Олег Миронов - Интервью - 1999-06-18

18 июня 1999 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" уполномоченный по правам человека в РФ Олег Миронов.

Эфир ведет Марина Старостина.

МС Олег Орестович, добрый вечер. Повод у нас сегодня такой: Государственная Дума приняла постановление об амнистии. Согласно этому постановлению, на свободу у нас должны выйти 94 тыс. осужденных. Не осложнится ли в нашей стране криминогенная обстановка?

ОМ Амнистия в нашей стране проводится не первый раз, и как показывал опыт, анализ последствий амнистии, она не сказывается на росте преступности, хотя, к сожалению, какой-то процент амнистированных все же возвращается в места лишения свободы. Но амнистия это акт гуманизма, я как уполномоченный приветствую депутатов Государственной Думы за то, что они приняли разумное решение. По роду своей службы мне приходится посещать следственные изоляторы, колонии, и я вижу, как много там несовершеннолетних, 14-15-летних подростков, которые сидят в следственных изоляторах, а потом в колониях за кражи...

МС Стоит, наверное, отметить, что под амнистию попадают в основном те, кто совершили не тяжкие преступления.

ОМ Естественно, амнистия всегда распространяется на неопасные преступления. Убийцы; те, кто отбывает уголовное наказание за совершение разбойных нападений, грабеж, похищение людей, тяжкие преступления против личности эти люди, конечно, амнистии не подлежат.

МС То есть расширять круг амнистируемых сейчас не следовало бы?

ОМ Круг лиц, на которых распространяется амнистия, достаточно широк. Но преступления, как обычно бывает при амнистии, не опасные: по крайней мере, амнистируются совершившие те преступления, за которые предусматривается не более 5 лет лишения свободы.

МС Олег Орестович, сейчас эти люди, 94 тыс. человек выйдут на свободу. Государство ведь как-то должно ими заниматься...

ОМ Это проблема из проблем.

МС Нужно их трудоустраивать каким-то образом. Как Вам видится решение этой проблемы?

ОМ В условиях нынешней России, которая находится в сложном экономическом положении, в стране растет безработица, это проблема очень и очень сложная. Есть вторая проблема: под амнистию попадают люди, больные туберкулезом, отнесенные к первой и второй группе.

МС Да, их надо лечить.

ОМ Из нужно лечить. Я был депутатом Государственной Думы первого и второго созыва, и на моей памяти это уже третье постановление об амнистии. Всегда эта проблема обсуждалась, по крайней мере все медицинские учреждения в субъектах Федерации должны быть готовы, что появятся новые пациенты, которых нужно лечить, туберкулез вообще со страшной скоростью распространяется в нашем обществе.

МС Есть такая опасность, что темпы роста заболеваемости туберкулезом будут увеличиваться.

ОМ Я недавно участвовал в конференции, которая была посвящена созданию благотворительных обществ по поддержке уголовно-исполнительной системы. Там выступали врачи-специалисты. Они просчитали: если государство не будет принимать реальных, действенных мер, то через некоторое время туберкулез просто захлестнет нашу страну.

МС Но от кого это все зависит?

ОМ К сожалению, туберкулез это спутник нищеты. Раз в стране распространяется туберкулез значит, очень низкий жизненный уровень у населения, люди не имеют самого элементарного.

МС Олег Орестович, при амнистии защищаются права заключенных, они выходят на свободу, особенно если мы говорим о тех, кто совершил не тяжкие преступления. Но защищаются ли при этом права простых смертных, которые будут окружены большим количеством людей с криминальным прошлым?

ОМ У нас и так в тюрьмах находится значительное количество людей. Это миллион, что очень много по нормальным меркам. И мы не можем развивать эту тенденцию, чтобы основная (или большая) часть населения прошла через это чистилище. Во всех странах мира, по крайней мере в европейских странах (а мы вступили в Совет Европы и должны ориентироваться на европейские стандарты) лишение свободы это редчайший вид меры наказания. Ведь есть другие виды наказания, не связанные с лишением свободы: нанес материальный ущерб возмести его, выплати деньги.

МС Значит, надо как-то изменять законы?

ОМ Законы дают широкий простор, но у нас, к сожалению, и прокуратура сейчас дает санкции на арест, хотя Конституция говорит о том, что это компетенция суда. Уклон у них больше обвинительный: они дают санкции там, где не нужно, где можно обойтись без отправления человека в следственный изолятор до суда. То же самое суды. Но ведь есть целый набор видов уголовной ответственности, не связанных с лишением свободы. Лишение свободы должно применяться достаточно редко, когда совершаются очень опасные преступления, либо имеются такие деклассированные элементы, которые просто отравляют нормальную жизнь обществу и их нужно изолировать, чтобы общество развивалось нормально.

МС Олег Орестович, у нас на днях в России и в Москве была Верховный комиссар ООН по правам человека Мэри Робинсон, и Вы с ней встречались. Каковы ее впечатления от ситуации по правам человека в нашей стране?

ОМ Меня порадовал ее объективный взгляд на обстановку в России. Если говорить о нашей уголовно-исполнительной системе (я был в Страсбурге дважды, встречался и представителями Европейского суда, и с Генеральным секретарем Совета Европы), когда беседуешь с европейскими юристами, им кажется, что у нас колонии это что-то типа средневековых подвалов, где люди чуть ли не за бок подвешены к потолку на крючке. Ничего этого нет: у нас есть колонии, которые можно показывать в Европе, они будут являться образцом

МС Назовите их.

ОМ Пожалуйста. В городе Энгельсе (я избирался депутатом по Энгельскому избирательному округу, Саратовская область) есть две колонии. Я, посещая эти колонии, сказал, что нужно снять видеофильмы и показать в Совете Европы. В том же городе Саратове колония 33. Я считаю, что это весьма достойные учреждения. Недавно я был в городе Можайске, там колония для несовершеннолетних не напоминает тюрьму: она больше напоминает школу. Там есть производственные цеха, профессионально-техническое училище.

МС Неужели такое бывает?

ОМ Я это видел собственными глазами. А если посмотреть наши следственные изоляторы, то там обстановка ужасная, особенно в Москве. Переполненность на 150-180%. Скажем, следственный изолятор в Московской области, в районе Капотни. Там содержалась и содержится Тамара Павловна Рохлина, я посещал этот изолятор. Там есть камеры, где мужчины спят в 3-4 очереди: не хватает спальных мест. Что касается колоний, там обстановка лучше. Но есть следственные изоляторы, где обстановка улучшается за счет строительства новых зданий. Такой следственный изолятор построен в городе Саратове. Для следственного изолятора в Московской области, о котором я говорил, начали строить дополнительные помещения. Денег нет, строительство заморожено. Стоит построить, и люди уже будут находиться в иных условиях. Это ведь люди, в отношении которых еще нет приговора суда. Суд может вынести оправдательный приговор, а он уже столько страданий испытал, что ему можно зачесть за несколько лет лишения свободы.

МС Значит, получается, что амнистия выгодна государству?

ОМ Она выгодна всему обществу. У нас сейчас обсуждается проблема смертной казни. Я сторонник отмены смертной казни.

МС Это важный вопрос.

ОМ Мы определяем свое будущее, какое общество мы хотим построить: жесткое (за убийство убийство, кровь за кровь, это уже было в средние века), либо мы хотим развиваться по демократическому пути, мы хотим, чтобы общество было более демократичным, более добрым, более гуманным. Я думаю, что от амнистии, бесспорно, выигрывает государство, потому что освобождаются средства, которые можно направить на лучшее содержание тех, кто останется в следственных изоляторах, колониях и тюрьмах. От этого выиграют, бесспорно, те, кто освобождается от уголовной ответственности. Я думаю, что от этого выиграть должно и общество, потому что воспитывать сострадание, воспитывать людей в чувстве необходимости помочь тому, кто оступился на своем жизненном пути это оздоровляет морально-психологическую обстановку, делает общество более добрым, а это нам нужно. У нас общество жесткое и жестокое, к сожалению.

МС Об этом свидетельствуют опросы общественного мнения по поводу смертной казни.

ОМ Да, общественное мнение не поддерживает это. Это заблуждение людей. Я думаю, СМИ могут сделать очень многое, если будут объяснять людям, что не тяжесть и не жестокость наказания, а неотвратимость наказания может удержать преступника. А разве пожизненное заключение мало? А 20-25 лет лишения свободы? Это очень серьезная мера наказания. Но у нас почему-то считают: только смерть, только убийство (но уже в рамках государства). Но мы вступили в Совет Европы, взяли на себя обязательства, хотя еще не ратифицировали протокол 6, который вообще запрещает смертную казнь, мы выбрали свой путь, по нему нужно идти, выполнять свои обязательства.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был уполномоченный по правам человека в РФ Олег Миронов.