Николай Бородин - Интервью - 1999-07-28
28 июля 1999 года.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Николай Георгиевич Бородин, заместитель начальника ГИБДД МВД РФ, генерал-майор милиции.
Эфир ведет Нателла Болтянская.
НБ: Добрый день. Во второй части нашей беседы мы включим телефон и постараемся ответить на ваши вопросы. Мой первый вопрос к Николаю Георгиевичу это слухи (или не слухи) о переходе Государственной инспекции безопасности дорожного движения на открытый и скрытый виды контроля за дорожным движением. Что можно по этому поводу сказать? Вижу, что Вы улыбаетесь.
НГ: Да. Действительно, в последнее время, особенно на страницах отдельных печатных органов, были сделаны такие заявления, что, якобы, наши службы, дорожно-патрульная служба - это самая многочисленная служба в составе ГИБДД - вводит новую форму: остановку, задержание транспортных средств сотрудниками без формы одежды. И здесь приводится как основание недавно принятый документ это "Новое наставление о дорожно-патрульной службе". Следует однозначно сказать, что в этой части никаких новаций сегодня не ждет участников дорожного движения, а вообще, участник дорожного движения, если пошире ответить на этот вопрос, должен в своей деятельности в первую очередь руководствоваться правилами дорожного движения, где четко сказано, кто имеет право остановить транспортное средство. И там в пункте 1.2 как раз сказано, что регулировщик - это сотрудник милиции, военный автоинспектор, работник дорожной эксплуатационной и других служб. В частности, там сказано в скобках: "имеющий форменную одежду", поэтому любая остановка транспортных средств и любые распорядительные действия, они осуществляются работниками милиции, в частности, работниками дорожно-патрульной службы, только в форменной одежде. Что же касается пресловутого скрытого контроля, он и сегодня есть, но он осуществляется для, во-первых, контроля за работой нашего инспекторского состава, за состоянием на дорогах, для борьбы с преступностью на дорогах, в том числе и находясь на маршруте. Скрытый, кстати, контроль производится не то что я захотел поехать: это специальная служебная машина, специально выписывается служебное задание в письменном виде. Если он видит, что кто-то совершил действие, представляющее угрозу окружающим, то он передает на ближайший пост или в патрульную машину в раскраске, и тогда осуществляется по требованию остановка транспортных средств. Поэтому никаких новаций здесь нет.
НБ: Скажите, пожалуйста, вот, предположим, я еду по дороге, нарушив скоростной режим, и люди, которые имеют своей обязанностью отслеживать всякого рода нарушения, заметили меня и сообщили на пост. А к посту я подъезжаю уже на 60 километрах. И что Вы со мной сделаете?
НГ: Нет, давайте говорить так: ведь любое нарушение правил дорожного движения, как любой проступок, который предусмотрен административным кодексом, он должен быть доказуем. Если Вам не доказали работники, в частности, дорожно-патрульной службы, то, что Вы совершили правонарушение, и Вы хотите оспорить, Вы можете это оспаривать, в том числе, и в судебном порядке. В данном случае, инспектор ведь как заметил нарушение Вами скорости движения? У него должна быть какая-то приборная база, т.е. какие-то приборы, какие-то свидетели, которые подтверждают Вы говорите, скоростной режим, а может быть разворот в неположенном месте. Т.е. должна быть свидетельская база, и он отвечает за те действия, которые делает. Но для этого необязательно ехать на гражданской машине. Сегодня ведь самая главная задача нашей инспекции, в частности, дорожно-патрульной службы - это обеспечение законных прав и интересов граждан.
НБ: Т.е. все на юридической базе делается?
НГ: Конечно, конечно. Я Вам даже больше скажу: мы сегодня категорически ушли от палочной системы, т.е. мы не требуем от инспекторов больше выявлять, больше наказывать, мы уже слишком далеко зашли в наказательном уклоне. Наоборот, сегодня, и, кстати, новое наставление об этом говорит, что не может быть никакого плана по этим вопросам. Мы нацелены на выявление того, что угрожает жизни и здоровью населения, и я думаю, что в этом пути мы пойдем дальше. И результаты уже есть: за первое полугодие этого года, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, количество вообще выявленных нарушений ну, как следствие, наказанных - сократилось более чем на 10 процентов, на 12,5 процентов. А количество, предположим, иных нарушений, вот то, что вызывает наибольшее раздражение участников дорожного движения: незначительное нарушение скорости, перестроение в ночное время, непристегнутость ремнями и другие мелкие нарушения
НБ: Зебра, на которой никогда не останавливается ни один наш водитель.
НГ: Да, это болезнь наших участников дорожного движения. Таких нарушений мы выявили на 25, сократили на четверть количество выявляемости. Я думаю, что это помогает, и, может быть, в далеком или недалеком будущем мы создадим действительно ту обстановку на дорогах, которую мы все хотим. Сегодня многие из нас бывают за границей, я имею ввиду и радиослушателей, и мы всегда завидуем, бывая в разных странах Европы, тому порядку, тому взаимному уважению, которое испытывают участники дорожного движения, без ощутимых вмешательств в этот процесс со стороны полицейских.
НБ: Я могу посоветовать людям, которые не одобряют Вашу последнюю фразу, съездить в Каир. Вот где движение по принципу "кто не спрятался, я не виноват"!
НГ: Я думаю, что в этом вопросе нам надо равняться, наверное, в первую очередь на развитые автомобильные страны.
НБ: Возвращаясь к усилению законности на дорогах. Есть информация о том, что с 31 августа вводится новая инструкция, которая регулирует действие сотрудников милиции при обнаружении автомототранспорта, числящегося в розыске, и, насколько я понимаю, это все связано с работой Интерпола. Что-нибудь можете по этому поводу нового и интересного рассказать?
НГ: Понимаете, эта инструкция вводит ряд наших внутренних служебных действий по тому или иному случаю обнаружения транспортных средств, находящихся в угоне или заявленных в угон. К сожалению, сегодня достаточно много криминальных машин и тех, которые были заявлены в угон по линии Интерпола. Сегодня и Таможенным комитетом внесен закон, и закон сегодня действует, принят норматив о том, что если машина была неправильно растаможена, то это не снимает ответственности с человека, который владеет, а не с того человека, который растаможил данное транспортное средство. Здесь у меня всегда, на любых трибунах и в любых беседах, я всегда советую людям, что бесплатный сыр бывает в мышеловке. Надо покупать транспортное средство, в котором вы уверены, и если транспортное средство стоит слишком дешево, значит, с ним не все в порядке.
НБ: Очень много вопросов идет сугубо московских. Но вот несколько вопросов, которые, наверное, имеют отношение к непосредственно тематике Вашей: "Почему сворачивают пункты обмена прав?".
НГ: Нет, я не знаю такой информации. Наоборот, мы сегодня расширяем, и в ряде регионов они у нас сегодня работают и субботы, и воскресенья, и организовывают выездные пункты по обмену прав. Я думаю, что если есть точный адрес, что где-то если этот дом не подлежит сносу, т.е. тогда перенесли. Никаких сокращений штата, никакой сворачиваемости этой работы нет и, я думаю, до конца года не будет. У нас стоят большие задачи, ведь у нас сегодня в России, наверное, миллионов пятьдесят людей, которые являются владельцами прав и являются водителями.
НБ: Не собираетесь ли вы несколько ужесточить наказания за нарушения правил проезда через пешеходный переход типа "зебра"?
НГ: Мне не хотелось бы сейчас касаться вопросов ужесточения или ослабления наказаний. Вопросы ужесточения или ослабления наказаний находятся в исключительной компетенции законодателей. Мы являемся органом государственным, и мы контролируем законы и постановления, подзаконные акты, принятые в нашей стране. Вопросы наказания и административный кодекс принимает Дума. Я знаю, что сейчас идет разработка нового проекта Административного кодекса. Мы, естественно, давали туда, я имею ввиду и Министерство внутренних дел через правительство РФ вносило определенные предложения по изменению отдельных положений данного нормативного документа. Как примут законодатели. Нас, конечно, не все устраивает в сегодняшнем Кодексе. Безусловно, на наш взгляд, надо некоторые вопросы отменить, некоторые усилить, некоторые, наоборот, ослабить. Предположим, в прессе тоже муссируется вопрос о так называемом нулевом пороге алкоголя. Именно по нашей инициативе, Государственной автомобильной инспекции мы считаем, что нулевого порога алкоголя быть не может, потому что, мало ли, человек выпил лекарство или какие-то вещи. Т.е. какой-то должен быть, две промилле, одна промилле, полпромилле, т.е. должен быть какой-то нижний порог алкоголя, под которым человек, в общем-то, имеет право на управление транспортным средством. Это только один из вопросов.
НБ: Я перехожу ко второй части беседы это контроль за деятельностью инспекторов ГИБДД. Должны ли они принимать деньги наличными? Вот я Вам, пожалуйста, зачитываю пейджер: "Почему не организуют систему, при которой любые штрафы принимаются автоинспектором на месте? Это избавило бы от необходимости изъятия водительского удостоверения, что является основным источником вымогательства денег у водителя".
НГ: Как Вы сами заметили, существует две стороны одной медали: половина участников дорожного движения настаивает на том, чтобы инспектора брали штрафы на месте все, независимо от размера, - а другая половина настаивает на том, чтобы инспектора ГАИ вообще не брали деньги, лишить его денег, как во многих странах, он не берет. Тогда возникает вопрос изъятия штрафа, потому что эти деньги, ни для кого не секрет, они идут в местный бюджет, на эти деньги местная власть их пускает или в дорожный фонд, или на зарплату учителям, врачам и т.д. Сегодня мы, в принципе, наша служба не заинтересована во взимании штрафа на месте, не заинтересована. Но пока эту функцию с нас, опять же, законодатель не снимает. В прошлом Кодексе по нашей инициативе, скажем, рассмотрение состава неподчинения сигналу регулировщика передали на суды. Сегодня мы внесли свои предложения, не знаем, как, поддержат наши законодатели или не поддержат это передача еще некоторых составов на рассмотрение судебной инстанции. Мы хотим передать на рассмотрение тех составов, которыми предусмотрено лишение права на управление транспортным средством, т.н. "лишение права на труд". Если завтра законодатели примут решение не брать нам штрафов, мы с удовольствием не будем их брать.
НБ: Сейчас мы включим телефон, я только хочу напомнить нашим уважаемым радиослушателям, что эфирный гость нашей радиостанции сегодня является заместителем руководителя всей российской Государственной инспекции безопасности дорожного движения, и конкретные, скажем, московские или других городов вопросы, видимо, надо отправлять по конкретным адресам. Не так ли?
НГ: Ну, есть вопросы, которые мы можем рассматривать и принимать решения, безусловно, есть вопросы, которые только относятся к компетенции данного субъекта РФ, потому что наши органы на местах в своей работе руководствуются законами государства и указаниями, подзаконными нормативными актами, а также распоряжениями и нормативными актами субъектов РФ. Тем более что есть вопросы, которые характерны для данного субъекта. Но вместе с тем, сегодня, в соответствии с требованием, приказом министра, каждое служебное подразделение, каждая машина, каждый пост должны быть на видном месте не только вывешены телефоны доверия, по которым можно сообщать о фактах коррупции, о фактах побора со стороны наших работников, но и телефоны вышестоящих организаций, которые призваны решать те или иные вопросы, которые, скажем, не относятся к компетенции того самого инспектора, который находится на линии. Если мы говорим, вот, брать на линии какие-то деньги, то есть составы, которые просто не отнесены законодателем к инспектору, которые рассматривает, скажем, руководитель органа, руководитель подразделения ГИБДД. Поэтому я готов отвечать на вопросы.
НБ: Наденьте, пожалуйста, наушники.
(Звонок). - Добрый день, я с вопросом к генералу ГАИ. Меня интересует такое положение: машина, принадлежащая польской компании, в которой я работаю, была ввезена согласно декларации в пределы России до трех месяцев. До сих пор инспекторов ГАИ устраивала декларация, в которой был указан период, до которого машина должна была быть вывезена. На данный момент требуется удостоверение временного ввоза.
НГ: Это требование не инспектора ГАИ, это изменились таможенные правила. Поэтому Вам надо обратиться в таможенную организацию, в любую, в которой закреплена Ваша организация, где по территориальности (сейчас все это решается по территориальности) Вам дадут этот нужный документ, и у Вас не будет никаких проблем с инспекторами дорожно-патрульной службы на дороге.
НБ: Некоторое время назад Владимир Александрович Федоров говорил о том, что, возможно, будут введены карточки или талоны для оценки инспектора ГАИ, который остановил меня, скажем, у дороги.
НГ: На сегодня эта форма изучения общественного мнения, форма оценки работы инспекторов, она, в принципе, уже вводится. Где-то более активно, предположим, у нас очень хорошо этот опыт пошел в Нижнем Новгороде, в Ярославской области, в Волгоградской области. Я не знаю, как в Москве Ну, знаете, живем в городе и думаем, что мы всегда успеем. Сейчас будет проходить проверка деятельности аппарата вообще ГУВД города, и в ходе этой проверки мы оценим то, что делается в этом направлении в Москве. Такие методические рекомендации, указания даны, чтобы облегчить и пожаловаться, и, наоборот, сказать хорошее в наш адрес. Типовой листочек, на который не надо тратить на марку, не надо никуда отправлять в почтовый ящик, просто написать на готовом листочке, нужное подчеркнуть, ненужное зачеркнуть, и опустить в ящики, которые, опять же, находятся практически во всех подразделениях ГАИ. Это своего рода
НБ: Наш ответ Чемберлену.
НГ: Ну, нас волнует, что о нас думают люди. Вы понимаете, это реформирование, которое началось с прошлого года, Вы знаете, и началось с указа президента 3 июля, и изменение названия это не какие-то игры, это не косметика, это глубокая структурная перестройка, что самое главное, изменение сознания наших работников. Привести все, как оно должно быть, чтобы инспектор знал, что его наняли на работу наши граждане, наше население наняло на работу инспектора, который должен, призван обеспечить безопасность дорожного движения и законные права участников дорожного движения на дорогах.
НБ: Вот сообщение на пейджер: "Вчера платил штраф за то, что не взял с собой временное разрешение. В сберкассе, оплачивая штраф, узнал, что деньги идут во внебюджетный фонд поддержки правоохранительных органов города Москвы. Получается, что ГАИ выгодно штрафовать. Инспектор так же сказал, что есть негласное предписание московского правительства штрафовать на максимальные суммы. Что Вы знаете об этом?".
НГ: Ну, если Вы говорите "негласное предписание", я об этом ни разу не слышал, если честно, откровенно, хотя мы регулярно встречаемся с личным составом, мы проводим встречи, проводим также анкетирование и все прочее. Деньги идут по закону, все средства от штрафов идут на счет местного бюджета. А это уже дело московского правительства, правительства Ханты-Мансийска, как они распределяются. И если Вы говорите, что кто-то сказал, что фонд правоохранительных органов, то этот фонд идет в первую очередь на я думаю, что сегодня в системе органов внутренних дел больше, наверное, волнует не проблема государственной автомобильной инспекции, хотя проблема взаимоотношений конечно, это служба гласная, по ней дает оценки и работа всей милиции, но, наверное, нас волнует сегодня и Чечня, наверное, нас волнуют и взрывы, и увеличение тяжких преступлений ну, в определенном смысле. И, наверное, эти деньги идут, кстати милиционеров, к сожалению, очень большое число и гибнет, и получает увечья, и все оказание помощи идет из фондов правопорядка, в которых идет лишь небольшой фонд каких-то отчислений. А где-то, я Вам скажу, в каких-то регионах ни полпроцента не перечисляют со штрафов, это в зависимости от региона.
НБ: Вот однажды, не помню кому, товарищ Сталин сказал: "У меня нет для вас другого народа", да? А речь идет вот о чем: о взаимоотношениях все-таки, когда-то Федоров говорил о том, что инспектор ГАИ должен повернуться лицом к водителю. На сегодняшний день есть такое впечатление, что, если бы не остановил инспектор ГАИ Если он захочет найти какой-то непорядок в моей машине, он найдет стопроцентно. Вопрос только, сколько времени будет на это затрачено. И это все понимают: и водитель, и инспектор ГАИ.
НГ: Понимаете, в чем дело, даже из Ваших слов - пища для наших мыслей, для принятия каких-то управленческих решений. Часть из этих решений уже принята. Вы говорите: недостаток в машине. Мы сегодня запретили инспектору на трассе проверять техническое состояние транспортных средств, мы сегодня категорически это запретили. Мы сегодня запретили бесцельную остановку, мы сегодня запретили практически проверку документов, если не проводятся специальные оперативно-поисковые мероприятия, за исключением стационарных постов государственной инспекции, где бы была электронно-вычислительная машина, где можно было бы действительно проверить транспортное средство и т.д.
НБ: Что такое "бесцельная остановка"? "Ваша машина кажется мне находящейся в угоне..."
НГ: У человека, у нашего участника дорожного движения прав, наверное, не меньше, если не больше, чем у работника ГИБДД. Поэтому, если человек чувствует, что это идут какие-то придирки, он вправе обратиться в вышестоящий орган, и мы примем решение. А по поводу угонов, я не думаю, чтобы сейчас из своего опыта ведь мы получаем информацию не только из победных рапортов наших руководителей. У нас есть объективная картина, т.е. у нас есть очень большой статистический материал, мы анализируем общественное мнение, мы анализируем, предположим, публикации в прессе и вообще средства массовой информации, ежемесячно мы проводим пресс-конференции, не стесняемся отвечать на все вопросы, которые есть. Я Вам расскажу один пример, нашумевшее мероприятие, направленное на борьбу с коррупцией и взяточничеством. Мы проводили опросы водителей-дальнобойщиков, и самые криминальные области были названы тогда - Ростовская область, Ставропольский край, ну, несколько областей. Вот сейчас мы провели это мероприятие, уже по сообщению водителей-дальнобойщиков анонимно, мы выходим на дорогу и даем бумагу, они бесфамильно подписываются где Сегодня уже, по нашим данным, там обстановка уже несколько улучшилась. Появились какие-то другие болевые точки, над которыми нам сегодня приходится работать. Т.е. нельзя сказать, что все безнадежно, в общем-то, сдвиги есть. И это показывает почта, показывает, что появились и какие-то благодарственные письма, появилось, может быть, чуть больше заинтересованных публикаций, заинтересованного разговора на эту тему, потому что искать врага ну, понимаете, кроме того, что если сказать, что все плохо и все они но они же такие же люди, как все мы, т.е. как все мы. Мы такие же люди, как все другие.
НБ: Вот есть такой анекдот, когда останавливает инспектор ГАИ человека и представляется: "Инспектор Иванов, еще не завтракал". А тот ему отвечает: "Киллер Петров, уже на работе". Вот если меня останавливает такой незавтракавший инспектор. Горячая линия, куда обращаться? У меня вымогают взятку.
НБ: Есть телефоны доверия, которые находятся везде. В каждом управлении ГИБДД есть специальная служба, которая занимается этим вопросом. Ни одного заявления, там и пишется все, не останется без внимания, без всех этих и прочих вопросов.
НБ: Придется Вам приходить к нам почаще, вопросов очень и очень много.
НГ: Если много вопросов, это показывает, опять же, заинтересованность наших граждан, жителей Москвы, участников дорожного движения в том, чтобы наша служба действительно реформировалась, но только не за счет дисциплины на наших дорогах. Все-таки хотелось бы чувствовать себя на дорогах уверенно и чтобы наши дети и наши знакомые всегда доезжали и попадали, куда им надо. А, к сожалению, кровь льется, и достаточно большими потоками.