Терзич Словенко - На двух стульях - 2015-03-31
31.03.2015
Карина Орлова
―
Здравствуйте! Это программа «На 2-х стульях». Меня зовут Карина Орлова. А гость программы сегодня посол Сербии в России доктор Славенко Терзич. Господин посол, здравствуйте!
Славенко Терзич
―
Здравствуйте! Добрый день!
К. Орлова
―
Господин посол, вот я прочитала, что по статистике, я не знаю, кто составлял эту статистику, но сербы – самые гостеприимные люди в мире. Согласны ли Вы с этим? И вот когда к Вам приходят гости в дом, как Вы их принимаете?
С. Терзич
―
Ну, я это первый раз слышу. Я очень рад, что это… Может быть, что это так. Да, вообще сербы… Как бы сказать? Вся наша история связана, культура, цивилизация – это встреча востока и запада. Если Вы посещаете Белград, Вы это увидите сразу. Значит, и в архитектуре Белграда, и в ресторанах наших, и в музыке, и в костюмах, и в кухне, и как-то и в менталитете тоже. Мне кажется, что сербы – народ открытый очень. В смысле там отношение к иностранным людям очень открытое, очень гостеприимное. И если это так, эта статистика, я очень рад. Мне кажется, это правда. Поэтому сейчас я знаю, что многие люди из нашей бывшей молодежи, особенно молодежи из республик приезжают, они там очень встречаются, радуются. Так у нас, значит, можно прекрасно погулять. Поэтому Белград – город на встрече 2-х больших рек Дуная и Савы. И если это так, я очень рад, и, это могу сказать, хорошая реклама для Сербии в смысле туризма и посещения, поэтому мы ждем побольше туристов из России в Сербию.
К. Орлова
―
Да, я хочу подтвердить эту статистику прямо сейчас, потому что когда я задавала господину послу 1-й вопрос, – мы находимся в резиденции посла, – и вот помощница только что принесла огромную тарелку с булочками и еще одну огромную тарелку с каким-то пирожными. Кстати, что это?
С. Терзич
―
Это все сербское. Как здесь, Вы знаете, в Москве, здесь находится достаточно много сербских ресторанов. Да?
К. Орлова
―
Мы поговорим об этом.
С. Терзич
―
Даже недалеко от посольства есть хороший…
К. Орлова
―
Я была в нем.
С. Терзич
―
Да, есть там хорошо…
К. Орлова
―
Да, вот там вниз по Мосфильмовской. Да.
С. Терзич
―
Да, вниз. Очень хороший ресторан. Еще очень многие русские там, также многие сербы. Но и в других районах Москвы тоже хорошая сеть ресторанов. А вот эта моя помощница, она сама сделала это как бы сербское печенье. Это десерт. И это у нас называется кифлице. Не знаю, по-русски. Ну, печенье просто. Да? ну, мы стараемся быть – как бы сказать? – гостеприимней. Не только мы, но если Вы заходите в каждый сербский ресторан Белграда, это так встречают гостя всегда.
К. Орлова
―
А вот я еще прочитала шутку, что гостеприимство для серба – это заставлять гостей есть до тех пор, пока они не умрут от разрыва живота. Это правда?
С. Терзич
―
Не знаю, просто не знаю. Но знаю, что, Вы знаете, эта традиция еще может быть издавна. Есть такая в этнографическом смысле рассказ, что раньше в эти старые времена, когда идет… путешественник идет ночью там или там уже днем, вечером подъезжает к дому, есть такой обычай: не надо никогда отказывать. Надо обязательно каждого путешественника, который пришел к твоему дому, надо обязательно его угостить, чтобы он как бы спал, и завтра пусть он продолжит свое направление.
К. Орлова
―
Господин посол, а правда ли, что ни одно празднование большое, ну, там свадьба или день рождения в Сербии не обходится без духового оркестра?
С. Терзич
―
Да, это точно. Ну, может быть, не всегда. Мне кажется, у сербов тоже как и у русских баян – очень такой инструмент, которым часто пользуются. Баяном, например, всегда. Но в последнее время, как бы я сказал, может быть, последние 20 лет, но все духовой оркестр у нас всегда был. Да? Но в последние 20 лет, может быть, и больше, мне кажется, 20 лет в районе Сербии, называется Гуджа – это центральная Сербия – проходит… Это конец августа. Проходит большой фестиваль всех духовых оркестров мира почти. В начале это была только Сербия, потом наш район. А потом, мне кажется, это знают и англичане, и вообще из Канады, насколько я знаю, и из России. И сейчас это большой фестиваль. Там выступают и другие наши, я знаю, что Кустурица там был, что Горан Брегович тоже выступал. Поэтому сейчас духовой оркестр стал какой-то символ Сербии. Но это правда сейчас. Но кроме этого, я бы сказал, и баян, и другие инструменты у нас очень пользуются, поэтому… И как сказал, цивилизация сербов – это встреча и востока и запада, пользуются – как бы сказать? – инструменты, которые на западе, и тоже восточные инструменты. Да. Или как… Ну, как мы много десятилетий, мы много почти веков были под Османской империей. Это тоже влияние присутствует. Значит, как я сказал, культурная идентичность Сербии, она формировалась под влиянием разных культур. Основа этой культуры – это Византия, византийско-славянский мир. Основа, да? Но с течением столетий есть влияние Венеции, Медитирана через море и через города. Потом есть влияние Турции, под которой большинство сербов жили. Да? Потом есть влияние средней Европы, Австро-Венгрии прежде всего, западной Европы. Поэтому большая часть нашей интеллигенции 19-го столетия образовалась, не знаю, там на немецких, французских университетах. Ну, тоже и влияние русской культуры. Это не надо забывать. Это часто забывается. Влияние русской культуры еще раньше особенно с начала 18-го столетия достаточно сильно. Оно идет через православную церковь. Ну, и кроме церкви, например, некоторые наши позитивисты… я бы сказал, социалисты, они образовались под влиянием Чернышевского и других или под влиянием с другой стороны русской религиозной философии, которая у нас тоже достаточно присутствовала, значит, там Флоренский, Бердяев, Соловьев, Зеньковский и другие. И я хочу сказать, что даже я помню, еще в начальной школе мы некоторых русских поэтов знали наизусть, например, Есенин. Есенин у нас был очень популярным.
К. Орлова
―
Вы до сих пор знаете?
С.ТЕРЗИЧ: Цивилизация сербов – это встреча и востока и запада
С. Терзич
―
Это до сих пор. Много запомнилось и до сих пор знаю некоторые. Или, например, Пушкина. Но даже когда были в гимназии, я помню, в 3-м классе гимназии мои друзья, они… была такая прическа Есенин. Разделить волосы посередине. Есенин был очень популярен.
К. Орлова
―
Правда?
С. Терзич
―
Да. И Пушкин такой же не только как известный поэт, но Пушкин был автор 2-х песен, которые, может быть, мало известны русским, называются «Дочери Карагеоргия», а вторая называется «Отцу Карагеоргия». Вот как объясню почему. Потому, что после поражения 1-го сербского восстания, значит, 1813 год. Тогда война Наполеон – Россия и так далее. Много сербов убежало через Австрию в Россию. Они жили… Большинство жило в Кишиневе, Молдавия. И Пушкин был, не знаю, в какой-то ссылке, или его отправили в Кишинев. И он там познакомился с сербами. Он слушал сербские песни и танцы, видел костюмы и встречал дочерей вождя нашего восстания Карагеоргия, и написал прекрасную песню «Дочери Карагеогрия». Но вообще все русские… Поэтому просто говорю, русская литература, особенно русская литература уже в 19-м столетии почти вся переводится, ну, там… Достоевский, другие там, не знаю, русские дипломаты, которые много писали о наших странах, как, например, Иван Степанович Ястребов, русский консул в Призрене старой Сербии или, например, Александр Георгиевич Гейфердин, такой известный славянофил и друг Достоевского, который тоже был 1-й русским консулом в Сараево. Значит, вообще хочу сказать, что сербская идентичность, она формируется столетиями на основе разных культурных влияний, но на византийско-славянской православной основе.
К. Орлова
―
Господин посол, я никогда не была в Сербии, но представление об этой стране имею из фильмов, например, Эмира Кустурицы. Ну, я думаю, что многие так же как я смотрели фильмы, кстати, я очень люблю их. Они понятны нам.
С. Терзич
―
Это значит, что Вы очень молодая, да?
К. Орлова
―
Ну, смотря с чем сравнивать.
С. Терзич
―
Да. Потом у нас были и раньше были очень хорошие режиссеры и фильмы, но в последнее время как-то Кустурица, его фильмы, они вызвали огромный интерес.
К. Орлова
―
Поп-звезда.
С. Терзич
―
Да, да.
К. Орлова
―
Абсолютная. Ну, вот смотрите, если посмотреть на эти фильмы, то понятно, что взрывной характер у сербов, очень горячий, экспрессивный. А вот говоря про празднования, часто ли веселье заканчивается драками в Сербии? Да есть даже такая шутка, что в Сербии на празднике драк случается больше, чем на чемпионате по боевым искусствам.
С. Терзич
―
Нет, мне кажется, это больше из фильмов Кустурицы. Понимаете?
К. Орлова
―
Да?
С. Терзич
―
Ну, бывает. Из этой, когда всегда народы, но мне кажется…
К. Орлова
―
А что? В России, например, драка на свадьбе – это святое дело. Правда. И это я Вам говорю не то, что где-то там из фильмов Звягинцева. Нет, абсолютно в Москве.
С. Терзич
―
Ну… Тьфу ты! Я очень задумался. У нас это не правило, конечно. Это, может быть, больше из фильмов. Представьте, чтоб фильмы были более интересными, надо устроить драку на концу. Ну, бывает. Но искренне говоря, я на свадьбах когда был, и многих свадьбах, я очень мало видел драки на свадьбах.
К. Орлова
―
Но видели?
С. Терзич
―
Ну, почти не видел. Но Вы знаете, на других каких-то мероприятиях это прогрессирует, но там что-то… это может случиться. Но это не случается так часто. Я просто думаю, что это больше из фильмов. Раньше, может быть, раньше, как я знаю, там полвека или еще дальше назад на этих народных собраниях это было почти правило. Ну, какое-то народное собрание, там танцы, поют и выпить немножко там, и драки бывают, но или около девочки, красавицы какой-то или… Но сегодня, ну, не сегодня, в последние 10 лет я просто таких драк как на свадьбах особенно я не вижу.
К. Орлова
―
Господин посол, готовясь к программе, читаю про Сербию я не на русском языке, как бы на англоязычных сайтах я наткнулась на блог серба Николы Тосич… Тосич или Тошич?
С. Терзич
―
Тошич, наверное…
К. Орлова
―
Тошич, наверное, да. И вот он как бы с иронией, но и с любовью к стране перечислил несколько пунктов того, как понять, что ты серб. И вот я у Вас хотела прокомментировать некоторые утверждения из блога Николы, ну, как бы рассказать да, нет, если нет, то почему, если да, то тоже почему. Итак, Вы серб, если на Вашей свадьбе Вам знакома максимум одна треть гостей.
С. Терзич
―
Ну, это могу согласиться с этим. Вот дело в том, что сербы как очень дружелюбные очень любят знакомиться. Они не так, например… Это, может быть, не так и закрыто. Ну, если Вы не бюрократ, Вы с учетом… я пришла из Москвы. Да вот, да сидите, давайте что-нибудь попить да будем подружиться, поговорим. Значит, народ открытый, и в этом смысле они очень с людьми дружатся и вообще. Мне кажется, в этом смысле Тошич прав. Да.
К. Орлова
―
Вот еще он пишет, что Вы серб, если в Вашем доме алкоголя больше, чем в местном баре.
С. Терзич
―
Я не согласен. Я не согласен с этим. Может быть, из-за того, что я тоже… я не пью.
К. Орлова
―
Вообще?
С. Терзич
―
Ну, так чуть-чуть. Немножко так когда. Но я не хочу сказать, что в каждом сербском доме алкоголь есть. Это несомненно. Да. Это несомненно, потому считается, что если когда гость приезжает, у вас… обязательно ему надо дать съесть раки…
К. Орлова
―
Да.
С. Терзич
―
Там слива, айва, что-то яблоки, разные сорта яблок, но обязательно. Значит, начинаем с ракии всегда. И в каждом доме есть. Но, мне кажется, сербы не пьют так много, понимаете, чтобы… Пьют, но, может быть, меньше, чем другие народы, некоторые другие народы. Поэтому алкоголь есть в каждом доме, но это больше для гостей. Значит, угостить… встречать гостя без алкоголя считается надо. Вот в чем, да? Попьем рюмочку в начале всего. Если откажешь… Ну, как-то вот такая шутка есть, если… Что-то типа здесь не может быть, да? Или что-то так? Шутка есть, если не пьешь ракию. Да?
К. Орлова
―
Да, да.
С. Терзич
―
Ну, это, мне кажется, больше всего обычай народный. Да? Может быть, чашка, две, три. Не знаю. Больше нет. Но бывает. Но в принципе так, да?
К. Орлова
―
А Вы говорите, угощают ракией гостей. А я вот читала, что еще есть напиток «Сладко», который…
С. Терзич
―
А сколько… Да.
К. Орлова
―
Это что такое?
С. Терзич
―
Значит, ракия всегда. Но натуральная, чистая ракия… там есть разные. В последнее время, Вы знаете, производится вообще из разных сортов, но там в Сербии есть очень качественные сорта разные, например, сливовый – это из слив, айва, яблоко, это груши, потом другие очень… Медовуха тоже и такая же. Мне кажется, самая такая качественная – это айва или, может быть, сливовица. Да? Но если гость приезжает, но его обязательно… Да? Попьем чашку. И потом всегда обычай такой особенно в народе, могу сказать, «Сладко». Это «Сладко» - это… Как бы сказать? Ягоды или вообще… Яблоки прежде всего. Или, не знаю, это другие фрукты, которые варятся, и потом как эта каша как бы делается. И гостю это всегда, значит, приносят ему тарелки… Как это… не знаю точно, как надо сказать на русском.
К. Орлова
―
Но глубокая как бы?
С. Терзич
―
Да.
К. Орлова
―
Пиала, наверное. Что-то такое.
С. Терзич
―
Приносят это, всегда стаканчик вводят. Значит, он в чашку, две, ну, вот такие белые шоты. Говорят, если он не знает такой обычай, он думает, что он должен все это взять. Но это там одна-две ложки. И потом попить и поставить чем…
К. Орлова
―
Ложку в стакан.
С. Терзич
―
В стакан. Да. Вот это обычай. Это точно. Это обычай, значит. Тоже есть обычай народный, когда идут более такие широкие мероприятия как встречи или общественные мероприятия, всегда как и в России встречают с хлебом и солью. Это тоже. Но это в каких-то публичных местах. Да? Какие-то большие мероприятия. Это тоже так отмечают.
К. Орлова
―
А чем отличается сербская ракия от греческой? Какая лучше?
С. Терзич
―
Ну, это они не уже сравнивается вообще.
К. Орлова
―
Но название-то одинаковое.
С. Терзич
―
Вы знаете… Да. Вообще поэтому… Вы знаете, я сам занимался Грецией, я защитил диссертацию по Греции. И у них, Вы знаете, есть узо…
С.ТЕРЗИЧ: После провала социализма и коммунизма у нас тоже виден процесс разрушения церкви
К. Орлова
―
Узо. А ракия – это турецкая, наверное. Или ракия тоже есть в Греции?
С. Терзич
―
Ракия есть. Вы знаете, есть, например… ракии есть разные. Есть, может быть, и хотя и в Турции. Но хотя по Корану мусульманам запрещено, но хотя они пьют очень. Я не знаю, может быть, они не глубоко верующие, наверное, не пьют. Но как на России, да? но у греков очень хорошее вино. Я там был. Узо, ну, узо нет особой запалины…
К. Орлова
―
Да, да.
С. Терзич
―
Нет особой такой достаточно сильной. Да? Кому-то нравится, а кому-то не нравится. Но есть тоже типичная греческая ракия – это…
К. Орлова
―
Виноградная, нет?
С. Терзич
―
Нет, виноградная… Сейчас не могу вспомнить. Так у меня всегда была такая желтая… Мастика – это узо. Но другое… Сейчас не могу вспомнить.
К. Орлова
―
Ну, ладно. Вы только скажите, все-таки какая ракия-то лучше сербская или греческая?
С. Терзич
―
Ну, во всяком случае сербская лучше и выбор более широкий у сербов. Да. У греков, мне кажется, хороший виноград. Там очень много солнца.
К. Орлова
―
Да, да.
С. Терзич
―
Но я там, например, очень хорошо люблю много греческий салат. Да? Все. Но ракия, мне кажется, у сербов самая хорошая. Но есть, например, в Хорватии тоже там Далмация, приморье. Называется граппа. Граппа как итальянцы тоже, да?
К. Орлова
―
Да.
С. Терзич
―
Но это от винограда. Да? А у нас есть, значит, и от винограда, и от сливы, и от других сортов фруктов.
К. Орлова
―
Возвращаемся тогда к определениям блоггера Николы Тошича того, как опознать в себе серба. Итак, наверное, справедливо следующее о том, что Вы серб, если Ваш дядя делает собственное вино, которое крепче ракии?
С. Терзич
―
Это точно да. Хорошее вино. Поэтому достаточно солнца в Сербии и вообще в других сербских землях…
К. Орлова
―
Но домашнее принято делать?
С. Терзич
―
Домашнее абсолютно. Я имею в виду домашнее. Да? Я бы не говорил там это какое с заводов, это домашнее. И там очень хорошие сорта, разные сорта. И жалко, что в России нет много этого вина. Даже я вижу, но не так много в магазинах. Да? Очень хороший сорт… разные вообще и красное, и белое, и там шардоне, и другие сорта и на севере Сербии, и в центральной Сербии. Поэтому, мне кажется, сербское вино – одно из самых хороших вин, домашних вин, натуральных. Домашнее. Это как красное, как кровь. Я вижу, когда пьет, и, значит, когда в стакане остается это…
К. Орлова
―
Осадок.
С. Терзич
―
Это как? Это цвет.
К. Орлова
―
Цвет, цвет. Да.
С. Терзич
―
Я это люблю. И Вы чувствуете сразу этот натуральный вкус винограда просто там.
К. Орлова
―
Продолжаем тогда. Вот Тошич пишет, что Вы серб, если Вы гадаете на кофейной гуще и принимаете на основе этого решения. Кофейная гуща. Ну, нужно сказать, что сербы пьют турецкий кофе фактически. Да? То есть с очень большой гущей. И действительно ли все… есть традиция переворачивать и даже чашку, даже если никто и не умеет читать эти там предзнаменования, все всё равно так делают.
С. Терзич
―
Нет, нет.
К. Орлова
―
Не правда?
С. Терзич
―
Нет, это я не знаю, откуда он взял. Ну, это существует… как все народы, ну…
К. Орлова
―
Но Вы так не делаете? Не гадаете на кофейной гуще? Не переворачиваете? Судьбу не смотрите на чашке?
С. Терзич
―
Вы знаете, как, ну, это, может быть, в деревнях. Ну, может быть, и в городах. Я не знаю. Хотя уже давно не видел. В деревнях знаю, что… ну, знаете, это особенно так, если хозяйка имеет свободное время, если там приглашает своих соседок, они потом разворачивают. Да. И потом говорят такие, ну, гадания. Ничего там серьезного нет. Она… это больше, я бы сказал, психологически. Она знает о своей собеседнице, и знает что-то, и на это она говорит: вот ты, например, у тебя будет какой-то… ты получишь деньги. Да? Кто-то думает о тебе. Кто-то… Такие вещи. Ну, это мне кажется, лучше всего это – как бы сказать? – развлекательного типа, чем серьезного. Хотя последние 20 лет как и по всему миру, мне кажется, появляется больше таких людей, которые занимаются этим как бы разными парапсихологическими и другими вещами. Да? Вот что. Как пророки судьбы личной, общественной, государственной также. Мне кажется, ну, это я больше все вижу как развлекательный какой-то обычай. В Сербии это не так массово. Мне кажется, это больше на востоке, например, в Турции.
К. Орлова
―
Ну, да.
С. Терзич
―
И в других районах это очень да. Но это какой-то ритуал особенный. Значит, как всегда сидишь спокойно, – это восточный образ жизни, – спокойно сидишь, кофе спокойно пьешь. Без… это на западе невозможно. И потом переворачиваешь и начинаешь гадать, что там кто… Особенно там молодые девочки это… там кто-то думает, кто-то влюблен, ждет кого-то, принца на белом коне. Это такого типа. Да?
К. Орлова
―
Господин посол, а вот, кстати, Вы чай пьете. А я что-то… все пишут повально, что в Сербии вообще никто не пьет чай, и только если… считается, что чай помогает только, если болеешь. Вообще-то все пьют кофе. Но это все-таки не совсем так?
С. Терзич
―
Я уже без этой… Я больше 10 лет приезжаю здесь в Россию. Уже здесь два года. Немножко привык. Хотя я не могу… я больше всего пью кофе, сербский кофе. Хотя у нас принято говорить «турецкий кофе», когда… Но у меня был мой один друг из Греции, такой известный профессор международного права, который мне… приезжает он в Белград, и вместе там сидим и какой кофе, он говорит, ну, кто-то из друзей говорит: «Турецкий». «Ой, какой турецкий? Нет, здесь нет турецкого. Есть только сербский или византийский кофе». Да? Поэтому это все… Значит, сербы достаточно пьют кофе. Точно. Да?
К. Орлова
―
А в России все-таки Вы… Чисто российская привычка – все пьют чай.
С. Терзич
―
Чай. Да. У нас кофе. Даже здесь в посольстве мы больше пьем кофе, чем чай. Хотя гостей всех угощаем чаем.
К. Орлова
―
Ясно. А правда ли, что в доме каждого серба, ну, каждого прям так, как некоторое ироническое преувеличение.
С. Терзич
―
Да. Условно, да?
К. Орлова
―
Да, условно. Висят календари с изображением святых.
С. Терзич
―
Это точно. Да. В каком смысле? Ну, тоже можно условно. Ну, там в каждом обществе есть и верующие, и неверующие, и атеисты, и там православные. Сербы своим большинством православный народ. Хотя не надо забывать, что и есть тоже сербы, которые приняли ислам и католичество. Католичество – это раньше особенно, я говорю как историк, Дубровники была сербов-католиков тоже в этом районе Далмации. А сербы-мусульмане, они жили большинством в Боснии и Герцеговине. И сегодня… что касается сегодняшних дней Сербии… регион Рашка, Рашка регионы. Но их достаточно мало сербов-мусульман сейчас там. Они больше себя считают там бошняками, мусульманами в… Ну, все равно, значит, после провала социализма и вообще коммунизма у нас тоже как и у вас виден процесс разрушения церкви, религии. И у нас, может быть, не было как у вас. У нас не было никогда такого массового разрушения церквей и монастырей. Было, после 2-й мировой войны было, но не до такого масштаба. И, например, у сербских сербов есть очень интересный обычай, которого нет у другого славянского и православного народа – Крестная слава.
К. Орлова
―
Вот! Это когда бросают крест в воду? Нет?
С. Терзич
―
Нет, нет. Значит, вот так. Значит, только у сербов. Значит, это идет еще издавна. Считается, что каждая родила и как бы каждая фамилия, например, Ваша или… имеет своего осветителя-защитника. Например, моя фамилия Терзич. Большинство Терзичей, они имеют крестную славу «тер» – архангел Михаил. И в каждом доме Терзича должно быть изображение архангела Михаила.
К. Орлова
―
И в Вашем доме, конечно, есть?
С. Терзич
―
И в нашем доме есть, да. Ну, например, тоже большинство сербов имеет защитника – святого Николая. Да? И тоже им нет, да? И других осветителей, значит, Георгий и так дальше. И он… это считается большим праздником семьи. Это особый праздник всегда. Значит, кроме этого праздника тоже есть праздник как и у всех – Рождество Христово. Да?
К. Орлова
―
Да.
С. Терзич
―
И тоже большой праздник такого – как бы сказать? – светско-духовного смысла. Это… да, будет Саввы Сербского. Это было 27 января. Церковь его прославляет как великого духовника и 1-го сербского архиепископа. А с 19-го века он празднуется тоже и как школьная слава, как день сербского просвещения. И это тоже большой праздник. Ну, и другие, например, Видовдан – это 28 июня, это день Косовской битвы и так далее. Ну, и другие праздники. Да?
К. Орлова
―
Это программа «На 2-х стульях». Гость программы сегодня посол Сербии в России доктор Славенко Терзич. Мы продолжим через несколько минут.*******
К. Орлова
―
Мы продолжаем программу «На 2-х стульях». Меня зовут Карина Орлова. А гость программы сегодня – посол Сербии в России доктор Славенко Терзич. Господин посол, а вот еще есть такой обычай в Сербии, правда я знаю, он, по-моему, еще и в Греции существует. На праздник Богоявления или на Рождество, мне кажется, в Греции так делают, священник бросает крест в воду Дуная…
С. Терзич
―
Богоявление.
К. Орлова
―
Богоявление.
С. Терзич
―
Богоявление, да?
К. Орлова
―
Да. И люди ныряют в холодные воды Дуная…
С. Терзич
―
Точно. Точно так.
К. Орлова
―
Да? Правда?
С. Терзич
―
Ну, это и у вас тоже есть…
К. Орлова
―
В России нет такого. Есть у нас Крещение. Ныряют в холодную воду…
С. Терзич
―
На Крещение. Это тоже Богоявление. Это 19 января, да.
К. Орлова
―
Ага.
С.ТЕРЗИЧ: У сербов развито чувство исторического самосознания
С. Терзич
―
Оно тоже, может, называется. Это то же самое.
К. Орлова
―
Но смысл в том, что у нас просто окунаются в ледяную воду в России, которая считается, ну, святая. А в Сербии плывут за крестом.
С. Терзич
―
Это точно, да? Это точно, да? Это прыгают. Да? Да, это, ну, последние 20 лет, может быть, и больше это сейчас стало таким большим событием. И молодые ребята даже и девочки так готовятся, в спортивном смысле так, физически готовятся, чтоб ты там в холодной воде этого озера нашел этот крест. Да, это большой обычай. И это считается, как богоугодное дело, если ты нашел крест. Это…
К. Орлова
―
А Вы сами когда-нибудь участвовали в таком?
С. Терзич
―
Я не участвовал… говоря там в январе попасть… Потом не так хорошо плаваю. Поэтому не сам. Но я вообще люблю смотреть это. Да.
К. Орлова
―
Да? Прям люди выходят и смотрят, собираются?
С. Терзич
―
Да, да. Есть там много людей, которые стоят около. Но ребята готовятся, попадают. Но есть и публика, которая смотрит. Это всегда такое… Как бы поздравляют и так далее. И всегда там священник или кто-то еще, какой владыка, может быть, когда это тоже считается, как символ подвижничества, символ крепости духовности, готовности к жертве. Это имеет какой-то более высокий смысл.
К. Орлова
―
Ну, и пытаясь разобраться с тем, при каких условиях считать себя сербом или нет, вот Никола Тошич пишет, что Вы серб, если Вы считаете Сербию лучшим местом для жизни на Земле, не смотря ни на что, даже если Вам пришлось бежать из Сербии. Это правда?
С. Терзич
―
Это в каком-то смысле правда. Да, это точно.
К. Орлова
―
Вы тоже так считаете?
С. Терзич
―
Да, абсолютно. Потому, что Сербия лежит так географически, природа, очень красивая страна. Имеют такие очень плотные, такие большие равнины и имеют много рек и речек маленьких, больших как Дунай и другие. И тоже горы. Да? Поэтому как можно, значит, развлекаться? Можно гулять спокойно. Можно хорошее сельское хозяйство… Хорошая общественная жизнь в городах и маленьких, и больших. Хотя у нас нет таких больших городов как Москва, например. И строго говоря, московские пробки – это уникальный феномен вообще. Ну, хотя…
К. Орлова
―
Нет, еще есть в Рио-де-Жанейро такие же.
С. Терзич
―
Да, говорят, да. Я не был в Рио-де-Жанейро. Да. Ну, в Белграде тоже. Ну, как? Белград – город как столица Сербии. Там около, может быть, чуть-чуть 2 миллиона. Но все равно можно спокойно жить. Поэтому географически Сербия находится в центре юго-востока Европы. И там можно, если хотите там в Вену, можно быстро попасть, в Будапешт можете быстро попасть. Если хотите в Турцию, тоже там недалеко в Стамбул. На юг, в Грецию – тоже почти наши соседи. И в другой стороне, я не хочу сказать, что как бы сербы – самый хороший народ, но все равно им… как и каждый народ имеет и тех, и других. Но все равно у сербов все равно развито это чувство исторического самосознания. Это очень развитое чувство патриотизма в хорошем смысле этого слова к своей стране, к своей культуре, к своей цивилизации. Но при этом сербы открыты вообще для влияния других культур и других цивилизаций. И мне кажется, не случайно многие даже из других стран, я знаю, в последнее время из России приезжают, покупают и…
К. Орлова
―
Недвижимость.
С. Терзич
―
Живут. Они живут. Да. Например, не только в Белграде. Например, я читал, там есть у нас город Кралево – это центральная Сербия. Или больше сказать там к юго-западной Сербии. Читал, что некоторые… архитектор московский продал все, пришел там. Есть гора Гоч, называется. Покупал большой участок. И с женой, которая тоже там, не знаю, как высокообразованная тоже начал жить на природе просто. И просто сейчас бизнес какой-то развивают там. Ну, я читал несколько таких примеров. И мне кажется, Сербия в этом смысле для нормальной жизни, потому что море недалеко, жить можно. У нас хорошие озера, хорошие курорты лечебные, хорошие горнолыжные, очень много монастырей… Значит, можно сместить в чисто туристическом, развлекательном, значит, очень хорошие горнолыжные… Копаоник. Не знаю, другие желаете? Златибор, Шар-Планина. Потом очень хорошие лечебные курорты. Даже еще с римских времен. Да очень, очень много там. По всей Сербии. И цены тоже не такие дорогие, да?
К. Орлова
―
Да.
С. Терзич
―
Особенно как в России?
К. Орлова
―
Да.
С. Терзич
―
Потом охотнический туризм. Там много есть…
К. Орлова
―
Вы охотитесь там?
С. Терзич
―
Я нет. Я нет, нет. Я лично, говоря, нет. Я не сторонник охоты. Но все равно я очень много там и на севере Сербии, и в центральной Сербии там медведи, волки, другие животные. Там есть какие-то правила, но я этим не занимаюсь, но знаю, что это у нас развито. Потом паломнический. Вы знаете, Сербия славянская, большинством православная страна. У нас очень много монастырей. На юге Сербии, хотя… мы только и считаем Сербией. Такой старый монастырь, там печь, Драчаница… там самые старые, самые красивые монастыри центральной Сербии тоже есть. Огромный район тоже старых монастырей. Это 15-й век, 14-й век. И на севере Сербии ближе к Нови Саду, там Воеводина, есть, так называется Фрушка-гора, там как маленький частный огород, там… да? Поэтому есть разные виды туризма. И каждый может найти, если хочет погулять, хочет охотиться, хочет лечиться, хочет развлекаться, это все можно.
К. Орлова
―
Ну, правильно. Сербия – лучшее место на Земле.
С. Терзич
―
Да, да.
К. Орлова
―
Итак, господин посол, тогда вопрос. Раз уж Сербия действительно лучшее место для жизни, по Вашему мнению, то Вы… Сейчас я перечислю Ваши регалии. Вы историк. Окончили историческое отделение филфака Белградского университета. Вы доктор наук. Вы занимались всю жизнь научной деятельностью, являетесь главным научным сотрудником Сербской Академии наук и искусств. И вот Вы поступили на дипломатическую службу. Я так понимаю, что Ваша должность в качестве посла в России является Вашей 1-й посольской должностью вообще. Как это произошло? Почему? Что Вас заставило переехать из Сербии в Россию, в конце концов?
С. Терзич
―
Ну, вообще на 1-м… Россия, как бы сказали, мне знакома. Знакома даже из литературы. Знакома из истории. А знакома… И что я здесь приезжал, может быть, больше 30 лет по научным делам. Да? У меня было очень хорошее сотрудничество с Российской Академией наук, с Институтом славяноведения, с Институтом российской истории, Государственной Академией славянской культуры, с многими другими институтами. Я работал в ваших архивах, как архив внешней политики и другие русские архивы. Поэтому, значит, я здесь много лет провел. Я очень люблю мою научную работу. Я хожу… я очень люблю. Я всю жизнь занимался, я начал диссертацию о Сербии и Греции и потом занимался, прежде всего, Балканами. Значит, у меня были свои командировки по научным вопросам и в Россию, и в Германию, и в Грецию, и в другие европейские страны. Ну, и чуть больше года тому назад у меня была встреча с нашим министром иностранных дел по этим – как бы сказать? – экспертным работам. И просто совсем случайно шел разговор о… как посольство, куда, кто поедет. И начал разговор, а я спрашиваю: «А в Москву?». Он говорит: «Да. Пока никого я еще не определил». Кончился мандат предыдущего посла. Он спрашивает: «Может Вы бы поехали?» Я задумался. Я, может быть, где-то – как? – тайно в душе своей и хотел туда, но я никогда серьезно не думал об этом. Я подумал немножко и сказал: «Ну, может быть, да. Давайте подумаем немножко. Да?» И потом через 1-2 недели он звонит мне, и сказал, что он это предложил правительству, и что правительство это приняло единогласно. Я тогда понял, что это уже серьезная вещь. Да? И я пришел здесь в начале – это точно сказать – 14 января 2013 года.
К. Орлова: 13
―
го или 12-го?
С. Терзич: 13
―
го. Значит, ну, как Вы сказали, я прежде всего ученый, историк. Но дипломатия немножко другая работа. Да? Дипломаты… Ну, ты как ученый там говоришь свои мнения, свои рассуждения, свои обсуждения, и выступаешь как ученый, свободно говоришь. А дипломатия – ты представляешь официальную политику государства, которое ты представляешь. И у меня… я сказал: «Для меня это большая честь быть представителей Сербии в Российской Федерации». И ты представитель официальной политики государства, которое представляешь, в этом случае Сербии. Да? И есть рамки… Как бы сказать? Твои выступления в рамках политики государства, которое ты представляешь. Но все равно мне как историку очень интересно, как идет этот механизм в кавычках создания истории. Как история… Я всю жизнь работал в архивах. Я вижу в архивах… документы, но часто в архивы не попадает все. Есть много такого: личные встречи, разговоры, которых нет в официальных бумагах. Поэтому…
К. Орлова
―
То есть Вы здесь еще в том числе и как историк. Потом когда Вы уже вернетесь в Сербию, отслужив здесь на посту… в должности посла, Вы будете записывать как историю. Правильно?
С. Терзич
―
Да, наверное, я это… сейчас мне дали идею. Вы мне дали идею. Боже мой, я просто… Ну, во всяком случае будет очень интересным. Понимаете? Очень интересным, потому что я попал в Москву в очень – как бы сказать? – непростую, исторически смотря, эпоху. Значит, мир меняется. Разрушена эта потсдамско-ялтинская система в международных отношениях. Как бы обсуждается какая-то новая система. Вы видите сегодня большие кризисы, такие феномены. Кто мог думать, что появится, например, Исламское государство такого типа, ну, Ближний Восток? Никто. Значит, и другие… Или, например, вот убийство в Париже или, не знаю, там в Америке гендиректор, или другие события. Значит, история по сравнению с предыдущими столетиями сейчас меняется очень быстро, наверное, как мы и живем так очень быстро. За два года, мне кажется, сейчас меняется мир больше, чем раньше было, я не знаю, там полстолетия. Ну, и в самой России тоже сложные процессы и там и на Ближнем Востоке, и в центральной Азии, и между великими государствами. Все это очень интересно смотреть, увидеть, анализировать, разговаривать. И мне как историку это очень интересно. Я стараюсь как посол Сербии быть полезным своему государству, значит… тут сербское государство и с другой стороны развивать самые хорошие отношения Сербии с Российской Федерацией. В этом смысле я не начинаю ничего нового. У нас столетиями развиваются эти отношения, как очень близкого союзничества, еще почти из средневековья, особенно с 18-го столетия и там дальше, там есть не только политические, но так и культурные отношения глубокие между нами. Например, даже мало русские знают о сербах, что, например, Римский-Корсаков в 1867 году написал композицию «Сербская фантазия» или лучше формально она как раз «Фантазия о сербских темах». Да? Например, да? Или, например, это главный герой романа «Анна Каренина» граф Вронский – это, кстати, в реальной жизни был полковник Раевский, который в числе 3-х тысяч сербских добровольцев в 1876 году приехал в Сербию воевать на стороне Сербии против турок. Это было накануне большой русско-турецкой войны. Он погиб в Сербии, и говорится, многие мои коллеги пишут, что он послужил Толстому как образец этого героя. И вообще так много и других разных событий. Поэтому я стараюсь продолжить это дело наших предков и развивать, чем… сколько я могу, чем более близкие и более развитые отношения и на экономическом уровне, и на культурном, на политическом и духовном уровне, и на уровне молодежи. Мне кажется, что сербы лучше знают Россию и русских, чем русские знают сербов. Да?
К. Орлова
―
Да, вот это интересно.
С. Терзич
―
Поэтому что? У русских есть такое общее представление. Да. существуют там на Балканах славянские братья, которых мы любим. Их бомбила НАТО. Они пострадали. Но так более близкое знание нашей истории, нашей литературы, нашего искусства, нашей музыки, нашего художества, оно существует только у экспертов, у моих коллег, которые занимаются этим. А так и я здесь. Но я говорю о более широком уровне. Да? Но есть такой общий… встречаешь на улице, говоришь: «Да, я из Сербии», сразу возникает такое теплое отношение. Это очень… Но это как-то на подсознательном уровне. Но у нас… мы еще в начальной школе учили очень много историю русской литературы, русского искусства, русской истории. И, может быть, это совсем нормально, потому что Россия – большое государство, большой народ, большая культура, большая цивилизация. И совсем нормально, что не только мы, но весь мир знает там и Достоевского, и Толстого, там…
К. Орлова
―
Есенина.
С. Терзич
―
Есенина…
К. Орлова
―
Очень хорошо знают.
С. Терзич
―
… и Стравинского, и, не знаю, Корсакова, и Чайковского, и вообще других художников русских и так дальше. Но сербы достаточно много знают, и мне кажется, надо сделать все, чтоб и русские хотя бы чуть-чуть побольше знали о сербах. Да?
К. Орлова
―
Вот, господин посол…
С. Терзич
―
Это, может быть, и наша вина, потому что у нас до сих пор не существует Сербский культурный центр в Москве.
К. Орлова
―
Нет его?
С. Терзич
―
Нет. Хотя здесь почти все государства, особенно бывшие, имеют свои культурные центры.
К. Орлова
―
Да, конечно.
С. Терзич
―
У нас этого нет.
К. Орлова
―
Но зато в России, я не знаю, чаще, чем Пугачева у нас в России выступает Горан Брегович со своим оркестром. И Кустурица здесь.
С. Терзич
―
И Кустурица…
К. Орлова
―
Да. И поэтому, в принципе поэтому можно сказать, что мы немного знаем Сербию, но любим точно. Я вот хотела Вас спросить: а Вы, например, когда в Москве, ходите на концерты Бреговича того же?
С. Терзич
―
Да, да.
К. Орлова
―
Да?
С. Терзич
―
Почти всегда. И на концерты Кустурицы…
К. Орлова
―
Ну, да.
С.ТЕРЗИЧ: Сербы лучше знают Россию и русских, чем русские знают сербов
С. Терзич
―
… приглашают. Я был, например, был один раз на концерте группы «Стандарт», мне кажется, она называется. Есть такой «Стандарт»? Второй раз был молочный клуб. 3-й раз было отмечание годовщины «Дождя». Мне кажется, это было, где Красногорск. Да? Знаю, это такой прекрасный… не знаю, как прекрасное место там. Близко от одного озера. Кустурица там выступал. Тоже был на концерте Бреговича. Да, они нас приглашают. Я бываю. И хотя, честно говоря, в последний раз когда было в клубе «Стандарт», это оборудование было такое сильное, что я… мне кажется, три дня я не слышал в ушах. Такой сильный бум-бум-бум. Такой ритм, да? Молодежь – это важно – не раз очень любит такое.
К. Орлова
―
Ну, молодежь, вот они… Скоро у Бреговича концерт в Государственном Кремлевском дворце – это серьезное заведение. Туда ходят… Да, афиши висят по Москве.
С. Терзич
―
Да, мне кажется, это будет совместный концерт.
К. Орлова
―
Совместный Кустурицы и Бреговича. Да, да. В Кремлевском дворце. Пойдете?
С. Терзич
―
Обязательно пойду. Вы знаете, поэтому… Хотя я больше люблю, может быть, классическую музыку, и нашу эту – как бы сказать? – старую народную музыку. У нас очень хорошая старая… Не имею в виду это…
К. Орлова
―
Нет.
С. Терзич
―
… новый такой фолк и так далее. Но, например, у Бреговича есть очень хорошие мелодии. Он как звезда, и раньше ему… когда было, это команда его пела…
Техник
―
«Пуговицы».
С. Терзич
―
«Белые пуговицы». Да? «Белые пуговицы».
К. Орлова
―
Ничего страшного. Это наш техник подсказывает.
С. Терзич
―
«Белые пуговицы» это называется. Это было очень известная плата. У Кустурицы тоже есть «No smoking» оркестр.
К. Орлова
―
Да, да.
С. Терзич
―
Поэтому они известны по всему миру. Но в том числе, ну, например, кроме этого ребята знают и Джоковича все нашего известного…
К. Орлова
―
Да! Я… Да, да. Конечно. Я, кстати, была на Kremlin… Да? Кубок Кремля?
С. Терзич
―
Кубок Кремля.
К. Орлова
―
И как раз была на матче, где Джокович играл.
С. Терзич
―
Да, тоже эти… особенно ребята знают эти наши футболисты. Тошич, Зоран Тошич…
К. Орлова
―
Тошич.
С. Терзич
―
… играет в ЦСКА. Потом Теодосич тоже в ЦСКА. Да? И как раз и… наши волейболисты. Да? Но это, Вы знаете, это на уровне молодежи, на уровне ежедневном. Но кроме этого у нас есть очень серьезные известные писатели. У вас очень известный, например, Милорад Павич. Он умер.
К. Орлова
―
Да, да.
С. Терзич
―
Хороший писатель. Но, может быть, у нас большой классик, даже говорили сербский Толстой. Это был… Переведено что-то у него. Но, мне кажется, много еще можно перевести. Есть и другие. Например, сейчас очень у вас популярен наш, он достаточно молодой писатель Горан Петрович.
К. Орлова
―
Нет, не знаю.
С. Терзич
―
Горан Петрович. Да? В переводе. Я даже знаю в Санкт-Петербурге на международном культурном форуме, сейчас дождался, он переводится…
К. Орлова
―
Ага.
С. Терзич
―
Горан Петрович. Да? Ну, есть и вообще у нас достаточно хороших композиторов. Есть хорошие художники. Очень хорошие художники. Например, в Париже живет Влада Величкович, например. Да? Потом Люба Попович тоже в Париже. Они там, не знаю, 30-40 лет. Очень известные, по всему миру известные художники. В России, может быть, малоизвестные. Но нам надо… Сербии надо сделать побольше, чтоб русская публика знала больше сербов. Значит, там выставки наши, там, не знаю, литературные встречи. Если бы был культурный центр, мы бы могли организовать там разговоры и круглые столы, презентацию наших писателей, наших художников, всего этого. Но мы стараемся в этом смысле. Я говорю как посол, есть еще очень много простора для развития наших культурных отношений.
К. Орлова
―
Господин посол, к сожалению, время нашей программы вышло.
С. Терзич
―
Уже вышло, да?
К. Орлова
―
Да. К сожалению. Я бы с Вами разговаривала еще и еще. Это была программа «На 2-х стульях». Меня зовут Карина Орлова. А гостем программы был сегодня посол Сербии в России доктор Славенко Терзич. Спасибо большое, господин посол!
С. Терзич
―
Спасибо Вам!