов. Что Вы по этому поводу думаете?

КТ: Если мы живем в стране с либеральной экономикой, то это нормальная процедура проведение конкурса. Мы сегодня видим, что СБС-Агро не справился с возложенными на него государством задачами, мы объявляем новый конкурс и включаем в эту систему коммерческие банки. Я не возражаю, это было бы очень хорошо, если бы крестьянин мог взять этот кредит. Как правило, коммерческие средства в банке поступают значительно позже того, как начались посевные или уборочные работы, крестьянин предлагает в залог а что может предложить сегодня крестьянин в залог, кроме развалившегося коровника или десятилетней давности комбайна? Ему отказывают в выдаче этих средств, и все возвращается на круги своя. Поэтому я считаю, что, наверное, разумнее было бы сегодня обслуживание счетов, таможенных и всех остальных оставить в системе Центрального банка или в системе казначейства Российской Федерации.

ИМ: Но казначейство, насколько я понимаю, не очень горит взять на себя бремя бюджетных счетов.

КТ: Я думаю, если бы горело, они бы активно за это выступали. Но есть нормальная система Центробанка и РКЦ. Там сам бог велел оперировать государственными деньгами. Я считаю, что обслуживание этих счетов должно быть именно там.

ИМ: Тогда еще один вопрос возникает: ряд экспертов полагает, что банковские тендеры на бюджетные средства, которые, в общем-то, справедливы, в нынешних условиях могут вызвать снижение поступлений в бюджет и, как следствие, социальные проблемы. Как Вы считаете, такая опасность существует?

КТ: Опасность такая существует всегда, потому что все налогоплательщики, а таможенный комитет это тоже налог, это доходная часть бюджета, они так или иначе связаны с коммерческими банками. Но на сегодня все зависит от политической воли и организованности государственной системы. Если нужно перечислять день в день, коммерческие банки в состоянии перечислять день в день. Тогда проблема надежности банков: не все коммерческие банки одинаково надежны. Сегодня на него поступили миллионные суммы средств, полученных в виде таможенных сборов, а завтра этот банк лопнул, и с ним лопнули и все государственные деньги. Этого не должно быть. Высокая степень надежности должна быть банка. А сегодня мы с Вами знаем и требования Международного Валютного Фонда, и всех остальных: прекратить работу с проблемными банками, пусть они рушатся сами по себе. Проводя конкурс, мы среди кого его проводим? Где у нас надежные банки? Их окажется один. Я считаю, что на сегодня в стране один, два, три надежных банка. Региональным банкам никто работу с этими счетами не доверит.

ИМ: Михаил Задорнов сформулировал следующую мысль: что много месяцев, 11 месяцев мы доказывали нашим западным партнерам, что мы хорошие. А мы хорошие?

КТ: Мы, действительно, хорошие. Только чем определяется наше "хорошие"? Уровнем поведения за столом, уровнем поведения на научном собрании?

ИМ: Да нет, я про деньги.

КТ: А про деньги мы бедны, и это надо принять. Мы должны понять, что у нас нет гарантий, мы должны понять, что мы очень много должны. Мы хорошие, мы хотим отдать, но не хотим выполнять те условия, по которым, вроде, нам кажется, что отдать будет невозможно, а те считают, что отдать будет легче. Поэтому мне кажется, что сегодня мы не доказали, что мы хорошие, мы просто отвратили одну беду, потому что если бы не было реструктуризации Международного Валютного Фонда, тех долгов, которые мы имеем, то у нас серьезные провалы были бы в бюджетной политике России.

ИМ: Ваш коллега из нижней палаты парламента, Александр Жуков, частенько говорит, что бюджеты могут быть двух разновидностей: плохой и невыполнимый. Бюджет-2000 к какой категории может отнестись?

КТ: Бюджет-2000 это категория очень сложного исполнения. Примерно два процента мы должны будем иметь профицит бюджета, т.е. превышение доходов над расходами, для того чтобы обслуживать внешний долг. Уж о внутреннем мы не говорим, понятно, что своих мы всегда поставим на колени и скажем: "Извините, подождете, платить мы вам не будем". А вторая позиция очень серьезна в том, что у нас усиливается инфляционное ожидание, мы сегодня имеем инфляцию примерно 5 процентов в месяц и стабильный курс рубля ни о чем не говорит. Мы имеем с вами серьезное инфляционное ожидание. Если это подтвердится, то тогда еще большее обнищание людей и тогда социальное востребование выплат из бюджета, а нам нужно обслуживать внешний долг. Это очень серьезные проблемы будут.

ИМ: Во-первых, очень много говорится о возможном повторении кризиса, притом, что очень многие говорят, что это нереально. Во-вторых, сегодня прошла информация о том, что министерство по налогам и сборам очень хорошо поработало в этом году. Как изменится жизнь простого налогоплательщика? Чего ему бояться?

КТ: Бояться ему ничего не надо, потому что кризисное ожидание у нас постоянно присутствует. Сегодня мы с большой степенью вероятности можем сказать, что оно присутствует у большинства народа России, поскольку, с одной стороны, мы видим с Вами рост объемов промышленного производства, с другой стороны - ухудшение качества жизни, потому что цены потребительской корзины растут значительно быстрее, чем заработная плата. Это по всем категориям. Если говорить дальше, то мы сегодня имеем стабильный курс рубля, но это определяется тем, что сегодня очень широко идут нефтепродукты на внешний рынок, за них платят валютой, цена за баррель нефти возросла до 18 долларов. И в эйфории этого мы забываем, что в этот момент включаются рыночные механизмы и включаются новые скважины, на рынок поступает больше нефти, и эта цена начнет садиться. Мы к этому не готовы, и, выдерживая этот курс рубля, мы, конечно, можем попасть в серьезную петлю нового кризиса и падения курса рубля. Да, налогов получили больше. Хотелось бы, чтобы, после того как пройдет год или календарный период, допустим, третий квартал закончится, нам бы сказали, что на эти налоги сделано. Ведь в мире есть практика: строится больница - и говорят, что эта больница строится на налоги с продаж, строится дорога это работает дорожный фонд. Хорошо бы, чтобы после того как закончится год, правительство отчиталось, как исполнен бюджет и что на наши налоги сделано. А то ведь нам говорят, что налогов собрали больше, а мы не видим улучшения качества жизни и не видим улучшения в системе здравоохранения. Значит, наверное, в чем-то есть проблема. А раз в этом проблема, мы говорим: "Ага, значит, наверное, деньги стали дешевле. Денег стало больше, но они стали дешевле". Тогда инфляционное ожидание, тогда народ совершенно правильно говорит, что кризис, наверное, не за горами.

ИМ: Через год выборы пройдут и политическая активность всех немножко снизится. Немного давайте о политике. Шестого августа политсовет "Нашего Дома России" обсудит вопрос о присоединении к нему объединения "Голос России", это Вы сообщили сегодня. Как Вы видите дальнейшую совместную деятельность?

КТ: Я считаю, что это было бы, конечно, очень хорошо, если бы сегодня образовалось две группы: очень мощное центристское движение Лужков, "Вся Россия" и левый край коммунисты, "За победу". Нужен противовес, нужны мощные силы с правого края.

ИМ: Ваше желание объединиться продиктовано именно желанием объединиться или желанием противопоставить что-то тем, кто объединяется на той стороне баррикады?

КТ: Можно говорить и так, потому что позиции тех, кто справа, серьезно отличаются от позиции тех, кто с левого края. Центристские позиции тоже имеют различия, поэтому, наверное, здесь надо говорить о том, что для равновесной ситуации нужен и центр, нужны и левые края. Я думаю, что позиция "Голоса России", "Нашего дома России", "Новой силы" Кириенко, "Правого дела", она сегодня как раз близка к тому, что нам надо объединиться. Но решают партии, решают политсоветы, и если политсовет "НДР" шестого примет решение объединяться, я считаю, что это будет очень сильный и мощный ход.

ИМ: У Вас есть какие-то пункты, которые Вы готовы отстаивать до последнего, пункты несогласия с Вашими будущими

КТ: В принципе, программные документы все согласованы, есть определение некоторых позиций, даже как работать в одномандатных округах. Наверное, последняя проблема будет это название и федеральный список. Я считаю, что, если четыре мощные группировки, как "Голос России", "НДР", "Правое дело", "Новая сила", объединяются, то здесь многим, наверное, надо будет преуменьшить свои амбиции и делать все во имя получения голосов избирателей.

ИМ: Приближаются выборы и люди известные, причем, известные в самых разных областях, будь то эстрадные артисты, музыканты, режиссеры, все чаще и чаще заявляют о своей готовности влиться в ту или иную политическую силу. Не кажется ли Вам, что это дискредитация политической идеи?

КТ: Вы прекрасно понимаете, что талантливый режиссер, артист, исполнитель, конечно, в Думе работать не будет так, как положено работать: писать законы, руководить аппаратом своим, руководить своими помощниками. Это вполне понятно. Есть и вторая позиция: Вы понимаете, что артист имеет очень серьезную популярность среди народа, и все прекрасно понимают, что в такой острой политической борьбе, конечно, будут огромные деньги различных фондов, спонсоров и т.д. Выражая поддержку тому или иному блоку, есть желание, конечно, и погреть руки на том, что отхватить серьезный куш в виде гонораров и т.д. Это нормально, и я считаю, что сейчас этот раздел пойдет. Тот, кто чувствует, что там денег побольше, туда кинется, кто-то сюда, а тут пойдет уже торговля.

ИМ: А если поставить себя на место избирателя, который, в любом случае, за кого бы он ни голосовал персонально, голосует за нормальную жизнь в это время в этой стране. И когда видит избирательный список, не возникает ли у нормального избирателя такая мысль: "А нужна ли нам Алла Пугачева", к примеру.

КТ: У одних возникает, у других, может быть, не возникает. Мне бы хотелось, чтобы избиратель голосовал за профессионалов, за юристов, экономистов, профессионалов в тех отраслях экономики, которые способствуют росту благосостояния народа и развитию экономики всей страны. Я не думаю, что Алла Борисовна будет включена в список или изъявит желание включаться в список и идти по одномандатным округам. Мне кажется, она будет выражать свою поддержку в другом: она будет исполнять концерты под лозунгами или "Отечества", или "Всей России", или объединенного блока. Это ее кредо, это ее выбор.

ИМ: Как Вы знаете, буквально полчаса назад радиослушатели "Эха Москвы" голосовали, отвечая вот на какой вопрос: "Проголосуете ли вы за объединенный блок "Отечество Вся Россия?". Как нам с Вами уже известно, большинство ответило "нет". Как бы Вы это прокомментировали?

КТ: Не нужно никакой эйфории. Во-первых, блок только что состоялся. А второе мы должны честно сказать, что, если блок состоялся и около 30 респондентов сказали, что они проголосуют за этот блок, это уже очень здорово, это серьезная политическая сила. Ведь Вы понимаете, что если я говорил даже по трем позициям, коммунисты, хотим мы или не хотим, опрашивай сейчас тоже будет 30 процентов "за". Центр тоже 30 процентов "за". Нам поле оставили в районе 30-25 процентов, правым, и мы должны объединиться и это поле тоже отработать так, чтобы получить эти голоса. Поэтому я здесь никакой трагедии не вижу, это нормальный социологический опрос, это нормальное социологическое явление, нужно делать нормальные социологические выводы. Не надо говорить: "Ах, 30 процентов, они всем проиграют". Это как раз их электорат, это очень хорошо.

ИМ: Понятно, что чем ближе дата голосования, тем причудливее союзы возникают. Т.е. фраза о том, что "в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань", она теряет свой смысл напрочь ближе к выборам. Скажите, пожалуйста, с кем бы Вы не готовы были объединяться ни при каких обстоятельствах, ни за какие коврижки?

КТ: Я считаю, что, конечно, идеологически у нас очень сильные расхождения с коммунистами, мы не можем с ними объединиться. Здесь и "Народовластие", и все, что связано с такими лидерами как Анпилов и Макашов, допустим. Так ни при каких условиях мы объединиться не можем. Я считаю, что такая фигура как Александр Лебедь и его партия - вполне можно вести переговоры и можно объединяться, у нас очень много общих позиций. Это о коне и лани.

ИМ: Возвращаясь к урокам выборов-96. Очень многие голосовали не за, а против. Можете ли Вы, в частности, как руководитель одного из движений, предложить не протестному электорату, а электорату, который чего-то хочет, откровенно говоря?

КТ: Не откровенно, Вы совершенно правы, сегодня очень сильны именно протестные настроения, но мы, с другой стороны, должны помнить, что в реформах есть и многое положительное. Да, мы имеем наполненные полки, мы имеем институт частной собственности и людей, которые в этом институте работают и как наемные, и как хозяева. Т.е. есть определенные позиции положительные, положительные сдвиги, в том числе, и в жилищной политике. С другой стороны, конечно, то, что произошло, многих очень сильно отталкивает от идеи либеральной экономики и демократии, и слово "демократический" стало нарицательным.

ИМ: Плохим?

КТ: Да, плохим. Это все неправда. В частности, в Самарской области у нас очень четко отработаны конкретные позиции и социальной поддержки малоимущих, и развития предпринимательства и бизнеса, и поддержки крупных инвесторов, и развития сельского хозяйства. Сегодня мы начинаем работать по ипотеке по жилищным сертификатам, по ипотеке для жилья социального, т.е. дешевого жилья. Я думаю, что здесь проблема времени. Мы должны несколько по-иному взглянуть. Первое: мы стали свободнее да. Мы получили право на то, что ты можешь сам начать дело, сам делать и надеяться на себя, а не ждать милости от государства? Да, мы это право получили. Значит, надо научиться это право реализовывать.

ИМ: Говорите и об ипотеке, и о малоимущих. И все-таки, если честно, социальный слой, на который Вы ориентируетесь? Понятно, что Вы хотите и готовы и это и политический лозунг тоже помочь малоимущим. Но на кого Вы ориентируетесь в своих действиях?

КТ: Мы ориентируемся на средний класс, на предпринимателей малого и среднего бизнеса, мы ориентируемся на крупные финансовые институты и на крупные финансовые корпорации.